Saint-Gaudens double eagle

Введение

Монета двойного орла в 20 долларов США (19071933) Двойной орёл Сент-Гауденса - золотая монета в 20 долларов, или двойной орёл, выпускаемая Монетным двором Соединенных Штатов с 1907 по 1933 год. Монета названа в честь своего дизайнера, скульптора Августа Сент-Годенса, который спроектировал аверс и реверс. Многие считают, что это самая красивая монета США. В 1904 году президент Теодор Рузвельт стремился украсить американскую монету и предложил Сент-Годенсу стать художником, способным на эту задачу. Хотя у скульптора был плохой опыт работы с монетным двором и его главным гравером Чарльзом Э. Барбером, Сент-Годенс принял приглашение Рузвельта. Работа была подвержена значительным задержкам из-за ухудшения здоровья Сен-Годенса и трудностей из-за высокого рельефа его дизайна. Сен-Годенс умер в 1907 году, после разработки орла и двойного орла, но до того, как проекты были завершены для производства. После того, как несколько версий дизайна двойного орла оказались слишком сложными для удара, Барбер модифицировал дизайн Сент-Годенса, понизив рельеф, чтобы монету можно было ударить только одним ударом. Когда монеты были наконец выпущены, они оказались спорными, поскольку на них отсутствовали слова "В Боге мы полагаемся", и Конгресс вмешался, чтобы потребовать использования девиза. Монета была чеканена, в основном для использования в международной торговле, до 1933 года. Двойной орел 1933 года является одной из самых ценных монет США, единственный пример, который в настоящее время находится в частных руках, был продан в 2002 году за 7 590 020 долларов.

Предыстория

Двойной орёл, или двадцатидолларовый золотой монетки, был впервые выпущен в 1850 году; его разрешение конгресса был ответ на увеличение количества золота в результате Калифорнийской золотой лихорадки. Полученный в результате двойной орел Liberty Head, спроектированный гравером монетного двора Джеймсом Лонгакрем, был выбитым в течение оставшейся части 19-го века, хотя дизайн несколько раз модифицировался. Двойной орел, из-за его очень высокой номинальной стоимости, эквивалентной нескольким сотням долларов сегодня, не был широко распространен, но был монетой, чаще всего используемой для крупных международных транзакций, в которых расчеты должны были быть в золоте. На Западе, где золотые или серебряные монеты были предпочтительнее бумажных денег, использование которых было незаконным в Калифорнии после золотой лихорадки, монеты увидели некоторое обращение. Первое сотрудничество скульптора Августа Сент-Годенса с монетным двором было в 1891 году, когда он служил в комитете, судящем записи для новой серебряной монеты. Монетный двор предложил победителю только небольшой приз, и все приглашенные художники (включая самого Сен-Годенса) отказались от участия. Конкурс был открыт для публики, и жюри (которое состояло из Сент-Годенса, гравера монетного двора Чарльза Э. Барбера и коммерческого гравера Генри Митчелла) не нашло подходящего участника. Это не стало сюрпризом для Сент-Годенса, который сказал директору монетного двора Эдварду О. Лиху, что в мире было только четыре человека, способных на такую работу, из которых трое были во Франции, а Сент-Годенс был четвертым. Барбер, который был главным гравером с 1879 года, считал, что Сент-Годенс преувеличил дело, и был только один человек, способный на такую работу - сам Барбер. Лич ответил на неудачный конкурс, поручив Барберу подготовить новые проекты для десятицентов, четверти долларов и полудолларов, в результате чего была выпущена монета Барбер, что вызвало значительное недовольство общественности. В 1892 году Сент-Годенса попросили разработать официальную медаль Всемирной Колумбийской выставки в Чикаго; она будет представлена победителям выставки. Аверс дизайна Сент-Годенса, показывающий высадку Колумба, не был спорным; его реверс, на котором изображен факел с обнаженным молодым человеком, несущим венки, чтобы короновать победителей, был атакован цензурой почтового агента Энтони Комстока как непристойный. Директоры экспозиции поспешно отозвали обратный рисунок и заменили его на рисунок Барбера, который, по словам историка-нумизматика Уолтера Брина, "примечателен только своей банальностью". Разъяренный Сент-Годен поклялся больше не иметь ничего общего с монетным двором или его сотрудниками, и в течение следующего десятилетия отказывался от всех заказов, которые могли бы связать его с этим бюро.

