Введение

Имам и генерал Адалского султаната XVI века Ахмад ибн Ибрагим аль-Гази (أحمد بن إبراهيم الغازي, Харри: አሕመድ ኢብራሂም አል ጋዚ, ; 21 июля 1506 – 10 февраля 1543) был имамом Адалского султаната с 1527 по 1543 год. Обычно именуемый Ахмедом Гранем на амхарском и Гурей на сомалийском языке, оба имени означают "левша", он возглавил вторжение и завоевание Абиссинии со стороны Адалского султаната во время Эфиопо-Адальской войны. В средневековых текстах его часто называют "королем Зейлы". Ориенталист Фредерик Эдвардс прозвал его "Африканским Аттилой", завоевания имама Ахмада достигли границ Султаната Фундж. Имам Ахмад выиграл почти все сражения против эфиопов до 1541 года, и после победы в битве при Амба-Сел эфиопский император Давит II больше не мог дать ему генерального сражения и был вынужден скрываться как изгой, постоянно преследуемый солдатами имама Ахмада, малассаями, и происходил из низменностей Хубат в Адалском султанате. Этническая принадлежность Ахмада ибн Ибрахима является предметом споров, историки считают его либо этническим сомалийцем, либо харла/харари, либо балау. Ахмад провел много времени в городе Харар. Из-за светского правления султана Абу Бакра ибн Мухаммеда Ахмад покидал Харар и возвращался в Хубат. После смерти имама Махфуза Гарад Абун Адаше стал самым популярным правителем Адала, что привело к конфликту с правящей династией Валашма, продолжавшемуся семь лет. Будучи элитным пехотинцем из Хубата, Ахмад присоединился к Адаше в его борьбе за власть против Валашма. Именно в этом конфликте Ахмад проявил мужество, интеллект и военное лидерство. Гарад Абун, пораженный военной доблестью Ахмада, устроил ему брак с младшей дочерью покойного Махфуза, Бати дель Вамбара. Считается, что султан Адала Абу Бакр ибн Мухаммад основал свою столицу в Хараре и набрал в свою армию большое количество сомалийцев. Вместе со своими сомалийскими союзниками Абу Бакр победил и убил Адаше недалеко от Зейлы в 1525 году. Остатки войск Адаше отступили обратно в Хубат, где их число вскоре превысило 100 человек. Султан попытался преследовать их, но Ахмад победил султана в полевом бою, вынудив Абу Бакра укрыться в Огадене с сомалийскими кочевниками. Ахмад не последовал за ним. Собрав новую большую группу сомалийских последователей, Абу Бакр встретился с Ахмадом во второй раз. Это было нерешительное столкновение, которое лишь заставило султана отступить обратно в Огаден, а Ахмад остался в Хубате независимым правителем мятежной провинции. Узнав, что мятежник по имени Ахмад ибн Ибрагим борется за власть с лидерами Адала, эфиопский император Давит II послал своего генерала Дегельхана, чтобы противостоять ему. Абиссинская кампания первоначально казалась успешной, поскольку Дегельхан захватил большое количество женщин и детей Адала, включая мать командира Ахмада, Абу Бакра Катина. Тем временем эмир Ахмад устроил ловушку в Хубате: разделив свой отряд на три части, он ждал, пока абиссинцы войдут в регион после разграбления Харара, и устроил им засаду в битве при Хубате. Оставшиеся в живых абиссинцы в панике бежали, и войска Ахмада одержали решительную победу, сумев вернуть украденную добычу. Победа Ахмада не только укрепила его боевые возможности, но и распространила его славу далеко и широко. Султан, узнав об этом, собрал большую армию своих сомалийских последователей и осадил свою столицу в осаде Хубата. Ахмад был неподготовлен и находился в горном лагере на Гара Мулете. Султан осадил Ахмада и его небольшую армию в течение десяти дней, надеясь заставить их умереть от голода. Однако в этот критический момент шейхи Харара вмешались и примирили двух лидеров. Ахмад был вынужден впервые в своей карьере признать власть Адальского государства. Этот мир был немедленно нарушен Абу Бакром, который попытался убить Ахмада, когда тот находился в Хараре. Ахмад бежал обратно в Хубат, где продолжил борьбу против султана. Примерно в это время рой пчел опустился на голову Ахмада, этот инцидент был сочтен настолько чудесным, что люди дали ему титул имама. После долгой войны имам победил и убил Абу Бакра, который бежал в Огаден среди своих сомалийских сторонников. Затем он вернулся в Харар, где посадил Умара Дина на трон в качестве своей марионетки. Имам Ахмад провел следующие несколько месяцев, подчиняя окружающие сомалийские кланы дипломатией и войной. Он надеялся объединить всех воюющих мусульманских кочевников под своей властью, и ему это удалось. Имам также смог начать запасаться огнестрельным оружием, таким как фитильные мушкеты, пушки и аркебузы, которые он получал из Аравии через порт Зейла. Перед началом вторжения в Эфиопию, как говорят, у него был доступ к нескольким пушкам, а также к нескольким хорошо вооруженным солдатам из Йемена. Он пригласил сомалийских вождей этого района принять участие в его джихаде (священной войне) против Эфиопии. Помимо сомалийцев, Ахмад также включил в свою армию другие народы этого района, которые с XIV века находились в постоянном конфликте с христианской империей, такие как харла, аргобба, афар и арабы. К 1527 году имам возглавлял сильное государство с постоянно расширяющейся сферой влияния в глубине Африканского Рога и был готов возглавить решающее военное наступление против христианской империи.

