Введение

Немецкий художник-визуалист (род. 1944)
Хорн провела большую часть своего позднего детства в школах-интернатах, а в девятнадцать лет пошла против воли родителей, которые хотели, чтобы она изучала экономику, и решила посвятить себя искусству. В 1963 году она поступила в Высшую школу изобразительных искусств в Гамбурге. Год спустя ей пришлось прервать обучение из-за тяжелого отравления легких. "В 1964 году мне было 20 лет, и я жила в Барселоне, в одном из тех отелей, где комнаты сдаются почасово. Я работала со стекловолокном, без маски, потому что никто не предупредил об опасности, и серьезно заболела. Год я провела в санатории. Мои родители умерли. Я чувствовала себя полностью изолированной". Хорн жила в Гамбурге до 1971 года, некоторое время в Лондоне (1971–1972), а с 1973 года – в Берлине.

Работа

Хорн – одна из представительниц поколения немецких художников, получивших международное признание в 1980-х годах. Она работает в жанре боди-арта, но использует различные медиа, включая перформансы, инсталляции, скульптуру и кино. Она также пишет стихи. Порой её поэзия испытывает влияние её творчества, а нередко её творчество вдохновляется её стихами. Вернувшись в Гамбургскую академию, Хорн продолжила создавать объекты, напоминающие коконы. Она работала с мягкими удлинениями тела и протезными бинтами. В конце 1960-х годов она начала создавать перформансы и продолжала использовать удлинения тела.

Скульптуры тела

В 1968 году Хорн создала свои первые скульптуры тела, в которых она прикрепляла объекты и инструменты к человеческому телу, исследуя тему контакта человека с окружающей средой. «Einhorn» (Единорог) – одно из самых известных перформансов Хорн: длинный рог, который она носила на голове, название которого является игрой слов, основанной на её фамилии. Она представила «Einhorn» на Documenta в 1972 году. В центре перформанса – женщина, которую Хорн описывает как «очень буржуазную», «21 год и готовую к замужеству. Она тратит деньги на новую мебель для спальни». Она идет по полю и лесу летним утром, надев лишь белый рог, выступающий из верхней части головы и удерживаемый ремнями. Эти ремни почти идентичны тем, что изображены на картине Фриды Кало «Сломанная колонна». Образ с колосьями пшеницы, окружающими бедра женщины, одновременно мифичен и современен. «Карандашная маска» – еще один элемент для расширения тела, состоящий из шести горизонтальных и трех вертикальных ремней. В точках их пересечения прикреплен карандаш. Когда она двигает лицом вперед-назад возле стены, карандаш оставляет следы, точно соответствующие её движениям. «Перчатки-пальцы» – это перформанс, основной реквизит которого был создан в 1972 году. Их носят как перчатки, но форма пальцев удлинена с помощью бальзового дерева и ткани. Благодаря возможности видеть, к чему и как она прикасается, ей казалось, что её пальцы удлинены, и в её сознании создавалась иллюзия, что она прикасается к тем объектам, к которым касаются удлиненные пальцы. Существует еще одна работа, очень похожая на эту, входящая в серию «Берлинские упражнения» 1974 года под названием «Поцарапать обе стены одновременно». В этом перформансе она создала больше перчаток для удлинения пальцев, но на этот раз подогнала их размер под конкретное пространство. Если выбранный участник стоял в центре комнаты, он мог одновременно касаться противоположных стен. Еще одна работа, исследующая иллюзию ощущения и роль руки, – «Перьевые пальцы» (1972). К каждому пальцу прикреплено перо с помощью металлического кольца. Рука становится «такой же симметричной (и чувствительной), как птичье крыло». При касании противоположной руки этими перьевыми пальцами можно почувствовать прикосновение на левой руке, а также движение пальцев правой руки, как будто они касаются левой руки, но на самом деле контакт происходит через перья. Ребекка Хорн описывает эффект: «как будто одна рука внезапно отсоединилась от другой, словно два совершенно не связанных существа. Чувство прикосновения настолько нарушается, что разное поведение каждой руки вызывает противоречивые ощущения». Эта работа в значительной степени посвящена чувствительности.

