Австралия в эпоху первых поселений (1788-1850)

Введение

Эпоха в истории Австралии

История Австралии с 1788 по 1850 год охватывает ранний британский колониальный период австралийской истории. Этот период начался с прибытия в 1788 году Первого флота британских кораблей в Порт-Джексон, на земли народа Эора, и основания колонии Нового Южного Уэльса как пенитенциарной колонии в составе Британской империи. В этот период также входят европейские научные исследования континента и создание других австралийских колоний, из которых впоследствии сформировались современные штаты Австралии. После нескольких лет лишений колония постепенно расширялась и развивала экономику, основанную на земледелии, рыболовстве, китобойном промысле, торговле с прибывающими судами и строительстве с использованием труда заключенных. Однако к 1820 году британское поселение в основном ограничивалось территорией в окрестностях Сиднея и центральной равниной земли Ван-Димена. С 1816 года количество осужденных, отправляемых в Австралию, быстро росло, а число свободных поселенцев увеличивалось неуклонно. Земля Ван-Димена стала отдельной колонией в 1825 году, а свободные поселения были основаны в колонии реки Суон в Западной Австралии (1829), провинции Южная Австралия (1836) и в районе Порт-Филипп (1836). Пастбища для крупного рогатого скота и овец расширялись вглубь континента, что приводило к усилению конфликтов с аборигенами на их традиционных землях. Рост населения, состоящего из свободных поселенцев, бывших заключенных и уроженцев Австралии, привел к требованиям общественности о введении представительного правления. Транспортировка осужденных в Новый Южный Уэльс прекратилась в 1840 году, а в 1842 году был создан частично избираемый Законодательный совет. В 1850 году Великобритания предоставила земле Ван-Димена, Южной Австралии и вновь образованной колонии Виктория частично представительные Законодательные советы. Британское поселение привело к сокращению численности аборигенного населения и разрушению их культуры из-за занесенных болезней, насильственных конфликтов и лишения их традиционных земель. Сопротивление аборигенов британской экспансии на их земли часто приводило к ответным мерам со стороны поселенцев, включая массовые убийства аборигенов. Однако многие аборигены стремились к мирному сосуществованию с поселенцами и создавали жизнеспособные общины, часто на небольших участках своих традиционных земель, где сохранялись многие аспекты их культуры.

The history of Australia from 1788 to 1850 covers the early British colonial period of Australia's history. This started with the arrival in 1788 of the First Fleet of British ships at Port Jackson on the lands of the Eora, and the establishment of the penal colony of New South Wales as part of the British Empire. It further covers the European scientific exploration of the continent and the establishment of the other Australian colonies that make up the modern states of Australia. After several years of privation, the penal colony gradually expanded and developed an economy based on farming, fishing, whaling, trade with incoming ships, and construction using convict labour. By 1820, however, British settlement was largely confined to a radius around Sydney and to the central plain of Van Diemen's land. From 1816, penal transportation to Australia increased rapidly and the number of free settlers grew steadily. Van Diemen's Land became a separate colony in 1825, and free settlements were established at the Swan River Colony in Western Australia (1829), the Province of South Australia (1836), and in the Port Philip District (1836). The grazing of cattle and sheep expanded inland, leading to increasing conflict with Aboriginal people on their traditional lands. The growing population of free settlers, former convicts and Australian born currency lads and lasses led to public demands for representative government. Penal transportation to New South Wales ended in 1840 and a semi elected Legislative Council was established in 1842. In 1850, Britain granted Van Diemen's Land, South Australia and the newly created colony of Victoria semi representative Legislative Councils. British settlement led to a decline in the Aboriginal population and the disruption of their cultures due to introduced diseases, violent conflict and dispossession of their traditional lands. Aboriginal resistance to British encroachment on their land often led to reprisals from settlers including massacres of Aboriginal people. Many Aboriginal people, however, sought an accommodation with the settlers and established viable communities, often on small areas of their traditional lands, where many aspects of their cultures were maintained.

Колонизация

Решение об основании колонии в Австралии было принято Томасом Тауншендом, 1-м виконтом Сиднеем. Это было обусловлено двумя причинами: прекращением отправки каторжников в Северную Америку после Американской революции, а также необходимостью создания базы в Тихом океане для противодействия французской экспансии. За 150 лет в колонии было отправлено, по приблизительным оценкам, около 50 000 каторжников. Первый флот, основавший первую колонию, стал беспрецедентным проектом для Королевского флота и первой насильственной миграцией поселенцев в новообразованную колонию. Известный ученый сэр Джозеф Бэнкс, сопровождавший лейтенанта Джеймса Кука в его путешествии 1770 года, рекомендовал Ботани-Бей, который местное племя Гвегал называло Камай, как подходящее место. В июле 1783 года Бэнкс принял предложение о помощи от американского лоялиста Джеймса Матры. Матра посетил Ботани-Бей с Бэнксом в 1770 году в качестве младшего офицера на судне "Эндевор" под командованием Джеймса Кука. Под руководством Бэнкса он оперативно подготовил "Предложение об основании поселения в Новом Южном Уэльсе" (24 августа 1783 года), содержащее исчерпывающие обоснования для колонии, состоящей из американских лоялистов, китайцев и жителей островов Южной части Тихого океана (но не каторжников). После встречи с государственным секретарем лордом Сиднеем в марте 1784 года Матра внес поправки в свое предложение, включив каторжников в число поселенцев. План Матры можно рассматривать как "первоначальный проект поселения в Новом Южном Уэльсе". В лондонской хронике от 12 октября 1786 года сообщалось: "Мистер Матра, офицер Казначейства, который, путешествуя с капитаном Куком, имел возможность посетить Ботани-Бей, является тем джентльменом, который предложил правительству план отправки каторжников на этот остров". Правительство также включило в план колонизации проект заселения острова Норфолк, привлекательный своими запасами древесины и льна, предложенный коллегам Бэнкса из Королевского общества, сэру Джону Каллу и сэру Джорджу Янгу. 13 мая 1787 года Первый флот, состоящий из 11 кораблей и около 1530 человек (736 каторжников, 17 детей каторжников, 211 морских пехотинцев, 27 жен морских пехотинцев, 14 детей морских пехотинцев и около 300 офицеров и других лиц), под командованием капитана Артура Филиппа отплыл в Ботани-Бей. Спустя несколько дней после прибытия в Ботани-Бей флот переместился в более подходящую бухту Порт-Джексон, где 26 января 1788 года было основано поселение в Сиднейской бухте, известной под названием Уорране, данным местными жителями. Позднее эта дата стала национальным праздником Австралии – Днем Австралии. Колония была официально провозглашена губернатором Филиппом 7 февраля 1788 года в Сиднее. Сиднейская бухта предлагала источник пресной воды и безопасную гавань, которую Филипп назвал поселением в честь государственного секретаря Томаса Тауншенда, 1-го барона Сиднея (виконта Сиднея с 1789 года). Единственными людьми, присутствовавшими на церемонии поднятия флага и официальном объявлении о владении землей от имени короля Георга III, были Филипп и несколько десятков морских пехотинцев и офицеров с судна "Supply", остальные члены экипажа и каторжники наблюдали за происходящим с борта корабля. Остальные корабли флота не смогли покинуть Ботани-Бей до более позднего времени 26 января из-за сильного шторма. Новая колония была официально провозглашена Колонией Нового Южного Уэльса 7 февраля. 24 января 1788 года французская экспедиция из двух кораблей под руководством адмирала Жана Франсуа де Ла Перуза прибыла в Ботани-Бей, находясь на заключительном этапе трехлетнего путешествия, которое привело их из Бреста, вокруг мыса Горн, вдоль побережья от Чили до Калифорнии, на северо-запад до Камчатки, на юго-восток до острова Пасхи, на северо-запад до Макао, а затем на Филиппины, Острова Дружбы, Гавайи и остров Норфолк. Несмотря на дружелюбный прием, французская экспедиция вызывала беспокойство у британцев, поскольку демонстрировала интерес Франции к новым землям. Тем не менее, 2 февраля лейтенант Кинг, по просьбе Филиппа, посетил французов с визитом вежливости и предложил им любую необходимую помощь. В 1792 году два французских корабля, "La Recherche" и "L'Espérance", вошли в гавань недалеко от самой южной точки Тасмании, которую они назвали заливом Recherche. Это происходило в то время, когда Великобритания и Франция стремились стать первыми европейскими державами, открывшими и колонизировавшими Австралию. Экспедиция под руководством Антуана Бруни д’Энтрекасто включала ученых и картографов, садовников, художников и гидрографов, которые, в разное время, сажали растения, идентифицировали виды, составляли карты, отмечали, регистрировали и документировали окружающую среду и население новых земель по поручению только что созданного Общества естественной истории. Белое поселение началось с партии английских каторжников, охраняемых отрядом Королевской морской пехоты, многие из которых впоследствии остались в колонии в качестве поселенцев. Их взгляд на колонию и свое место в ней был красноречиво выражен капитаном Дэвидом Коллинзом: "Из-за склонности к преступлениям и непоправимого характера большей части колонистов, поселение с самого начала несправедливо подвергалось порицанию, и слово "Ботани-Бей" стало ругательством, которое без разбора бросали на каждого, кто проживал в Новом Южном Уэльсе. Но пусть порицание обрушится на тех, кто использует его как таковое – если честь заслужить признание своей страны может быть достигнута ценой потери доброго имени, домашнего уюта и самых дорогих связей на ее службе, то офицеры этого поселения справедливо заслужили это отличие".

