Введение

Иоанн Саввас Романидес (Ιωάννης Σάββας Ρωμανίδης; 2 марта 1927 – 1 ноября 2001) был теологом, восточно-православным священником и ученым, оказавшим значительное влияние на греческое православное богословие послевоенного периода.

Биография

Родился в Пирее, Греция, 2 марта 1928 года. Его родители эмигрировали в Соединенные Штаты, когда ему было всего два месяца от роду. Он вырос на Манхэттене и окончил Хеленский колледж в Бруклине, штат Массачусетс. После обучения в Йельской богословской школе он получил степень доктора философии в Афинском университете. С 1956 по 1965 год он был профессором догматического богословия в Богословской школе Святого Креста в Бруклине, штат Массачусетс. В 1968 году он был назначен на должность профессора догматического богословия в Университете Салоники, Греция, которую занимал до выхода на пенсию в 1982 году. Его последней должностью был пост профессора теологии в Баламандской теологической школе в Ливане. Романид скончался в Афинах, Греция, 1 ноября 2001 года.

Теология

Романид принадлежал к "теологическому поколению 1960-х годов", которое призывало к "возвращению к Отцам", что привело к "острой поляризации разделения между Востоком и Западом и развитию антизападных, антиэкуменических настроений". По словам Калаицидиса, его ранние богословские интересы были "широкими и всесторонними", но сузились с публикацией "Ромиозини" в 1975 году, которая постулирует абсолютный разрыв между Восточными Церквами и Западной Церковью: "[н]ачиная с этого момента, Запад полностью демонизируется и объявляется ответственным за все несчастья Православия, как богословские, так и исторические/национальные". Романид внес множество предположений, некоторые из которых были спорными, в изучение культурных и религиозных различий между Восточным и Западным христианством. По мнению Романида, эти различия повлияли на то, как развивалось и воплощалось христианство в христианских культурах Востока и Запада. Романид считал, что эти различия были обусловлены влиянием франков, которые существенно отличались от римлян в культурном отношении. В своих богословских трудах он подчеркивал эмпирическую (опытную) основу богословия, называемую теорией или созерцанием Бога (в отличие от рационального или логического понимания теории), как сущность православного богословия, что отличает его "от всех других религий и традиций", особенно от западной Церкви, где доминировали франки и которая исказила этот истинный духовный путь. Глубоко изучая труды византийского богослова XIV века святого Григория Паламы, он утверждал, что религия тождественна болезни, а так называемая Иисусова молитва –

Его исследования в области догматического богословия привели его к выводу о тесной связи между доктринальными различиями и историческими событиями. Таким образом, в последние годы жизни он сосредоточился на исторических исследованиях, в основном относящихся к Средневековью, но также и к XVIII и XIX векам.

Августин Гиппонийский

Романид считает святого Августина главным антагонистом православного мышления. Романид утверждает, что, несмотря на святость, Августину не было дано созерцание (theoria). Многие его богословские заключения, по словам Романида, не кажутся вытекающими из опыта познания Бога и описания этого опыта; скорее, они представляются результатом философских или логических спекуляций и предположений. Основной чертой франкского схоластического метода, заблудившегося под влиянием августиновского платонизма и томистского аристотелизма, была наивная уверенность в объективном существовании вещей, полученных путем рациональных построений. Следуя Августину, франки заменили патристическую заботу о духовном созерцании (которое они обнаружили прочно укоренившимся в Галлии, когда впервые завоевали эту область) увлечением метафизикой. Они не подозревали, что подобные спекуляции не имеют основания ни в тварной, ни в духовной реальности. Сегодня никто не примет за истину то, что не может быть эмпирически подтверждено или, по крайней мере, проверено посредством вывода из достоверного следствия. То же самое относится и к патристической теологии. Диалектические спекуляции о Боге и Воплощении как таковом отвергаются. Принимаются лишь те вещи, которые могут быть испытаны опытом благодати Божией в сердце. "Не увлекайтесь различными и чуждыми учениями, ибо хорошо, чтобы сердце укреплялось благодатью", – этот отрывок из Евреям 13:9 цитируют Отцы Церкви.

Первородный грех против греха предков

Романид отвергает католическое учение о первородном грехе. Православные богословы связывают эту позицию с влиянием работ святого Августина. Восточное Православие, Древневосточное Православие и Ассирийская Церковь Востока, вместе составляющие Восточное христианство, полагают, что введение греха прародителей повлияло на условия существования человечества, но никогда не принимали августиновское понимание первородного греха и наследственной вины.

