Международные потоки нефтедолларов и торговый баланс стран-экспортеров нефти

Введение

Международные расходы доходов от экспорта нефти
торговый профицит стран-экспортеров нефти.

[[File:Opecrev. gif|thumb|alt=refer to caption|Колебания чистых доходов от экспорта нефти ОПЕК с 1972 года, показывающие повышенные уровни с поправкой на инфляцию в период с 1974 по 1981 год и с 2005 по 2014 год.] В целом, это явление относится к ситуации, когда крупные нефтеэкспортирующие государства, в основном члены ОПЕК, а также Россия и Норвегия, получают больше средств от экспорта сырой нефти, чем могут эффективно инвестировать в собственные экономики. Это приводит к глобальной взаимозависимости и финансовым потокам от производителей нефти обратно к потребителям, которые могут достигать сотен миллиардов долларов США в год, включая широкий спектр операций в различных валютах – некоторые привязаны к доллару США, а другие нет. Эти потоки существенно зависят от решений правительств в области международных инвестиций и помощи, что имеет важные последствия как для мировой финансовой системы, так и для нефтяной политики. Данное явление наиболее заметно в периоды, когда цены на нефть достигают исторически высоких уровней. Термин "петродоллар" был введен в начале 1970-х годов во время нефтяного кризиса, и первый крупный рост петродолларов (1974–1981) вызвал больше финансовых осложнений, чем второй (2005–2014).

Предыстория

Особенно в периоды с 1974 по 1981 год и с 2005 по 2014 год, страны-экспортеры нефти накопили значительные излишки "нефтедолларов" благодаря исторически высоким ценам на нефть. (Авторство термина приписывают то египетско-американскому экономисту Ибрагиму Овайсу, то бывшему министру торговли США Питеру Г. Петерсону, оба в 1973 году.) Эти излишки нефтедолларов можно определить как чистый эквивалент в долларах США, полученный от экспорта нефти сверх потребностей стран-экспортеров во внутреннем развитии.

1974-1981 гг. всплеск

В то время как переработка нефтедолларов смягчила краткосрочное рецессионное воздействие нефтяного кризиса 1973 года, она вызвала проблемы, особенно для стран-импортеров нефти, которые платили значительно более высокие цены и накапливали долгосрочные долги. Международный валютный фонд (МВФ) оценил, что внешний долг 100 развивающихся стран-импортеров нефти увеличился на 150% в период с 1973 по 1977 год, что усугублялось переходом к плавающим валютным курсам во всем мире. Йохан Виттевен, управляющий директор МВФ, заявил в 1974 году: «Международная валютная система переживает самый сложный период со времен 1930-х годов». В 1974–1976 годах МВФ администрировал новую программу кредитования под названием «Нефтяной фонд». Финансируемый странами-экспортерами нефти и другими кредиторами, он был доступен правительствам, испытывающим острые проблемы с торговым балансом из-за роста цен на нефть, в частности, Италии и Соединенного Королевства, а также десяткам развивающихся стран. С 1974 по 1981 год общий профицит текущего счета всех членов ОПЕК составил 450 миллиардов долларов США, без учета последующей инфляции. Девяносто процентов этого профицита было накоплено арабскими странами Персидского залива и Ливией, а Иран также накопил значительный нефтяной профицит до 1978 года, столкнувшись затем с последствиями революции, войны и санкций. Значительные объемы арабских нефтедолларов были инвестированы непосредственно в государственные ценные бумаги США и другие финансовые рынки ведущих промышленных экономик, часто незаметно направляемые государственными органами, ныне известными как суверенные фонды благосостояния. Многие миллиарды нефтедолларов также были инвестированы через крупные коммерческие банки Соединенных Штатов, Европейского Союза, Швейцарии и Соединенного Королевства. Фактически, этот процесс способствовал росту рынка евродолларов как менее регулируемой альтернативы денежным рынкам США. Поскольку рецессионное состояние мировой экономики делало инвестиции в корпорации менее привлекательными, банкиры и финансово обеспеченные правительства кредитовали значительную часть средств непосредственно правительствам развивающихся стран, особенно в Латинской Америке, таких как Бразилия и Аргентина. Как обобщил ситуацию политический журналист Уильям Грейдер: «Банки аккумулировали депозиты богатых нефтедолларами правительств ОПЕК и кредитовали развивающиеся страны, чтобы предотвратить их банкротство». В последующие десятилетия многие из этих развивающихся государств обнаружили, что их накопленные долги непомерно велики, и пришли к выводу, что это была форма неоколониализма, из которой единственным выходом было списание долгов.