The decision to establish a colony in Australia was made by Thomas Townshend, 1st Viscount Sydney. This was taken for two reasons: the ending of transportation of criminals to North America following the American Revolution, as well as the need for a base in the Pacific to counter French expansion. Approximately 50,000 convicts are estimated to have been transported to the colonies over 150 years. The First Fleet, which established the first colony, was an unprecedented project for the Royal Navy, as well as the first forced migration of settlers to a newly established colony. Sir Joseph Banks, the eminent scientist who had accompanied Lieutenant James Cook on his 1770 voyage, recommended Botany Bay, then known to the local Gweagal people as Kamay, as a suitable site. Banks accepted an offer of assistance from the American Loyalist James Matra in July 1783. Matra had visited Botany Bay with Banks in 1770 as a junior officer on the Endeavour commanded by James Cook. Under Banks's guidance, he rapidly produced "A Proposal for Establishing a Settlement in New South Wales" (24 August 1783), with a fully developed set of reasons for a colony composed of American Loyalists, Chinese and South Sea Islanders (but not convicts). Following an interview with Secretary of State Lord Sydney in March 1784, Matra amended his proposal to include convicts as settlers. Matra's plan can be seen to have “provided the original blueprint for settlement in New South Wales”. The London Chronicle of 12 October 1786 said: “Mr. Matra, an Officer of the Treasury, who, sailing with Capt. Cook, had an opportunity of visiting Botany Bay, is the Gentleman who suggested the plan to Government of transporting convicts to that island”. The Government also incorporated into the colonisation plan the project for settling Norfolk Island, with its attractions of timber and flax, proposed by Banks's Royal Society colleagues, Sir John Call and Sir George Young. On 13 May 1787, the First Fleet of 11 ships and about 1,530 people (736 convicts, 17 convicts' children, 211 marines, 27 marines' wives, 14 marines' children and about 300 officers and others) under the command of Captain Arthur Phillip set sail for Botany Bay. A few days after arrival at Botany Bay the fleet moved to the more suitable Port Jackson where a settlement was established at Sydney Cove, known by the Indigenous name Warrane, on 26 January 1788. This date later became Australia's national day, Australia Day. The colony was formally proclaimed by Governor Phillip on 7 February 1788 at Sydney. Sydney Cove offered a fresh water supply and a safe harbour, which Philip famously described as:

Phillip named the settlement after the Home Secretary, Thomas Townshend, 1st Baron Sydney (Viscount Sydney from 1789). The only people at the flag raising ceremony and the formal taking of possession of the land in the name of King George III were Phillip and a few dozen marines and officers from the Supply, the rest of the ship's company and the convicts witnessing it from on board ship. The remaining ships of the Fleet were unable to leave Botany Bay until later on 26 January because of a tremendous gale. The new colony was formally proclaimed as the Colony of New South Wales on 7 February. On 24 January 1788 a French expedition of two ships led by Admiral Jean François de La Pérouse had arrived off Botany Bay, on the latest leg of a three year voyage that had taken them from Brest, around Cape Horn, up the coast from Chile to California, north west to Kamchatka, south east to Easter Island, north west to Macao, and on to the Philippines, the Friendly Isles, Hawaii and Norfolk Island. Though amicably received, the French expedition was a troublesome matter for the British, as it showed the interest of France in the new land. Nevertheless, on 2 February Lieutenant King, at Phillip's request, paid a courtesy call on the French and offered them any assistance they may need. In 1792, two French ships, La Recherche and L'Espérance anchored in a harbour near Tasmania's southernmost point they called Recherche Bay. This was at a time when Britain and France were trying to be the first European powers to discover and colonise Australia. The expedition led by Antoine Bruni d'Entrecasteaux carried scientists and cartographers, gardeners, artists and hydrographers who, variously, planted, identified, mapped, marked, recorded and documented the environment and the people of the new lands that they encountered at the behest of the fledgling Société d'Histoire Naturelle. White settlement began with a consignment of English convicts, guarded by a detachment of the Royal Marines, a number of whom subsequently stayed in the colony as settlers. Their view of the colony and their place in it was eloquently stated by Captain David Collins: "From the disposition to crimes and the incorrigible character of the major part of the colonists, an odium was, from the first, illiberally thrown upon the settlement; and the word "Botany Bay" became a term of reproach that was indiscriminately cast upon every one who resided in New South Wales. But let the reproach light upon those who have used it as such if the honour of having deserved well of one's country be attainable by sacrificing good name, domestic comforts, and dearest connections in her service, the officers of this settlement have justly merited that distinction".

Осужденные и свободные поселенцы

Когда 16 января 1793 года транспорт Bellona пришел на якорь в Сиднейскую бухту, он привез с собой первых иммигрантов-свободных поселенцев. Среди них были: Томас Роуз, фермер из Дорсета, его жена и четверо детей; ему было разрешено получить земельный участок в 120 акров; Фредерик Мередит, ранее служивший в Сиднее на HMS Sirius; Томас Уэбб (также ранее служивший на Sirius в Сиднее), его жена и племянник, Джозеф Уэбб; Эдвард Пауэлл, ранее находившийся в Сиднее на транспорте Juliana, который женился на свободной женщине после прибытия. Томас Уэбб и Эдвард Пауэлл получили по 80 акров, а Джозеф Уэбб и Фредерик Мередит – по 60 акров каждый. Условия переселения предусматривали бесплатный проезд, обеспечение сельскохозяйственными инструментами и орудиями за счет правительства, двухлетный запас продовольствия и предоставление земли безвозмездно. Им также полагался труд определенного числа каторжников, которые должны были быть обеспечены двухлетним пайком и годовой одеждой из государственных запасов. Земля, выделенная им, находилась в нескольких милях к западу от Сиднея, в месте, названном поселенцами «Равнинами Свободы» на землях народа Вангал. Сегодня это территория, занятая преимущественно пригородами Стратфилд и Хомбуш. Каждый третий каторжник, сосланный после 1798 года, был ирландцем, примерно пятая часть которых была сослана из-за политических и аграрных волнений, распространенных в Ирландии в то время. Хотя поселенцы были достаточно хорошо обеспечены, мало внимания уделялось навыкам, необходимым для обеспечения самодостаточности колонии: немногие из первых каторжников имели опыт в сельском хозяйстве или торговле (как и солдаты), а незнание сезонных закономерностей Австралии привело к неудаче первых попыток земледелия, оставив лишь тех животных и птиц, которых солдаты могли добыть охотой. Колония оказалась на грани голода, и Филипп был вынужден отправить корабль в Батавию (Джакарту) за провизией. Некоторая помощь прибыла с Вторым флотом в 1790 году, но первые годы колонии были чрезвычайно трудными. Второй флот в 1790 году привез в Сидней двух человек, которым предстояло сыграть важную роль в будущем колонии. Одним из них был Д’Арси Уэнтворт, чей сын, Уильям Чарльз, стал исследователем, основал первую австралийскую газету и возглавил движение за отмену каторги и установление представительного правительства. Другим был Джон Макартур, шотландский армейский офицер и основатель австралийской шерстяной промышленности, заложившей основу будущего процветания Австралии. Макартур был неспокойным человеком: в 1808 году он был одним из лидеров восстания против губернатора Уильяма Блая. Каторжников обычно приговаривали к семи или четырнадцати годам каторжных работ, или «на срок их жизни». Часто эти приговоры заменялись смертным приговором, который технически являлся наказанием за широкий спектр преступлений. По прибытии в колонию каторжников назначали на различные работы. Те, кто обладал ремеслом, получали задания, соответствующие их навыкам (например, каменщики были очень востребованы), а неквалифицированным поручали работу в бригадах для строительства дорог и выполнения других подобных задач. Женщины-каторжницы обычно служили домашними служанками у свободных поселенцев, многие из которых были вынуждены заниматься проституцией. По возможности каторжников назначали свободным поселенцам, которые несли ответственность за их питание и дисциплину; в обмен на это поселенцам предоставлялась земля. Эта система снижала нагрузку на центральную администрацию. Те каторжники, которые не были назначены поселенцам, размещались в казармах, таких как казармы Хайд-парка или женская фабрика в Параматте. Дисциплина каторжников была суровой; каторжники, отказывавшиеся работать или не подчинявшиеся приказам, наказывались бичеванием, помещением в более строгое заключение (например, в кандалы) или переводом в более строгую колонию. Например, колонии в Порт-Артуре (Тасмания) и Мортон-Бей (Квинсленд) были строже, чем в Сиднее, а колония на острове Норфолк была самой строгой из всех. Каторжников распределяли по бригадам для строительства дорог, зданий и т. д. Женщины-каторжницы, составлявшие 20% от общей численности каторжников, обычно назначались в качестве домашней прислуги солдатам. Те каторжники, которые хорошо себя вели, в конечном итоге получали условное освобождение, которое давало им определенную степень свободы. Те, кто отбывал полный срок или получал помилование, обычно оставались в Австралии в качестве свободных поселенцев и могли нанимать каторжных слуг. В 1789 году бывший каторжник Джеймс Руз собрал первый успешный урожай пшеницы в Новом Южном Уэльсе. Он повторил свой успех в 1790 году и, в связи с острой необходимостью в производстве продуктов питания в колонии, был награжден губернатором Филиппом первым земельным грантом в Новом Южном Уэльсе. 30-акровый участок Руза в Роуз-Хилл, недалеко от Параматты, был уместно назван «Экспериментальной фермой». Это было первое успешное сельскохозяйственное предприятие колонии, и вскоре к Рузу присоединились другие. Колония начала производить достаточно продуктов питания для самообеспечения, и уровень жизни жителей постепенно улучшился. В 1804 году восстание каторжников на Касл-Хилл возглавили около 200 сбежавших, в основном ирландских каторжников, хотя оно было быстро подавлено корпусом Нового Южного Уэльса. 26 января 1808 года произошло военное восстание против губернатора Блая, возглавленное Джоном Макартуром. После этого губернатору Лахлану Маккуари было дано полномочие восстановить управление и дисциплину в колонии. По прибытии в 1810 году он насильственно депортировал корпус Нового Южного Уэльса и заменил его 73-м полком.