Вторжение в Абиссинию

Хроника вторжения имама Ахмада в Абиссинию изображена в различных арабских, абиссинских и других иностранных источниках. В 1529 году имам Ахмад наконец решил приступить к завоеванию Абиссинии и вскоре столкнулся с абиссинцами в битве при Шимбре Куре. Император, очевидно, ожидал этого столкновения и мобилизовал большую армию для защиты своих владений. Войска были набраны со всей империи, и в список христианских военачальников, участвовавших в битве, входят Бахр Негаш и другие чиновники из Медри Бахри, многие окружные правители из Тиграя, Амхары, территорий Агау, Бегемдера, Годжама, Шевы, а также из приграничных провинций Ифат, Фатагар, Даваро, Бали и Дамот. Хотя они расходятся в приводимых цифрах, как христианские, так и мусульманские источники единодушны в превосходстве императорской армии по численности войск. Несмотря на огромную численность абиссинской армии, имам смог нанести христианам сокрушительное поражение и полностью разгромить их. Ричард Панкхерст приписывает победу имама Ахмада наличию среди его последователей стрелков с фитильными замками. Эта битва, вероятно, была первым случаем, когда эфиопские войска столкнулись с войском, оснащенным огнестрельным оружием. Он добавляет, что абиссинцы не смогли выдержать «гром турецкой артиллерии» и не знали, как лечить раны, нанесенные пулями. Однако имам не смог сразу воспользоваться этой победой из-за междоусобной борьбы в своей армии. Он был вынужден вернуться в Харар, чтобы разрешить споры между различными племенами, составлявшими его войско. Он использовал эту возможность, чтобы создать армию, преданную ему, а не каким-либо конкретным племенным лидерам. Наконец, в 1531 году он восстановил свои силы и смог начать окончательное вторжение и оккупацию Абиссинии. С помощью своего передового оружия он смог нанести абиссинцам еще одно сокрушительное поражение в битве при Антукие, что позволило адалитам занять Фатагар и Шеву. Затем имам отправил своего сомалийского зятя Гарада Матана в Ифат, приказав ему бороться с жителями, пока не заставит их подчиниться. Адалиты продолжали продвигаться на север, обеспечив контроль над провинцией Бете-Амхара к концу года. Давит II отступил за реку Абай в относительную безопасность Годжама. Именно там, в Амхаре, адалиты обнаружили множество церквей и дворцов, построенных абиссинцами. Имам был поражен красотой этих церквей и, по словам арабского ученого-богослова (факыха), спросил всех арабов, сопровождавших его: «Есть ли на земле церковь, подобная этой, с ее изображениями и золотом, в Византии, или в Индии, или где-либо еще?» Они ответили: «Мы никогда не видели и не слышали о подобной церкви ни в Византии, ни в Индии, ни в каком-либо другом месте». Тем не менее, он приказал уничтожить все церкви, построенные абиссинцами, включая Мекане Селасси, Атронсу Мариам, Дебре Нагвадвад и Ганата Гиоргис. Вскоре он начал кампанию против жителей Бали и Даваро, которыми правил Дегалхан, ранее разграбивший Адал. Они смогли победить абиссинцев в битве при Амба-Сел, но это было непросто, поскольку христиане смогли нанести серьезные потери солдатам имама, занимая выгодную позицию на возвышенности. Среди погибших был ближайший сподвижник имама, Гарад Матан. Адалиты попытались захватить Дегальхана, но ему удалось бежать через Хадию. В течение следующих двух лет адалиты укрепили свои позиции в южных абиссинских провинциях Даваро, Бали, Фатагар, Хадия и Вейдж. После завоевания Дамота и подчинения язычников Гафата имам двинулся на север со своей армией. Имам был страстно заинтересован в обращении вновь оккупированных территорий, поскольку его люди состояли из религиозных фанатиков. Однако многие обращения были насильственными. Находясь в районе Дебре-Берхан, имам узнал, что местные жители не приняли