Скульптура

Хорн продолжала исследовать образ перьев в своих работах 1970-х и 1980-х годов. Многие из ее работ с перьями окутывают фигуру подобно кокону или функционируют как маски или веера, чтобы скрыть или заключить тело. Среди этих работ – «Кокфезер» (1971), «Маска из петушиного пера» (1973), «Маска какаду» (1973) и «Вдова рая» (1975). Различные «машины» становятся объектами работ Хорн в 1980-х годах. В частности, она создала машину, имитирующую процесс рисования человеком, в работе «Маленькая школа живописи исполняет водопад» (1988). На высоте трех метров от пола на стене галереи три кисти в форме веера, закрепленные на гибких металлических кронштейнах, медленно опускаются в чаши с синей и зеленой акриловой краской. Через несколько секунд погружения они отскакивают назад, разбрызгивая краску на стены, потолок, пол и на холсты, расположенные ниже. Кисти немедленно возобновляют свое движение вниз, и цикл повторяется, пока каждый холст не будет покрыт краской. В 1990-х годах ряд ее впечатляющих скульптур был представлен в местах, имеющих историческое значение. Примеры включают «Башню безымянных» в Вене (1994), «Концерт в обратном порядке» в Мюнхене (1997), «Зеркало ночи» в заброшенной синагоге в Кельне (1998) и «Концерт для Бухенвальда» в Веймаре (1999). В Веймаре «Концерт для Бухенвальда» был создан на территории бывшего трамвайного депо. Художница возвела 40-метровые стены из пепла за стеклом, создав архивы окаменелости. Параллельно тема телесной жизненной силы, которую художница исследовала с 1970-х годов, получила развитие в сайт-специфических инсталляциях, исследующих тему скрытой энергии мест и магнитных потоков пространства. Этот цикл включает в себя «High Moon», Нью-Йорк (1991); «El Reio de la Luna», Барселона (1992); «Spirit di Madreperla», Неаполь (2002).

Фильм

За более чем десятилетие жизни в Нью-Йорке Хорн приступила к созданию повествовательных полнометражных фильмов, включив в этот новый кинематографический контекст скульптуры и движения из своих ранних работ, тем самым трансформировав их значение. Свой первый полнометражный фильм, "Der Eintänzer", о молодом человеке по имени Макс, слепом и близнецах, Хорн сняла в 1978 году. Более поздние фильмы включают "Фердинанда: Соната для виллы Медичи" и "Комната Бастера". "Фердинанда" снята на немецком языке, остальные фильмы – на английском. Во всех этих фильмах заметна одержимость Хорн несовершенным телом и балансом между фигурой и предметами. Она также сотрудничала с Дженнисом Кунеллисом и спродюсировала несколько фильмов, включая "Кровать Бастера" (1990), снятый обладателем премии "Оскар" Свеном Никвистом, с Дональдом Сазерлендом, Джеральдин Чаплин и Мартином Ваттке в главных ролях. Над сценариями к фильмам "Комната Бастера и Роуссель" она работала совместно с немецким писателем Мартином Мозебахом. В ее фильмах появляются многочисленные механизированные скульптуры Хорн, в частности "Пернатый тюремный веер" (1978) – покрытый большими перекрывающимися веерами, достаточно большим, чтобы вместить взрослого человека – в фильме "Der Eintänzer", и "Машина-павлин" (1979–80), еще одна скульптура, складывающая и раскрывающая прекрасный белый павлиний оперение в "Фердинанде".

Другие проекты

Ребекка Хорн – тема книги под названием «Взгляд бесконечности». В 2008 и 2009 годах японский художник Масанори Ханда проходил обучение у Хорн в рамках программы Rolex Mentor and Protégé Arts Initiative.

Выставки

Когда Харальд Симан пригласил Ребекку Хорн принять участие в Documenta 1972 года в Касселе, она была практически неизвестным художником двадцати восьми лет. Сигмар Полке участвовал в её работе "Симон Сигмар" в 1971 году, и Симан узнал о ней благодаря ему. Первая персональная выставка Хорн состоялась в галерее Рене Блок в Западном Берлине в 1973 году. В 1993 году Музей Соломона Р. Гуггенхайма в Нью-Йорке организовал ретроспективную выставку середины карьеры, кураторами которой выступили Германо Челант и Нэнси Спектор. Эта выставка затем была показана в Stedelijk Van Abbemuseum (Эйндховен), Neue Nationalgalerie (Берлин), Kunsthalle Wien (Вена), Tate Gallery и Serpentine Gallery (Лондон), а также в Музее Гренобля. В 2005 году галерея Hayward в Лондоне провела масштабную ретроспективную выставку Ребекки Хорн, а в соборе Святого Павла была представлена инсталляция Хорн "Лунное зеркало", организованная в связи с этой выставкой.