Пьер ван Паассен: Жизнь журналиста и проповедника на рубеже эпох.

Введение

Американский журналист и священник

Пьер ван Паассен (7 февраля 1895 года – 8 января 1968 года) – голландско-канадский американский журналист, писатель и унитарный пастор. Он родился в Горинхеме, Нидерланды, а в 1914 году эмигрировал с родителями в Канаду. После поступления в семинарию служил миссионером среди русинских иммигрантов в глуши провинции Альберта, где помогал в медицинской работе. В 1917 году он оставил теологическую школу, чтобы служить в канадской армии во Франции в Первой мировой войне в качестве пехотинца и сапёра. В 1921 году он стал журналистом в газете "Toronto Globe", а через год переехал в США и начал писать синдицированную колонку для "The Atlanta Journal Constitution". С 1924 по 1931 год Ван Паассен работал иностранным корреспондентом и обозревателем парижской газеты "New York Evening World". После закрытия газеты он стал иностранным корреспондентом "Toronto Star". Ван Паассен владел голландским, французским, английским и немного русинским языками (язык, достаточно близкий к украинскому, чтобы позволить ему общаться на бытовом уровне со многими русскими), а позже выучил иврит. Он прославился репортажами о конфликтах между арабами, британцами, евреями и французами на Ближнем Востоке, а также о продолжавшейся африканской работорговле и колониальных проблемах в Северной Африке и Африканском Роге. Он освещал итало-эфиопскую войну Бенито Муссолини, гражданскую войну в Испании и другие европейские и колониальные конфликты.

Журналистская карьера

В дополнение к его популярным репортажам, часто в быстротечных историях о людях, для написания которых газеты его в основном и нанимали, многочисленные личные свидетельства ван Паассена с места событий донесли до американских читателей суровую реальность европейской внутренней нестабильности и зарубежных авантюр европейских колониальных держав в межвоенный период. Начиная с первых поездок в Палестину в 1925 году, он увидел и оценил труд первых еврейских иммигрантов по улучшению сельского хозяйства и промышленности в регионе. Позже он стал одним из первых неевреев в Америке, положительно отозвавшихся о кампании по созданию еврейского национального очага в Палестине, и впоследствии оставался сторонником сионизма. Однако, в основе своей, Ван Паассен был христианским демократическим социалистом, обеспокоенным, как он писал в своей автобиографической книге «Дни наших лет», непреходящей борьбой за справедливость для простых людей. Он был ярым противником фашизма в Италии, Германии и Франции с 1920-х годов, что укрепилось после десяти дней, проведенных в качестве узника в концентрационном лагере Дахау в конце марта 1933 года. Его деятельность в качестве корреспондента привела к «изгнанию из Франции Пьером Лавалем, из Германии Йозефом Геббельсом и из Эритреи графом Чиано». В 1933 году Ван Паассен инкогнито посетил Купол Скалы, знаменитую исламскую святыню в Иерусалиме. Его сопровождал офицер британской разведки, и оба обмазали лица и руки жженым пробковым порошком, чтобы придать себе арабский вид. Они также надели длинные белые одеяния, чтобы выглядеть как «хаджи». Их скрытность была необходимостью, поскольку неверным не разрешалось (и до сих пор не разрешается) посещать места, считающиеся самыми священными в исламе. Целью их визита было изнутри изучить радикальное движение, выслушав проповеди мулл относительно политической нестабильности, царившей в тогдашней Палестине, находившейся под британским контролем. Три года спустя разгорелось Великое восстание. Это усиление политического насилия было частично спланировано Великим муфтием Иерусалима Мохаммадом Амином аль-Хусейни, которого Ван Паассен опрашивал в 1929 году о его подстрекательстве к кровавому восстанию против евреев в Палестине в том же году.

In addition to his popular storytelling in the frequently ephemeral human interest stories that the papers principally hired him to write, van Paassen's many other personal accounts from the field brought home to American readers the often harsh results of European internal turmoil and of the foreign adventures of the interwar European colonial powers. From his earliest travels to Palestine in 1925, he saw and developed a regard for the work of the early Jewish immigrants to improve the area's agriculture and industry. Later he became one of the first non Jews in America to write favorably about the campaign to establish a Jewish national home in Palestine, and remained a Zionist supporter afterwards. But fundamentally, Van Paassen was a Christian Democratic Socialist concerned, as he put it in his autobiographical Days of Our Years, with the enduring struggle for justice for ordinary individuals. He was a staunch opponent of fascism in Italy, Germany and France from the 1920s, reinforced by the ten days he spent as a prisoner in the Dachau Concentration Camp in late March 1933. His activities as a correspondent brought "expulsion from France by Pierre Laval, from Germany by Joseph Goebbels and from Eritrea by Count Ciano." In 1933 Van Paassen traveled incognito to the Dome of the Rock, a famous Islamic shrine in Jerusalem. He was accompanied by a British Intelligence officer, and both smeared their faces and hands with burnt cork to give them an Arab appearance. They also wore long white garments to give them a "Hadjihs" appearance. Their evasiveness was a necessity, for nonbelievers were (and still are) not allowed in areas that are considered to be the holiest places in the world of Islam. The purpose of their venture was to get an inside look at the radical movement by listening to what the Mullahs were preaching in regards to the political turmoil that was taking place in then British controlled Palestine. Three years later The Great Uprising took form. This redoubled political violence was in part planned by the Grand Mufti of Jerusalem, Mohammad Amin al Husayni, whom Van Paassen had interviewed in 1929 about his incitement of the bloody uprising that year against the Jews in Palestine.