The double eagle, or twenty dollar gold piece, was first issued in 1850; its congressional authorization was a response to the increasing amount of gold available as the result of the California Gold Rush. The resulting Liberty Head double eagle, designed by Mint Engraver James Longacre, was struck for the remainder of the 19th century, though the design was modified several times. The double eagle, due to its very high face value, equivalent to several hundred dollars today, did not widely circulate, but was the coin most often used for large international transactions, in which settlement was to be in gold. In the West, where gold or silver coins were preferred to paper money—use of which was illegal in California in the aftermath of the Gold Rush—the coins saw some circulation. Sculptor Augustus Saint Gaudens's first association with the Mint was in 1891, when he served on a committee judging entries for the new silver coinage. The Mint had offered only a small prize to the winner, and all invited artists (including Saint Gaudens himself) refused to submit entries. The competition was open to the public, and the judging committee (which consisted of Saint Gaudens, Mint Engraver Charles E. Barber, and commercial engraver Henry Mitchell) found no entry suitable. This came as no surprise to Saint Gaudens, who told Mint Director Edward O. Leech that there were only four men in the world capable of such work, of whom three were in France and Saint Gaudens was the fourth. Barber, who had been Chief Engraver since 1879, felt that Saint Gaudens overstated the case, and there was only one man capable of such coinage work—Barber himself. Leech responded to the failed competition by directing Barber to prepare new designs for the dime, quarter dollar, and half dollar, resulting in the Barber coinage, an issue which attracted considerable public dissatisfaction. In 1892, Saint Gaudens was asked to design the official medal of the World Columbian Exposition in Chicago; it would be presented to prizewinning exhibitors. The obverse of Saint Gaudens's design, showing Columbus coming ashore, was noncontroversial; his reverse, which featured a torch bearing naked youth carrying wreaths to crown the victors, was attacked by the censoring postal agent, Anthony Comstock, as obscene. The exposition directors hastily withdrew the reverse design and replaced it with one created by Barber which, according to numismatic historian Walter Breen, was "notable only for banality". A furious Saint Gaudens swore to have nothing more to do with the Mint or its employees, and for the next decade refused all commissions which might involve him with that bureau.

