Введение

Роберт Снукс был последним человеком, казненным в Англии за разбой на дорогах, 11 марта 1802 года. Он родился в Хангерфорде, графство Беркшир, и был крещен как Джеймс Снук 16 августа 1761 года. Вероятно, его имя часто упоминается как Роберт Снукс из-за искажения его прозвища "Разбойник" Снук.

Преступление

Вечером в воскресенье 10 мая 1801 года посыльному Джону Стивенсу, следовавшему из Тринга в Хемел-Хемпстед, было доверено несколько почтовых сумок с корреспонденцией. Достигнув уединенного участка местности Боксмур, близ Борн-Энда, он подвергся угрозе со стороны грабителя, который похитил у него шесть кожаных сумок, содержащих банкноты, долговые расписки и письма. Грабитель забрал деньги общей стоимостью 80 фунтов стерлингов и выбросил ненужные письма и сумки, разбросав их по вересковой пустоши. В лондонской "Хронике" от 11 марта 1802 года сообщалось, что грабитель также выбросил на пустоши свое седло с порванной подпругой, что впоследствии помогло установить личность преступника.

Расследование и судебное разбирательство

На следующий день после кражи почтмейстер и старший констебль Джон Пейдж (из трактира «Королевская рука» в соседнем Беркхемстеде) начал расследование преступления. Вскоре несколько человек заявили, что помнят, как видели мужчину в трактире «Королевская рука», чинившего сломанную подпругу на своей седле. Считалось, что преступник работал в «Королевской руке» конюхом и, следовательно, был знаком с маршрутом почтового гонца. Преступник был опознан как Джеймс Снук. К тому времени Джеймс Снук уже был в розыске по делу о нескольких ограблениях на тракте между Батом и Солсбери. Он также был обвинен в краже лошадей в Олд-Бейли в 1799 году под, предположительно, своим полным именем – Джеймс Блэкман Снукс. По этому обвинению он был оправдан из-за отсутствия достаточных доказательств. Генеральный почтмейстер предложил вознаграждение в 200 фунтов стерлингов в дополнение к 100 фунтам стерлингов, предложенным парламентом за поимку разбойников. Впоследствии он был схвачен 8 декабря 1801 года в лесу Марлборо Уильямом Солтом, почтовым гонцом, ехавшим на коляске через лес. Солт узнал Снука и с помощью пассажиров сумел задержать вора. В этот момент у Снука было 200 фунтов стерлингов в кармане, а также «пара весьма изящных пистолетов». Джон Стивенс не смог опознать Снука с уверенностью, поскольку во время ограбления было темно, и в результате существовали лишь косвенные доказательства, связывающие Снука с преступлением. К ним относился тот факт, что одна из украденных банкнот была обнаружена у Снука, когда он случайно отдал ее служанке в Саутварке, пытаясь купить ткань. Первоначально он содержался в тюрьме Ньюгейт, а 4 марта 1802 года был переведен в тюрьму Хертфорда в ожидании суда. Через пять дней суд состоялся, и он был признан виновным. Хотя типичным наказанием за разбой на тракте была ссылка, поскольку преступление Снука было «таким разрушительным для общества и коммерческих интересов страны», он был приговорен к повешению.

Наказание

Наказание Снука произошло через два дня после вынесения приговора, на общественном месте, ближайшем к месту преступления, как того требовал закон. Считается, что тысячи людей собрались, чтобы посмотреть на повешение, и, как говорят, по дороге на виселицу Снук воскликнул некоторым из них: "Не спешите, веселье не начнется, пока я не приду!". Тело Снука было выкопано на следующий день после повешения, помещено в гроб, предоставленный жителями Хемель-Хемпстеда, и бесцеремонно перезахоронено на вересковой пустоши. Небольшой надгробный камень (с именем "Роберт Снукс") был установлен в 1904 году, а подпорный камень – в 1994 году, в рамках празднования 400-летия Траста. Точное место повешения Снука и последующего захоронения неизвестно, поэтому местоположение камней является приблизительным.

Наследие

Паб в соседнем Павильоне в Хемел-Хемпстеде, который впоследствии был снесен, носил имя Снукса и использовал силуэт всадника-разбойника в качестве вывески. Один из местных отрядов скаутов-исследователей также назван в его честь. Помимо надгробий, Box Moor Trust назвал один из вересковых лугов «Снук’с-Мур», а дом управляющего поместьем получил название «Снук’с-Энд».