Роджер Шерман Грин: Американский дипломат и деятель здравоохранения в Китае.

Введение

Роджер Шерман Грин (1881–1947) был дипломатом, сотрудником фонда, медицинским администратором в Китае и видным деятелем в делах, касающихся Восточной Азии. Он был четвёртым сыном и шестым из восьми детей преподобного Дэниела Кросби Грина, служителя конгрегационалистской церкви, и Мэри Джейн (Форбс) Грин. Его родители, потомки колониальных семей Массачусетса, были одними из первых американских миссионеров в Японии, прибывших туда в 1869 году и служивших до своей смерти (мать – в 1910 году, отец – в 1913 году); они активно участвовали в распространении современного западного образования в Японии в эпоху Мэйдзи. Двое других их детей также прославились: Эвартс Бутелл – как американский историк в Колумбийском университете, и Джером Дэвис Грин – как администратор фонда, банкир и секретарь Корпорации Гарвардского университета. Роджер Грин родился в Вестборо, штат Массачусетс, когда его родители находились в отпуске в Соединенных Штатах. После обучения в Японии он поступил в Гарвард, который окончил со степенью бакалавра в 1901 году и магистра в следующем году. Затем он поступил на консульскую службу и в течение двенадцати лет занимал должности в Бразилии, Японии, Сибири и Китае; в Ханькоу (1911–1914) он отличился в качестве генерального консула во время китайской революции. Возможно, под влиянием своего миссионерского прошлого, Грин почувствовал дискомфорт в своей роли представителя интересов Соединенных Штатов, ощущая более широкую ответственность перед человечеством. Поэтому он отказался от перспективной дипломатической карьеры, чтобы в 1914 году принять предложение присоединиться к благотворительной деятельности Фонда Рокфеллера, секретарем которого в то время был его брат Джером. Грин начал как член комиссии фонда, которая изучала медицинские и общеоздоровительные потребности Китая. Результаты исследования привели к созданию в 1914 году Китайского медицинского совета для содействия развитию медицинского образования в Китае путем улучшения больниц и медицинских школ, а также предоставления стипендий миссионерам и китайским врачам. Уоллес Баттрик из Совета по общему образованию принял должность директора совета, а Грин стал директором-резидентом в Китае. Он оставался в Китае до 1935 года, став директором Китайского медицинского совета в 1921 году и занимая должность вице-президента Фонда Рокфеллера на Дальнем Востоке с 1927 по 1929 год. Он также проявлял особый интерес к одному из проектов совета – Пекинскому медицинскому колледжу, и в 1927 году стал исполняющим обязанности директора. За годы работы в Китайском медицинском совете Грин установил тесные связи с представителями западной интеллигенции Китая, в частности, с философом-дипломатом Ху Ши. Он был глубоко вовлечен в проекты, направленные на модернизацию Китая, особенно в области здравоохранения. Он также поддерживал постоянную переписку с сотрудниками Государственного департамента, ответственными за американскую политику в отношении Китая. В 1920-е годы, когда Китай был раздираем гражданской войной, Грин призывал к политике невмешательства, утверждая, что китайцы имеют право на свободу, которой пользовались американцы в 1860-х годах: свободу вести гражданскую войну до тех пор, пока одна из сторон не одержит решающую победу и не сможет объединить страну и определить ее будущее. В 1927–1928 годах он возглавил группу американцев в Пекине, состоявшую в основном из миссионеров, которые успешно выступили против плана американского министра по вмешательству в сотрудничестве с другими великими державами. Мнение Грина имело особый вес, поскольку Нельсон Т. Джонсон, его бывший протеже на консульской службе, возглавил управление по делам Восточной Азии в Государственном департаменте. Однако между Грином и Фондом Рокфеллера возникла напряженность. Это было частично связано с характером и стилем Грина. Многие считали его типичным жителем Новой Англии – сдержанным, праведным и строгим; и он действительно был принципиальным и бескомпромиссным. Он с презрением относился к растущему влиянию Джона Д. Рокфеллера III на дела Китайского медицинского совета и не стремился угодить этому молодому человеку. Множество финансовых вопросов, вызванных стремлением совета сократить расходы в период депрессии, служили источником раздражения, но основной проблемой стало будущее религиозного факультета Пекинского медицинского колледжа. Основывая колледж в 1916 году, Джон Д. Рокфеллер-младший приобрел здания британской миссионерской медицинской школы и заявил о своем намерении сохранить религиозную атмосферу учебного