Начало

27 декабря 1904 года президент Теодор Рузвельт, личный друг Сент-Годенса, написал своему секретарю казначейства Лесли Мортье Шоу: "Я думаю, что состояние нашей монеты художественно ужасно отвратительно. Было бы возможно, без разрешения Конгресса, нанять человека, как Сент-Годенс, чтобы дать нам монет, которые будут иметь некоторую красоту? " Рузвельт попросил директора монетного двора Джорджа Э. Робертса написать Сент-Годенсу, который ответил: "Меня чрезвычайно интересует вопрос о новых дизайнах монет, и я уверяю вас, что мне будет очень приятно помочь в приобретении хорошей работы". Рузвельт заставил монетный двор привлечь Сент-Годенса к редизайну некоторых монет, которые могли быть изменены без необходимости одобрения Конгресса - цента и четырех золотых монет. Ни одна монета США не была разработана кем-то, кроме сотрудника монетного двора. В ноябре 1905 года Рузвельт написал Сент-Годенсу, чтобы узнать, как продвигается золотая монета. Президент упомянул, что он смотрел на золотые монеты Древней Греции, и что самые красивые из них были в высоком рельефе. Рузвельт предложил, чтобы новые конструкции могли быть в высоком рельефе, с высоким ободом для их защиты. Сент-Годенс ответил, соглашаясь с Рузвельтом, и предложил дизайн для двойного орла, своего рода (возможно, крылатой) фигуры Свободы, шагающей вперед, как на вершине горы, держащей вверх на одной руке щит с звездами и полосами со словом Свобода, отмеченным по всему полю; в другой руке, возможно, горящий факел, драпировка [одежды Свободы] будет течь в ветре. Моя идея - сделать его живым, и типичным для прогресса. 2 января 1906 года Сент-Годенс написал Шоу, спрашивая, практичен ли высокий рельеф на монетах, чеканимых на монетном дворе. Шоу не сразу ответил, но вместо этого встретился с Рузвельтом, который написал, что нет никаких возражений против того, чтобы монеты, многие из которых будут храниться в банковских хранилищах и не распространяться, "были такими же художественными, как греки могли бы пожелать". Рузвельт обеспечил поддержку Шоу для перепроектирования, хотя, как президент написал Сент-Годенсу, "конечно, он думает, что я сумасшедший с трещинами мозга по этому вопросу". Шоу написал скульптору 13 января, воспроизводя копию письма Робертса, в котором предупреждалось, что "суждение авторитета всех стран заключается в том, что современные монеты должны быть низкого рельефа", но поскольку президент не согласен с мнением Робертса, Сент-Годенс мог бы продолжить работу над дизайном высокого рельефа. Историк нумизматики Роджер В. Бердетт прокомментировал: "Это также один из тех случаев, когда убедительные эго художника и президента могли бы уделять больше внимания комментариям режиссера Робертса. Продолжая работу над рисунком, который не мог быть чеканен, Сен-Годенс потерял свой лучший шанс исследовать границы художественного мастерства при обращении монет". Сент-Годенс написал Рузвельту в конце января: "Что бы я ни создал, это не может быть хуже, чем бессмысленности, которые сейчас изображены на наших монетах". Однако Сент-Годенс предвидел сопротивление со стороны Барбера, который "был в этом учреждении с момента основания правительства и будет находиться в его руинах". В мае 1906 года скульптор написал Рузвельту, что он послал помощника в Вашингтон, чтобы получить технические детали перепроектирования, но "если вам удастся получить лучшее из вежливого мистера Барбера или других ответственных, вы сделаете большую работу, чем прокладка Панамского канала. Но я не отступлю от этого, даже до смерти". В мае 1906 года Сент-Годенс написал секретарю Шоу, спрашивая, есть ли возражения против того, чтобы дата была написана римскими цифрами. Шоу ответил: "Пока мы делаем монеты для людей Соединенных Штатов, я думаю, что мы должны ограничиться английским языком. Я напомнил нашим архитекторам, что я уволю первого, кто поставит V на общественное здание, где предполагается U". Однако Рузвельт отклонил предложение Шоу, и скульптор продолжил использовать римские цифры. Сент-Годен задумал дизайн летящего орла для цента, но разработал его для двадцатидолларовой монеты после того, как узнал, что по закону орёл не должен был появляться на центе. Здоровье Сент-Годенса ухудшалось в 1906 году, поскольку рак, который убил бы его, заставил его поручить своему помощнику Генри Херингу многие детали работы. Модели монет были сделаны в Париже, а не в монетном дворе, чтобы обойти любые препятствия моне�...

On December 27, 1904, President Theodore Roosevelt, a personal friend of Saint Gaudens, wrote to his Secretary of the Treasury, Leslie Mortier Shaw: "I think the state of our coinage is artistically of atrocious hideousness. Would it be possible, without asking permission of Congress, to employ a man like Saint Gaudens to give us a coinage which would have some beauty?" Roosevelt had Mint Director George E. Roberts write to Saint Gaudens, who replied, "I am extremely interested in the matter of the new designs of the coinage it will I assure you give me great pleasure to assist in the procuring of good work." Roosevelt caused the Mint to engage Saint Gaudens to redesign some of the coins which could be changed without the need for Congressional approval—the cent and the four gold coins. No U. S. coin had ever been designed by anyone other than a Mint employee. In November 1905, Roosevelt wrote to Saint Gaudens to enquire how the gold coinage was progressing. The President mentioned that he had been looking at gold coins of Ancient Greece, and that the most beautiful ones were in high relief. Roosevelt suggested that the new designs could be in high relief, with a high rim to protect them. Saint Gaudens replied agreeing with Roosevelt, and proposing a design for the double eagle

