Чжан Цзунчан: Китайский полководец и его путь к власти

Введение

Китайский военачальник XX века Чжан Цзунчан (китайский: 張宗昌; пиньинь: Zhāng Zōngchāng; также транскрибируется как Чан Цун Чан; 1881 – 3 сентября 1932), вежливое имя Сяокун, был китайским военачальником, правившим провинцией Шаньдун с 1925 по 1928 год. Член Фэнтяньской клики, Чжан был печально известен своим жестоким и беспощадным поведением, эксцентричной личностью и расточительным образом жизни, что принесло ему прозвища, такие как "Генерал собачьего мяса". Журнал Time назвал его "самым подлым военачальником Китая". Войска Чжана были разбиты Национально-революционной армией во время Северной экспедиции в 1928 году, после чего он бежал в Японию, а в 1932 году вернулся в Шаньдун, где был убит молодым офицером.

Ранние годы и карьера

Чжан родился в 1881 году в уезде И (ныне Лайчжоу) провинции Шаньдун. Его семья была бедна. Отец Чжана работал бритвой на дому и трубачом, злоупотреблял алкоголем. Мать занималась изгнанием злых духов и считалась "практикующей колдуньей". Родители в конечном итоге расстались. Чжан остался с матерью, которая завела нового любовника. В подростковом возрасте семья Чжана переехала в Маньчжурию, где он начал заниматься мелким воровством в Харбине. Он поочередно работал карманником, вышибалой и старателем. В какой-то момент он работал в Сибири, изучая русский язык. В итоге Чжан стал бандитом в китайской глубинке, хотя и служил вспомогательным отрядом в Императорской русской армии во время Русско-японской войны 1904–1905 годов. После окончания конфликта он вернулся к преступной деятельности и возглавил собственную банду. Его роль в Синьхайской революции 1911 года неясна, однако сообщается, что в то время он возглавлял группу "революционных отчаянных голов". Поначалу он оказался в Цзянсу, где вступил в полк Армии Старого Образца. Он произвел такое впечатление на своего командира Чэн Дэчуаня, что тот назначил Чжана своим преемником. Впоследствии Чжан и его полк действовали под командованием командира дивизии Лэн Юциня, сражаясь с бандитскими группировками. Когда в 1913 году вспыхнула Вторая революция, Лэн поддержал революционеров и был убит, в результате чего Чжан стал командиром дивизии. Однако связь дивизии с революционерами привела к тому, что генерал Фэн Гочжан расформировал все подразделение, сведя роль Чжана к чисто символической. В ответ он убил революционера Чэнь Цимэя в Шанхае в 1916 году, доказав свою лояльность и надежность Фэну. Когда последний стал вице-президентом Китайской Республики, он назначил Чжана командиром своей личной охраны. В 1922 году Чжан вернулся в Маньчжурию и присоединился к фэнтянской клике военачальника Чжан Цзолиня. Он произвел хорошее впечатление, и по одной из версий, он завоевал популярность на вечеринке по случаю дня рождения Чжан Цзолиня: в отличие от других гостей, осыпавших военачальника дорогими подарками, Чжан Цзунчан отправил ему две пустые носилочные корзины и сам не явился. Чжан Цзолинь был озадачен, пока не выяснил смысл подарка: пустые корзины Чжан Цзунчана символизировали его готовность взять на себя любую тяжелую ответственность, которую ему поручит военачальник. Впоследствии он был награжден командной должностью в его армии, однако только после того, как проявил себя в бою, Чжан Цзунчан лично посетил своего начальника. Чжан Цзунчан оказался одним из наиболее способных военачальников, эффективно использовавшим бронепоезда. Благодаря знанию русского языка он завербовал тысячи белых русских беженцев из Гражданской войны в России; он организовал их в специализированные подразделения, включая отряд казачьей охраны и экипажи для своих бронепоездов. Он также был одним из первых китайских генералов, начавших широко привлекать женщин в армию, в том числе сформировав полк медсестер, состоящий исключительно из русских женщин. Они обучали своих китайских коллег, что повысило эффективность ухода за ранеными солдатами Чжана, значительно подняв боевой дух и боеспособность. Он также создал собственные небольшие военно-воздушные силы, включавшие по крайней мере один бомбардировщик Caudron C.59.

