Лизбет Скотт: Звезда нуара и американской сцены

Введение

Американская актриса и певица (1922–2015)

Лизбет Вирджиния Скотт (урождённая Эмма Матцо; 29 сентября 1922 – 31 января 2015) – американская актриса, певица и модель агентства Уолтера Торнтона, известная своим "бархатным голосом" и как "самое красивое лицо нуара 1940-х и 1950-х годов". После того, как она была подменщицей в роли Сабины в оригинальных бродвейских и бостонских постановках пьесы "Кожа наших зубов", она снялась в таких фильмах, как "Странная любовь Марты Айверс" (1946), "Роковое решение" (1947), "Пустынная фурия" (1947) и "Слишком поздно для слёз" (1949). Из её 22 фильмов, в 19 она играла главную роль. Помимо театра и радио, она снималась для телевидения с конца 1940-х до начала 1970-х годов.

Ранние годы

Эмма Матцо (Ema Macová на словацком языке) родилась в Скрантоне, штат Пенсильвания, старшей из шести детей Мэри Пеньяк и Джона Матцо (Ján Maco на словацком языке). Существует несколько противоречивых версий относительно этнического происхождения её родителей, большинство из которых упоминают английское, русинское, русское и украинское. Семья жила в районе Пайн-Брук в Скрантоне, где её отец владел магазином «Matzo Market». Скотт описывала своего отца как «приверженца республиканцев всю жизнь», что повлияло на её капиталистические взгляды. Любовь к музыке оказала влияние на вокал Скотт. Она училась в семинарии Мэривуд, местной католической школе для девочек. Затем она перешла в Центральную среднюю школу Скрантона, где участвовала в нескольких спектаклях, а также выступала в любительском театре в близлежащем городке Ньюфаундленд. После этого она работала в театре Бартер в Абиндоне, штат Вирджиния. Осенью того же года она поступила в колледж Мэривуд, но бросила учёбу через шесть месяцев. В 1939 году, при поддержке отца, 17-летняя Скотт переехала в Нью-Йорк, где поселилась в женской резиденции Фергюсон. Скотт прочитала пьесу Максвелла Андерсона «Мария Шотландская» о Марии, королеве Шотландии, и Елизавете I, от которой она позаимствовала сценическое имя «Элизабет Скотт». Позже она отказалась от буквы «Е».

Дебют

В конце 1940 года 18-летняя Скотт прошла прослушивание в национальный тур Hellzapoppin. Из нескольких сотен претенденток её выбрали Джон "Оле" Олсен и Гарольд "Чик" Джонсон, звезды оригинальной бродвейской постановки. Ей назначили одну из трех гастрольных трупп, возглавляли которую Билли Хаус и Эдди Гарр. Получив свою первую профессиональную работу, она была заявлена как "Элизабет Скотт". Тур открылся 3 ноября 1940 года в театре Шуберта в Нью-Хейвене, штат Коннектикут. В течение своего 18-месячного тура по 63 городам США она участвовала в скетчах и других комедийных номерах. Но продюсер бродвейской пьесы, Майкл Майерберг, увидел это представление. Майерберг только что перенес экспериментальную постановку новой пьесы Торнтона Уайлдера "Кожа наших зубов" с Талулой Бэнкхед из Нью-Хейвена в театр Плимут. Впечатленный игрой Скотт в роли Сэди Томпсон, он нанял её в качестве дублера Бэнкхед, несмотря на её протесты. Бэнкхед подписала контракт, запрещающий назначение дублера на роль Сабины, что Майерберг нарушил, приняв на работу Скотт. Ранее Бэнкхед контролировала постановку, не являясь на репетиции. Теперь Майерберг мог просто заменить Бэнкхед на Скотт. За восемь месяцев работы в качестве дублера Скотт так и не получила возможности выйти на замену Бэнкхед, поскольку само присутствие Скотт гарантировало появление Бэнкхед. Во время работы над постановкой Скотт играла роль "Девушки/Мажоретки барабанного оркестра". Пьеса шла с 18 ноября 1942 года по 25 сентября 1943 года. Соперничество между двумя актрисами рассматривается как альтернативная версия происхождения истории Мартины Лоуренс Элизабет Бергнер, легшей в основу рассказа Мэри Орр "Мудрость Евы" (1946), а затем фильма "Всё о Еве" (1950). Согласно бродвейской легенде, Бэнкхед стала жертвой Скотт, которая, предположительно, послужила прототипом для вымышленной Ивы Харрингтон. Ходили слухи о романе между женатым Майербергом и новой дублершей. Скотт вспоминала, что самым приятным моментом было признание Майерберга в любви, но в конечном итоге они расстались. Продолжающаяся вражда между Майербергом и Бэнкхед усугубила её язву, из-за чего она отказалась продлевать контракт. Предвидя этот шаг Бэнкхед, Майерберг неожиданно подписал контракт с 39-летней Мириам Хопкинс в марте, застав Скотт врасплох. Последней колкостью Бэнкхед в адрес Скотт было: "Будь такой же хорошей, как она (Хопкинс)". Некоторое время Скотт была дублером Хопкинс. Хотя Скотт гораздо больше симпатизировала Хопкинс, чем Бэнкхед, она все равно была разочарована тем, что её не выбрали на роль Сабины. Когда Скотт наконец вышла на сцену в роли Сабины, она была удивлена как одобрением, так и восторгом публики. 30 августа 1943 года Скотт снова сыграла Сабину, когда Грейс Джордж заболела. Позже, когда друг из Калифорнии приехал в Нью-Йорк с одним из своих полугодовых визитов на Бродвей, Рассел рассказал ему о выступлении Скотт. Друг Рассела был перспективным кинопродюсером компании Warner Bros., Хал Б. Уоллис.