ислам и не предложили платить джизью. Он приказал привести к нему всех, кто не принял ислам. Среди предстающих перед имамом были два христианских вождя, которые, проявив твердость в своей вере, услышали приговор: «Мы решили отрубить вам головы!» На что христиане ответили: «Хорошо». Имам был удивлен, но приказал их казнить. По прибытии в Бегемдер имам усмирил жителей Симена и Дембии. Бета-Израиль помогли адалитам в подчинении христиан, а поселения на островах озера Тана были разграблены и разрушены. В 1536 году адалиты вторглись в Годжам, к югу от озера Тана, и устроили там резню. В следующем году имам отправился в Даваро, где пробыл восемь месяцев, а затем направился в Ангот. Император был вынужден скрываться в своих владениях, постоянно преследуемый солдатами имама Ахмада. Давит II отправил Жуана Бермудеса, прибывшего в Эфиопию с Домом Родриго де Лима, чтобы обратиться за военной помощью к королю Португалии. Король Португалии в конечном итоге отправил корабли с 400 португальскими мушкетерами, но когда они прибыли в 1541 году, Давит II уже умер, и его сын Гелавидос занял его место. Португальцы во главе с Криштованом да Гама прибыли в Массаву, где Бахр Негус Йешак все еще держался. Вскоре они встретились с матерью-королевой Себле Вонгел и ее последователями. Укрепившись поддержкой местных ополченцев, они продвинулись в Тиграй, где победили адалитский гарнизон в битве при Баченте. Имам послал к Гаме гонца с требованием, чтобы португальские войска либо покинули Эфиопию, либо присоединились к имаму, либо были уничтожены. По приказу имама гонец преподнес Гаме подарок – монашескую рясу, дорогостоящую обиду. Гама ответил своим гонцом, который передал «несколько строк на арабском языке», заявив, что он прибыл в Эфиопию «по приказу великого Льва Моря» и что «на следующий день [Ахмад] увидит, на что способны португальцы», и передал оскорбительный подарок Гамы: пару «маленьких пинцетов для бровей и большое зеркало – представляя его [как женщину]». Первое столкновение произошло в битве при Ярте, где да Гама построил свои войска в пехотный квадрат и атаковал ряды имама, отражая последовательные волны адалитских атак с помощью мушкетов и пушек. Битва закончилась, когда имам Ахмад был ранен в ногу случайным выстрелом; увидев сигналы к отступлению на своих знаменах, португальцы и их абиссинские союзники обрушились на них, нанеся адалитам огромные потери. В течение следующих нескольких дней силы имама Ахмада были усилены прибытием свежих войск. Понимая необходимость действовать быстро, да Гама 16 апреля снова построил квадрат и повел его против лагеря имама Ахмада. Каштаньосо сожалеет, что «победа была бы полной в этот день, если бы у нас было всего сто лошадей, чтобы завершить ее, ибо король перевозился на носилках, в сопровождении всадников, и они бежали в беспорядке». Да Гама двинулся на юг вслед за силами имама Ахмада, через десять дней увидев его. Однако наступление сезона дождей помешало да Гаме вступить в бой с Ахмадом. По совету королевы Себле Вонгел да Гама расположил зимний лагерь в Вофле, недалеко от озера Ашенге, все еще в пределах видимости своего противника. Ахмад был вынужден отступить дальше на юг, где, столкнувшись с невезением, местное население открыто ослушалось его, отказываясь предоставлять ему припасы или солдат. Дж. Спенсер Тримингем указывает на убежище имама возле деревни Кобo, с видом на Афарскую впадину. Имам успешно обратился к турецкому губернатору Йеменского эялета в Забиде, предложив «много денег» и подчинение чиновнику, он получил дополнительные 2000 мушкетеров из Аравии, а также артиллерию и 900 отобранных солдат от османов, чтобы помочь ему. Тем временем, из-за потерь и других обязанностей, силы да Гамы сократились до 300 мушкетеров. После окончания дождей И...