some kind of a (possibly winged) figure of Liberty, striding forward as if on a mountaintop, holding aloft on one arm a shield bearing the stars and stripes with the word Liberty marked across the field; in the other hand perhaps a flaming torch, the drapery [of Liberty's dress] would be flowing in the breeze. My idea is to make it a living thing, and typical of progress. On January 2, 1906, Saint Gaudens wrote to Shaw, enquiring whether a high relief was practical on coins struck at the Mint. Shaw did not immediately reply, but instead met with Roosevelt, who wrote that there was no objection to have the coins, many of which would be stored in bank vaults and not circulated, "as artistic as the Greeks could desire". Roosevelt secured Shaw's support for the redesign, although as the President wrote to Saint Gaudens, "of course he thinks I am a crack brained lunatic on the subject". Shaw wrote to the sculptor on January 13, reproducing a copy of a letter from Roberts which warned, "the judgement of the authority of all countries is that modern coins must be of low relief", but as the President disagreed with Roberts's view, Saint Gaudens could go ahead with a high relief design. Numismatic historian Roger W. Burdette commented, "This is also one of those times when the compelling egos of artist and President might have paid greater attention to director Roberts' comments. By continuing with the design in a relief that was not coinable, Saint Gaudens lost his best chance to explore the limits of artistry on circulation coinage." Saint Gaudens wrote to Roosevelt later in January, "Whatever I produce cannot be worse than the inanities now displayed on our coins." However, Saint Gaudens foresaw resistance from Barber, who "has been in that institution since the foundation of the government, and will be found standing in its ruins". In May 1906, the sculptor wrote to Roosevelt that he had sent an assistant to Washington to obtain the technical details of the redesign, but "if you succeed in getting the best of the polite Mr. Barber or the others in charge, you will have done a greater work than putting through the Panama Canal. Nevertheless, I will stick at it, even unto death." In May 1906, Saint Gaudens wrote to Secretary Shaw, asking if there was any objection to having the date in Roman numerals. Shaw replied, "While we are making coins for the people of the United States, I think we should confine ourselves to the English language. I have reminded our architects that I will dismiss the first one who puts a V on a public building where a U is intended." However, Roosevelt overruled Shaw, and the sculptor proceeded with the use of Roman numerals. Saint Gaudens had intended a flying eagle design for the cent, but developed it for the twenty dollar piece after learning that by law, an eagle was not to appear on the cent. Saint Gaudens's health worsened through 1906, as the cancer which would kill him forced him to have his assistant, Henry Hering, deal with many of the details of the work. Saint Gaudens had the models for the coins made in Paris, rather than at the Mint, in order to bypass any obstruction by the Mint. It was not until December 1906 that Roosevelt was finally given coin sized models of Saint Gaudens's work by Hering, and Roosevelt wrote to the ailing sculptor, "I have instructed the Director of the Mint that these dies are to be reproduced just as quickly as possible and just as they are. It is simply splendid. I suppose I shall be impeached for it by Congress, but I shall regard that as a very cheap payment!" The obverse of Saint Gaudens's final design shows a female figure of Liberty, who also represents victory. Saint Gaudens based his design on the female figure he had designed in creating New York City's monument to General William Tecumseh Sherman, but the sculptor's ultimate inspiration was the Nike of Samothrace. The figure for the Sherman monument was modeled by Hettie Anderson, one of the artist's favorite subjects. On the coin, Liberty holds a torch in one hand, representing enlightenment; an olive branch in the other, a symbol of peace. She strides across a rocky outcrop; behind her are the United States Capitol and the rays of the Sun. The figure is surrounded by 46 stars, one for each of the states in 1907. The reverse is a side view of a flying eagle, seen slightly from below, with a rising Sun and its rays behind it, complementing the obverse design. The edge bears the lettering "E Pluribus Unum". Saint Gaudens felt he could not place a third line of text on the reverse without unbalancing the composition, and the obverse lacked room for the motto, so it was placed on the edge.