In late 1940, an 18 year old Scott auditioned for the national tour of Hellzapoppin. From several hundred women, she was chosen by John "Ole" Olsen and Harold "Chic" Johnson, stars of the original Broadway production. She was assigned to one of three road companies, Scott's being led by Billy House and Eddie Garr. Landing her first professional job, she was billed as "Elizabeth Scott". The tour opened November 3, 1940, at the Shubert Theatre in New Haven, Connecticut. She did blackouts and other types of sketch comedy during her 18 month tour of 63 cities across the US. But the producer of a Broadway play, Michael Myerberg, did see the show. Myerberg had just moved an experimental production of Thornton Wilder's new play The Skin of Our Teeth starring Tallulah Bankhead from New Haven to the Plymouth Theatre. Impressed by Scott's Sadie Thompson, he hired her as the understudy for Bankhead, despite Bankhead's protests. Bankhead had signed a contract forbidding an understudy for the Sabina role, which Myerberg breached by hiring Scott. Previously, Bankhead had controlled the production by not showing up for rehearsal. Now, Myerberg could simply put Scott in Bankhead's place. During her eight months as the understudy, Scott never had an opportunity to substitute for Bankhead, as Scott's presence guaranteed Bankhead's. During her time with the production, Scott played the role of "Girl/Drum Majorette." The play ran from November 18, 1942, to September 25, 1943. The rivalry between the two actresses is cited as an alternative to the Martina Lawrence Elisabeth Bergner origin of Mary Orr's short story, The Wisdom of Eve (1946), the basis of the 1950 film All About Eve. Broadway legend had it that Bankhead was being victimized by Scott, who supposedly was the basis for the fictional Eve Harrington. Rumors of an affair between the married Myerberg and the new understudy were rife. Scott has said that her fondest memory was of Myerberg telling her, "I love you," but the two eventually parted. The continuing feud between Myerberg and Bankhead worsened Bankhead's ulcer, leading her to not renew her contract. Anticipating Bankhead's move, Myerberg suddenly signed 39 year old Miriam Hopkins in March, catching Scott off guard. Bankhead's final zinger to Scott was "You be as good as she (Hopkins) is." For a brief period, Scott understudied for Hopkins. While Scott liked Hopkins much more than Bankhead, she was still disappointed about being passed over for the Sabina role. When Scott finally went on stage as Sabina, she was surprised by both the approval and fascination of the audience.—Star Dust— no understudy was available when Gladys George took over for Hopkins. On August 30, 1943, Scott once again played Sabina when George was ill. Joe Russell was in the Plymouth Theatre audience that night. Afterward, when a friend from California came to New York on one of his biannual visits to Broadway, Russell told him about Scott's performance. Russell's friend was an up and coming film producer for Warner Bros., Hal B. Wallis.

Хэл Б. Уоллис

Ирвинг Хоффман, нью-йоркский пиар-агент и обозреватель "The Hollywood Reporter", подружился со Скотт и попытался познакомить ее с людьми, которые могли бы ей помочь. 29 сентября 1943 года Хоффман устроил вечеринку по случаю дня рождения в клубе Stork Club – Скотт исполнилось 21 год. То ли случайно, то ли по чьей-то умыслу, Уоллис также оказался в клубе в ту ночь. Хоффман представил Скотт Уоллису, который организовал ей интервью на следующий день. Вернувшись домой, Скотт обнаружила телеграмму с предложением главной роли в бостонских показах пьесы "Кожа наших зубов". Мириам Хопкинс заболела. Скотт прислала Уоллису свои извинения и отменила интервью. Скотт вспоминала: "По дороге в Бостон, чтобы заменить мисс Хопкинс, я решила, что мне нужно сделать имя более запоминающимся. И тогда я решила убрать букву "Е" из имени Элизабет".

Калифорния

Скотт появилась в фотосессии для журнала Harper’s, которой, как сообщается, восхитился киноагент Чарльз Фельдман из Famous Artists Corporation. Он отправил Скотт телеграмму с просьбой пройти пробы. Он пригласил ее приехать в Лос-Анджелес и остановиться в отеле "Беверли Хиллз". Затем она прошла пробы в Warner Bros., но на этот раз сестра Уоллиса, Минна Уоллис, организовала для Скотт занятия с режиссером Фрицем Лангом. Хэл Уоллис посмотрел ее пробы и разглядел в ней потенциал. В 22 года Скотт дебютировала в кино в комедийной драме "Ты пришел" (1945). Во время съемок "Ты пришел" Хэл Уоллис показал экранные пробы Скотт голливудскому обозревателю Бобу Томасу. Уоллис сказал Томасу: "Обратите внимание, как живы и искрятся ее глаза. Иногда она произносит реплики слишком быстро, но это исправит работа с режиссером. Ее голос придает ей загадочность".

Странная любовь Марты Айверс

Позже в 1946 году 37-летняя Барбара Стэнвик в письме выразила протест против того, что Скотт указан в титрах выше её в фильме «Странная любовь Марты Айверс» (1946): «Я не согласна делить главную роль ни с кем, кроме признанной звезды – мужчины или женщины». Юристы Уоллиса и Стэнвик приступили к работе, и в итоге финальные титры расположили Стэнвик, Ван Хефлина и Скотт в начале списка, а новичка Кирка Дугласа – на втором месте, однако интерес Уоллиса к продвижению Скотт был одержим. На странице AFI, посвященной фильму «Марта Айверс», отмечается:

Режиссер Льюис Майлстоун в статье, опубликованной в Los Angeles Sun Mirror 8 декабря 1946 года, был процитирован со словами, что он больше никогда не будет работать с продюсером Хэлом Уоллисом, поскольку Уоллис хотел переснять сцены фильма, чтобы получить больше крупных планов Лизабет Скотт; по сообщениям, Майлстоун посоветовал Уоллису снять их самому, что тот и сделал. В итоге Уоллис добавил дополнительные кадры со Скотт за счет экранного времени Стэнвик, что впоследствии привело к конфликту между Стэнвик и Уоллисом. Говоря о своем первом фильме-нуар, Скотт вспоминала, как странно было сниматься вместе со Стэнвик и иметь лишь одну короткую сцену с ней. Сценарий Роберта Россена представляет две параллельные сюжетные линии – одна, доминирующая, сосредоточена вокруг Марты Айверс (Стэнвик), а другая – вокруг Антонии "Тони" Марачек (Скотт). Персонаж Хефлина, Сэм, является связующим звеном между этими сюжетными линиями, которые пересекаются лишь в одной сцене, где встречаются роковые женщины Марта и Тони. В июне 1946 года Скотт стала первой голливудской звездой, посетившей Великобританию после окончания Второй мировой войны. Она приехала туда, чтобы посетить лондонскую премьеру фильма «Марта Айверс» и совершить рекламный тур по стране. Пока Скотт находилась в Британии, начались съемки нового фильма-нуар, к которому она присоединилась по возвращении: «Роковое стечение обстоятельств» (Dead Reckoning).

