Ракета Matador: История и Технические Детали

Введение

Крылатая ракета "поверхность-поверхность"

История

Первый полет Matador, модель XSSM A 1, состоялся на ракетном полигоне White Sands 20 января 1949 года. Первые две серийные ракеты B 61 Matador прибыли на авиабазу Эглин, штат Флорида, в сентябре 1953 года под контролем 6555-й эскадрильи управляемых ракет для проведения климатических испытаний. Однако, из-за приборного оборудования и предварительных проверок, фактические испытания в холодную погоду начались лишь в ноябре. В конце 1953 года первая эскадрилья была готова к эксплуатации, но развернута она была только в 1954 году как 1-я беспилотная бомбардировочная эскадрилья на авиабазе Битбург, Германия, с ракетами B 61A, оснащенными ядерной боеголовкой W5. Ракета могла нести и обычную боеголовку, но неизвестно, использовались ли они когда-либо на практике. К концу 1950-х годов все ракеты Matador, по крайней мере, несли ядерную боеголовку. Последние Matador были сняты с вооружения в 1962 году, всего было произведено 1200 ракет. В то время они были развернуты в эскадрильях на авиабазе Битбург, Западная Германия, в Тайнане, Тайвань, и в различных районах Южной Кореи. Специализированные учебные центры по техническому обслуживанию располагались на заводе Гленна Л. Мартина и на авиабазе Лоури, оба в Денвере, штат Колорадо, а подготовка к пуску велась на авиабазе Орландо, штат Флорида (позже переданной ВМС США и переименованной в Учебный центр военно-морского флота Орландо) и на авиабазе Кейп-Канаверал, штат Флорида. Когда эскадрильи в Тайнане были расформированы, корпуса ракет были выведены из строя путем вырезания точек крепления в переборках фюзеляжа топорами, после чего они были проданы как металлолом после удаления боеголовок. Большая часть вспомогательной техники, состоящей в основном из грузовиков грузоподъемностью 2½ и 5 тонн, была продана на местном рынке. Вероятно, на других базах ракеты и оборудование были утилизированы аналогичным образом.

