Введение
Сер Василий Захароф (родился Василиос Захариас; Βασίλειος Zαχαρίας Ζαχάρωφ; 6 октября 1849 – 27 ноября 1936) – греческий торговец оружием и промышленник. Один из самых богатых людей мира при жизни, Захароф был известен как "торговец смертью" и "загадочный человек Европы". Его успех был основан на его хитрости, часто агрессивной и проницательной деловой тактике. Она включала продажу оружия обеим сторонам в конфликтах, иногда поставку бракованной или неисправной техники и умелое использование прессы для дискредитации конкурентов. Захароф поддерживал тесные связи со многими влиятельными политическими лидерами, включая премьер-министра Великобритании Дэвида Ллойда Джорджа, премьер-министра Греции Элефтериоса Венизелоса и османского султана Абдул-Хамида II.
Sir Basil Zaharoff, GCB, GBE (born Vasileios Zacharias; Βασίλειος Zαχαρίας Ζαχάρωφ; October 6, 1849 – November 27, 1936) was a Greek arms dealer and industrialist. One of the richest men in the world during his lifetime, Zaharoff was described as both a "merchant of death" and a "mystery man of Europe". His success was forged through his cunning, often aggressive and sharp, business tactics. These included the sale of arms to opposing sides in conflicts, sometimes delivering fake or faulty machinery and skilfully using the press to attack business rivals. Zaharoff maintained close contacts with many powerful political leaders, including British Prime Minister David Lloyd George, Greek Prime Minister Eleftherios Venizelos and Ottoman Sultan Abdul Hamid II.
Ранние годы
Василий Захария был сыном и старшим из четырех детей греческого купца, родившегося в городе Ментеше Османской империи на юго-западе Турции. Его семья прожила в России более двух десятилетий в изгнании после антигреческих "пасхальных погромов" 1821 года. Там они приняли фамилию Захаров. Они вернулись в Османскую империю в 1840-х годах, а к 1855 году – в греческий район Константинополя Татавла. Первая работа Василия заключалась в сопровождении туристов в районе Галата. Считается, что он стал поджигателем в константинопольских пожарных командах, которым платили за извлечение или спасение ценностей для их состоятельных владельцев. Захаров продавал вооружение многим странам, включая Великобританию, Германию, Российскую и Османскую империи, Грецию, Испанию, Японию и Соединенные Штаты. Несмотря на репутацию коррупционера, он сыграл ключевую роль в продвижении военной техники, включая знаменитые виды оружия, такие как пулемет Максим (одно из первых полностью автоматических пулеметов) и первую действующую подводную лодку. Британская шведская компания Nordenfelt производила ряд орудий для борьбы с торпедными катерами в Эрите (Кент), Стокгольме и Испании. Захаров работал в компании "Викерс", производителе вооружений, с 1897 по 1927 год.
Пулемет Максим
Автоматический пулемет Хирама Максима был значительным улучшением по сравнению с существовавшими на тот момент ручными моделями с вращающимся стволом. Пулемет Максима превосходил все, что продавал Норденфельт в то время. Считается, что Захаров был причастен к событиям, связанным с попытками Максима продемонстрировать свое изобретение в период с 1886 по 1888 год. Первая демонстрация пулеметов Максима и Норденфельта должна была состояться в Ла-Специи, Италия, перед авторитетной аудиторией, в которую входил герцог Генуи. Представители Максима не явились; неизвестный человек увлек их экскурсией по ночным заведениям Ла-Специи, из-за чего они оказались не в состоянии выполнять свои обязанности на следующее утро. Второй раунд прошел в Вене, где от экспонентов потребовали модифицировать свое оружие под стандартные патроны австрийской пехоты. После стрельбы несколькими сотнями патронов пулемет Максима начал работать с перебоями и в итоге остановился. Когда Максим разобрал один из пулеметов, чтобы выяснить причину, он обнаружил, что его саботировали, но было уже слишком поздно для ремонта. Третья демонстрация также прошла в Вене, и на этот раз пулемет работал безупречно. Однако снова неизвестный человек обошел собравшихся старших офицеров, убедив их в том, что изготовление такого замечательного оружия возможно только вручную, по одному экземпляру, и что без средств массового производства Максим никогда не сможет производить пулеметы в количестве, достаточном для удовлетворения потребностей современной армии. Норденфельт и Захаров одержали победу. Максим, уверенный в качестве своего продукта, успешно добился слияния с компанией Nordenfelt, привлекая Захарова в качестве своего главного продавца с огромным комиссионным вознаграждением. Под давлением Ротшильдов и Vickers Торстен Норденфельт объединился с Максимом в 1888 году, образовав компанию Maxim Nordenfelt Guns and Ammunition Company. Два года спустя обанкротившийся Норденфельт был вынужден покинуть компанию.