When the Bellona transport came to anchor in Sydney Cove on 16 January 1793, she brought with her the first immigrant free settlers. They were: Thomas Rose, a farmer from Dorset, his wife and four children; he was allowed a grant of 120 acres; Frederic Meredith, who had formerly been at Sydney with HMS Sirius; Thomas Webb (who had also been formerly at Sydney with the Sirius), his wife, and his nephew, Joseph Webb; Edward Powell, who had formerly been at Sydney with the Juliana transport, and who married a free woman after his arrival. Thomas Webb and Edward Powell each received a grant of 80 acres; and Joseph Webb and Frederic Meredith received 60 acres each. The conditions they had come out under were that they should be provided with a free passage, be furnished with agricultural tools and implements by the Government, have two years' provisions, and have grants of land free of expense. They were likewise to have the labour of a certain number of convicts, who were also to be provided with two years' rations and one year's clothing from the public stores. The land assigned to them was some miles to the westward of Sydney, at a place named by the settlers, "Liberty Plains" on the Country of the Wangal people. It is now the area covered mainly by the suburbs of Strathfield and Homebush. One in three convicts transported after 1798 was Irish, about a fifth of whom were transported in connection with the political and agrarian disturbances common in Ireland at the time. While the settlers were reasonably well equipped, little consideration had been given to the skills required to make the colony self supporting: few of the first wave convicts had farming or trade experience (nor the soldiers), and the lack of understanding of Australia's seasonal patterns saw initial attempts at farming fail, leaving only what animals and birds the soldiers were able to shoot. The colony nearly starved, and Phillip was forced to send a ship to Batavia (Jakarta) for supplies. Some relief arrived with the Second Fleet in 1790, but life was extremely hard for the first few years of the colony. The Second Fleet in 1790 brought to Sydney two men who were to play important roles in the colony's future. One was D'Arcy Wentworth, whose son, William Charles, went on to be an explorer, to found Australia's first newspaper and to become a leader of the movement to abolish convict transportation and establish representative government. The other was John Macarthur, a Scottish army officer and founder of the Australian wool industry, which laid the foundations of Australia's future prosperity. Macarthur was a turbulent element: in 1808 he was one of the leaders of the Rum Rebellion against the governor, William Bligh. Convicts were usually sentenced to seven or fourteen years' penal servitude, or "for the term of their natural lives". Often these sentences had been commuted from the death sentence, which was technically the punishment for a wide variety of crimes. Upon arrival in a penal colony, convicts would be assigned to various kinds of work. Those with trades were given tasks to fit their skills (stonemasons, for example, were in very high demand) while the unskilled were assigned to work gangs to build roads and do other such tasks. Female convicts were usually assigned as domestic servants to the free settlers, many being forced into prostitution. Where possible, convicts were assigned to free settlers who would be responsible for feeding and disciplining them; in return for this, the settlers were granted land. This system reduced the workload on the central administration. Those convicts who weren't assigned to settlers were housed at barracks such as the Hyde Park Barracks or the Parramatta Female Factory. Convict discipline was harsh; convicts who would not work or who disobeyed orders were punished by flogging, being put in stricter confinement (e. g. leg irons), or being transported to a stricter penal colony. The penal colonies at Port Arthur in Tasmania and Moreton Bay in Queensland, for instance, were stricter than the one at Sydney, and the one at Norfolk Island was strictest of all. Convicts were assigned to work gangs to build roads, buildings, and the like. Female convicts, who made up 20% of the convict population, were usually assigned as domestic help to soldiers. Those convicts who behaved were eventually issued with ticket of leave, which allowed them a certain degree of freedom. Those who saw out their full sentences or were granted a pardon usually remained in Australia as free settlers, and were able to take on convict servants themselves. In 1789 former convict James Ruse produced the first successful wheat harvest in NSW. He repeated this success in 1790 and, because of the pressing need for food production in the colony, was rewarded by Governor Phillip with the first land grant made in New South Wales. Ruse's 30 acre grant at Rose Hill, near Parramatta, was aptly named 'Experiment Farm'. This was the colony's first successful farming enterprise, and Ruse was soon joined by others. The colony began to grow enough food to support itself, and the standard of living for the residents gradually improved. In 1804 the Castle Hill convict rebellion was led by around 200 escaped, mostly Irish convicts, although it was broken up quickly by the New South Wales Corps. On 26 January 1808, there was a military rebellion against Governor Bligh led by John Macarthur. Following this, Governor Lachlan Macquarie was given a mandate to restore government and discipline in the colony. When he arrived in 1810, he forcibly deported the NSW Corps and brought the 73rd regiment to replace them.

Рост свободного расчетов

Примерно с 1815 года колония, под управлением Лаклана Маккуэри, начала быстро расти по мере прибытия свободных поселенцев и открытия новых земель для земледелия. Несмотря на долгий и изнурительный морской путь, поселенцев привлекала перспектива начать новую жизнь на практически бесплатной королевской земле. С конца 1820-х годов поселение разрешалось только в пределах установленных границ, известных как Девятнадцать округов. Многие поселенцы занимали землю без разрешения и за пределами этих разрешенных границ: они были известны как скваттеры и стали основой влиятельного класса землевладельцев, скваттократии. В результате протестов со стороны рабочих и ремесленников, отправка каторжников в Сидней прекратилась в 1840 году, хотя она продолжалась в небольших колониях Земли Ван Димена (первое поселение основано в 1803 году, позже переименованной в Тасманию) и залива Мортон (основанного в 1824 году, а позже переименованного в Квинсленд) еще несколько лет. Поселение Свон-Ривер (первоначальное название Западной Австралии), центром которого был Перт, было основано в 1829 году. Колония страдала от хронической нехватки рабочей силы, и к 1850 году местным капиталистам удалось убедить Лондон отправить каторжников. (Отправка каторжников не прекратилась до 1868 года.) Новая Зеландия входила в состав Нового Южного Уэльса до 1840 года, когда стала отдельной колонией.