Производство

Рузвельт специально попросил Сент-Годенса не ставить "In God We Trust" на новую монету, считая, что присутствие девиза на монетах является унижением имени Бога, поскольку монеты могут быть потрачены на дальнейшую преступную деятельность. Сен-Годен был готов пропустить девиз, поскольку он чувствовал, что слова уменьшают элементы дизайна. Общественное возмущение по поводу удаления девиза, и то, что Брин описывает как "оскорбленный и яростный" Конгресс, приказал девизу появиться. Барбер должным образом изменил монету, чтобы включить девиз, воспользовавшись возможностью внести несколько незначительных изменений в дизайн, которые, по словам Брин, не улучшают монету. В 1912 году на аверсе были добавлены две звезды, чтобы отразить вступление в Союз Нью-Мексико и Аризоны. Существующие звезды не были перемещены в нужное место; две новые были помещены на выступающей части в правом нижнем углу. Единственное крупное изменение в серии произошло в 1909 году, когда 8 показано под девятью в дате. Это, скорее всего, произошло, когда кость 1908 года была ударена узлом 1909 года, создав передату. Возможно, половина из 161.282 двойных орлов, выбитых в Филадельфии в том году, имеют переданную дату. В 1916 году чеканить двойных орлов прекратили, так как цены на слитки росли из-за Первой мировой войны, что также вызвало приток американских золотых монет из Европы. Владельцы золотых монет, такие как банки, отказались выплачивать их по номинальной стоимости, и они исчезли из обращения. После войны возобновился международный спрос на монету; многие европейцы не доверяли своим местным валютам и хотели держать двойных орлов. Монета была выпущена в большом количестве после возобновления чеканки в 1920 году, но теперь она была почти исключительно монетой международной торговли или хранилась банками в качестве обеспечения золотых сертификатов. Сама монета редко циркулировала в Соединенных Штатах. Начало Великой депрессии в 1929 году не остановило чеканку двойных орлов, но монеты в основном хранились в казначейских хранилищах, и лишь немногие были выпущены. Многие из великих редкостей серии Сен-Годенса относятся к его последним годам. Несмотря на то, что в 1929 году было выпущено почти 1,8 миллиона экземпляров двойного орла, считается, что сегодня существует менее 2000 экземпляров, а все остальные были расплавлены правительством в конце 1930-х годов.

Roosevelt had specifically requested Saint Gaudens not to put "In God We Trust" on the new coin, feeling that the motto's presence on coins was a debasement of God's name, as the coins might be spent to further criminal activities. Saint Gaudens was quite willing to omit the motto, as he felt the words detracted from the design elements. There was a public outcry about the omission of the motto, and what Breen describes as an "outraged and furious" Congress ordered the motto to appear. Barber duly modified the coin to include the motto, taking the opportunity to make several minor changes to the design, which, according to Breen, do not improve the coin. In 1912, two more stars were added to the obverse to reflect the admission of New Mexico and Arizona to the Union. The existing stars were not adjusted in position; the two new ones were placed on the outcropping at the lower right. The only major variety of the series occurred in 1909, an overdate in which an 8 shows under the final nine in the date. This most likely happened when a 1908 die was struck by a 1909 dated hub, creating the overdate. Perhaps half of the 161,282 double eagles struck at Philadelphia that year display the overdate. In 1916, minting of double eagles ceased, as bullion prices were rising because of World War I, which also caused an influx of American gold coins from Europe. Holders of gold coin, such as banks, refused to pay them out at par value, and they vanished from circulation. In the aftermath of the war, international demand for the coin was restored; many Europeans distrusted their local currencies and desired double eagles to hold. The coin was struck in large numbers once coinage was resumed in 1920, but it was now almost exclusively a coin of international trade, or was held by banks as backing for gold certificates. The coin itself rarely circulated in the United States. The onset of the Depression in 1929 did not halt the minting of double eagles, but the coins were for the most part held in Treasury vaults, and few were released. Many of the great rarities of the Saint Gaudens series stem from its final years. Despite a mintage of almost 1.8 million pieces of the 1929 double eagle, it is estimated that fewer than 2,000 exist today, with all the rest melted by the government in the late 1930s.

