Ади Дасслер: История основателя Adidas

Введение

Адольф "Ади" Даслер (3 ноября 1900 – 6 сентября 1978) – немецкий сапожник, изобретатель, предприниматель, член нацистской партии и основатель немецкой компании по производству спортивной одежды Adidas. Он также был младшим братом Рудольфа Дасслера, основателя Puma. Даслер был новатором в области дизайна спортивной обуви и одним из первых, кто начал привлекать спортсменов к рекламе своей продукции, что способствовало увеличению продаж. Благодаря его идеям Ади Даслер создал крупнейшего производителя спортивной одежды и экипировки. К моменту его смерти у Adidas было 17 заводов и годовой объем продаж составлял один миллиард марок.

Фабрика обуви братьев Дасслер 1918-1945

Ади поддерживал себя, пытаясь начать свой бизнес, ремонтируя обувь в городе. Столкнувшись с реалиями послевоенной Германии, где не было надежного снабжения материалами для производства или кредита для получения заводского оборудования и материалов, он начал с поиска армейского хлама в сельской местности, разоренной войной: армейские шлемы и хлебные мешки поставляли кожу для подошв, а парашюты – шелк для тапочек. Даслер стал весьма умелым в модификации доступных устройств, чтобы механизировать производство в отсутствие электричества. Например, он прикрепил кожевенный фрезерный станок к стационарному велосипеду, который приводил в движение первый сотрудник фирмы. После войны Рудольф был полон решимости стать полицейским. Но после завершения обучения он присоединился к фирме Ади 1 июля 1923 года. При поддержке кузницы Цехляйн, производившей шипы, Ади смог зарегистрировать Gebrüder Dassler, Sportschuhfabrik, Herzogenaurach ("Фабрика спортивной обуви братьев Дасслеров, Герцогенаурах") 1 июля 1924 года, где они работали в бывшей прачечной, переоборудованной в небольшую мастерскую с ручной выработкой электроэнергии. К 1925 году Даслеры делали кожаные футбольные бутсы с прибитыми шипами и беговые шиповки с коваными вручную шипами. Два фактора проложили путь для превращения бизнеса из небольшой региональной фабрики, в которую они переехали в 1927 году из дома своих родителей, в международного дистрибьютора обуви. Первым был интерес, проявленный бывшим олимпийским спортсменом, а затем тренером немецкой олимпийской сборной по легкой атлетике Йозефом Вайтцером. Узнав о заводе и экспериментах Ади, Вайтцер отправился из Мюнхена в Герцогенаурах, чтобы убедиться в этом. Между ними завязалась давняя дружба, основанная на интересе к улучшению спортивных результатов с помощью улучшенной обуви, и Вайтцер стал своего рода консультантом компании. Эти отношения оказались чрезвычайно ценными, поскольку дали Ади доступ к спортсменам, как немецким, так и иностранным, на Олимпийских играх 1936 года в Берлине. Уже на Олимпийских играх 1928 года в Амстердаме обувь Дасслеров использовалась на международных соревнованиях. Вторым ключевым фактором для обувной фирмы в начале 1930-х годов была роль спорта в расовой националистической философии Гитлера. С приходом к власти Национал-социалистической немецкой рабочей партии спортивная командная работа стала приоритетной. Братья Даслер не упустили возможности понять, как их экономические интересы могут выиграть от политики. Все три брата Дасслера вступили в нацистскую партию 1 мая 1933 года, через три месяца после назначения Гитлера канцлером. Рудольф, как говорили, был самым убежденным из них. Ади решил, что стать тренером и поставщиком клубов в движении гитлеровской молодежи необходимо для расширения производства. Он присоединился в 1935 году. В ходе денацификации после войны Ади подчеркнул, что ограничился тренерской деятельностью и избегал политических митингов. Он свидетельствовал, что участвовал в клубах с различной политической ориентацией, таких как либеральный гимнастический клуб, консервативный футбольный клуб KHC в Герцогенаурахе и рабочий спортивный клуб под названием "Союз". И Ади, и Рудольф были членами Национал-социалистического мотокорпуса, и в своей переписке оба использовали заключительную фразу: "Хайл Гитлер". В начале 1930-х годов Ади Даслер поступил в Шухфахсшуле (Технический колледж обуви) в Пирмасенсе. Одним из преподавателей был Франц Марц, мастер изготовления колодок. Даслер стал частым гостем в доме Марца, который разрешил ему ухаживать за своей пятнадцатилетней дочерью Кэте Марц. 