Отвержение святого Августина

Восточные православные богословы Иоанн Романидес и Георгий Пападеметрио утверждают, что некоторые учения Августина фактически были осуждены как учения Варлаама Калабрийского на Хесихастском, или Пятом Константинопольском соборе 1351 года. Познание Бога дается через видение или откровение от Бога (теорию). Теория, contemplatio на латыни, как указал Иоанн Кассиан, означающая созерцание Бога, тесно связана с теозисом (богоподобием). Теория: Теория есть видение славы Божией. Теория отождествляется с видением несозданного Света, несозданной энергии Божией, с единением человека с Богом, с обожением человека (см. примечание ниже). Таким образом, теория, видение и теозис тесно взаимосвязаны. Теория имеет различные степени: просветление, видение Бога и постоянное видение (в течение часов, дней, недель, даже месяцев). Ноэтическая молитва – это первый этап теории. Человек, находящийся на этом этапе, называется теоретиком. В патристической теологии теоретик характеризуется как пастырь овец. "Действительно, за несколько столетий до этого, вскоре после нормандского завоевания, второй ломбардский архиепископ Кентерберийский Ансельм (1093–1109) был недоволен использованием Августином термина "исхождение" (procession) в его труде "О Троице" XV, 47, то есть тем, что Святой Дух исходит изначально от Отца или от Отца через Сына (per Filium). (См. собственные труды Ансельма "О вере в Троицу" главы 15, 16 и 24). Этот западно-римский православный Filioque, который так обеспокоил Ансельма, не мог быть добавлен к Символу веры 381 года, где "исхождение" означает гипостатическую индивидуальность, а не причастие божественной сущности, как в Filioque Августина, только что процитированном. Августин действительно был православным по намерению, благодаря своей готовности к исправлению. Настоящая проблема в том, что он не богословствует с точки зрения личного обожения или прославления, а как философ, спекулирующий на Библии, не имея реальной основы в патристической традиции. Более того, весь его богословский метод основан на счастье как на предназначении человека, а не на библейском прославлении. Его вытекающий из этого метод analogia entis и analogia fidei не принимается ни одним из Отцов Церкви. В любом случае, ни один православный не может принять позиции Августина, по которым Отцы Вселенских Соборов согласны "против" него. Этот сайт не ставит целью выяснение того, является ли Августин святым или Отцом Церкви. Нет сомнений, что он был православным по намерению и просил исправления. Однако его нельзя использовать таким образом, чтобы его мнения приравнивались к мнениям Отцов Вселенских Соборов". Архимандрит (впоследствии архиепископ) Хрисостом Гонсалес из Этны, Калифорния, критиковал критику Августина со стороны Романидеса: "В некоторых ультраконсервативных православных кругах в Соединенных Штатах сформировалось, к сожалению, злое и резкое отношение к одному из великих Отцов Церкви, блаженному (святому) Августину Гиппонскому (354–430 гг. н.э.). Эти круги, хотя и явно выходят за рамки основного течения православной мысли и серьезных научных исследований, часто были настолько громкими и настойчивыми в своих заявлениях, что их взгляды затронули и даже повлияли на более умеренных и устойчивых православных верующих и мыслителей. Немало писателей и духовных искателей были обеспокоены этой тенденцией.

Рай и ад

Согласно Романиду, теологическая концепция ада, или вечного проклятия, выражается по-разному в восточном и западном христианстве. По словам Джона С. Романида, "франкское [то есть западное] понимание рая и ада" "чуждо православной традиции". Для того, кто ненавидит Бога, вечное пребывание в присутствии Бога будет самым тяжким страданием. Элизабет Х. Продрому написала в своей книге «Размышления о вере: новые перспективы от православных христианских ученых», что для православных богословские символы рая и ада не понимаются упрощенно как пространственные пункты назначения, а скорее относятся к опыту присутствия Бога в двух различных модальностях. И спасенные, и проклятые испытают Божий свет, свет Табора. Однако спасенные воспримут этот свет как Рай, а проклятые – как Ад. Рай и ад существуют не как угроза и наказание со стороны Бога, а как болезнь и исцеление. Исцеленные и очищенные испытывают животворящую энергию Божественной благодати, а неисцеленные и больные – жгучую энергию Божью. [ ] Те, кто обладает бескорыстной любовью и являются друзьями Бога, видят Бога в свете Божественного света, в то время как эгоистичные и нечистые видят Бога-судью как огонь – тьму. Сам Бог есть и рай, и ад, награда и наказание. Все люди созданы, чтобы непрестанно созерцать Бога в Его несотворенной славе. Будет ли Бог для каждого человека раем или адом, наградой или наказанием, зависит от ответа человека на Божью любовь и от его преображения из состояния эгоистичной и самоцентричной любви в любовь, уподобную Божьей, не ищущую собственных целей. Другие восточно-православные богословы описывают ад как отделение от Бога. Архимандрит Софроний (Сахаров) говорит о "аде как отделении от Бога". "Все обстоятельства, возникающие перед нами, проблемы, с которыми мы сталкиваемся, отношения, которые мы строим, выбор, который мы делаем, в конечном итоге касаются нашего вечного единения с Богом или нашего отделения от Него". "Ад – это не что иное, как отделение человека от Бога, его автономия, исключающая его из места, где присутствует Бог". "Ад – это духовное состояние, в котором человек отделен от Бога и не способен испытывать Божью любовь, осознавая при этом окончательную потерю ее как наказание". "Ад – это не что иное, как состояние отчуждения от Бога, в которое человечество погрузилось, предпочтя тварь Творцу. Следовательно, ад порождает человек, а не Бог. Созданный свободным ради любви, человек обладает невероятной силой отвергнуть эту любовь, сказать "нет" Богу. Отказываясь от общения с Богом, он становится хищником, обрекая себя на духовную смерть (ад), которая страшнее физической смерти, являющейся ее следствием". Согласно Иоанну Полеме, видный православный богослов Григорий Палама не верил, что грешники будут испытывать Божественный свет: "В отличие от Феофана, Палама не считал, что грешники могут иметь опыт Божественного света [ ] Нигде в своих трудах Палама, по-видимому, не разделяет мнение Феофана о том, что свет Табора тождествен огню ада".