Смерть

Первоначально Columbia планировала пригласить на эту роль Риту Хейворт, но она была занята в фильме "Леди из Шанхая" (1947). В результате Скотт была взята в аренду у Хал Б. Уоллиса. В 24 года имя и портрет Скотт на афишах и в рекламе фильма были выставлены наравне с именем и портретом Хамфри Богарта. Чаще всего на рекламных кадрах изображали платье и перчатки от Жан-Луи, которые она носила в сцене в ночном клубе. В сентябре 1946 года опрос, проведенный журналом Motion Picture Herald, назвал её седьмой самой многообещающей "звездой завтрашнего дня". Съёмки проходили с 10 июня по 4 сентября 1946 года. Премьера фильма состоялась в Нью-Йорке на неделе 23 января 1947 года. Несмотря на первоначальный положительный отклик, долгосрочным последствием фильма "Мёртвый расчет" стало то, что бывшая комедийная актриса была навсегда закрепощена в этом амплуа.

1950-е годы

Скотт снялась в четырех фильмах в 1950 году. В постоянных усилиях избежать амплуа роковой женщины, Скотт сыграла еще одну самоотверженную героиню, похожую на Джун Эллисон, прежде чем вернуться к своим обычным ролям певицы и светской львицы. В фильме «Компания, которую она держит» (1951) она исполнила роль Джоан Уилберн, сотрудницы пробации, которая жертвует своим женихом ради коварного преступника Дианы Стюарт (Джейн Грир). В то время как красота Грир была приглушена для фильма, красота Скотт – нет. В результате критики в целом не были убеждены, что главный герой выберет невзрачную Диану вместо Джоан. Большинство критиков считали, что Скотт и Грир были неправильно подобраны на роли и должны были поменяться местами. Колумнист Эрскин Джонсон написал: «Лизабет Скотт делает вторую попытку получить роль в картине "Мэйбл" для RKO». Скотт сыграла свою третью роль певицы в традиционном нуаре «Темный город» (1950). Ее бойфренд, Дэнни Хейли (Чарлтон Хестон в его кинодебюте), – букмекер, который, по всей видимости, является целью мстительного брата убитого человека, которого Хейли обманул. Первоначально на главную роль был выбран Барт Ланкастер, но он отказался снова работать со Скотт. В майском интервью Скотт заявила, что читает все произведения Олдоса Хаксли. В другом интервью она призналась, что чуть не присоединилась к «культу», одобренному Хаксли, но отказалась из-за обета бедности. Хаксли исследовал реинкарнацию и судьбу, во что Скотт также верила, о чем рассказывала в интервью. В ходе своих духовных поисков Скотт в конечном итоге встретилась с Далай-ламой на частном приеме в Музее округа Лос-Анджелес. Однако, напротив, Скотт была другом и читателем Айн Рэнд. Позже в 1950 году Скотт была приглашена на летнюю постановку пьесы Теннесси Уильямса «Лето и дым» (1948). Вместо этого она бросила работу и в течение шести недель посещала два утренних курса – по философии и политологии – в Университете Южной Калифорнии. В фильме «Двое одного поля» (1951) Скотт сыграла Брэнди Кирби, светскую львицу, которая соблазняет игрока Майкла «Лефти» Фаррелла (Эдмонд О’Брайен), чтобы он присоединился к афере. Действие фильма «Красная гора» (1952) происходит в 1860-х годах, и Скотт играет Крис, единственного члена своей семьи, выжившего в Гражданской войне в США. «Красная гора» – второй из трех вестернов Скотт, хотя и единственный, не относящийся к нуару. Скотт сыграла свою четвертую и последнюю роль певицы в нуаре «Ракетчик» (1951), еще одной типичной картине этого жанра. Айрин Хейс (Скотт) оказывается втянутой в борьбу между капитаном полиции большого города (Роберт Митчем) и местным криминальным боссом (Роберт Райан), который напоминает реального Багси Сигеля. Фильм вышел через два месяца после слушаний Кефовера, на которых Вирджиния Хилл, любовница Сигеля, отрицала, что имеет какое-либо отношение к организованной преступности. Хотя считалось, что Айрин Хейс была смоделирована с Вирджинии Хилл, с ее хриплым голосом, Скотт опровергла этот слух. В октябре 1951 года Скотт вернулась в Великобританию, чтобы снять фильм «Украденное лицо» (1952), нуар, предвосхищающий «Головокружение» Альфреда Хичкока (1958) на несколько лет. Позже весной Скотт вернулась к своим истокам в качестве комедиантки, когда начала работать над своей первой комедией-нуаром «Scared Stiff» с Дином Мартином и Джерри Льюисом. Скотт сыграла наследницу, которая унаследовала замок с привидениями на Острове потерянных у берегов Кубы. Хотя в последующие годы у Скотт остались приятные воспоминания о работе на съемочной площадке, во время съемок ей было нелегко. Скотт сочла пародию Льюиса на нее оскорбительной, а ревнивый Хэл Уоллис приказал режиссеру Джорджу Маршаллу не допускать слишком откровенных романтических сцен между Скотт и Мартином. Несмотря на все усилия Скотт, включая оправдания поведения Льюиса в прессе, большинство ее сцен были вырезаны. Премьера фильма состоялась 28 мая 1953 года в Лос-Анджелесе. Этот фильм был последней попыткой Хэла Уоллиса объединить Берта Ланкастера и Скотт. Патриция Нил изначально была выбрана на роль Хелен, но когда Скотт заменила Нил, Ланкастера пришлось заменить Хестоном. Хотя Хестон и Скотт ранее работали вместе в «Темном городе», на съемочной площадке сообщалось о вражде между ними. Фильм провалился в прокате. Восемь месяцев спустя, в феврале 1954 года, Уоллис и Скотт расстались. Скотт стала фрилансером. В апреле 1954 года Скотт посетила Каннский кинофестиваль. Хотя она сразу после фестиваля уехала в Лондон, ее визит во Францию имел непредвиденные последствия. Позже в том же месяце было объявлено, что она будет ведущей телешоу «High Adventure» – тревел-журнала для CBS, но она так и не появилась в нем. Как выразилась Скотт: «Однажды утром, словно из ниоткуда, я проснулась и решила, что больше никогда не хочу сниматься в кино. Это был просто импульс, я не могу это объяснить». Тем не менее, она снялась еще в трех фильмах: «Оружие» (1957), «Loving You» (1957) и «Pulp» (1972).

