Введение

Историческое коренное американское племя из Флориды и Джорджии, США.

Апалачи были коренным народом Юго-Восточных лесов, в частности, коренным народом Флориды, проживавшим в регионе Панхэндл до начала XVIII века. Они обитали между реками Ауцилла и Оклокони, у начала залива Апалачи, в области, известной как провинция Апалачи. Они говорили на мускогском языке, называемом апалачи, который в настоящее время вымер. Апалачи заселили территорию кургана Велда примерно с 1450 года н.э., но к моменту основания испанских поселений в XVII веке покинули её в основном. Впервые они встретились с испанскими исследователями в 1528 году, когда прибыла экспедиция Нарваэса. Племенные враги, европейские болезни и европейская экспансия значительно сократили их численность. Война в период с 1701 по 1704 год разорила Апалачи, и к 1704 году они покинули свои родные земли, бежав на север в Каролины, Джорджию и Алабаму.

Культура

Считается, что апалачи являются частью культуры Форт-Уолтон, флоридской культуры, испытавшей влияние культуры Миссисипи. Апалачи занимались огородничеством, жили в стратифицированных вождествах и имели постоянные города и деревни. Во время посещения Эрнандо де Сото в 1539 и 1540 годах столицей апалачей была Ахайка (современный Таллахасси, штат Флорида). Апалачи жили в деревнях разного размера или на отдельных фермах площадью около 100 квадратных метров. В небольших поселениях мог быть только один земляной курган и несколько домов. Более крупные города (50–100 домов) представляли собой вождества. Они были организованы вокруг земляных курганов, строившихся десятилетиями для церемониальных, религиозных и погребальных целей. Деревни и города часто располагались у озер, поскольку коренные жители охотились на рыбу и использовали воду для бытовых нужд и транспорта. Крупнейшее поселение апалачей находилось на озере Джексон, к северу от современного Таллахасси. В этом региональном центре было несколько курганов и более 200 домов. Некоторые из сохранившихся курганов охраняются в Археологическом государственном парке озера Джексон. Апалачи выращивали кукурузу, бобы и тыкву, а также амарант и подсолнечник. Они также собирали дикорастущие растения, в том числе персимоны, майпопы, желуди, грецкие орехи, гикори, сассафрас, яупонский падуб, пальму сабаль (Sabal palmetto) и пальму сереноа (Serenoa). Однако сочинение, написанное отцом Хуаном де Пайвой, священником миссии Сан-Луис де Талимали, было частью кампании по запрету игры, и некоторые описанные практики могли быть преувеличены. Игра была вплетена в ритуальные практики, которые отец Пайва считал языческими суевериями. Его также беспокоило влияние участия общины в играх на благосостояние деревень и испанских миссий. В частности, он опасался, что города останутся беззащитными перед набегами, когда жители уезжали на игру, и что полевые работы будут заброшены во время игрового сезона. Другие миссионеры (и посещавший епископ Кубы) жаловались на игру, но большинство испанцев (в том числе, изначально, отец Пайва) любили ее (и, вероятно, связанные с ней азартные игры). По крайней мере, они защищали ее как обычай, который не следует нарушать, и как средство поддержания хорошего настроения и готовности апалачей работать в полях. Сами апалачи говорили, что игра "стара, как память", и что у них "нет другого развлечения или облегчения от страданий". Коренного названия игры не сохранилось. Испанцы называли ее el juego de la pelota, "игра в мяч". В игре заключалось в том, чтобы ударить маленький твердый мяч по единственному столбу ворот. Ту же игру играли и западные тимукуа, и она имела для них такое же значение, как и для апалачей. Схожая, но отличная игра была распространена среди восточных тимукуа; Рене Гулен де Лаудоньер записал, что видел, как в нее играли сатурива, проживающие в современном Джексонвилле, штат Флорида, в 1564 году. Одна деревня вызывала другую на игру, и обе деревни договаривались о дне и месте проведения матча. После основания испанских миссий игры обычно проводились в воскресенье днем, примерно с полудня до наступления темноты. Обе команды пинали небольшой мяч (не намного больше мушкетного ядра), сделанный из кожи серны, обмотанной вокруг высушенной грязи, стараясь попасть в ворота. Единственный столб ворот был треугольным, плоским и выше, чем шире, на длинном столбе (Бушнелл описал его, основываясь на рисунке в испанской рукописи, как "похожий на высокую, плоскую рождественскую елку с длинным стволом"). На вершине столба ворот были улитки, гнездо и чучело орла. По обеим сторонам поля для обеих команд были установлены скамейки, а иногда и беседки для защиты от солнца. Зрители делали большие ставки на игры. Поскольку апалачи обычно не использовали деньги, ставки делались личными вещами. Каждая команда состояла из 40–50 человек. Лучших игроков высоко ценили, и деревни предоставляли им дома, обрабатывали их поля и закрывали глаза на их проступки, чтобы удержать таких игроков в своих командах. Игроки получали одно очко за попадание мячом в столб ворот и два очка, если мяч попадал в гнездо. Одиннадцать очков приносили победу в игре. Игра была грубой. Они пытались спрятать мяч во рту, а другие игроки душили их или пинали в живот, чтобы вытолкнуть мяч. Иногда случались смерти. По словам отца Пайвы, пять игр подряд закончились беспорядками. История происхождения игры была сложной. Вызов команде на игру, установка столбов ворот и скамеек для игроков и другие аспекты регулировались строгими церемониальными протоколами. Христианские элементы вошли в игру. Игроки стали просить священников совершить крестное знамение над кучей игроков во время игры.