Европейские исследования

Хотя фактическая дата первоначального исследования Австралии неизвестна, имеются свидетельства исследования Уильямом Дампиером в 1699 году, а Первый флот прибыл в 1788 году, спустя восемнадцать лет после того, как лейтенант Джеймс Кук обследовал и нанес на карту все восточное побережье на борту HM Bark Endeavour в 1770 году. В октябре 1795 года Джордж Басс и Мэтью Флиндерс в сопровождении Уильяма Мартина отплыли на лодке «Том Тэмб» из Порт-Джексона в Ботанический залив и исследовали реку Джордж, ранее известную под названием Тукоера, данным коренными жителями, поднявшись вверх по течению дальше, чем это делали колонисты ранее. Их отчеты по возвращении привели к основанию поселения Банкс-Таун. В марте 1796 года та же группа отправилась во второе путешествие на аналогичной небольшой лодке, которую они также назвали «Том Тэмб». Во время этой поездки они продвинулись по побережью до озера Иллаварра, которое они назвали лагуной Том Тэмб. Они обнаружили и исследовали Дибан, устье, занимаемое народами Тхаравал и Эора, и впоследствии назвали его Порт-Хэкинг. В 1798–99 годах Басс и Флиндерс на шлюпе обошли остров Ван-Димена, доказав, что это остров. Руководство и помощь коренных жителей в европейских исследованиях колонии были обычным явлением и часто имели решающее значение для успеха экспедиций. В 1801–02 годах Мэтью Флиндерс на судне «Исследователь» возглавил первое кругосветное плавание вокруг Австралии. На борту находился коренной исследователь Бунгари, представитель народа Курингаи, который стал первым человеком, родившимся на австралийском континенте, совершившим кругосветное плавание вокруг него. К 1820 году британское поселение в основном ограничивалось 100-километровым радиусом вокруг Сиднея и центральной равниной острова Ван-Димена. Численность поселенцев на материке составляла 26 000 человек, а на острове Ван-Димена – 6 000. В 1824 году губернатор сэр Томас Брисбен поручил Гамильтону Юму и бывшему капитану Королевского флота Уильяму Ховеллу возглавить экспедицию для поиска новых пастбищ на юге колонии, а также для выяснения, куда впадают западные реки Нового Южного Уэльса. В течение 16 недель в 1824–25 годах Юм и Ховелл добрались до залива Наарм на земле народа Кулин, позже названного Порт-Филиппом, и вернулись обратно. Они обнаружили множество важных мест, включая реку Мюррей (которую они назвали рекой Хьюм), многие ее притоки, а также хорошие сельскохозяйственные и пастбищные угодья между Ганнингом (Новый Южный Уэльс) и заливом Корио (Виктория). Чарльз Стёрт возглавил экспедицию вдоль реки Маккуори в 1828 году и обнаружил реку Дарлинг. Существовала теория о том, что внутренние реки Нового Южного Уэльса впадают во внутреннее море. Возглавляя вторую экспедицию в 1829 году, Стёрт последовал по реке Муррумбиджи к «широкой и величественной реке» – реке Мюррей, которую он назвал в честь сэра Джорджа Мюррея, государственного секретаря по делам колоний. Его отряд затем проследовал по этой реке до ее слияния с рекой Дарлинг, столкнувшись по пути с двумя угрожающими столкновениями с местными коренными жителями. Стёрт продолжил движение вниз по реке к озеру Александрина, где река Мюррей впадает в море в Южной Австралии. Сильно страдая, отряду пришлось грести вверх по течению сотни километров на обратном пути. Генеральный геодезист сэр Томас Митчелл проводил серию экспедиций с 1830-х годов, чтобы «заполнить пробелы», оставленные предыдущими экспедициями. Он тщательно стремился записывать оригинальные названия мест, данные коренными жителями колонии, поэтому большинство названий мест и по сей день сохраняют свои коренные названия. Польский ученый и исследователь граф Павел Эдмунд Стржелецкий проводил геодезические работы в Австралийских Альпах в 1839 году и стал первым европейцем, взошедшим на самую высокую вершину Австралии, Тар Ган Гил на земле народа Нгариго, и назвал ее горой Косцюшко в честь польского патриота Тадеуша Костюшко.

While the actual date of original exploration in Australia is unknown, there is evidence of exploration by William Dampier in 1699, and the First Fleet arrived in 1788, eighteen years after Lt. James Cook surveyed and mapped the entire east coast aboard HM Bark Endeavour in 1770. In October 1795 George Bass and Matthew Flinders, accompanied by William Martin, sailed the boat Tom Thumb out of Port Jackson to Botany Bay and explored the Georges River, previously known by the Indigenous name Tucoerah, further upstream than had been done previously by the colonists. Their reports on their return led to the settlement of Banks' Town. In March 1796 the same party embarked on a second voyage in a similar small boat, which they also called the Tom Thumb. During this trip they travelled as far down the coast as Lake Illawarra, which they called Tom Thumb Lagoon. They came across and explored Deeban, an estuary occupied by the Tharawal and Eora peoples, and later named Port Hacking. In 1798–99, Bass and Flinders set out in a sloop and circumnavigated Van Diemen's Land, thus proving it to be an island. Aboriginal guides and assistance in the European exploration of the colony were common and often vital to the success of missions. In 1801–02 Matthew Flinders in The Investigator led the first circumnavigation of Australia. Aboard ship was the Aboriginal explorer Bungaree, a Kuringgai man, who became the first person born on the Australian continent to circumnavigate the Australian continent. In 1820, British settlement was largely confined to a 100 kilometre radius around Sydney and to the central plain of Van Diemen's land. The settler population was 26,000 on the mainland and 6,000 in Van Diemen's Land. In 1824 the Governor Sir Thomas Brisbane, commissioned Hamilton Hume and former Royal Navy Captain William Hovell to lead an expedition to find new grazing land in the south of the colony, and also to find an answer to the mystery of where New South Wales's western rivers flowed. Over 16 weeks in 1824–25, Hume and Hovell journeyed to the bay Naarm on the land of the Kulin nation, later named Port Phillip, and back. They found many important sites including the Murray River (which they named the Hume), many of its tributaries, and good agricultural and grazing lands between Gunning, New South Wales and Corio Bay, Victoria. Charles Sturt led an expedition along the Macquarie River in 1828 and found the Darling River. A theory had developed that the inland rivers of New South Wales were draining into an inland sea. Leading a second expedition in 1829, Sturt followed the Murrumbidgee River into a 'broad and noble river', the Murray River, which he named after Sir George Murray, secretary of state for the colonies. His party then followed this river to its junction with the Darling River, facing two threatening encounters with local Aboriginal people along the way. Sturt continued downriver on to Lake Alexandrina, where the Murray meets the sea in South Australia. Suffering greatly, the party had to then row back upstream hundreds of kilometres for the return journey. Surveyor General Sir Thomas Mitchell conducted a series of expeditions from the 1830s to 'fill in the gaps' left by these previous expeditions. He was meticulous in seeking to record the original Aboriginal place names around the colony, for which reason the majority of place names to this day retain their Aboriginal titles. The Polish scientist/explorer Count Paul Edmund Strzelecki conducted surveying work in the Australian Alps in 1839 and became the first European to ascend Australia's highest peak, Tar Gan Gil on the Country of the Ngarigo people, and he named it Mount Kosciuszko in honour of the Polish patriot Tadeusz Kosciuszko.