Богоявление

Практика аскетической молитвы, называемая в Восточной православной церкви исихазмом, сосредоточена на просветлении, обожествлении (теозе) человека. Теозис также упоминается как «прославление». Православные Отцы Церкви – это те, кто практикует специфическое ветхозаветное и новозаветное исцеление этой болезни религии. Те, кто не практикует это исцеление, но напротив, внедрили такие практики, как языческая мистика, не являются Отцами в этой традиции. Православное богословие не «мистическое», а «тайное» (mystike). Причина этого названия «Тайна» в том, что слава Бога в опыте прославления (теозиса) не имеет никакого сходства с чем-либо сотворенным. Напротив, августинцы полагают, что они соединяются с несотворенными изначальными идеями Бога, копиями которых якобы являются творения, и которые просто не существуют. «Три ученика Христа (Петр, Иаков и Иоанн) созерцали славу Христа на горе Фавор. Богопознание: это участие в несотворенной благодати Бога. Теозис отождествляется и связан с теорией (видением) несотворенного Света. Оно называется обожением по благодати, поскольку достигается через энергию божественной благодати. Это сотрудничество Бога с человеком, поскольку Бог действует, а человек содействует». «Обожение», «стать богами по благодати», а также «божественность», «примирение, единение с Богом» и «прославление». Руководство Римской империи осознало, что религия – это болезнь, исцеление от которой является сердцевиной и ядром преследуемой ими христианской традиции. Эти проницательные римские лидеры изменили свою политику, осознав, что это исцеление должно быть принято как можно большим числом римских граждан. Под руководством Константина Великого римские правители приняли это исцеление точно так же, как современные правительства принимают современную медицину для защиты своих граждан от шарлатанов. Но в этом случае, возможно, не менее важным, чем само исцеление, была возможность обогатить общество гражданами, которые заменили болезненное стремление к счастью бескорыстной любовью к прославлению (теозису), посвященному общему благу. Согласно Романиду, следуя интерпретации святого Григория Паламы Владимиром Лосским, учение о том, что Бог трансцендентен (непостижим в сущности, бытии или природе), привело на Западе к (ложному) пониманию того, что Бога нельзя испытать в этой жизни. Романид утверждает, что западное богословие больше опирается на логику и разум, кульминацией которых является схоластика, используемая для подтверждения истины и существования Бога, чем на установление отношений с Богом (теозис и теория).

Влияние

По словам Калаицидиса, Романид оказал сильное влияние на современное греческое православие, настолько, что некоторые говорят о "теологии до и после Романида". Калаицидис далее отмечает, что теология Романида, созданная после 1975 года, "предоставила удобное и успокаивающее конспирологическое объяснение исторических бед Православия и Ромиосина", но "полностью лишена какой-либо самокритики, поскольку вина всегда перекладывается на других". В недавней статье Джеймса Л. Келли утверждается, что обеспокоенность Калаицидиса тем, что православные богословы прибегают к "самокритике", является попыткой спровоцировать "развитие православного учения", чтобы, как только православные признают хотя бы часть вины за "разделения среди христианских конфессий", они скорректировали бы учение Православия в соответствии с экуменической программой (см. Джеймс Л. Келли, "Romeosyne" по мнению Джона Романида и Христоса Яннараса: Ответ Пантелису Калаицидису [Norman, OK: Romanity Pres, 2016]).

Статьи

Некоторые его статьи можно найти на сайте, посвященном ему. Среди его книг: