Забастовка полиции в Мельбурне 1923 года: Беспорядки и разграбления

Введение

Событие в Мельбурне, Австралия

Забастовка полиции штата Виктория 1923 года произошла в Мельбурне, штат Виктория, Австралия. В ноябре 1923 года, накануне Мельбурнского весеннего карнавала, половина полицейских Мельбурна объявила забастовку из-за функционирования системы надзора, использовавшей агентов под прикрытием, прозванных "фантомами". После этого последовали беспорядки и мародерство: толпы людей выходили из главного железнодорожного вокзала на Флиндерс-стрит в пятницу и субботу вечером и направлялись по улицам Элизабет и Суонстон, разбивая витрины магазинов, грабя и опрокидывая трамвай.

Причины забастовки

Забастовка началась поздним вечером 31 октября 1923 года – накануне весеннего карнавала в Мельбурне, когда отряд из 29 констеблей в полицейском управлении на Рассел-стрит отказался выходить на службу, ссылаясь на продолжающееся использование руководством агентов. Полиция штата Виктория в то время была укомплектована не полностью, получала низкую заработную плату по сравнению с полицией других штатов и не имела отраслевой пенсии, при этом правительство постоянно откладывало обещания о введении пенсионной программы. Полицейская ассоциация неоднократно пыталась улучшить оплату и условия службы, но непосредственной причиной конфликта стало решение относительно нового главного комиссара полиции, Александра Николсона, создать систему из четырех "специальных наблюдателей" для тайного наблюдения за полицейскими при исполнении их обязанностей. Этих людей набирали из числа полицейских и презрительно называли "фантомами". Забастовку возглавил констебль Уильям Томас Брукс, который вместе с 16 коллегами был уволен из лицензионного отдела ранее в том же году без объяснения причин и вернулся к патрулированию. Это могло быть связано с тем, что два года назад Брукс распространил среди своих сослуживцев петицию с требованием улучшения условий службы. Петиция, озаглавленная «Товарищи и коллеги», была подписана почти 700 сотрудниками. Забастовка не была инициативой Полицейской ассоциации, хотя организация вела переговоры с националистическим правительством штата Виктория, возглавляемым премьер-министром Гарри Лоусоном, от имени бастующих. Большинство бастующих были констеблями, многие из них – вернувшиеся с войны. Детективы и офицеры старшего звания в забастовке не участвовали. Через 24 часа премьер-министр потребовал возвращения к работе и пообещал не преследовать бастующих, однако не пообещал удовлетворить их требования. Через 48 часов премьер-министр вновь потребовал возвращения к работе, но уже без каких-либо гарантий от преследований. Викторианский совет профсоюзов, удивленный стихийной забастовкой, предложил свои услуги в качестве посредника от имени бастующих, но правительство отклонило это предложение. Впоследствии 634 полицейских были уволены, а двое – уволены, что составило около трети полицейских сил штата Виктория, и большинство из них больше никогда не были приняты на службу в полицию.

The strike started late in the evening of 31 October 1923 – the eve of Melbourne's Spring Racing Carnival – when a squad of 29 constables at Russell Street Police Headquarters refused to go on duty, citing the continued use of spies by management. The Victoria Police force at the time was understaffed, lowly paid in comparison with other state police forces, and had no industry pension, with the government continually deferring promises to introduce a pension program. The Police Association had made repeated attempts to improve the pay and conditions of the force, but the immediate cause of the conflict was the decision by the relatively new chief commissioner of police, Alexander Nicholson, to set up a system of four "special supervisors" to secretly monitor beat cops as they went about their duties. Drawn from police ranks, those men were given the derogatory nickname "spooks". The strike was led by Constable William Thomas Brooks who, along with 16 colleagues, had been dismissed from the licensing squad earlier that year, without explanation, and returned to the beat. That might have been connected with the fact that, two years earlier, Brooks had circulated a petition among his fellow officers calling for better conditions. Headed Comrades and Fellow Workers, it was signed by almost 700 men. The strike was not a Police Association initiative, although the organisation negotiated with the Nationalist government of Victoria, led by the Premier, Harry Lawson, on behalf of the strikers. Most of the strikers were constables, many of them returned servicemen. Detectives and senior officers did not participate. After 24 hours, the Premier demanded a return to work and promised no victimisation, although there was no promise to meet the strikers' demands. After 48 hours, the Premier again demanded a return to work but with no guarantees regarding victimisation. The Victorian Trades Hall Council, surprised by the wildcat strike, volunteered to negotiate on behalf of the strikers but was rebuffed by the government. Subsequently, 634 policemen were discharged and two were dismissed, about a third of the Victorian Police Force, most of them never to be re employed as members of the force.

Беспорядки и грабежи в центре Мельбурна

В пятницу и субботу вечером в городе вспыхнули беспорядки и мародерство, в результате которых погибли три человека, был перевернут трамвай, разбиты витрины магазинов и разграблено имущество. Большие толпы людей собрались, чтобы наблюдать за происходящим. Полицейские, несущие службу на перекрестках, подвергались издевательствам и преследованиям со стороны толпы, пока не отступили к зданию городской ратуши, где их продолжали провоцировать. Работники трамвайного депо и моряки в форме помогали регулировать дорожное движение в отсутствие полиции. Премьер-министр обратился к федеральному правительству с просьбой о направлении войск для предотвращения и подавления беспорядков, но в просьбе было отказано. Сэр Гарри Шоувель и другие военные руководители назначили охрану на объекты обороны. В выходные дни пять тысяч добровольцев, зачисленных в "специальную полицию", принесли присягу с целью восстановления порядка. Они находились под руководством сэра Джона Монаша в Мельбурнской ратуше и возглавлялись ветеранами AIF и офицерами CMF. Специальные полицейские были опознаваемы по значкам и повязкам на рукавах. Все газеты Мельбурна оперативно возложили вину за беспорядки и мародерство на преступный элемент города, однако последующие судебные протоколы показали, что большинство задержанных нарушителей были молодыми людьми и подростками, не имевшими криминального прошлого. После забастовки ее причины и последствия были расследованы Королевской комиссией под председательством Монаша. Правительство впоследствии улучшило оплату и условия труда полицейских и приняло закон об учреждении пенсионной системы для полиции до конца 1923 года.