Zhang was born in 1881 in Yi County (now Laizhou) in Shandong. His family was poor. Zhang's father worked as a head shaver and trumpeter, and was an alcoholic. His mother was an exorcist and "practicing witch". His parents eventually separated. Zhang stayed with his mother who had taken a new lover. In his teens, Zhang's family moved to Manchuria, where Zhang became involved in petty crime in Harbin. He successively worked as a pickpocket, bouncer, and prospector. At some point, he worked in Siberia, learning Russian. Zhang eventually became a bandit in the Chinese countryside, though he served as auxiliary for the Imperial Russian Army during the Russo Japanese War in 1904–1905. Following the conflict, he returned to crime and rose to lead his own bandit gang. His activities during the Xinhai Revolution of 1911 are unclear, though he reportedly led a group of "revolutionary desperados" at the time. At first, he ended up in Jiangsu, where he joined a Green Standard Army regiment. He impressed his commanding officer Cheng Dechuan so much that he appointed Zhang his successor. Afterwards, Zhang and his regiment operated under Division Commander Leng Yuqin, battling bandit groups. When the Second Revolution broke out in 1913, Leng sided with the revolutionaries and was killed, resulting in Zhang becoming the division's commander. However, the division's connection with the revolutionaries caused General Feng Guozhang to disband the entire unit, reducing Zhang to a merely symbolic role. He responded by murdering the revolutionary Chen Qimei in Shanghai in 1916, proving himself loyal and reliable to Feng. When the latter became Vice President of the Republic of China, he appointed Zhang the commander of his personal guard. Zhang returned to Manchuria in 1922, and joined the Fengtian clique of warlord Zhang Zuolin. He made a good impression, with one story being that he rose in popularity one year at Zhang Zuolin's birthday party: in contrast to other guests who showered the warlord with expensive gifts, Zhang Zongchang sent him two empty coolie baskets and failed to turn up himself. Zhang Zuolin was baffled until the purpose of the gift was ascertained: Zhang Zongchang's empty basket implied he was a man willing to shoulder whatever heavy responsibilities the warlord entrusted him with. He was subsequently rewarded with a command position in his army, though only after proving himself in battle did Zhang Zongchang visit his superior in person. Zhang Zongchang proved to be one of the more capable warlord generals, making effective use of armored trains. Aided by his knowledge of the Russian language, he recruited thousands of White Russian refugees from the Russian Civil War; he organized the men into specialized units, including a unit of Cossack bodyguards, and crews for his armored trains. He was also one of the first Chinese generals to incorporate women into the military on a large scale, including using a regiment of nurses consisting entirely of White Russian women. They trained their Chinese counterparts, resulting in greater efficiency in taking care of Zhang's wounded troops, a significant boost for morale and combat capability. He also organized his own small air force, including at least one Caudron C.59 bomber.