Руководство

Система изначально проектировалась с использованием системы наведения SHANICLE (навигационное средство малой дальности). По сути, это была адаптация гиперболической навигационной системы LORAN к микроволновым частотам для уменьшения размеров и повышения точности. Для каждой ракеты требовалось в общей сложности четыре станции: две использовались для генерации сигнала, определяющего линию, проходящую над целью, а вторая пара – для определения дальности. Транспондеры ракеты переизлучали эти сигналы, которые принимались приемниками на «главной» станции. Разница во времени приема сигналов от любой пары указывала на расстояние от ракеты до заданной точки; нулевая задержка означала, что она находится точно на курсе. Эта разница вычислялась, и необходимые корректировки периодически отправлялись в автопилот ракеты. В декабре 1950 года была внедрена новая система – MARC. Она представляла собой адаптацию AN/MSQ 1, использовавшейся во время Корейской войны для наземного управления бомбардировками. Вместо передачи сигнала по всей территории MARC использовал модифицированные радиолокационные комплексы SCR 584 военного времени для непосредственного отслеживания ракеты, оснащенной транспондером AN/APS 11 для отражения сигналов обратно на станцию. Эти сигналы напрямую измеряли дальность до ракеты, в отличие от относительных измерений SHANICLE. Аналоговый компьютер вычислял разницу между текущим положением ракеты и желаемой траекторией полета и отправлял сигналы в автопилот, закодированные в радиолокационных сигналах. Испытания на мысе Канаверал быстро показали превосходство системы MARC, и первые два серийных образца были развернуты в сентябре 1951 года. Для перемещения одной ракеты «Матадор» и сопутствующего оборудования требовалось множество транспортных средств. Это был транспортный прицеп, который перевозил ракету без крыльев, прикрепленных к фюзеляжу, пусковая установка – полуприцеп длиной более 12 метров и весом более, фургон для выбора цели, фургон с боеголовками, дизельный генератор мощностью 60 кВт, тягач, гидравлический агрегат, мобильный блокпост и гидравлический кран, установленный на грузовике. Имелось несколько грузовиков грузоподъемностью 2,5 и 5 тонн (тягачи) для присоединения и буксировки пусковых установок, транспортного средства и генератора. В некоторых эскадрильях каждая группа запуска имела большой прицеп для хранения оружия, боеприпасов и снабжения. Типичная стартовая площадка имела активную, или «горячую» позицию, на которой находилась ракета, наиболее готовая к запуску. На этой позиции находился дежурный экипаж запуска. Согласно книге, для этого требовалось 15 минут, но некоторым экипажам удавалось справиться чуть более чем за 6 минут. На площадке обычно была резервная позиция, на которой находилась ракета, подготовка которой к запуску требовала несколько больше усилий. На этой позиции находился экипаж ожидания, который, находясь на месте, обычно мог быть готов к запуску через 20–30 минут. Если была третья позиция, на ней могло вообще не быть ракеты. Если один из не дежурных экипажей успевал вовремя добраться до стартовой площадки, он пытался установить ракету на пусковую установку и подготовить ее к запуску. Поскольку все стартовые площадки находились в пределах нескольких минут полета от потенциального противника, маловероятно, что третья ракета была бы запущена, но все экипажи проводили многочисленные тренировки во время дежурства и ожидания, стремясь сократить время, необходимое для запуска ракет. Часто эти тренировки сопровождались пролетом самолета T-33, на котором была установлена система наведения MSQ 1. (F-100 Super Sabres из 36-й и 50-й истребительных авиационных групп обычно использовались для проведения учебных запусков в Европе). Этот самолет пролетал над стартовой площадкой на очень низкой высоте и затем имитировал траекторию полета ракеты под управлением экипажей наведения. Это давало экипажам наведения практику управления ракетой в полете, а также офицерам эскадрильи – время полета. Траектория полета «Матадора» была очень простой и предсказуемой, что, несомненно, способствовало ее устареванию. Когда стартовый офицер нажимал два пусковых выключателя, срабатывала ускорительная бутыль JATO, разгоняя ракету до определенной скорости за две с половиной секунды. В этот момент ускорительная бутыль отсоединялась, и ракета продолжала движение по заданному курсу и углу подъема, пока ее не захватывали экипажи наведения и их оборудование. Ракета не имела управления высотой или скоростью, продолжая лететь как можно быстрее, набирая высоту по мере расхода топлива, пока не достигала максимальной высоты. Примерно в 10 километрах от цели экипажи наведения отправляли сигнал «сброс», который приводил к тому, что ракета опускала нос в так называемый «крутой спуск». Этот спуск был почти вертикальным и продолжался до тех пор, пока ракета не достигала заданной высоты подрыва, определяемой радиовысотомером, после чего срабатывало взрывное устройство. В случае отказа радиовысотомера использовался резервный барометрический взрыватель; в случае его отказа – взрыватель ударного действия. Как и все ракеты и бомбардировщики того времени, точность была невысокой по современным меркам. Попадание в пределах мили считалось успехом. Несмотря на то, что ракета классифицировалась как «тактическое» оружие, на самом деле она технически не могла поражать отдельные цели, поэтому, вероятно, она нацеливалась на города, вблизи которых находились военные объекты, такие как аэродромы. Фактические цели были засекречены и известны только офицеру наведения.