Scott acted in four films in 1950. In a continuing effort to escape her femme fatale typecasting, Scott played another self sacrificing June Allyson like character before reverting to her usual torch singer/socialite roles. In The Company She Keeps (1951), she played Joan Willburn, a probation officer who sacrifices her fiancé to a scheming convict, Diane Stuart (Jane Greer). While Greer's beauty was toned down for the film, Scott's was not. As a result, critics were generally unconvinced that the leading man would choose the dowdy Diane over Joan. Most critics thought that Scott and Greer were miscast, and should have switched roles. Columnist Erskine Johnson wrote "Lizabeth Scott is on her second reach for the handkerchief Mabel picture for RKO." Scott played her third torch singer role in Dark City (1950), a traditional film noir. Her boyfriend, Danny Haley (Charlton Heston in his film debut) is a bookie who is the apparent target of a vengeful brother of a dead man whom Haley swindled. Originally, Burt Lancaster was cast as the leading man, but he refused to work with Scott again. In a May interview, Scott said she was reading the entire oeuvre of Aldous Huxley. In another interview, she admitted almost joining a "cult" endorsed by Huxley, but did not due to the vow of poverty required. Huxley explored reincarnation and destiny, beliefs which Scott also professed in interviews. During Scott's spiritual search, she eventually met the Dalai Lama at a private reception at the Los Angeles County Museum of Art. Yet, conversely, Scott was a friend and reader of Ayn Rand, Later in 1950, Scott was cast to do the summer stock version of Tennessee Williams' Summer and Smoke (1948). Instead, she quit the production and audited two morning courses—philosophy and political science—for six weeks at the University of Southern California. In Two of a Kind (1951), Scott portrayed Brandy Kirby, a socialite who seduces a gambler, Michael "Lefty" Farrell (Edmond O'Brien), into joining a caper. Red Mountain (1952) is set in the 1860s, starring Scott as Chris, the only member of her family to survive the American Civil War. Red Mountain was the second of Scott's three Westerns, though the only traditional non noir one. Scott played her fourth and last torch singer role in The Racket (1951), another conventional noir. Irene Hayes (Scott) is caught up in a struggle between a big city police captain (Robert Mitchum) and a local crime boss (Robert Ryan), who resembles the real life Bugsy Siegel. The film was released two months after the Kefauver hearings, in which Virginia Hill, and mistress of Siegel's, denied having any knowledge of organized crime. While Irene Hayes was thought to be modeled on the smoky voiced Hill, Scott denied the rumor. Scott returned to Britain in October 1951 to film Stolen Face (1952), a noir that presages Alfred Hitchcock's Vertigo (1958) by several years. Later that spring, Scott returned to her beginnings as a comedian when she began work on her first comedy noir, Scared Stiff, with Dean Martin and Jerry Lewis. Scott played an heiress who inherits a haunted castle on Lost Island off the coast of Cuba. Though Scott had fond memories of working on the set in the years ahead, at the time of filming, she found it trying. Scott found Lewis' impersonations of her offensive, while a jealous Hal Wallis instructed director George Marshall not to let the romantic scenes between Scott and Martin get too steamy. Despite Scott's best efforts, including making excuses for Lewis' behavior to the press, most of her scenes were cut. The film premiered the week of 28 May 1953 in Los Angeles. This film was Hal Wallis' last attempt to pair Burt Lancaster and Scott. Patricia Neal was originally cast as Helen, but when Scott replaced Neal, Lancaster had to be replaced by Heston. Though Heston and Scott had previously worked together in Dark City, feuding was reported between the two on the set. The film was a box office failure. Eight months later in February 1954, Wallis and Scott parted ways. Scott was now a freelancer. In April 1954, Scott attended the Cannes Film Festival. Though she left for London immediately after the festival, her visit to France had unforeseen consequences. Later that month, it was announced that she would be the host of High Adventure, a travelogue television series for CBS, but she never appeared in it. As Scott put it: "out of the clear blue sky one morning, I woke and decided that I never wanted to make another film again. It was just a spark, I can't explain it." Regardless, she made three more films: The Weapon (1957), Loving You (1957) and Pulp (1972).

Критический прием

Хотя общественная реакция на Скотт была в основном положительной в годы ее работы в Paramount, кинокритики относились к ней менее благосклонно, неоднократно проводя невыгодные сравнения с Лорен Бакалл и Таллулой Бэнкхед, начиная с комментария Боба Томаса в марте 1945 года о ее пробах: «Ее хриплый голос вполне мог бы заставить Лорен Бакалл звучать как меццо-сопрано». Когда самый влиятельный критик того времени, Босли Кроутер из The New York Times, опубликовал негативный отзыв о фильме «You Came Along» (1945), дебютной работе Скотт, она вспоминала: «Будучи очень молодой и наивной, я не знала, что так делать не полагается, поэтому я позвонила ему и пожаловалась. Я рассказала, как усердно все работали над созданием такого красивого фильма, и не понимала, как он мог быть таким жестоким. Должна сказать, он отреагировал на это на удивление хорошо и был очень любезен». Он также писал о «пугающе гротескной Лизбет Скотт, которая должна была изображать кабаретную певицу» в фильме «Dark City» (1950). Стиль актерской игры Скотт, характерный для многих киноактеров 1940-х годов – сдержанный, натуралистичный, сформированный под влиянием различных источников – часто подвергался критике со стороны тех, кто предпочитал более экспрессивные театральные стили довоенной эпохи или более поздние методы актерского мастерства. Типичным для 1940-х был отзыв Дика МакКроуна: «Мисс Скотт, которая прекрасно выглядит в одежде, дополняет главных героев в качестве подружки Ланкастера. В остальном она все та же актриса с окаменевшим лицом, что и в «Desert Fury» и нескольких предыдущих фильмах». Современные кинокритики, критикующие Скотт, либо повторяют образ, созданный Бобом Томасом, как дешевой имитации Бакалл, либо, как Босли Кроутер, описывают ее игру как деревянную, либо считают ее пародией на актрис того времени, как это делала Полин Кейл. Однако другие видят актерскую игру Скотт в ином свете. С возрождением интереса к фильмам нуар и соответствующему стилю игры, начавшемуся в 1980-х годах, репутация Скотт возросла среди критиков и кинокритиков. В своей личной истории Голливуда, «Movieland», Джером Чарин описал этот стиль как «хождение во сне»: «А затем, среди сестер Долли, Эррола Флинна, Бинга Кросби, Дотти Ламур, бразильской бомбы, Шехеразады, Али Бабы и мальчика-слона – всего этого воздушного и экзотического пирожного, которое мог произвести Голливуд – появилось очень странное существо, ходячее во сне, как Турхан Бей, Сонни Тафтс, Пол Хенрейд, Алан Лэдд, Вероника Лейк, Лизбет Скотт и Дана Эндрюс, чьи лица казались застывшими и полусонными. Ходячие во сне, казалось, отражали все наши собственные страхи. Их (и ее) оцепенение было безумной обратной стороной той кинематографической энергии, последовавшей за (Второй мировой) войной».