Сопротивление и адаптация аборигенов

Реакция аборигенов на прибытие британских поселенцев была разнообразной, но часто враждебной, особенно когда присутствие колонистов приводило к конкуренции за ресурсы и захвату земель аборигенов. Экзотические болезни, принесенные поселенцами, привели к резкому сокращению численности коренного населения, а захват земель и ухудшение состояния продовольственных ресурсов нередко вызывали голод. В отличие от Новой Зеландии, с коренными народами Австралии не был заключен ни один юридически действительный договор. Однако Фладд отмечает, что, в отличие от Новой Зеландии, коренное население Австралии было разделено на сотни племен и языковых групп, у которых не было "вождей", с которыми можно было вести переговоры о заключении договоров. Более того, австралийские аборигены не имели представления об отчуждении своих традиционных земель в обмен на политические или экономические выгоды. По словам историка Джеффри Блейни, в Австралии в колониальный период: «В тысячах изолированных мест время от времени происходили перестрелки и метания копий. Но еще хуже, оспа, корь, грипп и другие новые болезни распространялись из одного аборигенского лагеря в другой». Главным завоевателем аборигенов должны были стать болезни и их союзник – деморализация. Генри Рейнольдс указывает, что правительственные чиновники и обычные поселенцы в XVIII и XIX веках часто использовали такие слова, как «вторжение» и «война», для описания своего присутствия и отношений с аборигенами Австралии. Рейнольдс утверждает, что вооруженное сопротивление аборигенов белым захватчикам представляло собой партизанскую войну, начавшуюся в XVIII веке и продолжавшуюся до начала XX века. В первые годы колонизации Дэвид Коллинз, старший юрист в поселении Сиднея, писал о местных аборигенах: «Пока они считают, что мы лишили их жилищ, они всегда должны рассматривать нас как врагов; и, исходя из этого, они [стремятся] нападать на белых людей, когда предоставляется возможность и обеспечивается безопасность». В 1847 году адвокат из Западной Австралии Э. В. Ландор заявил: «Мы захватили страну и перестреляли ее жителей, пока выжившие не сочли целесообразным подчиниться нашей власти. Мы действовали так же, как Юлий Цезарь, когда захватил Британию». В большинстве случаев, как утверждает Рейнольдс, аборигены изначально оказывали сопротивление британскому присутствию. В письме в Launceston Advertiser в 1831 году поселенец писал: «Мы с ними в состоянии войны: они смотрят на нас как на врагов – как на захватчиков – как на угнетателей и преследователей – они сопротивляются нашему вторжению. Они никогда не были покорены, поэтому они не являются мятежниками, а угнетенной нацией, защищающей по-своему свои законные владения, которые были у них отняты силой». Рейнольдс приводит многочисленные записи поселенцев, которые в первой половине XIX века описывали себя живущими в страхе из-за нападений аборигенов, намеревавшихся убить их или выгнать с их земель. Он утверждает, что сопротивление аборигенов в некоторых случаях было временно эффективным: убийства людей, овец и крупного рогатого скота, а также поджоги домов и посевов белых привели к разорению некоторых поселенцев. Рейнольдс утверждает, что непрерывное сопротивление аборигенов на протяжении более чем столетия опровергает миф о мирном заселении Австралии. Поселенцы, в свою очередь, часто отвечали на сопротивление аборигенов жестокостью, что привело к многочисленным массовым убийствам аборигенов белыми, включая резню в Пинджарре, резню в Майолл-Крик и резню на реке Руфус. Среди аборигенов, оказывавших сопротивление британской колонизации в XVIII и начале XIX веков, были Пемулвуи и Яган. В Тасмании в первой половине XIX века велась «Черная война».

Aboriginal reactions to the arrival of British settlers were varied, but often hostile when the presence of the colonists led to competition over resources, and to the occupation of Aboriginal lands. Exotic diseases carried by the settlers decimated the Aboriginal populations, and the occupation of land and degradation of food resources sometimes led to starvation. By contrast with New Zealand, no valid treaty was signed with any of Aboriginal peoples in Australia. Flood, however, points out that unlike New Zealand, Australia's Indigenous population was divided into hundreds of tribes and language groups, which did not have "chiefs" with whom treaties could be negotiated. Moreover, Aboriginal Australians had no concept of alienating their traditional land in return for political or economic benefits. According to the historian Geoffrey Blainey, in Australia during the colonial period:In a thousand isolated places there were occasional shootings and spearings. Even worse, smallpox, measles, influenza and other new diseases swept from one Aboriginal camp to another The main conqueror of Aborigines was to be disease and its ally, demoralisation. Henry Reynolds points out that government officials and ordinary settlers in the eighteenth and nineteenth centuries frequently used words such as "invasion" and "warfare" to describe their presence and relations with Aboriginal Australians. Reynolds argues that armed resistance by Aboriginal people to white encroachments amounted to guerrilla warfare, beginning in the eighteenth century and continuing into the early twentieth. In the early years of colonisation, David Collins, the senior legal officer in the Sydney settlement, wrote of the local Aboriginal people:While they entertain the idea of our having dispossessed them of their residences, they must always consider us as enemies; and upon this principle they [have] made a point of attacking the white people whenever opportunity and safety concurred. In 1847, Western Australian barrister E. W. Landor stated: "We have seized upon the country, and shot down the inhabitants, until the survivors have found it expedient to submit to our rule. We have acted as Julius Caesar did when he took possession of Britain." In most cases, Reynolds argues, Aboriginal people initially resisted British presence. In a letter to the Launceston Advertiser in 1831, a settler wrote:We are at war with them: they look upon us as enemies – as invaders – as oppressors and persecutors – they resist our invasion. They have never been subdued, therefore they are not rebellious subjects, but an injured nation, defending in their own way, their rightful possessions which have been torn from them by force. Reynolds quotes numerous writings by settlers who, in the first half of the nineteenth century, described themselves as living in fear due to attacks by Aboriginal people determined to kill them or drive them off their lands. He argues that Aboriginal resistance was, in some cases at least, temporarily effective; the killings of men, sheep and cattle, and burning of white homes and crops, drove some settlers to ruin. Reynolds argues that continuous Aboriginal resistance for well over a century belies the myth of peaceful settlement in Australia. Settlers in turn often reacted to Aboriginal resistance with great violence, resulting in numerous massacres by whites of Aboriginal men, women and children including the Pinjarra massacre, the Myall Creek massacre, and the Rufus River massacre. Aboriginal men who resisted British colonisation in the eighteenth and early nineteenth centuries include Pemulwuy and Yagan. In Tasmania, the "Black War" was fought in the first half of the nineteenth century.

Приюты и защита

В первые два года поселения аборигены Сиднея, после первоначального любопытства, в основном избегали новоприбывших. В ноябре 1790 года, спустя 18 месяцев после эпидемии оспы, опустошившей население аборигенов, Беннелонг привёл в Сидней выживших из нескольких кланов. Бунгари, представитель народа Курингаи, присоединился к Мэтью Флиндерсу в его кругосветном плавании вокруг Австралии с 1801 по 1803 год, играя важную роль посланника к различным коренным народам, с которыми они встречались. В 1815 году губернатор Маккуори основал Учреждение для коренных жителей с целью обеспечения начального образования для детей аборигенов, поселил 15 семей аборигенов на фермах в Сиднее и выдал первый патент на землю аборигенам в Блэктауне, к западу от Сиднея. В 1816 году он учредил ежегодный Праздник коренных жителей в Парраматте, который привлекал аборигенов с равнин Батерст. Однако к 1820-м годам Учреждение и фермы аборигенов потерпели неудачу. Аборигены продолжали жить на незанятых прибрежных землях и на окраинах Сиднейского поселения, адаптируя традиционные практики к новой полугородской среде. Эскалация пограничных конфликтов в 1820-х и 1830-х годах привела к разработке колониальными правительствами ряда мер, направленных на защиту аборигенов. В 1839 году в Южной Австралии и округе Порт-Филлип были назначены защитники аборигенов, а в 1840 году – в Западной Австралии. Хотя целью было распространить защиту британского права на аборигенов, чаще всего результатом было увеличение числа преследуемых по закону. Защитники также отвечали за распределение пайков, предоставление начального образования детям аборигенов, обучение христианству и профессиональной подготовке, полезной для колонистов. Однако к 1857 году офисы защитников были закрыты из-за их дороговизны и неспособности достичь поставленных целей. Колониальные правительства учредили небольшое количество резерваций и поощряли христианские миссии, которые обеспечивали некоторую защиту от насилия на границе. В 1825 году губернатор Нового Южного Уэльса выделил 10 000 акров земли для миссии аборигенов у озера Маккуари. В 1830-х и начале 1840-х годов миссии также действовали в долине Веллингтон, Порт-Филлип и заливе Моретон. Поселение тасманийских аборигенов на острове Флиндерс эффективно функционировало как миссия под руководством Джорджа Робинсона с 1835 по 1838 год. В более густонаселенных районах большинство аборигенов, потерявших контроль над своими землями, жили в резервациях и миссиях или на окраинах городов и поселков. В пастбищных районах британский Закон о пустующих землях 1848 года предоставил традиционным землевладельцам ограниченные права на проживание, охоту и сбор пищи на землях Короны, арендованных для выпаса скота. Многие группы аборигенов разбивали лагеря на пастбищах, где мужчины часто работали пастухами и скотоводами. Эти группы смогли сохранить связь со своими землями и сохранить элементы своей традиционной культуры.

