Договор Харриса: Открытие Японии для торговли с США (1858)

Введение

Торговое соглашение 1858 года между США и Японией Токугава, договор 1858 года с Японией.

Договор о дружбе и торговле между Японией и Соединенными Штатами (日米修好通商条約), также известный как Харрисский договор, был подписан между Соединенными Штатами и сёгунатом Токугава и открывал порты Канагавы и еще четырех японских городов для торговли, а также предоставлял иностранцам экстерриториальность и включал ряд других торговых положений. Подписание состоялось 29 июля 1858 года на борту корабля "Поухатан" в заливе Эдо (ныне Токио).

Американские интересы в Японии

Экспедиция Перри в Японию теоретически была связана с концепцией "очевидной судьбы", согласно которой американские поселенцы имели "данное Богом" право распространяться по всей Северной Америке. Япония рассматривалась, в частности, как база для торговли между Китаем и Соединенными Штатами. По словам государственного секретаря США Дэниела Вебстера, Бог поместил уголь для пароходов и других торговых судов "в недрах японских островов на благо всего человечества". Идея "очевидной судьбы" как империалистической доктрины за пределами Северной Америки не получила широкого распространения до предвыборной кампании республиканцев в 1892 году, что на практике свидетельствовало лишь об экономическом интересе к Японии, обусловленном наличием в ней запасов угля в стратегически важных районах для торговли в Тихом океане.

Расширение "кризиса Перри"

Конвенция в Канагаве, заключенная при посредничестве коммодора Перри, стала первым шагом к довольно насильственному расширению американского влияния в Японии. Однако большинство проблем, с которыми столкнулся сёгунат Токугава, возникло из-за раскола внутри страны между сторонниками немедленного открытия для Запада (кайкоку) и приверженцами джои ("изгнать варваров"), которые выступали за сохранение японской культуры и влияния до тех пор, пока Япония не сможет противостоять военной угрозе со стороны Запада. Большинство японцев были знакомы с унизительным поражением Китая в Первой Опиумной войне, но они разделились во мнениях относительно того, как и когда их порты неизбежно будут открыты. Обе стороны согласились, что торговлей должны заниматься японцы, выезжающие за границу, а не иностранцы, прибывающие в Японию и нарушающие законы о национальной изоляции. Многие чиновников Токугава, согласившиеся на договор в Канагаве, сделали это в попытке избежать войны с Соединенными Штатами, военная мощь которых, как они знали, значительно превосходила все, что было в Японии. Результатом стало углубление внутреннего кризиса: после 1858 года сёгунат оказался в ловушке между требованиями Соединенных Штатов и его влиятельными внутренними противниками. Однако условия, выдвинутые Таунсендом Харрисом, были гораздо более жесткими, чем условия Перри. Харрис утверждал, что законы Японии были "очень своеобразными" и было бы несправедливо, если бы иностранцы жили под таким управлением. Статья III договора предоставляла американцам право торговать и проживать в Йедо (Токио) и Осаке без какого-либо вмешательства со стороны японского правительства; договор также предусматривал консульскую юрисдикцию в городах, открытых для американской торговли, свободный вывоз японского золота и серебра, а также установление обычного тарифа. Вход иностранцев в порт Эдо, столицу сёгуната, и размещение представителя иностранного правительства вблизи императора представляли угрозу даже для тех, кто публично поддерживал открытие для Запада. Эти требования в частности демонстрировали запланированную роль Соединенных Штатов в отношении Японии: свобода торговли, разрешение на приток американцев (но отсутствие ожиданий относительно поездок японцев в Соединенные Штаты), отсутствие интереса к военным вопросам и религиозная терпимость к японским традициям. Это было лишь звеном в торговой цепи, соединяющей Северную Америку с Китаем. Настойчивость Харриса (и угроза) неизбежного поражения японцев, которые все еще не решались подписать договор, со стороны европейских держав, убедили многих сторонников кайкоку из сёгуната Токугава согласиться на условия Соединенных Штатов, какими бы невыгодными они ни были. Память о сокрушительном поражении Китая была слишком свежа, чтобы ее игнорировать.

The Convention of Kanagawa mediated by Commodore Perry was a primary step to a rather forced extension of American influence in Japan. However, most problems that the Tokugawa Shogunate faced came from a division within the country between those who favored opening to the West immediately (kaikoku) and advocates of joi ("expel the barbarian") who favored a preservation of Japanese culture and influence until Japan could face the military threat posed by the West. Most Japanese were familiar with the humiliating Chinese defeat in the First Opium War, but they were divided on how and when they would inevitably open their ports. Both camps did agree that trade should be handled by Japanese going overseas instead of foreigners coming into Japan and violating the country's seclusion laws. Many of those Tokugawan officials who agreed to the Treaty of Kanagawa did so in an effort to avoid war with the United States, whom they knew possessed a far superior military than anything found in Japan. The result was a deepening domestic crisis; after 1858, the Shogunate was trapped between the demands of the United States and its powerful domestic enemies. However, Townsend Harris' terms were much more demanding than Perry's. Harris claimed that the laws of Japan were "very peculiar" and it would be unfair for foreigners to live under such rule. Article III of the treaty gave Americans the right to trade and reside in Yedo (Tokyo) and Osaka without influence from the Japanese government; the treaty also allowed for consular jurisdiction in those cities opened to American trade, the free export of Japanese gold and silver, and a conventional tariff. The entrance of foreigners to the port of Edo, the shogunal capital, and the placement of an official from a foreign government in proximity to the Emperor was threatening, even to those who supported opening to the West publicly. These demands in particular demonstrated the United States' planned role for Japan; there was to be freedom of trade, allowance for an influx of Americans, (but no expectations of Japanese coming to the United States), no interest in military concerns, and religious toleration of Japanese tradition. It was merely a link in a chain of commerce that would connect North America to China. Harris' emphasis (and threat) of the inevitable defeat of the Japanese, who still proved reluctant to sign the treaty, by European powers was enough to convince many of the kaikoku members of the Tokugawa Shogunate to agree to the terms of the United States, no matter how unfavorable they were. The memory of China's overwhelming defeat was too close to be ignored.

Дополнительные договоры

После неохотного принятия Харрисского договора, Япония быстро заключила аналогичные договоры, известные как Ансейские договоры, с Россией, Францией, Великобританией и Нидерландами. Этот процесс был ускорен исходом Войны стрел в 1858 году, в которой китайцы вновь потерпели сокрушительное поражение от европейского экспедиционного корпуса. Харрис также рекомендовал Японии заключить "благородные договоры", прежде чем европейские державы прибудут в Японию и вынудят к подписанию "неравноправных договоров". Однако содержание договоров, заключенных между Японией и Соединенными Штатами, по своим ключевым положениям не отличалось от неравноправных договоров, заключенных между Китаем и западными странами.

Ратификация

Договор был ратифицирован в связи с визитом первого японского посольства в Соединенные Штаты в 1860 году. Установление новых отношений с Соединенными Штатами рассматривалось как один из факторов, приведших к убийству Ии Наосуке.

Эффекты

Согласно исследованию 2017 года, договоры об уменьшении торговых барьеров между Японией и западными державами вызвали увеличение ВВП Японии на 7 процентов в ближайшее время.