Возвышение и правление Шандоном

В 1924 году он принял участие во Второй Чжили–Фэнтянской войне, захватив важный перевал Ленкоугуань после того, как оборона клики Чжили была дезорганизована предательством Фэн Юйсяна. Это укрепило репутацию Чжана в Фэнтайской клике. Позже он помог разделить Шанхай между противоборствующими силами. В апреле 1925 года он захватил сам Шанхай, а затем и Нанкин, оба – во имя славы фэнтайской клики Чжан Цзолиня. С тех пор Чжан активно действовал в Шанхае как по службе, так и для развлечений. Он часто проводил время в городе с сыном Чжан Цзолиня, генералом Чжан Сюэляном. Шанхай был ключевым центром контрабанды, и экономика Фэньтяня все больше зависела от наркотиков. Чжан тесно связался с преступными группировками Шанхая и наркоторговлей. Позднее, в 1925 году, Чжан и его войска были вытеснены из Шанхая. Впоследствии он был назначен военным губернатором Шаньдуна, которым правил как военачальник до мая 1928 года. Правление Чжана в Шаньдуне было печально известно своей неэффективностью, коррупцией и плохим управлением. Он ввел чрезмерные налоги, напечатал столько провинциальной валюты, что она обесценилась, и лишил государственные учреждения финансирования. К 1927 году провинциальная система образования пришла в упадок, а местная экономика была разрушена. Любая оппозиция жестоко подавлялась; когда газета раскритиковала его режим, Чжан немедленно приказал расстрелять ее редактора. Крестьяне объединялись в общество Красного Копья, поднимая восстания против правления Чжана в сельской местности. Несмотря на плохое вооружение, эти повстанцы представляли серьезную угрозу для небольших подразделений армии Чжана. В то же время Чжан обустроил свою штаб-квартиру в Цзинане как "средневековый двор" с роскошными развлечениями и пышными пиршествами. Он также оказывал покровительство художникам, писателям, артистам, торговцам оружием, наркобаронам, дипломатам и западным журналистам. Когда Национальная революционная армия (НРА), верная Гоминьдану (КМТ), начала Северную экспедицию, Чжан остался верен Фэнтайской клике, ненадолго вернув контроль над Шанхаем, прежде чем его армия была отброшена на север. Опасаясь, что его позиции в Шаньдуне будут захвачены, Чжан попросил немецкого инженера Франца Остера построить больше самолетов для его военно-воздушных сил, чтобы противостоять наступающему КМТ. Остер построил самолет, но когда его доставили в штаб Чжана, оказалось, что конструкция настолько плоха, что он даже не смог взлететь. В 1928 году войска НРА во главе с Бай Чунси разгромили и уничтожили армию Чжан Цзунчана, захватив 20 000 из его 50 000 солдат и чуть не захватив самого Чжана, который сумел бежать за Великую стену в Маньчжурию. Тем не менее, ему и остаткам его армии удалось отступить на север, прихватив с собой большую добычу из Шаньдуна. После его бегства в провинции воцарился хаос. Даже после потери Шаньдуна и убийства лидера Фэньтяня Чжан Цзолиня, Чжан Цзунчан намеревался сопротивляться НРА. Когда преемник Чжан Сюэлян (сын убитого Чжан Цзолиня) решил заключить мир с КМТ, Чжан и его сторонник Чу Юпу подняли восстание и попытались свергнуть его. Однако объединенные силы НРА и Чжан Сюэляна разгромили армию Чжан Цзунчана. В конце концов, даже его русские наемники предали его.

In 1924, he took part in the Second Zhili–Fengtian War, capturing the crucial Lengkouguan Pass after the Zhili clique's defenses were thrown into chaos due to Feng Yuxiang's betrayal. This boosted Zhang's reputation within the Fengtian clique. He later helped partition Shanghai between the opposing forces. In April 1925 he conquered Shanghai proper and then seized Nanjing, both for the glory of Zhang Zuolin's Fengtian clique. From then on, Zhang was very active in Shanghai for both work and pleasure. He often caroused in the city with Zhang Zuolin's son, Gen. Zhang Xueliang. Shanghai was a key site in the smuggling trade, and the Fengtian economy became increasingly reliant on the drug. Zhang became closely connected to Shanghai's criminal gangs and the drug trade. Later in 1925, Zhang and his forces were ousted from Shanghai. He was subsequently appointed military governor of Shandong, which he ruled as warlord until May 1928. Zhang's rule of Shandong was notoriously poor, dominated by graft and mismanagement. He implemented excessive taxes, printed so much provincial currency that it became worthless, and starved public institutions of funds. By 1927, the provincial educational system had collapsed and the local economy was in tatters. Any opposition was brutally suppressed; when a newspaper criticized his regime, Zhang promptly ordered its editor shot. Peasants banded together as part of the Red Spear Society, revolting against Zhang's reign in the countryside. Although poorly armed, these insurgents proved to be a major threat to smaller units belonging to Zhang's army. At the same time, Zhang set up his headquarters in Jinan like a "medieval court" with lavish entertainment and grand feasts. He also acted as benefactor for artists, writers, entertainers, arms dealers, drug kingpins, diplomats, and Western journalists. When the National Revolutionary Army (NRA) loyal to the Kuomintang (KMT) launched the Northern Expedition, Zhang remained firmly loyal to the Fengtian clique, briefly retaking Shanghai before his army was driven north. As his position in Shandong was threatened to be overrun, Zhang requested a resident German technician named Franz Oster to build more aircraft for his air force to counter the advancing KMT. Oster constructed a plane, but when it was shipped to Zhang's headquarters, it was found to be so badly designed that it could not even get off the ground. In 1928, NRA troops led by Bai Chongxi defeated and destroyed Zhang Zongchang's army, capturing 20,000 of his 50,000 troops and almost capturing Zhang himself, who escaped beyond the Great Wall to Manchuria. Regardless, he and the remnants of his army were able to escape northward with much loot from Shandong. The province was left in chaos following his flight. Even after the loss of Shandong and the murder of Fengtian leader Zhang Zuolin, Zhang Zongchang wanted to resist the NRA. When the succeeding Fengtian commander Zhang Xueliang (son of the former murdered leader Zhang Zuolin) intended to make peace with the KMT, Zhang and his follower Chu Yupu revolted and attempted to overthrow him. However, the combined NRA Zhang Xueliang forces crushed Zhang Zongchang's army. In the end, even his Russian mercenaries betrayed him.