17 марта 1934 года они поженились. В отличие от жены Рудольфа Фридль (урожденной Штрассер), Кэте была довольно напористой и с подозрением относилась к прямолинейности франконцев. Она часто конфликтовала с родителями Ади и с Рудольфом и его женой, которые жили в одном доме. Годы спустя в письме американскому дистрибьютору Puma Рудольф объяснил разрыв с братом тем, что винил исключительно Кэте, которая, по его словам, "пыталась вмешиваться в дела компании". Он утверждал, что отношения братьев были "идеальными" до 1933 года. В марте 1936 года у Кэте родился сын Хорст, в июне 1938 года – первая дочь Инге, а в 1941 году – вторая дочь Карин. После войны в мае 1946 года родилась Бригит, а в 1953 году – Сигрид. Даслер рассматривал Олимпийские игры 1936 года в Берлине как ключевой трамплин для международной известности. Хотя его отношения с Вайтцером обеспечили, что большинство немецких спортсменов носили обувь Дасслера, у Дасслера был другой спортсмен, который был ему особенно важен – Джесси Оуэнс, американская звезда легкой атлетики. Даслеру удалось встретиться с Оуэнсом и без слов предложить ему свою обувь. Оуэнс принял жест и надел отличительную обувь с двумя кожаными полосками по бокам и темными шипами, когда победил Луца Лонга в прыжках в длину, побив свой собственный рекорд, а также в двух индивидуальных забегах, завоевав золотые медали, и в составе американской команды, сенсационно обошедшей немецкую эстафетную команду. Связь Дасслера с Оуэнсом оказалась решающей для успеха фирмы. Это не только мгновенно вывело компанию на международный уровень в сфере спортивной одежды, увеличив продажи, но и буквально спасло фирму в дальнейшем. Когда американские солдаты обнаружили, что обувь для олимпийских побед Оуэнса была изготовлена на фабрике Дасслера, они решили сохранить завод целым, и многие солдаты стали хорошими покупателями. Большие заказы на обувь для баскетбола, бейсбола и хоккея дали Дасслерам "первый толчок на пути к всемирному успеху". Контрактором армии была компания Schriker & Co., расположенная неподалеку в Вахе, которая перенесла сборку в Герцогенаурах, чтобы избежать воздушных налетов союзников. Детали перевозились по железной дороге на завод Дасслера, где их сваривали. Непосредственной угрозой было его отстранение от управления фирмой. Его раннее членство в нацистской партии и гитлеровской молодежи не подлежало оспариванию. По апелляции он собрал портфолио свидетельств, подтверждающих его хорошее поведение во время войны. Самым ярым сторонником Ади был мэр Герцогенаураха, которому доверяли союзные войска. Мэр соседнего города, который был наполовину евреем, засвидетельствовал, что Ади предупредил его о возможном аресте гестапо и спрятал его на своей территории. Член коммунистической партии старой закалки засвидетельствовал, что Ади никогда не участвовал в политической деятельности. Ади показал, что, вопреки распространенному мнению, фирма не извлекала выгоды из принудительного производства оружия, а понесла убыток в размере 100 000 марок. Несмотря на доказательства Ади, комитет не оправдал его. Вместо этого они переклассифицировали его как Minderbelasteter (Малозначительный преступник), категория меньшей вины, влекущая за собой испытательный срок от двух до трех лет с различными условиями, но все же требующая, чтобы Ади не занимался производством обуви Дасслера. Ади нанял адвоката, чтобы обжаловать решение. Рудольф, который только что был освобожден, увидел в этом возможность вырвать контроль над бизнесом из рук Ади. В ходе апелляционного процесса Рудольф Даслер представил заявления, в которых утверждал, что Ади Даслер организовал производство оружия для собственной выгоды и что Рудольф воспротивился бы изменению производства, если бы присутствовал. Он утверждал, что его брат ложно обвинил его и что Ади произносил политические речи перед сотрудниками на заводе. Среди других доказательств, представленных адвокатом Ади, было категорическое опровержение всех утверждений Рудольфа со стороны Кэте. 11 ноября 1946 года Шпрухкаммер Хёхштадт, заседающая в Герцогенаурахе, изменила статус Ади на Mitläufer (последователь), освободив его от большинства гражданских ограничений, но все же требуя определенного надзора. 3 февраля 1947 года право собственности было возвращено, и ему было официально разрешено возобновить управление фирмой.