Подводные лодки
С 1886 по 1889 год, одновременно с приобретением Захароффом пулемета Максим, ему удалось заполучить подводную лодку Исаака Пераля, хотя эти факты менее известны. Захарофф и Норденфельт в это время пытались разработать подводную лодку для собственных коммерческих целей. Одной из наиболее известных сделок Захароффа была продажа Nordenfelt I – неисправной паровой подводной лодки, основанной на конструкции английского изобретателя и священника Джорджа Гарретта, которую разведка ВМС США охарактеризовала как способную к "опасным и непредсказуемым движениям". Торстен Норденфельт уже демонстрировал свой аппарат на международном собрании военной элиты, и хотя крупные державы не проявили к нему интереса, более мелкие страны, привлеченные престижем, отнеслись к предложению иначе. Так, пообещав выгодные условия оплаты, Захарофф продал первую модель грекам. Затем он убедил турок в том, что греческая подводная лодка представляет угрозу, и продал им две. После этого он убедил русских в появлении новой и серьезной угрозы в Черном море, и они приобрели еще две. Ни одна из этих подводных лодок так и не приняла участия в боевых действиях. Механизмы, работавшие на паровом двигателе, были совершенно не пригодны для подводной навигации и продемонстрировали свою неэффективность во время морских испытаний, проводимых соответствующими флотами. Помимо фундаментальных проблем с неисправной двигательной установкой, они также были хронически нестабильны. Одна из турецких подводных лодок затонула, перевернувшись во время испытательного торпедного залпа. Аппарат встал вертикально, после чего затонул кормой. В это же время испанский изобретатель Исаак Пераль спроектировал и построил первую подводную лодку, способную плавать под водой с достаточным уровнем управляемости и выпускать торпеды как в подводном положении, так и на поверхности. Это была первая полноценная подводная лодка, решившая проблемы движения, стабильности и вооружения одновременно. Подводная лодка Пераля приводилась в движение электрическим двигателем и оснащалась перископом, тренажером для стрельбы, компенсационным компасом, гироскопом, выдвижным электрическим торпедным аппаратом и сервоприводом (для поддержания стабильности и дифферента судна в любых условиях). Захарофф очень быстро узнал об изобретении этого молодого испанского офицера. Ранее, в сфере судостроения, он уже видел планы и служебные записки, отправленные Пералем в штаб-квартиру испанского флота в Министерстве обороны. Позже, во время визита Пераля в Лондон, Захарофф безуспешно пытался встретиться с ним, используя помощь одного из сослуживцев Пераля из испанского флота. Пераль дважды отказался, но после нескольких попыток встретился с Торстеном Норденфельтом, владельцем компании, который предложил ему купить патент на сервопривод стабилизации. Исаак Пераль отверг оба предложения, но тем самым подписал себе приговор, не осознавая этого. Захарофф немедленно приступил к реализации своего макиавеллистского плана. Испанский изобретатель, как и Максим, подвергся четырем саботажам во время испытаний: первый