Деятельность в изгнании

Когда его армия распалась, Чжан бежал под японскую защиту в Далянь, но не желал мириться со своим пониженным статусом. Из Даляня он вынашивал несколько планов по возвращению прежних территорий. Вероятно, пользуясь тайной поддержкой Японии, Чжан, его давний последователь Чу Юпу и другой военачальник Хуан Фэнчи вернулись в Шаньдун в 1929 году и подняли крупное восстание против Лю Чжэньняна, фактического правителя восточного Шаньдуна, лояльного националистам в то время. Собрав десятки тысяч демобилизованных солдат, сохранивших к ним верность, три военачальника несколько месяцев сражались с войсками Лю, что привело к значительным разрушениям и многочисленным жертвам среди мирного населения. Чжан также спровоцировал параллельное восстание в Пекине, которое было быстро подавлено. В конечном итоге восстание в Шаньдуне было подавлено, но Чжану удалось бежать обратно в Далянь. На этот раз японские власти Квантунской арендованной территории не разрешили Чжану вернуться в Далянь. В результате он отправился в Модзи в Японии. Позднее в том же году он жил спокойно в Бэппу, Япония, со своей матерью, но вновь оказался в центре внимания, когда "случайно" застрелил принца Сянькай (憲開), двоюродного брата свергнутого императора Пуи. По словам Чжана, пистолет, который он держал, стоя у окна отеля, непроизвольно выстрелил, и пуля попала в спину молодому принцу, убив его на месте. Однако, скорее всего, он убил принца-щеголя из-за увлечения одной из многочисленных наложниц Чжана. Его обвинили, японский суд признал его виновным и предложил выбор: 15 дней тюремного заключения или штраф в 150 долларов США. Он выбрал штраф.

Убийство

После инцидента в Мукдене японское правительство организовало возвращение Чжана в Китай с расчетом на то, что он использует свои связи для вербовки остатков армии Бэйян на их службу. Однако, по прибытии, Чжан заявил о своем намерении оказать помощь китайскому сопротивлению против японского вторжения в Маньчжурию и встретился с новым военным губернатором Шаньдуна, Ханом Фуцзю. 3 сентября 1932 года Чжан навестил старых товарищей в Цзинане, в том числе посетил банкет, устроенный Ши Юсаном в резиденции Хана, где он подарил Ши свой пистолет после его многократных похвал. Вернувшись около 6 вечера на железнодорожный вокзал города, чтобы отправиться в Пекин, Чжан был смертельно застрелен Чжэн Цзичэном. Чжэн Цзичэн был племянником Чжэн Цзиньшэна, офицера из числа "Пяти генералов-тигров" военачальника Фэн Юйсяна, которого Чжан захватил в плен и казнил 6 ноября 1928 года в ходе проигранного сражения на участке железной дороги Лунхай. Последними словами Чжана, по сообщениям, были: "Не к добру!". Чжэн, добровольно сдавшись властям, пробыл в заключении семь месяцев, после чего получил помилование и полную амнистию от правительства Гоминьдана в 1933 году. Впоследствии высказывались предположения, что это "мщение за отца" могло быть частью плана Хана по устранению Чжана при содействии Ши, который, возможно, стремился лишить Чжана средств самозащиты, выслужившись перед ним и добившись передачи пистолета, поскольку видел в нем потенциального политического соперника. Эту версию подкрепляет тот факт, что Хан был личным другом Чжэн Цзиньшэна во времена эпохи военачальников.