заведения. Однако Грин пришел к убеждению, что попытки навязать христианство студентам-медикам и медсестрам являются анахронизмом в современном Китае. По мере усиления китайского национализма в 1920-х и 1930-х годах студенты и преподаватели выступали против религиозного факультета. Считая факультет ненужным в условиях бюджетного кризиса, Грин упорно отстаивал свои убеждения, но проиграл в противостоянии с Рокфеллерами. Он ушел в отставку из Китайского медицинского совета в 1934 году, а позже в том же году, по решению совета, подал в отставку из Пекинского медицинского колледжа с июля 1935 года. В конце 1930-х годов Грин вышел из полуотставки и возглавил организации, созданные для поддержки Китая и Великобритании в борьбе против Японии и Германии. С 1938 по 1941 год он был председателем Американского комитета по невмешательству в японскую агрессию, а с 1940 по 1941 год – помощником директора Комитета Уильяма Аллена Уайта по защите Америки путем помощи союзникам. Для обеих организаций он лоббировал федеральных чиновников в поддержку американской помощи Китаю. Больше, чем кто-либо другой из частных лиц, Грин пользовался вниманием Стэнли К. Хорнбека, влиятельного старшего советника Государственного департамента по делам Дальнего Востока. Практически в одиночку он не позволял Комитету по защите Америки сосредоточить всю свою кампанию на войне в Европе. По состоянию здоровья деятельность Грина была ограничена незадолго до нападения на Перл-Харбор, но во время войны он смог работать неполный рабочий день в качестве консультанта в Отделе культурных связей Государственного департамента. Он сохранял глубокий интерес к китайским делам и, хотя постепенно, с оговорками, стал считать Гоминьдан лучшей надеждой Китая, он был возмущен нападками на Джона С. Сервиса и других американцев, которые положительно отзывались о деятельности китайских коммунистов. Он также активно поддерживал развитие востоковедения в Соединенных Штатах. В последние годы своей жизни Грин жил в Вустере, штат Массачусетс. Он умер в Вест-Палм-Бич, штат Флорида, от сердечной недостаточности и хронического нефрита и был похоронен в Вестборо, штат Массачусетс. Его пережили жена Кейт Браун, на которой он женился 8 мая 1920 года, и их двое детей, Эдвард Форбс и Катарин Кертис. Он также был прапраправнуком одного из отцов-основателей Америки, Роджера Шермана.

Roger Sherman Greene (1881–1947) was a diplomat, foundation official, medical administrator in China and a national leader in affairs relating to East Asia. He was the fourth son and sixth of eight children of Rev. Daniel Crosby Greene, a Congregational minister, and Mary Jane (Forbes) Greene. His parents, descendants of colonial Massachusetts families, had been among the earliest American missionaries in Japan, arriving in 1869 and serving until their deaths (the mother's in 1910, the father's in 1913); they were deeply involved in bringing modern Western education to the Japanese during the Meiji era. Two of their other children achieved prominence, Evarts Boutell as an American historian at Columbia and Jerome Davis Greene as a foundation administrator, banker, and secretary of the Corporation of Harvard University. Roger Greene was born in Westborough, Mass., while his parents were on furlough in the United States. After earlier schooling in Japan, he entered Harvard, from which he received a B. A. degree in 1901 and an M. A. the following year. He then obtained a position with the consular service and over the next twelve years held posts in Brazil, Japan, Siberia, and China; at Hankou (1911–1914) he performed with distinction as consul general during the Chinese revolution. Perhaps as a result of his missionary heritage, Greene became uncomfortable in his role as agent of the interests of the United States, feeling an obligation to mankind more broadly conceived. He therefore surrendered a highly promising diplomatic career to accept in 1914, an opportunity to join in the philanthropic activities of the Rockefeller Foundation, of which his brother Jerome was then secretary. Greene began as a member of the foundation's commission which surveyed the medical and public health needs of China. The commission's recommendations led to the establishment, later in 1914, of the China Medical Board, to foster medical education in China through the improvement of hospitals and medical schools and the granting of fellowships to missionary and Chinese physicians. Wallace Buttrick of the General Education Board accepted the directorship of the board, and Greene was made resident director in China. He remained in China until 