История

Густонаселённый народ апалачи обладал сложным, чётко стратифицированным обществом, состоявшим из региональных вождеств. Они были одной из культур миссисипского периода и частью обширной торговой сети, простиравшейся до Великих озёр. Их репутация была настолько велика, что когда племена южной Флориды впервые встретили экспедицию Панфило де Нарваэса, они указали, что богатства, которые искали испанцы, можно найти в землях апалачи. Название "Апалачи" происходит от встречи экспедиции Нарваэса в 1528 году с народом токобага, который рассказывал о стране Апалачен, расположенной далеко на севере. Через несколько недель экспедиция вошла на территорию апалачи к северу от реки Аусилла. Одиннадцать лет спустя экспедиция Эрнандо де Сото достигла главного поселения апалачи, Анхайки, где-то в районе современного Таллахасси, штат Флорида, предположительно недалеко от озера Микосуки. Испанцы впоследствии адаптировали название, данное им коренными жителями, как "Апалачи" и применили его к прибрежной области, прилегающей к заливу Апалачи, а также к народу, населявшему её. Экспедиция Нарваэса впервые вошла на территорию апалачи 15 июня 1528 года. "Апалачи" – четвёртое по старшинству сохранившееся европейское название местности в Соединённых Штатах.

Испанские встречи

Две испанские экспедиции встретили народ апалачи в первой половине XVI века. Экспедиция Панфило де Нарваэса вошла на территорию апалачи в 1528 году и прибыла в деревню, которую Нарваэс считал главным поселением апалачи. Апалачи оказывали сопротивление испанским атакам, и экспедиция Нарваэса бежала к заливу Апалачи, где построила пять лодок и попыталась добраться до Мексики. Лишь четверо выжили в этом предприятии. В 1539 году Эрнандо де Сото высадился на западном побережье полуострова Флорида с большим отрядом людей и лошадей в поисках золота. Коренные американцы сообщили ему, что золото можно найти в "Апалачи". Историки до сих пор не установили, имели ли в виду коренные жители горы северной Джорджии, где действительно добывалось золото, или ценные медные артефакты, которые апалачи приобретали посредством торговли. Так или иначе, де Сото и его люди отправились на север, в территорию апалачи, в поисках драгоценного металла. Из-за предыдущего опыта с экспедицией Нарваэса и сообщений о столкновениях экспедиции де Сото с племенами по пути, апалачи боялись и ненавидели испанцев. Когда экспедиция де Сото вошла на территорию апалачи, испанских солдат описывали как "поражающих копьями каждого индейца, встреченного по обе стороны дороги". Де Сото и его люди захватили город апалачи Анхайка, где они провели зиму 1539 и 1540 годов. Апалачи отвечали быстрыми набегами и засадами. Их стрелы могли пробивать два слоя кольчуги. Они нацеливались на лошадей испанцев, которые в противном случае давали испанцам преимущество перед апалачи, сражавшимися пешком. Описано, что "апалачи испытывали больше радости от убийства одного из этих животных, чем от убийства четырех христиан". Сан-Луис-де-Талимали, западная столица испанской Флориды с 1656 по 1704 год, является национальным историческим памятником в Таллахасси, штат Флорида. Исторический объект управляется как музей живой истории Департаментом археологии Флориды. Включая советский дом коренных народов, он воссоздает одну из испанских миссий и культуру апалачи, демонстрируя тесно переплетенную жизнь апалачи и испанцев в этих поселениях. Исторический объект получил президентскую награду "Сохранить Америку" в 2006 году. В 1670-х годах племена к северу и западу от апалачи (включая чискас, апалачиколы, ямаси и другие группы в составе Конфедерации маскоги) совершали набеги на миссии апалачи и захватывали пленных. Они продавали пленных британской колонии Каролина, где их продавали