из них, на предыдущем испытании, проходил в присутствии главы испанского государства, но Пераль, более осторожный, чем североамериканский изобретатель, успешно преодолел все препятствия. Тем не менее, Захарофф использовал закулисные методы, которые были раскрыты позже, и сумел спровоцировать конфликт между изобретателем и его правительством, что привело к неодобрению испанским правительством этого изобретения, хотя оно могло бы стать грозным оружием в конфликте с Соединенными Штатами, произошедшем несколько лет спустя. Захарофф несколько раз посещал Испанию в период с 1886 по 1890 год с тремя целями: бойкотировать подводную лодку Пераля, продать оружие испанской армии и приобрести испанский завод по производству боеприпасов. Он добился успеха во всех трех задачах, главным образом благодаря началу романтических отношений с Пилар де Мугиро и Беруэте, которые открыли перед ним многие двери. Отец Пилар, влиятельный банкир Фермин Мугиро, граф Мугиро, был близким другом короля и лидером испанской консервативной партии. Она была личной подругой и племянницей Сегисмундо Море, ведущего испанского прогрессивного мыслителя и правой руки лидера Либеральной партии. Несчастная в браке с двоюродным братом короля Альфонсо XII, испанским грандом Франсиско де Борбоном, герцогом Марчена, она имела неограниченный доступ к королевским дворцам. Во время одной из поездок Захароффа заметили на верфи, где строилась испанская подводная лодка, но испанские власти "замяли" это дело. Приобретение одной из лучших испанских оружейных компаний, Euskalduna, расположенной на севере Испании и переименованной в "Placencia de las Armas Co. Ltd", во многом стало возможным благодаря его роману (позже он приписывал свой профессиональный успех своему сексуальному мастерству) и установлению мощной сети среди испанских политиков, журналистов и военачальников, которые успешно служили его деловым интересам. Эта влиятельная группа людей поддержала его позицию против разработки подводной лодки Исаака Пераля, и испанское правительство, несмотря на ошеломительный успех морских испытаний, в конечном итоге прекратило финансирование проекта. После того как "Placencia de Armas Co. Ltd" обманула испанское правительство, продав бесполезное оружие во время войны 1898 года (а также передала Максиму важную и "конфиденциальную" информацию, которая дошла до его правительства во время конфликта), Sociedad Española de Construcciones Navales в Испании, филиал Vickers, получила от испанского правительства исключительные права на строительство кораблей для испанского флота. После этого скандала в адрес этого опасного торговца оружием посыпались обвинения в коррупции и манипуляциях. Испанский юрист, работавший на флот, обвинил испанское правительство в двух предполагаемых преступлениях – "превышении должностных полномочий". Испанское правительство действовало быстро и особенно жестоко в отношении любых офицеров флота, которые публично выражали свое недовольство. Начальник штаба и глава юридической службы флота были уволены, сотни офицеров были заключены в тюрьму и потеряли работу.