While petrodollar recycling reduced the short term recessionary impact of the 1973 oil crisis, it caused problems especially for oil importing countries that were paying much higher prices for oil, and incurring long term debts. The International Monetary Fund (IMF) estimated that the foreign debts of 100 oil importing developing countries increased by 150% between 1973 and 1977, complicated further by a worldwide shift to floating exchange rates. Johan Witteveen, the Managing Director of the IMF, said in 1974: "The international monetary system is facing its most difficult period since the 1930s." The IMF administered a new lending program during 1974–1976 called the Oil Facility. Funded by oil exporting states and other lenders, it was available to governments suffering from acute problems with their balance of trade due to the rise in oil prices, notably including Italy and the United Kingdom as well as dozens of developing countries. From 1974 through 1981, the total current account surplus for all members of OPEC amounted to US$450 billion, without scaling up for the subsequent decades of inflation. Ninety percent of this surplus was accumulated by the Arab countries of the Persian Gulf and Libya, with Iran also accumulating significant oil surpluses through 1978 before suffering the hardships of revolution, war and sanctions. Large volumes of Arab petrodollars were invested directly in US Treasury securities and in other financial markets of the major industrial economies, often directed discreetly by government entities now known as sovereign wealth funds. Many billions of petrodollars were also invested through the major commercial banks of the United States, European Union, Switzerland, and the United Kingdom. In fact, the process contributed to the growth of the Eurodollar market as a less regulated rival to US monetary markets. As the recessionary condition of the world economy made investment in corporations less attractive, bankers and well financed governments lent much of the money directly to the governments of developing countries, especially in Latin America such as Brazil and Argentina As political journalist William Greider summarized the situation: "Banks collected the deposits of revenue rich OPEC governments and lent the money to developing countries so they could avoid bankruptcy." In subsequent decades, many of these developing states found their accumulated debts to be unpayably large, concluding that it was a form of neocolonialism from which debt relief was the only escape.

20052014 всплеск

В 1970-х годах инфляция и процентные ставки росли одновременно с ценами на нефть, но в 2000-х – нет. В период подъема нефтедоллара в 2005–2014 годах лица, принимающие финансовые решения, смогли в определенной степени воспользоваться уроками и опытом предыдущего цикла. Развивающиеся экономики в целом оставались более устойчивыми, чем в 1970-х годах; мировая экономика стала менее зависимой от нефти; а глобальная инфляция и процентные ставки были значительно лучше контролируемыми. Экспортеры нефти предпочли направлять большую часть своих инвестиций непосредственно в диверсифицированные мировые рынки, а процесс перераспределения средств стал менее зависимым от посредников, таких как международные банки и МВФ. Благодаря историческому росту цен на нефть в 2003–2008 годах доходы ОПЕК в 2008 и 2011–2014 годах приблизились к беспрецедентному уровню в 1 триллион долларов США в год. Некоторые экспортеры нефти не смогли в полной мере воспользоваться этой ситуацией, поскольку национальные экономики Ирана, Ирака, Ливии, Нигерии и Венесуэлы столкнулись с многолетними политическими проблемами, связанными с тем, что экономисты называют «ресурсным проклятием». Большинство других крупных экспортеров накопили достаточные финансовые резервы, чтобы смягчить последствия резкого падения цен на нефть и избытка нефтедолларов, вызванного перенасыщением рынка нефти в 2014–2017 годах.

Иностранная помощь

Страны-экспортеры нефти использовали часть своих излишков нефтедолларов для финансирования программ внешней помощи, что является ярким примером так называемой "дипломатии чековой книжки" или "петроислама". Фонд Кувейта был одним из первых лидеров, начиная с 1961 года, а некоторые арабские государства стали одними из крупнейших доноров в последующие годы после 1974 года, в том числе через МВФ и Фонд ОПЕК по международному развитию. Экспортеры нефти также оказывали косвенную помощь бедным странам посредством личных денежных переводов, отправляемых домой десятками миллионов иностранных рабочих на Ближнем Востоке, хотя условия их труда, как правило, тяжелые. Еще более спорно то, что ряд стран-экспортеров нефти являлись крупными финансовыми спонсорами вооруженных группировок, бросающих вызов правительствам других стран. Высокие цены на нефть позволили СССР поддерживать экономику стран советского блока во время подъема нефтедолларов в 1974–1981 годах, а потеря доходов в 1980-х годах способствовала краху блока в 1989 году. Во время подъема нефтедолларов в 2005–2014 годах Венесуэла, как член ОПЕК, играла аналогичную роль, поддерживая Кубу и других региональных союзников, до того как спад цен на нефть в 2014–2017 годах привел Венесуэлу к собственному экономическому кризису.

Нефтедолларовая война

Термин «нефтедолларовая война» относится к теории, согласно которой международное использование доллара США как стандартного средства расчетов за нефть является формой экономического империализма, поддерживаемого силовыми военными интервенциями в отношении таких стран, как Ирак, Иран и Венесуэла, и является ключевым скрытым фактором мировой политики. Этот термин был введен Уильямом Р. Кларком, автором книги с одноименным названием. Иногда с тем же значением используется фраза «война за нефтяную валюту». По мнению критиков, использование долларов в международных нефтяных сделках увеличивает общий спрос на доллары США лишь незначительно, а статус доллара как основной международной резервной валюты приносит экономике Соединенных Штатов относительно небольшую ощутимую выгоду и имеет некоторые недостатки.