в рабство колонистам Каролины. Видя, что испанцы не могут полностью защитить их, некоторые апалачи присоединились к своим врагам. Апалачи совершали ответные набеги, отчасти с целью захвата английских торговцев, и отодвигали базовые лагеря набегов на восток, откуда они продолжали совершать набеги на миссии апалачи, а также на миссии в провинции Тимукуа. Также предпринимались усилия по созданию миссий вдоль реки Апалачикола, чтобы создать буферную зону. В частности, несколько миссий были основаны среди племени чатот. В 1702 году апалачиколы устроили засаду на почти 800 воинов апалачи, чатот и тимукуанцев с несколькими испанскими солдатами после того, как было совершено несколько набегов на миссии апалачи и тимукуанцев. Лишь 300 воинов избежали засады. Когда в 1702 году началась война королевы Анны (североамериканский театр войны за испанское наследство), Англия и Испания официально объявили друг другу войну, и набеги английских колонистов и их индейских союзников против испанцев и миссионеров-индейцев во Флориде и юго-восточной Джорджии ускорились. В начале 1704 года полковник милиции Каролины Джеймс Мур возглавил 50 колонистов и 1000 апалачиколов и других криков в серии набегов на испанские миссии во Флориде. Некоторые деревни сдались без боя, а другие были уничтожены. Мур вернулся в Каролину с 1300 апалачей, которые сдались, и еще 1000, взятых в рабство. В середине 1704 года еще один крупный набег криков захватил больше миссий и большое количество апалачей. В обеих атаках миссионеров и христианских индейцев пытали и убивали, иногда живьем сдирая с них кожу. Эти набеги стали известны как "резня апалачи". Когда слухи о третьем набеге дошли до испанцев в Сан-Луисе-де-Талимали, они решили покинуть провинцию. Около 600 выживших после набегов Мура апалачей поселились возле Нью-Уиндзора, Южная Каролина. После войны ямаси группа Нью-Уиндзор присоединилась к Нижней реке, и многие вернулись во Флориду. Когда испанцы покинули провинцию Апалачи в 1704 году, около 800 выживших индейцев, включая апалачей, чатотов и ямаси, бежали на запад, в Пенсаколу, вместе со многими испанцами из провинции. Недовольные условиями в Пенсаколе, большинство апалачей перебрались дальше на запад, в контролируемый французами Мобил. Там они столкнулись с эпидемией желтой лихорадки и потеряли еще больше людей. Позже некоторые апалачи перебрались на Красную реку в современной Луизиане, а другие вернулись в район Пенсаколы, в деревню под названием Нуэстра-Сеньора-де-ла-Соледад-и-Сан-Луис. Несколько апалачей из района Пенсаколы вернулись в провинцию Апалачи около 1718 года, поселившись возле недавно построенного испанского форта в Сент-Маркс, штат Флорида. Многие апалачи из деревни Ивитачуко перебрались на место под названием Абосая возле укрепленной испанской ранчо в современном округе Алачуа, штат Флорида. В конце 1705 года оставшиеся миссии и ранчо в этом районе были атакованы, и Абосая находилась в осаде в течение 20 дней. Апалачи из Абосаи перебрались к югу от Сент-Огастина, но большинство из них были убиты в набегах в течение года. Группа Красной реки в Луизиане интегрировалась с другими индейскими группами, и многие в конечном итоге отправились на запад вместе с маскоги. Когда Флорида была передана Британии в 1763 году, несколько семей апалачи из миссии Сан-Хосе-де-Эскамбе, тогда живших рядом с испанским пресидио Пенсаколы в общине, состоящей из 120 индейцев апалачи и ямаси, были перевезены в Вера Cruz, Мексика. Восемьдесят семь индейцев, живших возле Сент-Огастина, некоторые из которых, возможно, были потомками апалачей, были доставлены в Гуанабакоа, Куба. В конце XVIII века некоторые остатки апалачей, обратившиеся в христианство, слились с Нижними криками и соседними племенами в Семинолов.