Наследие

Чжан был похоронен на Западных холмах недалеко от Пекина. Его похороны привлекли членов семьи, бывших слуг, наемных плакальщиков и "просто зевак"; похоронная процессия растянулась на 3 километра. После его смерти лавочник по имени Лян Цзуою заявил, что обнаружил на теле Чжана чек на 30 миллионов долларов, принадлежащий правительству Нанкина. Министр финансов Т. В. Сун предоставил Ляну билет на поезд первого класса, чтобы лично вернуть чек в государственную казну в Нанкине. Однако Лян "неправильно прочитал" сумму, так как чек был всего на 300 000 долларов. Пресса высмеяла правительство из-за этого инцидента, а лавочник извлек большую выгоду, обменивая билет первого класса на билет третьего класса и оставляя себе разницу. В результате слухов о его огромном богатстве, гробница Чжана неоднократно подвергалась нападениям и разграблениям со стороны грабителей могил. Она также была вскрыта членами «Хунвэйбинов» во время Культурной революции, но коммунисты нашли лишь одну стелу. В современном Китае Чжан по-прежнему в основном известен как "жестокий военачальник", олицетворяющий насильственные злоупотребления своей эпохи.

Характер и общественный имидж

Чжан Цзончан был одним из самых печально известных и известных китайских военачальников, и трудно отделить правду от клеветы и легенд в отношении его жизни. Обладая внушительным ростом и физической силой, он часто воспринимался как зверь и внушал ненависть своим жертвам. По словам исследователей Мэтью Портвуда и Джона Данна, его противники изображали его как "яркий пример зла и жадности". Историк Артур Уолдрон отметил, что из всех военачальников того времени Чжан "вероятно, был самым презренным". Его оппоненты утверждали, что во время военных кампаний он проявлял "бессмысленную жестокость" и обладал "телом слона, мозгом свиньи и нравом тигра". Писатель Лин Ютан назвал Чжана "самым колоритным, легендарным, средневековым и бесстыдным правителем современного Китая". Журнал Time назвал его "бесславным, жестоким, алчным" и полигамом. Несмотря на полуграмотность, Чжан Цзончан также был известен сочинением стихов, хотя его произведения (такие как "Поэма о незаконнорожденных", "Поэма об озере Дамин", "Посещение павильона Пэнлай" и "Молитва о дожде") обычно считаются весьма посредственными. На вопрос о том, где он получил образование, Чжан любил отвечать, что он окончил " 'Колледж Зелёных Лесов' (то есть, был бандитом)". Хотя Чжан не отличался набожностью, на него оказал сильное влияние даосский предсказатель Тун Хуагу, который, как утверждается, убедил военачальника в своих способностях, успешно предсказав сход поезда с рельсов. Ходили слухи, что предсказатель обеспечил этот исход, подкупив крестьян для саботажа железнодорожного полотна. Летом 1927 года голод особенно сильно обрушился на Шаньдун, и сообщалось, что Чжан Цзончан отправился в храм Короля Драконов, чтобы помолиться о дожде. Когда это не принесло облегчения, Чжан вернулся в храм. В ярости он несколько раз ударил статую Короля Драконов и приказал артиллерии несколько часов вести огонь по небу. Он также намеревался построить святилище в свою честь, включая большую бронзовую статую, на озере Дамин. Проект не был завершен до бегства Чжана из Шаньдуна. Обладая репутацией одного из самых жестоких и беспощадных военачальников, он был также одним из самых ярких. После победы над армией генерала У Пэйфу, добившись перехода сил противника на свою сторону, он наградил перебежчиков, позволив им сохранить свои прежние звания. Затем он произвел своих офицеров в звания, но поскольку не хватало металла для изготовления золотых и серебряных звезд знаков различия, он приказал сделать звезды из золотой и серебряной фольги из сигаретных пачек. Во время массовой церемонии повышения офицеры с удивлением обнаружили, что их знаки различия уже порваны еще до окончания церемонии. Во время своих походов он обычно путешествовал с гробом, установленным на автомобиле; это был распространенный способ в то время продемонстрировать готовность умереть в бою. Иногда Чжан сидел в гробу во время поездок и курил сигару; он был известен своим пристрастием к большим кубинским сигарам. Чжан публично заявил, что вернется домой в гробу, если потерпит поражение в битве. Когда его войска были вынуждены отступить во время одной из кампаний, он сдержал свое слово – его пронесли по улицам, сидящим в гробу и махающим ликующей толпе. Также общественностью вызывало удивление то, что он постоянно брал с собой свою престарелую мать. Даже во время походов он часто держал ее рядом, предоставив ей комфортабельный железнодорожный вагон для сопровождения армии. Он также создал хорошо вооруженную армию из тысяч солдат-подростков, которой командовал его сын.