The system was initially designed to use the SHANICLE (Short Range Navigation Vehicle) guidance system. This was essentially an adaptation of the LORAN hyperbolic navigation system to microwave frequencies to make it smaller and more accurate. A total of four stations were required per missile; two were used to produce a signal defining a line passing over the target, and a second pair defined the range. The missile's transponders rebroadcast these signals where they were picked up by receivers as the "master" station. The difference between the reception of the signals from any given pair indicated how far the missile was from the desired measure a delay of zero meant it was exactly on course. The difference was calculated and the required updates were periodically sent to the missile's autopilot. In December 1950 a new system was introduced, MARC. This was an adaptation of the AN/MSQ 1 used during the Korean War to provide ground directed bombing. Instead of sending back a signal broadcast across the entire area, MARC used modified war era SCR 584 radar sets to directly track the missile, which mounted an AN/APS 11 transponder to reflect the signals back to the station. These signals directly measured the range to the aircraft, unlike SHANICLE's measurements which were relative values. An analog computer then calculated the difference between the missile's current position and desired flight path, and sent signals to the autopilot encoded in the radar signals. Guidance tests at Cape Canaveral quickly demonstrated the MARC system to be superior, and the first two production units were set up in September 1951. A single Matador missile required many vehicles to move it and its associated support equipment. There was a transport vehicle, which was a short wheelbase semi trailer truck which carried the missile with the wings removed and attached alongside the fuselage, a launcher, which was a semi trailer more than 40 feet (12 m) long weighing more than There was a target selection van, a warhead van, a 60 kW diesel generator, a tug, a hydraulic unit, a mobile blockhouse, and a truck mounted hydraulic crane. There were several 2½ and 5 ton trucks (tractor type) to attach to and tow the launchers, transport vehicle, and generator. In some squadrons, each launch team had a large trailer in which it stored weapons, ammunition and supplies. A typical missile launch site had an active, or "hot" pad on which was kept the missile most ready to launch. This pad was manned by the on duty launch crew. According to the book, this required 15 minutes to do, but some crews could accomplish it in slightly more than 6 minutes. The site usually had a backup pad, on which was a missile which would require somewhat more effort to get it launched. This pad was manned by the standby crew, and if they were on site, could usually be ready to launch in 20–30 minutes. If there was a third pad, it may not have a missile on it at all. If one of the off duty crews could make it to the launch site in time, they would try to get a missile onto the launcher there, and get it ready to go. Since all launch sites were within just a few minutes flying time from the potential enemy, it was unlikely that the third missile would launch, but all crews had multiple practice drills during their periods as duty and standby crews, trying to reduce the time needed to get the missiles away. Often, these drills were accompanied by a flyover of a T 33 aircraft on which was mounted the MSQ 1 guidance system. (F 100 Super Sabres from the 36th and 50th TFWs were normally used for launch simulation exercises in Europe). This aircraft would fly over the launch pad at very low altitude and then simulate the flight profile of the missile under the control of the guidance crews. This gave the guidance crews practice controlling a missile in flight, as well as giving squadron officers some flight time. The Matador flight profile was very simple and predictable, which no doubt contributed to its demise. When the launch officer pressed the two launch switches, the JATO bottle fired, accelerating the missile to in the space of two and a half seconds. At this point the JATO bottle fell away and the missile continued on a preset heading and rate of climb until it was acquired by the guidance crews and their equipment. The missile had no altitude or speed control, continuing to fly as fast as possible, climbing as the fuel load was burned off, until it reached its maximum altitude. At a point about 6 mile (10 km) from the intended target, the guidance crews sent the "dump" signal, which caused the missile to nose over into what was called the "terminal dive". This dive was near vertical, continuing until the missile reached the preset detonation altitude as determined by the radio altimeter, at which point the weapon exploded. Should the radio altimeter fail, a backup barometric detonator was used; should that fail, there was an impact detonator. As with all missiles and bombers of the day, accuracy was not good in today's terms. Anything within a mile was considered a hit. Even though the missile was classified as a "tactical" weapon, in fact it was not technically capable of hitting individual targets, so it was likely targeted at cities near which a military installation such as an airfield existed. Actual targets were classified, and kept from everyone except the guidance officer.