Другие коррупционные тактики бизнеса
Власть и влияние Захарова в Испании продолжались до его смерти в 1936 году, в год начала Гражданской войны в Испании. Кроме того, меморандум Комитета Ная Сената США 1934 года показывает, что Захаров получал значительные суммы за сделки, заключенные между иностранными компаниями и испанским правительством (например, ему выплачивалась комиссия от 5 до 7% от цены американских подводных лодок, проданных Испании, на протяжении всех этих лет). Хотя доказать практически ничего не удалось, Захарова считали мастером взяточничества и коррупции, однако немногие инциденты, ставшие достоянием общественности, такие как крупные взятки, полученные японским адмиралом Фудзи в скандале с компанией «Сименс» в 1914 году, указывали на то, что за кулисами происходило гораздо больше. В 1890 году объединение «Максим-Норденфельт» распалось, и Захаров выбрал сотрудничество с Максимом. Используя свои комиссионные, Захаров скупал акции компании Максима, пока не смог заявить Максиму, что он больше не сотрудник, а равноправный акционер. К 1897 году компания «Максим» стала достаточно значительной, чтобы получить предложение о выкупе от компании «Виккерс», одного из гигантов оружейной промышленности того времени. Это подразумевало существенные выплаты как в денежной форме, так и в виде акций Максиму и Захарову. С тех пор и до 1911 года, пока деловой энтузиазм Максима угасал, энтузиазм Захарова рос, и он расширил свой портфель акций «Виккерс». После выхода Максима на пенсию Захаров был назначен в совет директоров «Виккерс». 1900-е годы стали временем восстановления и модернизации для многих европейских армий. Германия и Великобритания стремились к улучшению своего военно-морского потенциала, и «Виккерс» вместе с Захаровым были готовы и могли удовлетворить потребности обеих сторон. После сокрушительного поражения от Японии в 1905 году Российскому флоту также требовалось новое оборудование, но Россия была ограничена волной протекционизма, требовавшей использования отечественной промышленности для восстановления. Захаров ответил созданием крупного российского комплекса по производству вооружений в Царицыне как дочерней компании «Виккерс». Открытие русских царских архивов после Первой мировой войны позволило получить некоторое представление о тактике оружейной промышленности. В частности, в 1907 году с фабрики Пола фон Гонтарда (тайной компании «Виккерс» в Германии) было отправлено письмо партнеру «Виккерс» в Париже с рекомендацией распространять пресс-релизы во французской прессе, предлагая французам усилить свою армию в ответ на угрозу германского перевооружения. Эти статьи во французских газетах были зафиксированы Рейхстагом и спровоцировали голосование за увеличение военных расходов, что полностью отвечало интересам Захарова.
Первая мировая война
В годы, непосредственно предшествовавшие Первой мировой войне, состояние Захарова росло в других областях, чтобы поддержать его оружейный бизнес. Приобретая L'Union Parisienne des Banques (Union Parisienne Bank), исторически связанный с тяжелой промышленностью, он получил лучший контроль над своими финансовыми операциями. Получив контроль над популярной французской ежедневной газетой Excelsior, он мог гарантировать благоприятные публикации для оружейной промышленности. Стремясь к общественному признанию и почестям, он основал дом отдыха для отставных французских моряков, а учреждение кафедры аэродинамики в Парижском университете принесло ему дополнительные награды. В апреле 1914 года австралийские газеты опубликовали сообщения из Лондона от 25 апреля о том, что г-н Захаров пожертвовал 20 000 фунтов стерлингов «для достойного участия Франции в предстоящих Олимпийских играх в Берлине» в 1916 году. Олимпийские игры 1916 года впоследствии были отменены из-за войны. Пожертвование Захарова представляло собой значительный вклад. 10 мая французское правительство объявило о выделении 6 000 фунтов стерлингов своей олимпийской команде и распределении 12 000 фунтов стерлингов из пожертвования Захарова между своими олимпийскими командами, а оставшиеся 8 000 фунтов стерлингов – на «развитие олимпийского движения». 31 июля 1914 года, совпав с днем убийства известного антимилитариста Жана Жореса, Раймонд Пуанкаре подписал указ о назначении Захарова командором ордена Почетного легиона. В марте 1914 года компания Vickers объявила о наступлении новой эры процветания. В ходе войны Vickers произвела 4 линкора, 3 крейсера, 53 подводные лодки, 3 вспомогательных судна, 62 легких судна, 2328 орудий, 8 000 000 тонн стального вооружения, 90 000 мин, 22 000 торпед, 5500 самолетов и 100 000 пулеметов. К 1915 году Захаров поддерживал тесные связи как с Дэвидом Ллойдом Джорджем, так и с Аристидом Бриандом. По сообщениям, во время одного из визитов к Брианду Захаров незаметно оставил конверт на столе Аристида Брианда, в котором содержался миллион франков для вдов войны. Одной из задач Захарова во время Первой мировой войны было обеспечение вступления Греции в войну на стороне Антанты, что помогло бы укрепить Восточный фронт. На первый взгляд это казалось невозможным, поскольку король Константин был родственником кайзера. Создав в Греции пресс-агентство для распространения британской пропаганды, связанное с Веллингтон-Хаусом, Захаров в течение нескольких месяцев добился свержения короля Константина премьер-министром Элефтериосом Венизелосом и вступления Греции в войну как союзника Британской империи. В 1917 и 1918 годах по указанию Дэвида Ллойда Джорджа Захаров инициировал серию секретных мирных переговоров с Османской империей, начавшихся 18 июля 1917 года. Британцы надеялись, что Захаров сможет убедить Трио пашей выйти из состава Центральных держав и заключить сепаратный мир с Антантой. К концу Первой мировой войны, по оценкам газеты The Times, Захаров потратил 50 миллионов фунтов стерлингов на дело Антанты.