Adi supported himself while attempting to start up his business by repairing shoes in town. Facing the realities of post war Germany where there was no reliable supply for material for production or credit to obtain factory equipment or supplies, he began by scavenging army debris in the war countryside: Army helmets and bread pouches supplied leather for soles; parachutes could supply silk for slippers. Dassler became quite adept at modifying available devices to help mechanize production in the absence of electricity. Using belts, for example, he rigged a leather milling machine to a mounted, stationary bicycle powered by the firm's first employee. After the war, Rudolf was determined to become a policeman. But after he completed his training, he joined Adi's firm on 1 July 1923. With the support of the Zehlein smithy producing spikes, Adi was able to register Gebrüder Dassler, Sportschuhfabrik, Herzogenaurach ("Dassler Brothers Sports Shoe Factory, Herzogenaurach") on 1 July 1924, where they were operating in a former washroom that was converted to a small workshop with manual electricity generation. By 1925 the Dasslers were making leather Fußballschuhe (football boots) with nailed studs and track shoes with hand forged spikes. Two factors paved the way for the transformation of the business from a small regional factory, which they moved to in 1927 from their parents' home, to the international shoe distributor it would become. First was the interest showed by former Olympian and then coach of the German Olympic track and field team, Josef Waitzer. On learning of the plant and Adi's experiments, Waitzer travelled from Munich to Herzogenaurach to see for himself. A long friendship developed between the two, based on interest in improving athletic performance with improved footwear, and Waitzer became something of a consultant to the company. The relationship proved extremely valuable in giving Adi access to the athletes, both German and foreign, at the 1936 Berlin Olympics. As early as the 1928 Amsterdam games, the Dasslers' footwear was being used in international competitions. The second key factor for the shoe firm in the early 1930s was the role sport played in the racial nationalist philosophy of Hitler. With the rise of the National Socialist German Workers Party, athletic teamwork was prioritized. The Dassler brothers did not fail to see how their economic interest would benefit from politics. All three Dassler brothers joined the Nazi Party on 1 May 1933—three months after Hitler was appointed Chancellor. Rudolf was said to be most ardent believer of the three. Adi decided that becoming a coach of and supplier to clubs in the Hitler Youth movement was essential to expanded production. He joined in 1935. In his denazification proceedings after the war, Adi pointed out that he confined himself to coaching and avoided political rallies. He testified that he was involved in clubs of other political affiliations, such as a liberal gymnastic club, Herzogenaurach's conservative KHC football club and a workers' sports club named "The Union". Both Adi and Rudolf were members of the National Socialist Motor Corps, and in their correspondence both used the complimentary closing, "Heil Hitler." In the early 1930s Adi Dassler enrolled in the Schuhfachschule (the Footwear Technical College) in Pirmasens. One of the instructors was Franz Martz, a master producer of lasts. Dassler became a frequent house guest of Martz, who permitted Dassler's attentions to his fifteen year old daughter, Käthe Martz. On 17 March 1934, the two wed. Unlike Rudolf's wife Friedl (née Strasser), Käthe was somewhat self assertive and suspicious of the brusque ways of Franconians. She had frequent run ins with Adi's parents and Rudolf and his wife, all of whom lived in the same house. Years later, in a letter to Puma's American distributor, Rudolf explained the rift with his brother as solely to be blamed on Käthe, who he claimed "tried to interfere in business matters ". He claimed that the brothers' relations were "ideal" until 1933. Käthe gave birth to their son Horst in March 1936, their first daughter Inge in June 1938 and their second daughter Karin in 1941. After the war, Brigit was born in May 1946 and Sigrid in 1953. Dassler saw the 1936 Berlin Olympics as the key springboard for international exposure. Although his relation with Waitzer ensured that most German athletes wore Dassler footwear, Dassler had another athlete principally in mind—Jesse Owens, the American track and field star. Dassler found his way to meeting Owens and wordlessly offered his shoes to the American star. Owens accepted the gesture and wore the distinctive shoes, with two leather strips on the sides and dark spikes, when he defeated Luz Long in the long jump, shattering his own record in the process, and in his two individual gold winning performances in track and as a member of America's Gold medal upset of the German relay team. Dasslers' association with Owens proved crucial to the success of the firm. Not only did it immediately catapult the company into an international player in the sportswear field, spiking sales overall, it quite literally later saved the firm. When American troops discovered that the Dassler factory was where the shoes for Owens' Olympic victories were made, they decided to let the works remain standing, and many of the troops became good customers. Large orders for basketball, baseball and hockey footwear gave the Dasslers "the first boost on the road to becoming a worldwide success story." The Army's contractor was Schriker & Co., located in nearby Vach, which shifted assembly to Herzogenaurach to avoid Allied air raids. Parts were transported by rail to the Dassler plant where they were welded. The immediate threat was that he would be removed from management of the firm. His early membership in the Nazi Party and the Hitler Youth were not contestable. On appeal, he amassed a portfolio of testimony attesting to his good conduct during the war. Adi's staunchest supporter was Herzogenaurach's mayor, who the Allied forces trusted. A nearby mayor, who was half Jewish, testified that Adi warned him of a potential Gestapo arrest, and hid him on his own property. A longtime Communist party member testified that Adi was never involved in political activities. Adi showed that, far from profiting from the forced weapons production, the firm lost 100,000 marks. Despite Adi's evidence, the committee did not acquit him. Instead, they reclassified him as Minderbelasteter (Lesser Offender), a category of lesser culpability resulting in probation of two to three years with various conditions but still requiring that Adi not operate Dassler Shoes. Adi hired counsel to appeal the decision. Rudolf, who had just been released, saw this as his opportunity to wrest control of the business from Adi. In the course of the appeal proceedings Rudolf Dassler inserted statements that claimed that Adi Dassler had organized the production of weapons himself and for his own profit and that Rudolf would have resisted the change in production if he were present. He claimed that his brother had falsely denounced him and that Adi had made political speeches to employees at the plant. Among other proofs submitted by Adi's counsel was a strong denial of all Rudolf's claims by Käthe. On 11 November 1946 the Spruchkammer Höchstadt sitting in Herzogenaurach changed Adi's status to Mitläufer (follower), relieving him of most of his civil disabilities, but still required some supervision. On 3 February 1947, ownership was returned and he was formally granted permission to resume management of the firm.