Конец серии; двойной орел 1933 года

Согласно нумизматическому историку Роджеру Бердетту, первые двойные орлы 1933 года были выпущены 2 марта 1933 года. 15 марта 1933 года 25 000 новых двойных орлов были доставлены кассиру монетного двора Гарри Пауэллу, и по давней традиции монетного двора они были доступны для оплаты. Однако 6 марта новоиспеченный президент Франклин Рузвельт приказал Казначейству не выплачивать никакого золота и приказал, чтобы банки, которые держат золото, передавали его в их Федеральный резервный банк. Номизматикам и торговцам монетами все еще разрешалось иметь и торговать золотыми монетами; для всех остальных требовалась специальная лицензия. Двойной орел продолжался до мая. 28 декабря 1933 года исполняющий обязанности министра финансов Генри Моргентау приказал американцам сдать все золотые монеты и золотые сертификаты, за ограниченными исключениями, получая в качестве оплаты бумажные деньги. Миллионы золотых монет были расплавлены казначейством в последующие годы. Два двойных орла 1933 года были отправлены Монетным двором в Смитсоновский институт для Национальной коллекции монет, где они находятся и по сей день. Известный торговца монетами и нумизматический писатель К. Дэвид Бауэрс предполагает, что, несмотря на запрет на выплату золота, образцы двойного орла 1933 года могли быть получены легально от монетного двора Пауэлла в обмен на более ранние двойные орлы. Бауэрс также отмечает, что министр финансов Уильям Вуддин был нумизматиком, который, помимо коллекционирования монет, написал книги на эту тему. Дилер Уильям Нагги позже вспомнил, что посетил секретаря Вуддина и показал ему пять двойных орлов 1933 года, а секретарь заявил, что у него есть еще несколько. К началу 1940-х годов было известно от восьми до десяти экземпляров; два из них были проданы техасским дилером B. Max Mehl. В 1944 году журналист спросил монетного двора о двух орлах 1933 года. Чиновники монетного двора не смогли найти никаких записей о выпуске монет и решили, что те, которые находятся в частных руках, должны были быть получены незаконно. В течение следующих нескольких лет, секретная служба конфисковала несколько образцов, которые впоследствии были расплавлены. Однако одна монета оказалась в руках египетского короля Фарука, который даже получил лицензию на ее экспорт в США. Что стало с образцом Фарука после его смерти, неясно, но монета вновь появилась в конце 1990-х годов. Когда его привезли в Нью-Йорк, чтобы продать потенциальному покупателю, власти США конфисковали его. После судебного разбирательства был достигнут компромисс, позволяющий продать монету на аукционе, причем доход будет поделен поровну между правительством и частными владельцами. В 2002 году эта монета была продана на аукционе Sotheby's за $7,590,020. Цена покупки включала 20 долларов, выплаченных федеральному правительству для монетизации монеты, которая, как утверждалось, никогда не была официально выпущена. В 2021 году он был продан за $18,9 млн. В 2004 году 10 образцов двойного орла 1933 года были представлены монетному двору для аутентификации наследниками филадельфийского ювелира, который, возможно, участвовал в получении их из монетного двора в 1933 году. Монетный двор подтвердил их подлинность и отказался их вернуть. Наследники подали иск против правительства в 2006 году, и федеральный судья приказал правительству подать иск о конфискации монет. Правительство подало такой иск в 2009 году; его разбирательство началось в окружном суде Соединенных Штатов для восточного округа Пенсильвании 7 июля 2011 года. 21 июля 2011 года присяжные решили, что монеты были должным образом изъяты федеральным правительством. Судья Легроме Д. Дэвис подтвердил приговор присяжных 29 августа 2012 года. 17 апреля 2015 года коллегия Апелляционного суда США по третьему округу постановила, что правительство не подало своевременный иск о конфискации, и что наследники имеют право на монеты. Это решение было отменено судом в пленуме 28 июля 2015 года, и дело было рассмотрено в дальнейшем. 1 августа 2016 года суд третьего округа вынес решение в пользу правительства, подтвердив приговор присяжных. Наследники 4 ноября того же года попросили Верховный суд пересмотреть дело, который отказался рассматривать его 21 апреля 2017 года, прекратив дело.