In the first two years of settlement the Aboriginal people of Sydney, after initial curiosity, mostly avoided the newcomers. In November 1790, 18 months after the smallpox epidemic that had devastated the Aboriginal population, Bennelong led the survivors of several clans into Sydney. Bungaree, a Kuringgai man, joined Matthew Flinders in his circumnavigation of Australia from 1801 to 1803, playing an important role as emissary to the various Indigenous peoples they encountered. In 1815, Governor Macquarie established a Native Institution to provide elementary education to Aboriginal children, settled 15 Aboriginal families on farms in Sydney and made the first freehold land grant to Aboriginal people at Black Town, west of Sydney. In 1816, he initiated an annual Native Feast at Parramatta which attracted Aboriginal people from as far as the Bathurst plains. However, by the 1820s the Native Institution and Aboriginal farms had failed. Aboriginal people continued to live on vacant waterfront land and on the fringes of the Sydney settlement, adapting traditional practices to the new semi urban environment. Escalating frontier conflict in the 1820s and 1830s saw colonial governments develop a number of policies aimed at protecting Aboriginal people. Protectors of Aborigines were appointed in South Australia and the Port Phillip District in 1839, and in Western Australia in 1840. While the aim was to extend the protection of British law to Aboriginal people, more often the result was an increase in their criminalisation. Protectors were also responsible for the distribution of rations, delivering elementary education to Aboriginal children, instruction in Christianity and training in occupations useful to the colonists. However, by 1857 the protection offices had been closed due to their cost and failure to meets their goals. Colonial governments established a small number of reserves and encouraged Christian missions which afforded some protection from frontier violence. In 1825, the NSW governor granted 10,000 acres for an Aboriginal mission at Lake Macquarie. In the 1830s and early 1840s there were also missions in the Wellington Valley, Port Phillip and Moreton Bay. The settlement for Aboriginal Tasmanians on Flinders Island operated effectively as a mission under George Robinson from 1835 to 1838. In more densely settled areas, most Aboriginal people who had lost control of their land lived on reserves and missions, or on the fringes of cities and towns. In pastoral districts the British Waste Land Act of 1848 gave traditional landowners limited rights to live, hunt and gather food on Crown land under pastoral leases. Many Aboriginal groups camped on pastoral stations where Aboriginal men were often employed as shepherds and stockmen. These groups were able to retain a connection with their lands and maintain aspects of their traditional culture.

Политика и управление

Традиционное общество аборигенов управлялось советами старейшин и коллективным процессом принятия решений, но первые правительства европейского типа, учрежденные после 1788 года, были автократичными и управлялись назначенными губернаторами – хотя английское право было имплантировано в австралийские колонии в силу доктрины рецепции, таким образом, колонисты привезли из Британии представления о правах и процедурах, установленных Великой хартией вольностей и Биллем о правах 1689 года. Борьба за представительное правительство началась вскоре после основания колоний. С 1788 по 1850-е годы управление колониями, включая принятие большинства политических решений, в значительной степени находилось в руках губернаторов, которые непосредственно отчитывались перед правительством в Лондоне (Внутренний офис до 1794 года; Военный офис до 1801 года; и Военный и колониальный офис до 1854 года). Первому губернатору Нового Южного Уэльса, Артуру Филиппу, были предоставлены исполнительные и законодательные полномочия для создания судов, вооруженных сил, борьбы с врагами, выдачи земельных грантов и регулирования экономики. Многие из офицеров вышли в отставку и впоследствии стали известны как «фракция 1808 года» и как влиятельный и консервативный элемент в политике колонии. Закон о Новом Южном Уэльсе 1823 года, принятый парламентом Соединенного Королевства, учредил первый законодательный орган в Австралии – Законодательный совет Нового Южного Уэльса – в качестве назначаемого органа, состоящего из пяти-семи членов, для консультирования губернатора Нового Южного Уэльса. Однако полномочия нового органа в области надзора были ограничены. Прежде чем губернатор мог представить закон на рассмотрение совета, главный судья должен был удостовериться, что он не противоречит английскому праву, что создавало форму судебного контроля. Однако разделения властей не было: главный судья Фрэнсис Форбс также служил в Законодательном совете и в Исполнительном совете губернатора. Исполнительный совет был основан в 1825 году и состоял из ведущих должностных лиц колонии. Газета The Australian начала издаваться в 1824 году, The Monitor – в 1826 году, а The Sydney Morning Herald – в 1831 году. Ральф Дарлинг попытался контролировать прессу, сначала предложив лицензировать газеты и ввести на них гербовый сбор, а после отказа Форбса – преследуя их владельцев за подстрекательскую клевету. Земля Ван-Димена была основана в 1825 году, но оставалась под юрисдикцией губернатора Нового Южного Уэльса, который был представлен там лейтенант-губернатором. Западная Австралия была объявлена частью Британской империи Джеймсом Стерлингом, и там была основана колония реки Суон в 1829 году, а Стерлинг стал губернатором в 1831 году. Южно-Австралийская компания была основана в 1834 году как частное предприятие для основания новой колонии на южном побережье, мотивированное социальными реформаторскими идеями Джереми Бентама.

Traditional Aboriginal society had been governed by councils of elders and a collective decision making process, but the first European style governments established after 1788 were autocratic and run by appointed governors—although English law was transplanted into the Australian colonies by virtue of the doctrine of reception, thus notions of the rights and processes established by the Magna Carta and the Bill of Rights 1689 were brought from Britain by the colonists. Agitation for representative government began soon after the settlement of the colonies. From 1788 until the 1850s, the governance of the colonies, including most policy decision making, was largely in the hands of the governors, who were directly responsible to the government in London (Home Office until 1794; War Office until 1801; and War and Colonial Office until 1854). The first governor of New South Wales, Arthur Phillip, was given executive and legislative powers to establish courts, military forces, fight enemies, give out land grants, and regulate the economy. Many of the officers retired, and were later known as the 'faction of 1808' and as an influential and conservative element in the politics of the colony. The New South Wales Act 1823 by the Parliament of the United Kingdom established the first legislative body in Australia, the New South Wales Legislative Council, as an appointed body of five to seven members to advise the Governor of New South Wales. However, the new body had limited powers of oversight. Before a Governor could propose a law before the council, the Chief Justice had to certify that it was not against English law, creating a form of judicial review. However, there was no separation of powers, with Chief Justice Francis Forbes also serving in the Legislative Council as well as the Governor's Executive Council. The Executive Council had been founded in 1825, and was composed of leading officials in the colony. The Australian began publishing in 1824, as did The Monitor in 1826, and The Sydney Morning Herald in 1831. Ralph Darling tried to control the press first by proposing to license newspapers and impose a stamp duty on them, and after this was refused by Forbes, by prosecuting their owners for seditious libel. Van Diemen's Land was established in 1825, but remained under the jurisdiction of the New South Wales Governor, being represented there by a lieutenant governor. Western Australia was declared to the British Empire by James Stirling, and the Swan River Colony was established there in 1829, with Stirling made governor in 1831. The South Australian Company was established in 1834 as a private venture to establish a new colony in the south coast, being motivated by the social reformist ideas of Jeremy Bentham.

Политические разногласия

Либерально-консервативный раскол британской политики повторился в Австралии. Это разделение также было обусловлено противостоянием между "эмансипистами" (бывшими каторжниками) и "эксклюзивистами" (свободными землевладельцами-поселенцами). Консерваторы в целом рассматривали представительное правление как угрозу, опасаясь, что бывшие каторжники будут голосовать против своих хозяев. Лидером консерваторов был Джон Маккартур, производитель шерсти и один из лидеров Мятежа Рома. Консерваторы считали себя движущей силой и защитниками экономического развития колонии. Уильям Вентворт основал Австралийскую патриотическую ассоциацию (первую политическую партию Австралии) в 1835 году, чтобы потребовать демократического правления для Нового Южного Уэльса. Он уже в 1827 году обращался к британскому правительству с петицией о самоопределении. Реформистский генеральный прокурор Джон Планкетт стремился применять принципы Просвещения к управлению колонией, добиваясь установления равенства перед законом, начав с расширения прав присяжных для эмансипистов, а затем – расширения правовой защиты для каторжников, наемных работников и коренного населения. Планкетт дважды выдвинул обвинения в убийстве против колонистов, совершивших резню в Майолл-Крик, что привело к осуждению, а его знаковый Церковный акт 1836 года лишил Англиканскую церковь статуса государственной и установил юридическое равенство между англиканцами, католиками, пресвитерианами и позднее – методистами.