Персонаж

Мусульманские источники изображают имама как аскета и пример моджахида. Шихаб ад-Дин отмечает, что во время похода в Гендебело он отверг предложения жителей о золоте за его жену и отчитал протестовавших старших военачальников, настаивавших на том, что золото должно быть использовано исключительно для джихада. Вскоре после прихода к власти в 1527 году он запретил вино, азартные игры и танцы с барабанами. Он также был известен покровительством ученым-юристам и богословам. Шихаб ад-Дин упоминает, что во время завоевания Тигра он построил множество мечетей и городов в Бегемдере и Дембии. Он также проявлял большое рвение в обращении в ислам абиссинского населения, лично обучая Корану новообращенных, и особенно детей. Во время вторжения в 1535 году имам посетил гробницу Наджаши в Негаше, чтобы воздать ему должное, и назвал своего сына Ахмедом ан-Наджаши в его честь.

Наследие

Нападение имама Ахмада, вероятно, стало самой важной главой в долгой истории Эфиопии. Разрушение культурных ценностей и национального достоинства было колоссальным. Вторжение имама Ахмада оставило неизгладимый отпечаток в эфиопском сознании. Как пишет Пол Б. Хензе, «в Эфиопии ущерб, нанесенный Ахмадом Гранем, никогда не был забыт. Каждый горный христианин до сих пор слышит истории о Гране в детстве». В фольклоре Шева имам Ахмед предстает как гигант мифических размеров, которого остановили лишь 500 человек на 500 лошадях, сделавших 500 выстрелов из ружей. Эфиопские хроники утверждают, что 90% Империи были исламизированы во время его завоеваний. По мнению Энрико Черулли, Адал так и не оправился от смерти имама Ахмада, поскольку султанат Адал был слишком молод, чтобы преодолеть племенные разногласия. Его преемникам не удалось утвердить свою власть над кочевыми племенами, и государство Адалитов сосредоточилось преимущественно вокруг города Харар. Он утверждает, что в результате кочевые народы инстинктивно возвращались к «вечной, разоряющей борьбе народа против народа и племени против племени». К 1577 году султанат Адал окончательно распался из-за межплеменных распрей и давления миграций оромо. Историк Дидье Морин отмечает, что Ахмед Ибрагим, носящий титул имама, часто ошибочно отождествляется с военачальником Ахмедом Гирри бин Хуссейн Аль Сомали.