Введение

В современном Ньюфаундленде (Talamh an Éisc) многие новофаундлендцы имеют ирландские корни. Согласно переписи населения Канады 2016 года, 20,7% жителей Ньюфаундленда заявляют об ирландском происхождении (другие крупные группы в провинции включают 37,5% англичан, 6,8% шотландцев и 5,2% французов). Однако эта цифра значительно занижает реальное число новофаундлендцев ирландского происхождения, поскольку 53,9% указали "канадцы" в качестве своей этнической принадлежности в той же переписи. Большинство этих респондентов имели ирландские, английские и шотландские корни, но больше не отождествляют себя со своим этническим происхождением из-за проживания в Канаде на протяжении многих поколений. Тем не менее, фамилии, внешность и цвет кожи, преобладание католиков в некоторых районах (особенно в юго-восточной части полуострова Авалон), популярность ирландской музыки и даже акценты людей в этих районах настолько напоминают сельскую Ирландию, что ирландский писатель Тим Пат Куган описал Ньюфаундленд как "самое ирландское место в мире за пределами Ирландии".

История

Большой ирландский католический элемент в Ньюфаундленде в XIX веке играл значительную роль в истории Ньюфаундленда и развил собственную сильную местную культуру. Они неоднократно вступали в политические конфликты – иногда насильственные – с протестантскими шотландскими и ирландскими "оранжистами". Эти миграции носили сезонный или временный характер. Большинство ирландских мигрантов были молодыми мужчинами, работавшими по контракту у английских купцов и плантаторов. Это была масштабная миграция, достигшая пика в 1770-х и 1780-х годах, когда из ирландских портов для рыболовства вышли более 100 кораблей и 5000 человек. За исключением эмиграции из Ольстера в Соединенные Штаты, это было самое масштабное перемещение ирландцев через Атлантику в XVIII веке. Некоторые направлялись в другие североамериканские пункты назначения, некоторые оставались, а многие занимались так называемым "ходом туда и обратно" – ежегодной сезонной миграцией между Ирландией и Ньюфаундлендом, связанной с рыболовством и торговлей. В 1836 году правительство Сент-Джонса заказало перепись населения, которая по степени детализации превзошла все предыдущие. Было перечислено более 400 поселений. Ирландцы и их потомки составляли половину всего населения. Почти три четверти из них проживали в Сент-Джонсе и его окрестностях, от Реньюс до Карбонера, район, до сих пор известный как Ирландское побережье.

Язык и культура

Большинство ирландских эмигрантов прибыли между 1750 и 1830 годами из графств, где широко говорили на ирландском языке, преимущественно в Мюнстере. Для десятилетнего периода 1771–1781 годов количество говорящих на ирландском языке в ряде этих графств можно оценить следующим образом: графство Килкенни – 57%, графство Типперэри – 51%, графство Уотерфорд – 86%, графство Керри – 93% и графство Корк – 84%. Ньюфаундленд – одно из немногих мест за пределами Ирландии, где ирландский язык был основным языком для большей части населения. Это также единственное место за пределами Европы, имеющее собственное название на ирландском языке – Talamh an Éisc (Земля рыбы). Манстерский диалект ирландского языка оказал значительное влияние на своеобразные варианты новофаундлендского английского языка. Форма ирландского языка, известная как ньюфаундлендский ирландский, была связана с унаследованной культурой, включающей истории, поэзию, фольклор, традиционные праздники, схватки между группировками и некоторое время процветала в ряде местных анклавов. Иногда в судах требовались переводчики, владеющие ирландским языком. Вероятно, носители языка существовали даже после Первой мировой войны. В Ньюфаундленд ирландцы привезли фамилии из юго-восточной Ирландии: Уэйд, Маккарти, О’Рурк, Уолш, Нэш, Холихан, Коннорс, Хоган, Шей, Штамп, Маер, О’Райли, Кью, Пауэр, Мерфи, Райан, Гриффин, Уилан, О’Брайен, Келли, Хэнлон, Невилл, Бэмбрик, Хэлли, Диллон, Бёрн, Лейк и Фицджеральд. Многие жители Ньюфаундленда с фамилией Кроквелл (Ó Creachmhaoil) происходят от иммигрантов XIX века из графства Голуэй, расположенного на западе Ирландии. Многие из наиболее известных достопримечательностей острова уже были названы ранними французскими и английскими исследователями, но ирландские названия мест включают Баллихак (Baile Hac), Каппахайден (Ceapach Éidín), Килбрайд и Сент-Брайдс (Cill Bhríde), Дантара, Порт-Кирван и Скибберен (Scibirín). Сохранились элементы материальной культуры, сельскохозяйственные обычаи, народная и церковная архитектура, и до сих пор можно найти их следы. Однако коммерческий промысел трески и присутствие большого количества англичан привели к формированию новой, смешанной культуры – культуры современных ньюфаундлендцев, уникальной для современной Северной Америки. Несмотря на ирландские элементы в культуре современного Ньюфаундленда, мало внимания уделяется (сейчас угасающему) местному варианту ирландского языка. Исключением является работа местного ученого Алоизиуса (Али) О’Брайена, скончавшегося в 2008 году.

Религия

Религиозная вера имела большое институциональное значение. Некоторые из ведущих ирландских купцов и состоятельных людей были протестантами и принесли с собой в новый дом традиции Оранжистского ордена. Однако большинство ирландцев были католиками и принесли с собой версию католицизма, в которой сильно проявлялась вера в фей, магию, предзнаменования, амулеты и защитные ритуалы. Это уменьшало их зависимость от Церкви, которая, казалось, не обладала монополией на сверхъестественное. Однако со временем Церковь сумела утвердить свою дисциплину в Ньюфаундленде, как это было сделано и в Ирландии, и стала важнейшим этническим, социальным и культурным институтом для католических ирландцев в Ньюфаундленде. Её духовенство и лидеры фактически являлись лидерами ирландской общины. Поскольку ирландский язык был языком большинства в ранний период, на нём часто проводились церковные службы. Католический епископ Джеймс Луис О’Донел, запрашивая францисканского миссионера для приходов Святой Марии и Трепасси, отметил, что такому миссионеру необходимо свободно владеть ирландским языком (как и сам О’Донел). Ирландский язык также сыграл роль в самом серьёзном раннем вызове католической Церкви, когда преподобный Лоуренс Кофлан, методистский проповедник, в 1760-х годах сумел обратить в свою веру большую часть населения Северного побережья Ньюфаундленда, во многом благодаря своему свободному владению ирландским языком.