Though the public response to Scott was generally favorable during the Paramount years, the film critics were less so, repeatedly making unfavorable comparisons to Lauren Bacall and Tallulah Bankhead, beginning with Bob Thomas' March 1945 comment about her screen test: "Her throaty voice may well make Lauren Bacall sound like a mezzo soprano." When the most prominent critic of the era, Bosley Crowther of The New York Times, gave a bad review of You Came Along (1945), Scott's film debut, she recalled: "Being very young and naïve at the time, I didn't know you weren't supposed to do such things, so I called him up and complained. I told him how hard everyone worked to make such a beautiful movie, and I couldn't understand how he could be so cruel. I must say he took it awfully well, and was very kind to me." He also wrote of "a frighteningly grotesque Lizabeth Scott, who is supposed to represent a cabaret singer" in Dark City (1950). Scott's style of acting, characteristic of other film actors of the 1940s—a cool, naturalistic underplay derived from multiple sources—was often deprecated by critics who preferred the more emphatic stage styles of the pre film era or the later method styles. Typical of the 1940s was Dick McCrone: "Miss Scott, who is an excellent clothes horse, rounds out the principals as Lancaster's moll. Otherwise, she's still the same frozen face actress she was in Desert Fury and a couple of pictures before that." Current film historians critical of Scott either repeat Bob Thomas' image of an ersatz Bacall, Bosley Crowther in describing Scott's acting as wooden, or a pastiche of actresses of the period, as did Pauline Kael. Others, though, see Scott's acting in a different light. With the revival of interest in film noir and its corresponding acting style, beginning in the 1980s, Scott's reputation has risen among critics and film historians. In Movieland, his personal history of Hollywood, Jerome Charyn described this style as "dreamwalking": "And then, among the Dolly Sisters and Errol Flynn, Bing Crosby and Dotty Lamour, the Brazilian Bombshell, Scheherazade, Ali Baba, and the elephant boy—all the fluff and exotic pastry that Hollywood could produce—appeared a very odd animal, the dreamwalker, like Turhan Bey, Sonny Tufts, Paul Henreid, Alan Ladd, Veronica Lake, Lizabeth Scott, and Dana Andrews, whose face had a frozen quality and always looked half asleep The dreamwalker seemed to mirror all our own fears. His (and her) numbness was the crazed underside of that cinematic energy in the wake of the (Second World) war."

Радио

В Золотой век радио Скотт вновь исполнила свои кинороли в сокращенных радиопостановках. Ярким примером могут служить её выступления в радиотеатре Lux: «You Came Along» с Ваном Джонсоном в роли Роберта Каммингса и «I Walk Alone». Скотт также была приглашенным ведущим и рассказчиком в программе «Семейный театр».

Конфиденциальность

Говард Рашмор, редактор скандального и сплетнического журнала Confidential, разработал разоблачение о Скотт в конце 1954 года. Несмотря на отсутствие доказательств, журнал Confidential прислал копию статьи самой Скотт. Она прочитала, что осенью предыдущего года полиция провела рейд в бунгало по адресу 8142 Laurel View Drive в Голливуд-Хиллз. Были арестованы две взрослые женщины, один взрослый мужчина и 17-летняя девушка по обвинению в проституции. Полиция обнаружила адресную книгу с именами и номерами телефонов людей, работающих в киноиндустрии, включая два номера, предположительно принадлежащих Скотт. Номер "HO 2 0064" имел голливудский префикс и был домашним номером пожилой пары, Генри А. и Мами Р. Финк, проживавших по адресу 4465 West 2nd Street, Лос-Анджелес, а номер "BR 2 6111" принадлежал коммутатору 20th Century Fox по адресу 10201 West Pico Boulevard, Лос-Анджелес. Скотт начала работать на 20th Century только в 1956 году, когда она приняла участие в эпизоде телешоу The 20th Century Fox Hour. В статье Рашмора также утверждалось, что в свободное от работы время Скотт общалась с "странным голливудским обществом баритоновых красоток" (эвфемизм для лесбиянок). Он также писал о поездке Скотт в Канны: "В одной из поездок в Европу (Скотт) сразу направилась в Париж и на Левый берег, где она познакомилась с Фреде, самой известной лесбийской королевой города и владелицей ночного клуба, предназначенного исключительно для развлечения таких же "отклоняющихся" людей, как она сама". "Фреде" Бауле управляла "Carroll's" – ночным клубом класса люкс, типа кабаре, расположенным по адресу 36 Rue de Ponthieu, Париж, Франция. В нем выступали популярные артисты того времени, такие как Эрта Китт, и он был предназначен исключительно для развлечения представителей "светского общества". Одной из владелиц была Марлен Дитрих, которая как раз была темой статьи "Нерассказанная история Марлен Дитрих" в текущем номере журнала Confidential. Вместо того чтобы заплатить журналу за то, чтобы статья не была опубликована, Скотт подала в суд. 25 июля 1955 года, за два месяца до даты выхода номера в печать, и пока номер с Марлен Дитрих все еще продавался в киосках, Джерри Гизлер, адвокат Скотт, инициировал судебный иск о клевете на сумму 2,5 миллиона долларов.