Основание Adidas 19461947

После войны фирма Дасслеров столкнулась с теми же проблемами, что и в начале своего существования. Мировая война разорила экономику Германии, и с поставками для обувной фабрики возникли большие трудности. Кроме того, фирме пришлось переориентироваться с производства вооружений на обувное. На этот раз американские оккупационные власти были заинтересованы в восстановлении экономической активности и оказывали фирме активную поддержку. В апреле 1945 года американские офицеры реквизировали дом Дасслеров для проживания, что обеспечило Ади близкий контакт с чиновниками, которые предоставили ему доступ к невостребованным военным материалам для производства. Пока не стало доступно сырье для кожи, Ади использовал резину из топливных баков и плотов, а также брезент из палаток для изготовления обуви. Ади удалось наладить производство обуви, за исключением месяцев в 1946 году, когда он находился под статусом Belasteter. Он управлял бизнесом с июля 1946 года по февраль 1947 года под контролем назначенного управляющего, до разделения бизнеса с братом в 1948 году. В ходе переговоров о разделении фирмы Рудольф и Ади позволили сотрудникам самим решить, в какой из новых фирм они хотят работать. Поскольку Рудольф занимался в основном продажами и администрацией, большинство сотрудников отдела продаж предпочли перейти к нему на завод на улице Вюрцбургер-Штрассе. Остальные, включая почти всех техников и специалистов, занимавшихся разработкой и производством, остались с Ади. В итоге у Ади оказалось около двух третей всех сотрудников. В 1936 году, после унизительного поражения сборной Германии в четвертьфинале от Норвегии на Олимпийских играх в Берлине, нацистские спортивные власти назначили его тренером национальной футбольной команды. Гербергер начал сотрудничество с фирмой Дасслеров, будучи привлеченным Рудольфом Дасслером. После распада Гербергер перешел на сторону фирмы Puma, пока Рудольф снова не почувствовал, что его авторитету бросают вызов и не оскорбил его. Гербергер перешел на сторону Adidas. Причины спора остаются неизвестными. Некоторые полагают, что дело касалось выплат, если немецкая команда будет играть в обуви Puma. Во многих отношениях Ади был более подходящим партнером: он был сдержанным, стремился узнать потребности футболистов и был более инновационным, чем его брат. Стремление Гербергера сделать Германию доминирующей силой в мировом футболе возникло еще до войны. Он узнал о 18-летнем Фрице Вальтере в 1938 году и начал готовить его к команде. Когда началась война, Гербергеру удалось уберечь Вальтера от призыва в армию. После войны Гербергера классифицировали как Mitläufer, но послевоенные власти Германии оставили его на посту тренера национальной сборной. Перед матчем Дасслер сообщил Гербергеру о своем последнем изобретении — съемных шипах. В отличие от традиционных ботинок с фиксированными кожаными шипами, обувь Дасслера позволяла прикреплять шипы разной длины в зависимости от состояния поля. Когда поле на стадионе Ванкдорф пришло в ужасное состояние, Гербергер знаменито произнес: "Ади, вкрути их!"