Zhang Zongchang was one of the most infamous and well known Chinese warlords, and is difficult to differentiate truth from slander and legends in regards to his life. Being of impressive height and physically strong, he was often regarded as a brute and loathed by his victims. According to researchers Matthew R. Portwood and John P. Dunn, his opponents portrayed him as "a poster boy for evil and avarice". Historian Arthur Waldron stated that of all warlords of the time, Zhang is "perhaps the one most generally held in contempt". His opponents stated that his behaviour was "mindlessly brutal" during his military campaigns and that he had "the physique of an elephant, the brain of a pig and the temperament of a tiger". Writer Lin Yutang called Zhang "the most colorful, legendary, medieval, and unashamed ruler of modern China". Time magazine called him "notorious, cruel, rapacious". and polygamist. Although only semi literate, Zhang Zongchang was also known for writing poetry, though his works (such as the "Poem about bastards", the "Daming Lake poem", "Visiting Penglai Pavilion" and "Pray for Rain") are generally considered to be quite bad. When asked about where he got his education, Zhang liked to say that he went to the " 'College of the Green Forest' (that is, banditry)". Though not very pious, Zhang was strongly influenced by a Daoist diviner, Tong Huagu, who had allegedly convinced the warlord of his powers by successfully prophesying that a train would derail. It was rumoured that the diviner had ensured this outcome by bribing some peasants to sabotage the tracks. In summer 1927, a famine struck Shandong particularly hard, and Zhang Zongchang was reported to have gone into a temple of the Dragon King to pray for rain. When this failed to improve the situation, Zhang returned to the temple. In his fury, he slapped the Dragon King's statue several times, and ordered his artillery to shoot into the sky for several hours. He also intended to build a shrine devoted to himself, including a large bronze statue, at Daming Lake. The project was not finished before Zhang's flight from Shandong. While having a reputation as one of the most brutal and ruthless warlords, he was also one of the most colourful. After defeating the army of general Wu Peifu by making his enemy's forces defect, he rewarded the defectors by allowing them to keep their original ranks. He then promoted his own officers, but since there was not enough metal to make the gold and silver stars for their rank insignia, he ordered the stars to be made from the gold and silver paper foil in cigarette packages. During the mass promotion ceremony, the officers were surprised to find their insignia already torn even before the ceremony had ended. He usually travelled with a coffin planted atop a car during his campaigns; this was a typical way at the time to signify one's willingness to die in combat. At times, Zhang would sit in the coffin during his travels and smoke a cigar; he was famous for his consumption of large Cuban cigars. Zhang publicly announced that he would come home in his coffin if he was defeated in battle. When his troops were forced back during one campaign he was true to his word—he was paraded through the streets, sitting in his coffin and waving to the cheering crowd. It was also a matter of public amusement that he kept his aged mother with him at all times. Even on campaign he often kept her close, providing her with a well appointed railway car to accompany his army. He also raised a well armed army of thousands of teenage soldiers for his son to command.