Howard Rushmore, editor of scandal and gossip magazine Confidential, developed an exposé on Scott in late 1954. Despite the lack of evidence, Confidential sent a copy of the story to Scott. What Scott read was that a police raid occurred on a Hollywood Hills bungalow at 8142 Laurel View Drive the previous autumn. Two female adults, one male adult, and a 17 year old female were arrested on prostitution charges. The police found an address book with the names and telephone numbers of people active in the film industry, including two numbers allegedly belonging to Scott. "HO 2 0064" had a Hollywood prefix and was the residential number of an elderly couple, Henry A. and Mamie R. Finke, of 4465 West 2nd Street, Los Angeles, while "BR 2 6111" belonged to the 20th Century Fox switchboard at 10201 West Pico Boulevard, Los Angeles. Scott did not work for 20th Century until 1956, when she took part in an episode of The 20th Century Fox Hour. The Rushmore article further stated that Scott spent her off work hours with "Hollywood's weird society of baritone babes" (a euphemism for lesbians). He also wrote, of Scott's trip to Cannes: "In one jaunt to Europe, (Scott) headed straight for Paris and the left bank where she took up with Frede, the city's most notorious Lesbian queen and the operator of a night club devoted exclusively to entertaining deviates like herself." "Frede" Baulé managed "Carroll's," an upper class, cabaret type nightclub at 36 Rue de Ponthieu, Paris, France. It featured mainstream entertainers of the day such as Eartha Kitt and was devoted exclusively to entertaining café society. One of the owners was Marlene Dietrich, who happened to be the subject of "The Untold Story of Marlene Dietrich" in the then current issue of Confidential. Instead of paying the magazine not to publish the article, Scott sued. On July 25, 1955, two months before the issue's printed publication date, and while the Marlene Dietrich issue was still on the newsstands, Jerry Giesler, Scott's lawyer, initiated a $2.5 million libel suit.

1957 г.

В ответ «Конфиденциал» опубликовал историю о Скотт в следующем номере. Под псевдонимом «Мэтт Уильямс» она получила название «Лизабет Скотт в справочнике девушек по вызову». В ноябре 1955 года, в возрасте 33 лет, Скотт вновь отправилась в Великобританию для съемок в фильме «Оружие» (1956). Следующей весной, несмотря на заверения Гислера прессе, судебные разбирательства против «Конфиденциала» зашли в тупик. Поскольку журнал был зарегистрирован в штате Нью-Йорк, а Скотт, проживавшая в Калифорнии, подала иск в своем штате, судья высшего суда Лос-Анджелеса Леон Т. Дэвид отклонил иск Скотт 7 марта 1956 года, сославшись на то, что журнал не издавался в Калифорнии. Несмотря на эту неудачу, Гизлер заявил, что повторно подаст иск в Нью-Йорке. Иски других актеров против журнала продолжали накапливаться. Тем временем Рашмор попытался убедить издателя «Конфиденциала» Роберта Харрисона опубликовать статью об интрижке бывшей первой леди Элеоноры Рузвельт с ее темнокожим водителем. Когда Харрисон отказался, Рашмор уволился и вылетел в Лос-Анджелес на встречу с адвокатом Скотт, Джерри Гислером. Рашмор предложил дать показания против «Конфиденциала» в обмен на работу в Голливуде. Гислер отклонил предложение. Тогда Рашмор стал свидетелем генерального прокурора Калифорнии Эдмунда «Пэта» Брауна. Поскольку Нью-Йорк отказался выдать Харрисона Калифорнии по требованию Брауна, тот вместо этого привлек к суду племянницу Харрисона, Марджори Мид, руководителя голливудского исследовательского отдела «Конфиденциала». 7 августа 1957 года начался суд по делу «Народ штата Калифорния против Роберта Харрисона и других». В итоге в нем участвовало более 200 актеров, большинство из которых покинули Калифорнию, чтобы избежать повесток в суд. Рашмор, ставший главным свидетелем обвинения, показал, что журнал сознательно публиковал неподтвержденные сведения, несмотря на репутацию тщательной проверки фактов: «Некоторые истории правдивы, а другие не имеют под собой никаких оснований. Харрисон неоднократно отвергал возражения своих юристов и продолжал действовать». По словам Рашмора, Харрисон говорил юристам: «Я бы обанкротился, если бы печатал то, что вы хотите». Сама Ронни Куиллан на том же суде свидетельствовала, что никогда не проверяла историю о Скотт, и поэтому она не была «защищена от исков», но Рашмор все равно согласился ее опубликовать. После сенсационного судебного процесса 1957 года о Скотт забыли СМИ. Несмотря на последующие утверждения о том, что скандал с «Конфиденциалом» разрушил карьеру Скотт, к моменту выхода сентябрьского номера «Конфиденциала» 1955 года ее карьера уже находилась в упадке. Скотт начала свою карьеру в то время, когда многие известные актеры были на войне, что дало шанс на звездный час тогдашним неизвестным, таким как она. Когда старые звезды вернулись, многие из новых сошли на нет. Кроме того, развитие телевидения и распад студийной системы еще больше сократили кинопроизводство. Историки кино в целом сходятся во мнении, что пик карьеры Скотт пришелся на период с 1947 по 1949 год. К февралю 1953 года ее страх сцены был настолько силен, что она даже пряталась от друзей. Скотт не стала продлевать свой контракт с Paramount в феврале 1954 года, за 18 месяцев до публикации «Лизабет Скотт в справочнике девушек по вызову». Между окончанием контракта и статьей Рашмора она отклонила множество сценариев, в том числе роль в фильме Уоллиса «Татуировка розы» (1955). Вместо того чтобы переосмыслить себя, как это сделала Бакалл, вернувшись на Бродвей, Скотт выбрала другой путь.