Представительское правительство

В 1840 году были учреждены городской совет Аделаиды и городской совет Сиднея. Мужчины, владевшие имуществом стоимостью 1000 фунтов стерлингов, имели право баллотироваться на выборах, а состоятельным землевладельцам разрешалось подавать до четырех голосов на выборах. Первые парламентские выборы в Австралии состоялись в 1843 году в Законодательном совете Нового Южного Уэльса, при этом право голоса (только для мужчин) по-прежнему зависело от владения имуществом или финансового положения. В 1850 году избирательные права были расширены в Новом Южном Уэльсе, и выборы в законодательные советы прошли в колониях Виктория, Южная Австралия и Тасмания. К середине XIX века в австралийских колониях возникло сильное стремление к представительному и ответственному правительству, которое впоследствии подпитывалось демократическим духом золотых приисков и идеями масштабных реформаторских движений, охвативших Европу, Соединенные Штаты и Британскую империю. Прекращение ссылок каторжников ускорило реформы в 1840-х и 1850-х годах. Закон об управлении австралийскими колониями 1850 года стал важной вехой, предоставившей представительные конституции Новому Южному Уэльсу, Виктории, Южной Австралии и Тасмании, тем самым реализовав рекомендацию комитета Тайного совета о создании в каждой колонии "губернатора, совета и ассамблеи". Колонии с энтузиазмом приступили к разработке конституций, в результате чего были созданы демократически прогрессивные парламенты, хотя конституции, как правило, сохраняли роль колониальных верхних палат как представителей социальных и экономических "интересов" и установили конституционные монархии с британским монархом в качестве символического главы государства.

Экономика и торговля

Инструкции, предоставленные первым пяти губернаторам Нового Южного Уэльса, показывают, что первоначальные планы по созданию колонии были ограниченными. Поселение должно было стать самодостаточной пенитенциарной колонией, основанной на натуральном хозяйстве. Торговля, судоходство и судостроение были запрещены, чтобы изолировать каторжников и не нарушать торговую монополию Британской Ост-Индской компании. Планов экономического развития, кроме изучения возможности производства сырья для Великобритании, не было. После отъезда Филиппа военные чиновники колонии начали приобретать земли и импортировать потребительские товары, полученные с прибывающих кораблей. Бывшие каторжники также обрабатывали землю, предоставленную им, и занимались торговлей. Фермы распространились на более плодородные земли вокруг Параматты, Виндзора и Камдена, и к 1803 году колония была самодостаточной в зерне. Судостроение развивалось для облегчения передвижения и освоения морских ресурсов прибрежных поселений. Добыча тюленей и китобойный промысел стали важными отраслями. В силу своего характера как вынужденного поселения, экономика ранней колонии сильно зависела от государства. Например, часть раннего сельскохозяйственного производства находилась под прямым управлением правительства. Комиссариат также играл важную роль в экономике. В 1800 году 72% населения зависело от государственных пайков, но к 1806 году эта цифра снизилась до 32%. Хотя некоторых каторжников прикрепляли к поселенцам в качестве рабочих, они обычно имели возможность подрабатывать для дополнительного дохода и владеть имуществом (в нарушение британского законодательства того времени). Навыки некоторых каторжников использовались колониальным правительством, как, например, у архитектора Фрэнсиса Гринвея, который спроектировал многие ранние общественные здания. Примерно 10–15% каторжников работали на общественных проектах по строительству инфраструктуры, а большинство остальных были прикреплены к частным работодателям. В 1831 году от практики земельных грантов отказались в пользу продажи земель короны, которые охватывали все земли, считавшиеся "неосвоенными". Колонии сильно зависели от импорта из Англии для выживания. Официальной валютой колоний был британский фунт стерлингов, но неофициальной валютой и наиболее охотно принимаемым товаром для обмена был ром. Ранняя экономика полагалась на бартер, проблему, которую Лаклан Маккуори (губернатор с 1810 по 1821 год) попытался решить, сначала введя испанские доллары, а затем основав Банк Нового Южного Уэльса с полномочиями выпускать финансовые инструменты. Однако бартер продолжался до тех пор, пока поставки стерлингов в конце 1820-х годов не позволили перейти к денежной экономике. Маккуори также сыграл ведущую роль в экономическом развитии Нового Южного Уэльса, наняв планировщика для разработки плана улиц Сиднея и заказав строительство дорог, пристаней, церквей и общественных зданий. Он отправлял исследователей из Сиднея, и в 1815 году была завершена дорога через Голубые горы, открыв путь для крупномасштабного земледелия и животноводства на слабозалесенных пастбищах к западу от Большого Водораздельного хребта. Колонисты большую часть начала XIX века строили инфраструктуру, такую как железные дороги, мосты и школы, что позволило им развивать экономику. В этот период австралийские предприниматели начали преуспевать. Например, партнерство Берри и Уолстонкрафта получало огромные прибыли за счет земельных грантов, труда каторжников и экспорта местного кедра в Англию. Джон Макартур, после ухода в отставку из корпуса Нового Южного Уэльса, основал шерстяную промышленность в Австралии. С 1820-х годов сквоттеры все чаще занимали несанкционированные пастбища за пределами официальных границ поселенной колонии. В 1836 году была введена система ежегодных лицензий на выпаса скота на землях короны, чтобы попытаться контролировать пасторальную промышленность, но растущие цены на шерсть и высокая стоимость земли в освоенных районах стимулировали дальнейшее незаконное занятие земель. К 1844 году шерсть составляла половину экспорта колонии, а к 1850 году большая часть восточной трети Нового Южного Уэльса контролировалась менее чем 2000 пастухов.

The instructions provided to the first five governors of New South Wales show that the initial plans for the colony were limited. The settlement was to be a self sufficient penal colony based on subsistence agriculture. Trade, shipping and ship building were banned in order to keep the convicts isolated and so as not to interfere with the trade monopoly of the British East India Company. There was no plan for economic development apart from investigating the possibility of producing raw materials for Britain. After the departure of Phillip, the colony's military officers began acquiring land and importing consumer goods obtained from visiting ships. Former convicts also farmed land granted to them and engaged in trade. Farms spread to the more fertile lands surrounding Paramatta, Windsor and Camden, and by 1803 the colony was self sufficient in grain. Boat building developed in order to make travel easier and exploit the marine resources of the coastal settlements. Sealing and whaling became important industries. Because of its nature as a forced settlement, the early colony's economy was heavily dependent on the state. For example, some of the earliest agricultural production was directly run by the government. The Commissariat also played a major role in the economy. In 1800, 72% of the population relied on government rations, but this was reduced to 32% by 1806. While some convicts were assigned to settlers as labourers, they were usually free to find part time work for supplemental income, and were allowed to own property (in contravention to British law at the time). Some convicts had their skills taken to use by the colonial government, as with for example the architect Francis Greenway, who designed many early public buildings. Approximately 10–15% of the convicts worked on public projects building infrastructure, while most of the rest were assigned to private employers. Land grants were abandoned in 1831 in favour of selling crown lands, which covered all land deemed "unsettled". The colonies relied heavily on imports from England for survival. The official currency of the colonies was the British pound, but the unofficial currency and most readily accepted trade good was rum. The early economy relied on barter for exchange, an issue which Lachlan Macquarie (Governor from 1810 to 1821) tried to fix first by introducing Spanish dollars, and then by establishing the Bank of New South Wales with the authority to issue financial instruments. Barter continued, however, until shipments of sterling in the late 1820s enabled a move to a monetary economy. Macquarie also played a leading role in the economic development of New South Wales by employing a planner to design the street layout of Sydney and commissioning the construction of roads, wharves, churches, and public buildings. He sent explorers out from Sydney and, in 1815, a road across the Blue Mountains was completed, opening the way for large scale farming and grazing in the lightly wooded pastures west of the Great Dividing Range. The colonists spent a large part of the early nineteenth century building infrastructure such as railways, bridges and schools, which allowed them to get on with economic development. During this period Australian businesspeople began to prosper. For example, the partnership of Berry and Wollstonecraft made enormous profits by means of land grants, convict labour, and exporting native cedar back to England. John Macarthur, after retiring from the New South Wales Corps, went on to start the wool industry in Australia. From the 1820s squatters increasingly established unauthorised cattle and sheep runs beyond the official limits of the settled colony. In 1836, a system of annual licences authorising grazing on Crown Land was introduced in an attempt to control the pastoral industry, but booming wool prices and the high cost of land in the settled areas encouraged further squatting. By 1844 wool accounted for half of the colony's exports and by 1850 most of the eastern third of New South Wales was controlled by fewer than 2,000 pastoralists.

