Эбертисты: Радикальная группа Французской революции

Введение

1791–1794 радикальная политическая группа во время Французской революции

Гебертисты, или «Углублённые» (фр. les Enragés), были радикальной революционной политической группой, связанной с популистским журналистом Жаком Гебертом, членом клуба Корделье. Они пришли к власти во время Режима террора и сыграли значительную роль во Французской революции. Гебертисты были страстными сторонниками дехристианизации Франции и крайних мер для поддержания террора, включая Закон о подозрительных, принятый в 1793 году. Они выступали за прямое вмешательство государства в экономические вопросы с целью обеспечения достаточного снабжения товарами, поддерживая национальную реквизицию вина и зерна. Лидеры были казнены на гильотине 24 марта 1794 года.

Популярность

Повышение влияния гебертистов можно во многом объяснить популярностью газеты Геберта, Le Père Duchesne. Эта газета, которая выдавала себя за выражение откровенных мнений отца Дюшэна, вымышленного печника из рабочего класса, пользовалась большой популярностью среди санкюлотов. Правительство финансировало распространение Le Père Duchesne во французской армии, политика, организованная гебертистским министром войны Жаном Батистом Ноэлем Бушотом в 1793 году, что расширило поддержку и симпатии к идеям гебертистов. 24 мая 1793 года вновь назначенная Комиссия Двенадцати приказала арестовать Гебера, который использовал Le Père Duchesne для подстрекательства к насилию против членов фракции жирондистов. Огромный общественный резонанс и последовавшие за этим гражданские беспорядки быстро привели к освобождению Гебера. Однако беспорядки продолжались, вылившись в серию восстаний. 31 мая 1793 года большая толпа санкюлотских агитаторов окружила Национальный конвент, пытаясь добиться удовлетворения своих требований, а именно роспуска Комиссии Двенадцати, ареста списка депутатов-жирондистов, налога на богатых и ограничения избирательного права для санкюлотов. Комиссия была упразднена, но 2 июня 1793 года толпы, теперь поддержанные силами Национальной гвардии во главе с гебертистом и недавно назначенным комендантом-генералом Франсуа Анрио, вернулись. Анрио пригрозил поджечь Конвент, если не будут изгнаны депутаты-жирондисты, вызывавшие недовольство. В конечном итоге был издан указ об аресте двадцати девяти жирондистов, что ознаменовало конец политической власти фракции жирондистов. После убийства Жана Поля Марата сторонником жирондистов в июле 1793 года Гебер позиционировал себя как естественного преемника Марата в сердцах тех, кто разделял ультрареволюционные убеждения покойного. Популярность гебертистов росла. Их очевидное и все более дестабилизирующее влияние беспокоило многих менее радикальных революционных политиков, включая ведущих монтаньяров, таких как Жорж Дантон и Максимилиан Робеспьер, последний из которых особенно не одобрял атеизм гебертистов.

The rise in power of the Hébertists can be largely attributed to the popularity of Hébert's newspaper, Le Père Duchesne. This newspaper, which purported to present the frank opinions of Père Duchesne, a fictional working class furnace maker, had a large following amongst the sans culottes. The government funded distribution of Le Père Duchesne to the French armies, a policy arranged by the Hébertist Minister of War Jean Baptiste Noël Bouchotte in 1793, widened support and sympathy for Hébertist ideas. On 24 May 1793, the newly appointed Commission of Twelve ordered the arrest of Hébert, who had been using Le Père Duchesne to incite violence against members of the Girondin faction. The tremendous public outcry and civil unrest which ensued rapidly resulted in Hébert's release. However, rioting continued, culminating in a series of insurrections. On 31 May 1793, a large crowd of sans culotte agitators surrounded the National Convention in an attempt to force its accession to their demands, namely the dissolution of the Commission of Twelve, the arrest of a list of Girondin deputies, a tax on the rich and the restriction of suffrage to sans culottes. The Commission was abolished, but on 2 June 1793 the crowds—now supported by National Guard forces headed by Hébertist and newly appointed Commandant General François Hanriot—returned. Hanriot threatened to set fire to the Convention if the offending Girondin deputies were not expelled. Ultimately, the arrest of twenty nine Girondins was decreed, marking the end of the Girondin faction's political power. Following the assassination of Jean Paul Marat by a Girondin sympathizer in July 1793, Hébert positioned himself as Marat's natural successor in the affections of those who had shared the dead man's ultra revolutionary beliefs. The Hébertists' popularity grew. Their evident and increasingly destabilizing influence was disturbing to many less extreme revolutionary politicians, including leading Montagnard figures such as Georges Danton and Maximilien Robespierre—the latter of whom especially disapproved of the Hébertists' atheism.