In retaliation, Confidential published the Scott story in the next issue. Under the byline of "Matt Williams", it was titled "Lizabeth Scott in the Call Girls' Call Book". In November 1955, at the age of 33, Scott again went to Britain to film The Weapon (1956). The next spring, despite Giesler's reassurances to the press, the legal efforts against Confidential went nowhere. Since the magazine was domiciled in New York state, and Scott was a California resident who had initiated the suit in her own state, Los Angeles Superior Court judge Leon T. David quashed Scott's suit on March 7, 1956, on the grounds that the magazine was not published in California. Despite this setback, Giesler said that he would refile in New York. Lawsuits from other actors against the magazine were piling up. Meanwhile, Rushmore tried to get Confidential publisher Robert Harrison to run a story about former First Lady Eleanor Roosevelt allegedly having an affair with her African American chauffeur. When Harrison refused, Rushmore quit and flew to Los Angeles to meet with Scott's attorney, Jerry Giesler. Rushmore offered to testify against Confidential in exchange for a job in Hollywood. Giesler rejected the offer. Then, Rushmore became a witness for California Attorney General Edmund "Pat" Brown. Since New York refused to let Brown extradite Harrison to California, Brown instead put Harrison's niece, Marjorie Meade, director of the Hollywood Research investigative arm of Confidential on trial. On August 7, 1957, the trial of The People of the State of California v. Robert Harrison, et al. began. It eventually involved over 200 actors, most of whom fled California to avoid defense subpoenas. Rushmore, now the state's star witness, testified that the magazine knowingly published unverified allegations, despite its reputation for double checking facts: "Some of the stories are true and some have nothing to back them up at all. Harrison many times overruled his libel attorneys and went ahead on something." According to Rushmore, Harrison told the attorneys, "I'd go out of business if I printed the kind of stuff you guys want." Ronnie Quillan herself testified at the same trial that she had never verified the Scott story, thus not making the story "suit proof", but that Rushmore agreed to publish it anyway. In the wake of the sensational 1957 trial, Scott was forgotten by the media. Despite later claims that Scott's film career was ruined by the Confidential scandal, by the time the September 1955 issue of Confidential appeared, her career was already dormant. Scott had begun her career at a time when many established actors were away at war, giving then unknowns like Scott a chance at stardom. When the older stars returned, many of the newer stars faded away. In addition, the rise of television and the breakup of the studio system further curtailed film production. Film historians generally agree that Scott's career essentially peaked between 1947 and 1949. By February 1953, her stage fright was such that she even hid from friends. Scott did not renew her Paramount contract in February 1954, 18 months before "Lizabeth Scott in the Call Girls' Call Book" was published. Between the end of her contract and Rushmore's article, she had turned down numerous scripts, including a part in Wallis' The Rose Tattoo (1955). Instead of reinventing herself as Bacall did, returning to Broadway, Scott chose another path.

Музыка

Эрскин Джонсон сообщил в январе 1954 года, что Скотт обучалась у голливудского преподавателя вокала Харриет Ли, а затем у Лилиан Розеделл Гудман. В результате, вокальный диапазон Скотт составил две октавы – от Ля ниже До до высокой До, что позволило определить её как меццо-сопрано. В июле 1956 года Джонсон сообщил, что Скотт находится под управлением Эрла Миллса, который также руководил певческой карьерой Дороти Дэндридж. Скотт планировала дебютировать как исполнительница песен в стиле torch song в ночных клубах. Скотт вернулась к работе в фильме "Любящие тебя" (1957), втором музыкальном фильме с участием Элвиса Пресли. Во время съемок "Любящих тебя" Скотт, по сообщениям, была увлечена Пресли. Во время поцелуя она игриво укусила его за щеку, оставив красный след, который она назвала "маленьким любовным укусом". Сцену пришлось переснять, показав другую сторону лица Пресли. Однако музыкальный дебют Скотт не состоялся. Несмотря на попытки Хала Уоллиса добиться использования настоящего голоса Скотт в фильме, руководство студии отклонило его предложение, несмотря на все предыдущие вокальные тренировки актрисы. Производство проходило с конца января 1957 года до середины марта 1957 года. Не отчаявшись из-за отказа Paramount разрешить ей петь, Скотт подписала контракт со звукозаписывающей компанией Vik Records (дочерней компанией RCA Victor). Скотт записала свой альбом с Анри Рене и его оркестром в Голливуде 28, 29 и 30 октября 1957 года. Альбом, получивший название "Лизабет", включал в себя смесь песен в стиле torch song и игривых романтических баллад. Наконец, 23 апреля 1958 года Скотт дебютировала как певица на CBS в программе The Big Record. В эпизоде сериала "Законы Берка" "Кто убил Кейбла Робертса?" (1963) она сыграла роль легкомысленной вдовы известного охотника на крупного зверя. Однако большую часть свободного времени она посвящала занятиям в Университете Южной Калифорнии.

Личная жизнь

В мае 1969 года было объявлено о свадьбе Скотт с нефтяным магнатом Уильямом Даггером из Сан-Антонио, штат Техас, после двухлетнего помолвки. Через несколько месяцев музыкант Рексино Мондо помогал Скотт украсить особняк ее жениха на Мульхолланд-драйв. По словам Мондо, Скотт "представила меня своему жениху, техасскому нефтяному барону Уильяму Лафайетту Даггеру-младшему. Ему было около сорока, среднего телосложения, привлекательный, с темными волосами, теплый и с крепким рукопожатием". Даггер описывал Скотт как "непонятую душу, ищущую любовь. Ее внешность – лишь оболочка". Даггер планировал снять фильм в Риме с участием Скотт, но внезапно скончался 8 августа 1969 года. Приписанное к завещанию рукописное дополнение, оставляющее половину состояния невесте, было оспорено сестрой Даггера, Сарой Даггер Шварц. В 1971 году завещание было признано недействительным. В нескольких книгах утверждается, что до отношений с Даггером Скотт была любовницей известного кинопродюсера Хала Б. Уоллиса, который в то время был женат на актрисе Луизе Фазенде. Уоллис поссорился со Скотт во время работы над фильмом "Плохи друг для друга", обмениваясь взаимными упреками. Спустя несколько лет Уоллис попытался возродить отношения со Скотт, предложив ей главную роль вместе с Элвисом Пресли в фильме "Любящий тебя" (1957). Уоллис считал, что это может быть его последний шанс предложить Скотт главную роль. После завершения съемок Скотт оставила кино и решила попробовать себя в пении. Четырнадцатилетние отношения, начавшиеся в клубе "Сторк" в 1943 году, подошли к концу. Что касается Уоллиса, Скотт знала, что отношения закончились, но Уоллис упорно не желал этого признавать. После смерти жены в 1962 году Уоллис впал в депрессию и стал отшельником, прежде чем жениться на Марте Хайер в 1966 году. В более поздние годы Уоллис неохотно говорил о Скотт, хотя не ревновавшая Хайер уговаривала его включить Скотт и других любовниц в свою автобиографию. Несмотря на то, что "Касабланка" была фильмом, которым Уоллис гордился больше всего, он снова и снова пересматривал фильмы с участием Лизбет Скотт. Даже во время второго брака Уоллис продолжал смотреть фильмы Скотт дома, ночь за ночью. Скотт стремилась к секретности в личных отношениях и публично критиковала бывших партнеров, которые делились подробностями с прессой. "Как только информация об их свидании появляется в прессе, "мужчина вычеркнут из моего списка", – говорила Скотт, – "я думаю, что джентльмены не разглашают секреты". В 1948 году Берт Ланкастер сказал о Скотт: "Стать ее близким другом – это долгий и тяжелый труд". В период с 1945 по 1970-е годы пресса сообщала о романах Скотт с Ваном Джонсоном, Джеймсом Мейсоном, Хельмутом Дантином, пластическим хирургом Грегори Поллоком, Ричардом Куайном, Уильямом Дозье, Филиппом Кокраном, Хербом Кеном, Питером Лоуфордом, Ансоном Бондом из семьи владельцев сети магазинов одежды, Сеймуром Байером из фармацевтической семьи, Дэвидом Маунтбеттеном, маркизом Милфорд-Хейвеном, владельцем ипподрома Джеральдом "Джерри" Герцфельдом и Эдди Сазерлендом, среди прочих. Бёрт Бакарах встречался со Скотт во время разрыва с Энджи Дикинсон. По словам Бакараха: "Она воплощала в себе то, что я люблю в женщине – не слишком женственную, но с мужскими чертами. Просто силу, хладнокровие и независимость от навязчивой женщины, которая постоянно прикасается к тебе и чего-то хочет. Думаю, у Дайан Китон было такое же качество". В 1953 году Скотт ненадолго была помолвлена с архитектором Джоном К. Линдси. Несмотря на статью в журнале "Confidential", Скотт оставалась активной на голливудской сцене знакомств, но обвинения продолжали ее преследовать. Друг, Дэвид Патрик Колумбия, заметил: "Однажды, когда я вез ее домой с вечеринки, она совершенно неожиданно сказала: "Знаешь, Дэвид, я не лесбиянка"". Режиссер и сценарист Майк Ходжес долго уговаривал Скотт вернуться в кино и прилететь на Мальту для съемок. Скотт сказала, что ей понравилась Мальта, но она была недовольна тем, что большая часть ее материала была вырезана – всего восемь сцен. Ходжес, со своей стороны, сообщил, что Скотт было сложно в работе, и она боролась с нервозностью. Несмотря на разногласия между актерами, съемочной группой и критиками, фильм "Палп", как и "Слишком поздно для слез" 1949 года, считается художественным успехом кинокритиками. После этого Скотт избегала публичности и отказывалась от большинства интервью. Начиная с 1970-х годов, она занималась развитием недвижимости и волонтерской деятельностью в различных благотворительных организациях, таких как "Проект Надежда" и Совет по древнему искусству Музея округа Лос-Анджелес.