1935, becoming director of the China Medical Board in 1921 and serving from 1927 to 1929 as vice president of the Rockefeller Foundation in the Far East. He also took a particular interest in one of the board's projects, the Peking Union Medical College, and became acting director in 1927. During his years with the China Medical Board, Greene developed close ties with China's westernized intellectuals, most notably the philosopher diplomat Hu Shih. He was deeply involved in projects directed toward the modernization of China, especially in the field of public health. He also kept up a steady correspondence with members of the Department of State responsible for American policy toward China. With China torn by civil strife in the 1920s, Greene urged a policy of noninterference, arguing that the Chinese were entitled to the freedom that Americans had enjoyed in the 1860s: the freedom to fight their civil war until one side won a decisive victory and could unify and determine the future of the country. In 1927 1928 he led a group of Americans in BEIJING, mostly missionaries, who successfully opposed a plan by the American minister for intervention in cooperation with the other great powers. Greene's opinion carried special weight at this time because Nelson T. Johnson, his former protégé in the consular service, had taken over responsibility for East Asian affairs within the State Department. Tension developed, however, between Greene and the Rockefeller Foundation. This was partly the result of Greene's character and style. To many he seemed the archetypical New Englander, austere, righteous, and rigid; and he was, indeed, highly principled and uncompromising. He regarded with contempt the increasing involvement of John D. Rockefeller III in China Medical Board affairs and would do nothing to appease that young man's sensibilities. A host of financial issues, born of the board's depression ridden desire to cut expenses, served as irritants, but the major issue became the future of the department of religion at Peking Union Medical College. In founding the college in 1916, John D. Rockefeller Jr., had acquired the facilities of a British missionary medical school and had declared his intention to continue the school's religious atmosphere. Greene, however, had come to believe that the effort to instill Christianity in medical and nursing students was an anachronism in modern China. As Chinese nationalism grew more intense in the 1920s and 1930s, both students and faculty objected to the department of religion. Regarding the department as expendable during the budget crisis, Greene fought hard for his beliefs, but lost out in a confrontation with the Rockefellers. He resigned from the China Medical Board in 1934, and later the same year, by direction of the board, submitted his resignation from the Peking Union Medical College as of July 1935. Greene emerged from semi retirement in the late 1930s as a leader in organizations formed to work for the support of China and Great Britain against Japan and Germany. From 1938 to 1941 he served as chairman of the American Committee for Non Participation in Japanese Aggression and from 1940 to 1941 as associate director of William Allen White's Committee to Defend America by Aiding the Allies. For both organizations he lobbied with federal officials for American assistance to China. More than any other private citizen, Greene had the attention of Stanley K. Hornbeck, the State Department's powerful senior advisor for Far Eastern Affairs. Almost alone, he kept the Committee to Defend America from focusing its entire campaign on the war in Europe. Ill health curtailed Greene's activities shortly before Pearl Harbor, but he was able during the war to serve part time as a consultant to the State Department's Division of Cultural Relations. He maintained a deep interest in Chinese affairs, and while he gradually, with misgivings, came to regard the Kuomintang as China's best hope, he was outraged by the attacks on John S. Service and other Americans who had reported favorably on Chinese Communist activities. He also lent active encouragement to the development of East Asian studies in the United States. Greene's home in his later years was Worcester, Massachusetts. He died in West Palm Beach, Florida, of cardiac failure and chronic nephritis and was buried in Westborough, Mass. He was survived by his wife, Kate Brown, whom he had married on May 8, 1920, and their two children, Edward Forbes and Katharine Curtis. He was also the great great grandson of American founding father Roger Sherman.