Послевоенные отношения
В последующие годы Захаров вмешивался в дела малых держав, которыми "большая четверка", занятая переустройством Европы, могла с удовольствием пренебречь. В частности, он стремился обеспечить, чтобы Греция и Венизелос получили справедливую долю добычи от сильно ослабленной Турции. В 1920 году он пожертвовал греческому государству полмиллиарда золотых франков на греческое дело (Megali Idea). Захаров убедил Венизелоса начать наступление, но после ряда впечатляющих первоначальных успехов греческая армия в конечном итоге была отброшена. На последовавших выборах сторонникам Константина удалось вынудить Венизелоса покинуть страну, однако Захаров остался, чтобы убедить того же короля предпринять новое нападение на Турцию. Но с Мустафой Кемалем во главе Турции эта затея была обречена на провал. Военные авантюры Захарова не получили положительного отклика в прессе Парижа и Лондона. В октябре 1920 года Захаров также участвовал в двух крупных финансовых операциях, внеся вклад в создание компании, ставшей предшественницей нефтяного гиганта BP. Он предвидел большое будущее нефтяного бизнеса. Его связь с принцем Людовиком II Монако привела к покупке обремененной долгами компании Société des Bains de Mer, управлявшей всемирно известным казино Монте-Карло и являвшейся основным источником дохода для княжества. Ему удалось вновь сделать казино прибыльным. Одновременно Захаров убедил Клемансо добиться включения в Версальский договор положений о защите прав Монако, закрепленных в 1641 году. Людовик отмечал их постепенное подтачивание на протяжении последующих трех столетий.
Личная жизнь
Захаров увлекался авиацией и оказывал финансовую и иную поддержку пионерам в Великобритании, Франции и России. Он поддерживал попытку Хирама Максима создать летательный аппарат и утверждал, что вместе с Максимом они стали первыми людьми, поднявшимися в воздух, когда Максим испытал свою первую "летающую машину" в Бексли в 1894 году. В сентябре 1924 года 74-летний Захаров женился на Марии дель Пьилар Антониа Ангеле Патросинио Фермина Симоне де Мугиро и Беруэте, первой герцогине де Виллафранка де лос Кабальерос. До этого она была замужем за двоюродным братом короля Испании Альфонсо XII, и леди Захарофф считалась одной из самых богатых женщин в Испании. Примерно через восемнадцать месяцев после свадьбы леди Захарофф скончалась от инфекции. После этого он начал распродавать свои бизнес-активы и приступил к написанию мемуаров. По-видимому, он сжег рукопись после того, как её украл камердинер, но она была возвращена полицией. Загородная резиденция Захарова, Шато де Балинкур, расположенная в Аронвилле близ Парижа, ранее принадлежала королю Бельгии Леопольду II и славилась коллекцией произведений искусства, будучи одним из самых красивых поместий во Франции. Принцесса Марта Бибеско утверждает, что Базиль Захаров был внебрачным сыном её деда по материнской линии.