According to numismatic historian Roger Burdette, the first 1933 double eagles were struck on March 2, 1933. On March 15, 1933, 25,000 new double eagles were delivered to Mint Cashier Harry Powell, and by longstanding Mint custom, were available for paying out. On March 6, however, the newly inaugurated president, Franklin Roosevelt, had ordered the Treasury not to pay out any gold, and ordered that banks holding gold transmit it to their Federal Reserve bank. Numismatists and coin dealers were still allowed to possess and deal in gold coins; all others required a special license. The double eagle continued to be struck until May. On December 28, 1933, Acting Secretary of the Treasury Henry Morgenthau ordered Americans to turn in all gold coins and gold certificates, with limited exceptions, receiving paper money in payment. Millions of gold coins were melted down by the Treasury in the following years. Two 1933 double eagles were sent by the Mint to the Smithsonian Institution for the National Coin Collection, where they remain today. Prominent coin dealer and numismatic writer Q. David Bowers suggests that despite the ban on paying out gold, examples of the 1933 double eagle could have been obtained legally from Mint Cashier Powell in an exchange for earlier double eagles. Bowers also notes that Secretary of the Treasury William Woodin was a numismatist who in addition to collecting coins, had written books on the subject. Dealer William Nagy later recalled visiting Secretary Woodin and being shown five 1933 double eagles, with the secretary stating that he had several more. By the early 1940s, between eight and ten specimens were known; two of them were sold by Texas dealer B. Max Mehl. In 1944, a journalist enquired of the Mint regarding the 1933 double eagles. Mint officials could find no record of any issuance of the coins, and decided those in private hands must have been obtained illegally. Over the next few years, the Secret Service seized a number of specimens, which were subsequently melted. One piece, however, wound up in the hands of King Farouk of Egypt, who even obtained a U. S. export license for the coin. What became of the Farouk specimen after his death is unclear, but the coin resurfaced in the late 1990s. When brought to New York for sale to a prospective buyer, it was seized by U. S. authorities. After litigation, a compromise was reached to allow the coin to be auctioned, with the proceeds to be divided equally between the government and the private owners. In 2002 this coin sold at auction by Sotheby's for $7,590,020. The purchase price included $20 paid to the federal government to monetize a coin it contended had never been officially released. It sold again in 2021 for $18.9 million. In 2004, 10 specimens of the 1933 double eagle were submitted to the Mint for authentication by the heirs of a Philadelphia jeweler who may have been involved in obtaining them from the Mint in 1933. The Mint authenticated them, and refused to give them back. The heirs brought suit against the government in 2006, and a federal judge ordered the government to file a forfeiture action regarding the coins. The government brought such a suit in 2009; it was tried in the United States District Court for the Eastern District of Pennsylvania beginning on July 7, 2011. On July 21, 2011, a jury decided that the coins had been properly seized by the Federal government. Judge Legrome D. Davis confirmed that jury verdict on August 29, 2012. On April 17, 2015, a panel of the United States Court of Appeals for the Third Circuit ruled that the government had failed to file its forfeiture action in a timely manner, and that the heirs were entitled to the coins. That ruling was vacated by the full court on July 28, 2015, and the case set for further argument. On August 1, 2016, the full Third Circuit ruled in favor of the government, upholding the jury verdict. The heirs, on November 4 of that year, asked the Supreme Court to review the case, which refused to hear it on April 21, 2017, ending the case.

Повторное использование дизайна

Аверс появился на американских золотых слитках, выпущенных с 1986 года. Оригинальный дизайн Сент-Годенса был повторно использован, с двумя звездами, добавленными рядом с двумя, которые Барбер добавил в 1912 году, признавая присоединение Аляски и Гавайев к Союзу. Обратная сторона Saint Gaudens не была использована, уступив место скульптору Майли Бузику изображению семьи орлов. В 1907 году Монетный двор экспериментировал, выбивая около двух десятков кусков такого же веса, как двойной орел, имеющий дизайн Сент-Годенса, но имеющий меньший, толще планшет. Эти "чекерные" куски были уничтожены (кроме двух, помещенных в коллекцию монет монетного двора), когда было обнаружено, что для изменения диаметра любой монеты необходимо согласие Конгресса. В 2009 году Монетный двор нанёс аналогичную монету в 999 золотых, используя оригинальный дизайн сверхвысокого рельефа Сент-Годенса для обеих сторон монеты, хотя и модифицированный на аверс с 50 звездами. Эти монеты содержат одну унцию золота, чуть больше, чем у оригинального двойного орла.