История и развитие полиции Сингапура

Введение

История полиции Сингапура насчитывает долгие годы и во многом отражает стремительный экономический рост страны, которую она призвана защищать. От отряда из одиннадцати человек, размещавшегося в простой хижине из пальмовых листьев, полиция выросла до более чем 36 000 сотрудников, осуществляющих свою деятельность из тридцати двух центров соседской полиции (НПК), шестидесяти постов соседской полиции (НПП), а также различных других наземных и морских объектов, расположенных по всей стране.

Ранние годы

Полицейские силы Сингапура имеют почти столь же древнюю историю, как и современный Сингапур, будучи сформированными в 1820 году с небольшим составом из 11 человек под командованием Фрэнсиса Джеймса Бернарда, зятя Уильяма Фаркуара. Не имея опыта и знаний в области полиции, Бернарду пришлось начинать с нуля, а также периодически обращаться за помощью к Фаркуару. Помимо этого, он совмещал должности магистрата, начальника тюрьмы, капитана порта, хранителя морского склада и личного помощника Фаркуара. Несмотря на эти ограничения, Бернарду удалось сформировать отряд, набрав джемэдара (азиатского сержанта), восемь пеонов (патрульных), тюремщика и малайского писца, содержание которого обходилось в 300 долларов в месяц. Вероятно, часть этих людей была завербована из числа индийских сипаев, привезенных в поселение его основателем, сэром Стэмфордом Раффлзом. Нехватка личного состава означала, что сотрудники должны были выполнять широкий спектр обязанностей и нуждались в помощи старост различных этнических общин для поддержания порядка на улицах, что было облегчено тем, что общины жили в обособленных районах города. Такое партнерство с общиной соответствовало видению Раффлза о процветающей колонии, в значительной степени самоуправляемой местными социальными структурами, с британскими властями, осуществляющими управление посредством непрямого правления. Однако, значительный приток мигрантов из Китая начал испытывать эту систему, поскольку политика невмешательства британцев позволила тайным обществам в Сингапуре процветать. Изначально созданные с законными целями укрепления общности и оказания помощи соотечественникам-мигрантам, эти общества постепенно приобрели влияние, стали конкурентоспособными и все чаще занимались незаконной деятельностью, включая вымогательство денег у населения, организацию игорных притонов и контрабанду нелегальных товаров, дополняя законную коммерческую деятельность для удовлетворения своих финансовых потребностей. Конкуренция постепенно обострилась между крупными соперничающими группировками, такими как Гхи Хин Конгси, Гхи Хок Конгси и Хан Сан Конгси. Убийства, массовые беспорядки, похищения, поджоги и другие тяжкие преступления стали обычным явлением в течение четырех десятилетий после основания колонии. Столкнувшись с насильственными преступлениями, в которых могли участвовать тысячи людей, например, беспорядки на похоронах в 1846 году с участием 9000 членов тайных обществ Гхи Хин и Гхи Хок, полиция оказалась совершенно неспособной взять ситуацию под контроль и часто вынуждена была обращаться за помощью к армии. Растущее число тяжких преступлений потребовало принятия более жесткого законодательства для сдерживания потенциальных преступников. Первые казни в Сингапуре состоялись после первой уголовной сессии в июне 1828 года, когда китаец и индеец были признаны виновными в убийстве. Возглавляемая европейцами и укомплектованная преимущественно малайскими и индийскими офицерами, полиция имела мало представителей китайской общины, поскольку военная и полицейская служба традиционно не привлекала китайцев, что затрудняло работу полиции среди многочисленного китайского населения. В 1843 году в состав сил входили действующий магистрат, совмещавший должность суперинтенданта, три европейских констебля и помощник местного констебля, четырнадцать офицеров и 110 полицейских. Общая численность, не превышающая 150 человек, вынуждала полицию избегать прямого вмешательства в эти массовые акты насилия, рискуя практически полным уничтожением. Подобный сценарий повторился в 1851 году, когда назревавшее недовольство среди этнических китайцев-католиков вылилось в крупные беспорядки, в результате которых погибло более 500 китайцев. Снова была вызвана армия, что потребовало срочной мобилизации индийских каторжников на военную службу. В 1854 году двенадцать дней подряд продолжались беспорядки, вызванные спором между хоккиенцами и теочевами, что нарушило торговлю. Этот инцидент привел к формированию Сингапурского добровольческого корпуса 8 июля 1854 года, самого раннего предшественника современных Сил народной обороны Вооруженных сил Сингапура. Однако преступное насилие было не только прерогативой этнических китайцев. Соперничество между малайскими принцами и общинами также часто приводило к актам насилия, что побудило к принятию первого закона об оружии в Сингапуре в марте 1823 года, ограничивающего право на ношение оружия двадцатью четырьмя последователями малайского султана. Почти два столетия спустя эти законы об оружии строго соблюдаются, что обеспечивает общество, относительно свободное от преступлений, связанных с огнестрельным оружием.