Обвинения и денонсация

В октябре 1793 года Фабр д’Эглантайн, друг и сторонник Дантона, выдвинул ряд обвинений против видных гебертистов. Фабр утверждал, что обнаружил иностранный заговор, в котором, среди прочих, были замешаны Станислас Мари Майяр и Анахарсис Клутс в качестве агентов. Это посеяло подозрения в отношении гебертистской фракции. Однако вскоре выяснилось, что сам Фабр действовал отчасти в рамках тщательно спланированной попытки скрыть свою причастность к скандалу, связанному с ликвидацией Французской Ост-Индской компании, что подорвало его доверие. В декабре 1793 года журналист Камиль Десмулен, чьи политические взгляды долгое время совпадали с позициями Дантона и Робеспьера, начал издавать журнал «Le Vieux Cordelier», частично направленный на дискредитацию гебертистской фракции. Название журнала отсылало к тому факту, что Клуб кордельеров, ранее умеренное революционное общество, находившееся под влиянием политики Дантона, был захвачен санкюлотами-гебертистами и их сторонниками. Десмулен обвинил Эбера в том, что своими публикациями он бросает тень на Французскую Республику, утверждая, что «когда тираны Европы хотели опорочить Республику, заставить своих рабов поверить, что Франция погружена во тьму варварства, что Париж населен вандалами», они перепечатывали «Отец Дюшен». Он также высмеял Эбера за то, что тот выдавал себя за «человека народа» и представителя санкюлотов, хотя на самом деле он получал значительную выгоду от контрактов, заключенных его последователем Бушотом на распространение «Отца Дюшена» в армии. В свою очередь, Эбер обвинил Десмулена в лицемерии, отметив, что его нынешняя оппозиция насилию и экстремизму (помимо критики ультрареволюционных излишеств, Десмулен призывал к прекращению террора) резко контрастировала с его поддержкой подобных тактик в памфлете 1789 года «Discours de la lanterne aux Parisiens», который призывал к казни противников революции. Эта ожесточенная перепалка продолжалась всю зиму 1793–1794 годов и в конечном итоге способствовала падению как Десмулена, так и Эбера.

Over the course of October 1793, a number of accusations were leveled against prominent Hébertists by Fabre d'Églantine, a friend and supporter of Danton. Fabre claimed to have discovered a foreign plot in which Stanislas Marie Maillard and Anacharsis Cloots, among others, were implicated as agents. This succeeded in casting suspicion on the Hébertist faction. However, Fabre himself was rapidly revealed to have been acting in part as part of an elaborate attempt to conceal his own involvement in a scandal surrounding the liquidation of the French East India Company and his credibility was thereby diminished. In December 1793, the journalist Camille Desmoulins—whose political opinions had long been aligned with those of Danton and Robespierre—began publishing a journal, Le Vieux Cordelier, aimed in part at the discrediting of the Hébertist faction. The journal's title alluded to the fact that the Cordeliers Club, formerly a moderate revolutionary society dominated by the policies of Danton, had become overrun by sans culotte Hébertists and their sympathizers. Desmoulins attacked Hébert for bringing the French Republic into disrepute through his writings, claiming that "when the tyrants of Europe wish[ed] to vilify the Republic, to make their slaves believe that France is covered with the darkness of barbarism, that Paris [ ] is peopled with Vandals", they reprinted Le Père Duchesne. He also mocked Hébert for having pretended to be a "man of the people" and a representative of the sans culottes—when in fact he had profited handsomely from the contracts his follower Bouchotte had secured to distribute Le Père Duchesne to the armies. In turn, Hébert accused Desmoulins of hypocrisy, pointing out that his current opposition to violence and extremism (in addition to attacking ultra revolutionary excesses, Desmoulins had called for an end to the Terror) stood in sharp contrast to his support for such tactics in a 1789 pamphlet, Discours de la lanterne aux Parisiens, which had advocated the execution of those opposed to revolution. The vitriolic exchange continued throughout the winter of 1793–1794, ultimately contributing to the downfall of both Desmoulins and Hébert.

Падение с власти

После отзыва в феврале 1794 года депутата-гебертиста Жана Батиста Карье из Нанта, где он участвовал в массовых казнях для подавления восстаний в Вандее, гебертисты попытались поднять народное восстание, надеясь повторить успех, который привел к падению жирондистов. 4 марта 1794 года Карьер и Эбер задрапировали бюст Свободы в клубе Корделье, объявив, в соответствии с ритуалом, о начале восстания. Они надеялись добиться от Национального конвента изгнания Робеспьера и его сторонников-монтангаров. Однако Париж не поддержал восстание, а Парижская коммуна отказалась оказать военную поддержку перевороту. Гебертисты были подвергнуты критике Луи Антуана де Сен-Жюста и Робеспьера, а лидеры фракции были арестованы 13 марта 1794 года. Около двадцати из них, включая Анахарсиса Клуца, Пьера Ульрика Дюбуйсона, Жана Батиста Жозефа Гобеля, Жана Конрада де Кока, Антуана Франсуа Моморо, Шарля Филиппа Ронсина, Франсуа Николаса Винсента и самого Эберта, были преданы суду Революционного трибунала и признаны виновными 24 марта 1794 года. В тот же вечер они были казнены на гильотине. Через несколько дней последовала казнь Пьера Гаспара Шометта, а затем вдовы Эберта, Мари Маргариты Франсуазы Эбер. Другие гебертисты, включая Жозефа Ле Бона, Жана Батиста Карье, Франсуа Шабо и Франсуа Анрио, также стали жертвами гильотины в разные даты в 1794 и 1795 годах.