After the war, the Dassler firm found itself with some of the same problems that it faced at the beginning. A world war had decimated the German economy and supplies for the shoe factory were hard to come by. In addition, the firm had to convert back from weapons to shoe production. This time, the American occupying authorities were interested in reviving economic activity, so they gave the firm active encouragement. American officers had commandeered the Dassler house for their residence in April 1945, so Adi had close contact with officials who gave him access to unneeded war material for production. Until a source of leather became available, Adi made use of the rubber from fuel tanks and rafts and canvas from tents to make shoes. Adi was able to produce shoes, and save for the months in 1946 while under the classification of Belasteter. He was able to manage the business from July 1946 to February 1947 under the supervision of a trustee, until the business separation from his brother in 1948. During the negotiations to separate the firm, Rudolf and Adi allowed the employees to determine which resulting firm they would work for. Because Rudolf had mainly concerned himself with sales and administration, most of the sales staff opted to join Rudolf at the Würtzburger Strasse factory. The rest, including almost all the technicians and those involved in product development and production, remained with Adi. Adi ended up with nearly two thirds of the employees. In 1936, after Germany's humiliating quarter final defeat by Norway at the Berlin Games, the Nazi sports authorities appointed him to coach the national football team. Herberger began an association with the Dassler firm, having been cultivated by Rudolf Dassler. After the breakup Herberger sided with the Puma firm, until Rudolf once again felt his authority challenged and insulted him. Herberger switched his allegiance to Adidas. The nature of the dispute is unknown. Some thought it involved the payments owed if the German team wore Puma shoes. In many respects the fit was better with Adi, who was quiet, willing to learn the needs of football players and more innovative than his brother. Herberger's drive to make Germany a dominant force in international football predated the war. He learned of 18 year old Fritz Walter in 1938 and began grooming him for the team. When war came, Herberger was able to keep Walter out of the army. After the war, Herberger was deemed a Mitläufer and the post war German authorities continued him as the coach of the national team. Dassler informed Herberger before the match of his latest innovation—"screw in studs." Unlike the traditional boot which had fixed leather spike studs, Dassler's shoe allowed spikes of various lengths to be affixed depending on the state of the pitch. As the playing field at Wankdorf Stadium drastically deteriorated, Herberger famously announced, "Adi, screw them on."

Личная жизнь

Даслер был женат на Кэтте до своей смерти от сердечной недостаточности в 1978 году. У них было пятеро детей. В 1973 году их сын Хорст Даслер основал Arena, компанию-производителя плавательного оборудования. Кэтэ Дасслер умерла 31 декабря 1984 года.

Посмертно

После смерти Адольфа Дасслера управление компанией перешло к его сыну Хорсту и его жене Кете. Хорст умер 11 апреля 1987 года. В 1989 году Adidas был преобразован в общество с ограниченной ответственностью, но оставался в семейной собственности до выхода на IPO в 1995 году. Последним из членов семьи, работавших в Adidas, был Фрэнк Дасслер (внук Рудольфа), возглавлявший юридический отдел с 2004 года и покинувший компанию в январе 2018 года. В 2006 году на стадионе Ади Дасслера в Герцогенаурахе была установлена скульптура Адольфа Дасслера, созданная художником Йозефом Табачником.