In May 1969, the wedding of Scott to oil executive William Dugger of San Antonio, Texas, was announced after a two year engagement. Months later, musician Rexino Mondo was helping Scott decorate her fiance's mansion on Mulholland Drive. According to Mondo, Scott "introduced me to her fiance, Texas oil baron William Lafayette Dugger, Jr. He was in his late forties, of medium build, good looking, with dark hair, a warm personality, and a strong handshake." Dugger described Scott as "A misunderstood soul searching for love. Her outward appearance is just a shell." Dugger planned to make a film in Rome starring Scott, but he suddenly died on August 8, 1969. A handwritten codicil to his will leaving half his estate to his fiancée was contested by Dugger's sister, Sarah Dugger Schwartz. The will was judged invalid in 1971. Several books have claimed that prior to her relationship with Dugger, Scott was a mistress of renowned film producer Hal B. Wallis, who at that time was married to actress Louise Fazenda. Wallis had a falling out with Scott around the time of Bad for Each Other, with recriminations on Wallis' part. After a few years, Wallis made an effort to revive the relationship with Scott by making her the leading lady opposite Elvis Presley in Loving You (1957). Wallis thought it might be his last chance to offer Scott a starring role in anything. After shooting was completed, Scott walked away from film acting to try her hand at singing. The 14 year relationship that began at the Stork Club in 1943 came to an end. With regard Wallis, Scott knew the relationship was over—only Wallis remained in denial. After the death of his wife in 1962, Wallis went into a depression and became a recluse before marrying Martha Hyer in 1966. In later life, Wallis was reticent to talk on the subject of Scott, despite an unjealous Hyer urging him to include Scott and his other mistresses in his autobiography. Though Casablanca was the film of which Wallis was most proud, the films he watched repeatedly were those starring Lizabeth Scott. Even during his second marriage, Wallis continued to screen Scott's films at home, night after night. Scott tended toward secrecy about her personal relationships and publicly disparaged former dates who told all to the press. Once their date appears in the press, "the man goes off [my] date list I think," said Scott, "that gentlemen don't tell." In 1948, Burt Lancaster said of Scott: "Becoming her close friend is a long stretch at hard labor." In the period between 1945 and the 1970s, the press reported Scott dating Van Johnson, James Mason, Helmut Dantine, plastic surgeon Gregory Pollock, Richard Quine, William Dozier, Philip Cochran, Herb Caen, Peter Lawford, Anson Bond of the clothing store chain family, Seymour Bayer of the pharmaceutical family, David Mountbatten, Marquess of Milford Haven, race track owner Gerald "Jerry" Herzfeld, and Eddie Sutherland, among others. Burt Bacharach dated Scott during his breakup with Angie Dickinson. According to Bacharach: "She personified what I love about a woman, which is not too feminine but a little bit masculine. Just the strength and the coolness and the separation from the frilly woman who is always touching you and wanting something I think Diane Keaton had that kind of quality." In 1953, Scott was briefly engaged to architect John C. Lindsey. Despite the Confidential gossip article, Scott remained active on the Hollywood dating circuit, but the allegations continued to haunt her. A friend, David Patrick Columbia, commented: "One night driving her home from a party we'd been to, she remarked apropos of nothing we'd been talking about, 'and you know David, I am not a lesbian.'" The director and screenwriter, Mike Hodges, spent a long time coaxing Scott out of retirement to fly to Malta for the shooting. Scott said that while she enjoyed Malta, she was not pleased that most of her footage was cut out—eight scenes in all. Hodges for his part reported that Scott was challenging to work with while shooting and struggled with nerves. Despite disagreements among the cast, crew, and past critics, Pulp, as with the 1949 Too Late for Tears, is considered an artistic success by film historians. After that, Scott kept away from public view and declined most interview requests. From the 1970s on, she was engaged in real estate development and volunteer work for various charities, such as Project HOPE and the Ancient Arts Council of the Los Angeles County Museum of Art,

Скотт умерла от сердечной недостаточности в возрасте 93 лет 31 января 2015 года. На Аллее славы в Голливуде, по адресу 1624 Vine Street, установлена звезда Лизбет Скотт.