The Singapore Police Force has a heritage almost as old as that of modern Singapore, having been formed in 1820 with a skeleton force of 11 men under the command of Francis James Bernard, son in law of William Farquhar. With no background nor knowledge on policing, Bernard had to work from scratch, as well as occasionally turning to Farquhar for help. In addition, he held multiple roles as magistrate, chief jailer, harbour master, marine storekeeper, as well as personal assistants to Farquhar. Despite these constraints, Bernard managed to establish the force by recruiting a jemadar (Asian sergeant), eight peons (patrolmen), a jailer, and a Malay writer, kept in operation by a monthly budget of $300. It is likely that some of these men were recruited from amongst the Indian sepoys brought to the settlement by its founder, Sir Stamford Raffles. Manpower constraints meant that the men had to perform a wide range of roles, and required the help of headmen amongst the various ethnic communities to maintain orderliness on the streets, all the more possible as the communities lived in segregated areas around the city. This partnership with the community was in line with Raffles's vision of a thriving colony largely self regulated by local social structures, with the British masters administrating it via indirect rule. The large influx of migrants from China, however, began to test this system when the hands off approach by the British allowed Secret societies in Singapore to thrive. Although originally formed with legal intentions of community bonding and the provision of assistance to fellow migrants, these societies gradually became influential, competitive, and increasingly engaged in illegal activities including monetary extortion from the masses, the operation of gambling dens, and the smuggling of illegal goods on top of more legal commercial operations to meet their financial needs. Competition gradually heated up between large rival factions, such as that between the larger Ghee Hin Kongsi, the Ghee Hock Kongsi and the Han San Kongsi. Murders, mass riots, kidnappings, arson and other serious crimes became commonplace in the four decades after the colony's founding. Faced with violent acts of crime which may involve thousands, such as the Funeral riots in 1846 involving 9000 members from the Ghee Hin and Ghee Hock secret societies, the police force was woefully incapable of bringing the situation under control, and often had to call in the army for assistance. The escalating number of serious crimes prompted the need for stronger legislation to deter would be criminals. Singapore's first executions were thus held in the wake of the first criminal session in June 1828, when a Chinese and Indian were found guilty and convicted for murder. Headed by Europeans and predominantly staffed by Malay and Indian officers, the force had little Chinese representation as the military and policing professionals were traditionally shunned by the Chinese community, which therefore impaired policing efforts amongst the large Chinese populace. In 1843, the force consisted of a sitting magistrate doubling as a superintendent, three European constables and an assistant native constable, fourteen officers and 110 policemen. With a total strength of no more than 150 men, the force was compelled to avoid direct intervention in these mass acts of violence, or risk almost total annihilation. A repeat of this scenario occurred in 1851, when lingering displeasure against Roman Catholic ethnic Chinese erupted into major rioting leaving over 500 Chinese dead. The army was called in again, although it involved having to induct Indian convicts into military service almost overnight. In 1854, twelve consecutive days of violence sparked by a dispute between the Hokkiens and Teochews disrupted trade. This particular incident led to the formation of the military's Singapore Volunteer Corps on 8 July 1854, the earliest predecessor of the Singapore Armed Forces' People's Defence Force today. Criminal violence was not merely in the domain of the ethnic Chinese, however. Rivalries between Malay princes and communities also often result in acts of violence, which prompted the passing of Singapore's first arms law in March 1823 restricting the right to bear arms to twenty four of the Malay Sultan's followers. Nearly two centuries later, these anti arms laws continue to be strictly enforced, resulting in a society relatively free from firearms related criminal offences.