Религия

С незапамятных времен в Австралии коренные жители совершали обряды и ритуалы тотемической системы верований, известной как "Время сновидений". Однако постоянное присутствие христианства в Австралии началось с прибытия Первого флота британских судов с заключенными в Сидней в 1788 году. Как британская колония, преобладающей христианской конфессией была Англиканская церковь, но одна десятая часть всех заключенных, прибывших в Австралию на Первом флоте, были католиками, и по крайней мере половина из них родилась в Ирландии. Небольшая часть британских морских пехотинцев также исповедовала католицизм. Некоторые ирландские заключенные были отправлены в Австралию за политические преступления или за участие в восстаниях в Ирландии, поэтому власти с подозрением относились к этой религии меньшинства в течение первых трех десятилетий колонизации. Поэтому именно экипаж французского исследователя Ла-Перуза провел первую католическую церемонию на австралийской земле в 1788 году – похороны отца Луи Ресевера, францисканского монаха, скончавшегося, когда корабли стояли на якоре в Ботани-Бей во время исследовательской миссии в Тихом океане. В ранние колониальные времена духовенство Англиканской церкви тесно сотрудничало с губернаторами. Ричард Джонсон, англиканский капеллан Первого флота, был назначен губернатором Артуром Филиппом для улучшения "общественной морали" в колонии, но также активно занимался вопросами здравоохранения и образования. Преподобный Сэмюэл Марсден (1765–1838) обладал судебными полномочиями и поэтому воспринимался заключенными как представитель власти. Он стал известен как "бичующий священник" за суровость своих наказаний. Католических заключенных принуждали посещать службы Англиканской церкви, а их детей и сирот воспитывали как протестантов. Первые католические священники-колонисты прибыли в Австралию в качестве заключенных в 1800 году – Джеймс Гарольд, Джеймс Диксон и Питер О'Нилл, осужденные за "соучастие" в ирландском восстании 1798 года. Диксон был условно освобожден и получил разрешение служить мессу. 15 мая 1803 года, облачившись в одежду, сшитую из занавесок, и используя чашу из олова, он провел первую католическую мессу в Новом Южном Уэльсе. Англиканская церковь лишилась своих юридических привилегий в колонии Новый Южный Уэльс в результате принятия Закона о церкви в 1836 году. Закон, разработанный реформистским генеральным прокурором Джоном Планкетом, установил юридическое равенство для англикан, католиков и пресвитериан, а впоследствии был распространен и на методистов. Мирянка Кэролайн Чизолм занималась межконфессиональной работой, чтобы облегчить страдания женщин-мигрантов. Первый католический епископ Сиднея, Джон Беде Полдинг, попросил прислать в колонию общину монахинь, и пять ирландских сестер милосердия прибыли в 1838 году, чтобы заняться пастырской заботой о заключенных женщинах и работать в школах и больницах, а затем основать собственные учебные заведения и больницы. По просьбе Полдинга в 1843 году в Сидней прибыли братья-христиане, чтобы помочь в обучении в школах. Основавшись в 1848 году в Севенхилле, Южная Австралия, иезуиты стали первым религиозным орденом священников, который вошел и основал дома в Южной Австралии, Виктории, Квинсленде и Северной территории, где они основали школы и миссии.

Since time immemorial in Australia, its indigenous people had performed the rites and rituals of the totemic belief system of The Dreaming. The permanent presence of Christianity in Australia however, came with the arrival of the First Fleet of British convict ships at Sydney in 1788. As a British colony, the predominant Christian denomination was the Church of England, but one tenth of all the convicts who came to Australia on the First Fleet were Catholic, and at least half of them were born in Ireland. A small proportion of British marines were also Catholic. Some of the Irish convicts had been transported to Australia for political crimes or social rebellion in Ireland, so the authorities were suspicious of the minority religion for the first three decades of settlement. It was therefore the crew of the French explorer La Pérouse who conducted the first Catholic ceremony on Australian soil in 1788—the burial of Father Louis Receveur, a Franciscan friar, who died while the ships were at anchor at Botany Bay, while on a mission to explore the Pacific. In early colonial times, Church of England clergy worked closely with the governors. Richard Johnson, Anglican chaplain to the First Fleet, was charged by the governor, Arthur Phillip, with improving "public morality" in the colony, but he was also heavily involved in health and education. The Reverend Samuel Marsden (1765–1838) had magisterial duties, and so was equated with the authorities by the convicts. He became known as the "flogging parson" for the severity of his punishments. Catholic convicts were compelled to attend Church of England services and their children and orphans were raised by the authorities as Protestant. The first Catholic priest colonists arrived in Australia as convicts in 1800—James Harold, James Dixon, and Peter O'Neill, who had been convicted for "complicity" in the Irish 1798 Rebellion. Dixon was conditionally emancipated and permitted to celebrate Mass. On 15 May 1803, in vestments made from curtains and with a chalice made of tin, he conducted the first Catholic Mass in New South Wales. The Church of England lost its legal privileges in the Colony of New South Wales by the Church Act of 1836. Drafted by the reformist attorney general John Plunkett, the Act established legal equality for Anglicans, Catholics and Presbyterians and was later extended to Methodists. Laywoman Caroline Chisolm did ecumenical work to alleviate the suffering of female migrants. Sydney's first Catholic Bishop, John Bede Polding requested a community of nuns be sent to the colony and five Irish Sisters of Charity arrived in 1838 to set about pastoral care of convict women and work in schools and hospitals before going on to found their own schools and hospitals. At Polding's request, the Christian Brothers arrived in Sydney in 1843 to assist in schools. Establishing themselves first at Sevenhill, in South Australia in 1848, the Jesuits were the first religious order of priests to enter and establish houses in South Australia, Victoria, Queensland and the Northern Territory, where they established schools and missions.

Образование

Вначале образование было неформальным и в основном происходило дома. Однако администрация колонии во главе с губернатором Ричардом Бурком придерживалась британского либерального убеждения о том, что образование необходимо для активного участия населения в политической жизни. Фрэнсис Форбс основал Сиднейский колледж в 1830 году. По инициативе действующего премьер-министра Великобритании герцога Веллингтона и при покровительстве короля Вильгельма IV в 1831 году была основана старейшая из сохранившихся независимых школ Австралии – Королевская школа в Параматте, в рамках усилий по созданию гимназий в колонии. К 1833 году в Австралийских колониях насчитывалось около десяти католических школ.

Культура

Австралийские композиторы, опубликовавшие музыкальные произведения в этот период, включают Фрэнсиса Хартвелла Хенслоу, Фредерика Элларда, Чарльза Эдварда Хорсли, Исаака Натана, Стивена Хейла Марша (1805–1888) и Генри Марша (1824–1885). Некоторые австралийские народные песни датируются этим периодом. К числу первых подлинных произведений австралийской литературы, созданных в этот период, относятся записки о заселении Сиднея Уоткином Тенчем, капитаном-лейтенантом морской пехоты Первого флота, прибывшего в 1788 году. В 1819 году поэт, исследователь, журналист и политик Уильям Уэнтворт опубликовал первую книгу, написанную австралийцем: «Статистическое, историческое и политическое описание колонии Новый Южный Уэльс и ее зависимых поселений в земле Ван-Димена, с подробным перечислением преимуществ, которые эти колонии предлагают для эмиграции, и их превосходства во многих отношениях над теми, которыми обладают Соединенные Штаты», в которой он выступал за создание выборной ассамблеи для Нового Южного Уэльса, судебное разбирательство присяжными и заселение Австралии свободными эмигрантами, а не каторжниками. В 1838 году в Сиднее была опубликована книга Анны Марии Банн «Страж: Повесть австралийца». Это был первый австралийский роман, напечатанный и изданный на материковой Австралии, и первый австралийский роман, написанный женщиной. Европейские театральные традиции в Австралии также прибыли с Первым флотом, а первая постановка, осуществленная в 1789 году заключенными, представляла собой пьесу Джорджа Фаркуара «Вербовщик». Королевский театр в Хобарте открылся в 1837 году и остается старейшим театром в Австралии. Мельбурнский Афинеум – одно из старейших общественных учреждений Австралии, основанное в 1839 году, которое служило библиотекой, школой искусств и танцевальным залом (а позже стало первым кинотеатром Австралии, где в 1906 году был показан первый в мире полнометражный фильм «История банды Келли»). Театр Королевы в Аделаиде открылся в 1841 году с постановки пьесы Шекспира и сегодня является старейшим театром на материке.

Представления в литературе и кино

Роман Маркуса Кларка "На протяжении всей его жизни" (1874) и телевизионная адаптация этого романа 1983 года. Трилогия Элеоноры Дарк "Бесвременная земля" (1947), охватывающая период колонизации с 1788 по 1811 год. Телевизионная драма 1980-х годов "Бесвременная земля" была основана на этой трилогии. Роман Кейт Гренвилл "Секретная река" (2005) о каторжанине, сосланном в Австралию за кражу, и его семье, а также об их столкновениях с коренным населением.