Автобиографии

В автобиографии Ван Паассена "Дни наших лет", опубликованной в 1939 году, подробно описаны многие события, которые он не мог упомянуть в своих предыдущих газетных репортажах. Эта книга стала бестселлером в США и удерживала этот статус почти два года. "Поскольку я не мог позволить себе быть исключенным ни из одной европейской страны, учитывая столь широкий охват моей работы, мне было в интересах поддерживать хорошие отношения со всеми зарождающимися цензурными органами в Европе. Поэтому многое из того, что я исследовал или видел, оставалось не освещенным. Например, в 1928 году, [относительно] методов реакционных правительств Румынии и Болгарии в подавлении народных движений, только в Болгарии было убито двенадцать тысяч крестьян и рабочих в том году – я не мог отправить ни строчки. Полиция следила за каждым нашим шагом. Главный редактор, мистер Джон Теннант, не раз предупреждал меня, что меня не отправляли с крестовым походом. Он также добавил, что не получил подтверждения от какого-либо надежного источника этой ужасной истории в Болгарии. Корреспонденты местных агентств тоже ничего не сообщали. Поэтому я тоже молчал. Это была единственная разумная политика. Такие корреспонденты, как Джордж Селдес, Сэмюэл Спивак, Дэвид Дарра Гедье и я, очень скоро обнаружили, что если мы высказываемся, то долго на своем месте – ни в странах, где мы работали, ни на своих должностях – не задержимся". Ван Паассен получил гражданство США в 1947 году. В своей книге 1964 года "На счету наши дни" Ван Паассен более подробно рассмотрел многие из тех же тем, которые он затронул в "Днях наших лет", особенно маневры европейских империй накануне Второй мировой войны. Книга лишь незначительно расширяет рассказ Ван Паассена после вступления США в войну, но содержит много информации о его довоенной жизни в качестве разъездного корреспондента. Взгляды Ван Паассена на потенциал Советского Союза, по-видимому, изменились между 1939 и 1941 годами, и он пишет о России меньше и менее оптимистично, чем в своих работах 1920-х и 1930-х годов. В своих книгах Ван Паассен не был строгим историком, но использовал яркие описания, часто основанные на непосредственных впечатлениях от участников конфликтов, о которых он писал. Во время палестинского восстания 1929 года, после того как его репортаж о массовых убийствах противоречил заявлениям муфтия и пресс-релизам местных британских чиновников, он стал объектом нескольких покушений, после последнего из которых капитан Сондерс прямо спросил: "Кстати, почему с вами происходят эти вещи? Я не получал никаких жалоб от ваших коллег из прессы в Иерусалиме". Впоследствии он был объявлен персоной нон грата в резиденции губернатора, но настаивал, что "Я считаю, что моя вина заключалась в том, что я ничего не принимал на веру – я расспрашивал каждого".

Van Paassen's autobiography, Days of Our Years, published in 1939, detailed many events that he could not mention in his earlier newspaper reports. It was the bestselling nonfiction book in the United States for almost two years. "Since I could not afford to be excluded from a single European country with so general an assignment, it was in my interest to remain on the good side of all the nascent censorships in Europe. Hence many things I investigated or saw remained unreported. For example, in 1928 [about] the methods of the reactionary governments of Rumania and Bulgaria in suppressing popular movements twelve thousand peasants and workers had been slain in Bulgaria alone that year I could not send out a word. The police dogged our every footstep The managing editor, Mr. John H. Tennant, warned me more than once that I had not been sent over on a crusading mission. He added, moreover, that there was no confirmation from any reliable source on that horrible business in Bulgaria. The local agency correspondents had not sent a word. So I, too, remained silent. It was the only policy. Correspondents like George Seldes, Samuel Spivak, David Darrah Gedye, and myself discovered only too soon that if we did speak out, we did not last very long, either in the countries in which we were stationed or in our jobs." Van Paassen became a US citizen in 1947. In his 1964 book To Number Our Days, Van Paassen wrote more about many of the same subjects he covered in Days of Our Years, especially the maneuvers of pre World War II Europe's empires. The book only slightly extends Van Paassen's account after the US entering the war, but includes much about his pre war life as a roving correspondent. Van Paassen's views of the potential of the Soviet Union appear to have changed between 1939 and 1941, and he writes less about Russia and less optimistically about it than in his writings of the 1920s and 1930s. In his books, Van Paassen was not a rigorous historian but used vivid accounts often taken from first hand encounters with participants in the conflicts about which he wrote. During the 1929 Palestine uprising, after his reporting on the massacres contradicted both the Mufti's statements and local British officials' news releases, he became the target of several assassination attempts, after the last of which a Captain Saunders pointedly asked, "Moreover, why do these things happen to you? I have received no complaints from your colleagues of the press in Jerusalem." Subsequently, he became persona non grata at Government House, but insisted that "I believe my offense was that I took nothing for granted I questioned everybody "