Введение
Французский виноградный сорт Aunis (онис, oni) – это историческая провинция Франции, расположенная на северо-западе департамента Шарант-Маритим. Её исторической столицей был Ла-Рошель, который сменил Каструм Аллионис (Châtelaillon) – историческую столицу, давшую название провинции. Это было феодальное владение герцогства Аквитания. Провинция простиралась до Маре-Пуатевена на севере, Бассе-Сантонж (и Ниорте) на востоке и Рошфорте на юге. Ауни́с оказывал влияние примерно на 20–25 км на остров Ре (l'Île de Ré). Провинция была официально признана во время правления Карла V Французского в 1374 году: «В 1374 году Карл V отделил Ла-Рошель от Сентонжа, чтобы учредить провинциальное правительство, включающее юрисдикции Рошфора, Марен и, на некоторое время, Бенона. Таким образом, Ауни́с юридически стал отдельной провинцией». Ауни́с была самой маленькой провинцией Франции по площади. В настоящее время входит в состав департамента Шарант-Маритим вместе с Сентонжем. Жителей Ауни́са называли аунизье́н (мужской род) или аунизье́нна (женский род). Английский эквивалент – Aunisian.
Aunis (onis, oni) is a historical province of France, situated in the north west of the department of Charente Maritime. Its historic capital is La Rochelle, which took over from Castrum Allionis (Châtelaillon) the historic capital which gives its name to the province. It was a fief of the Duchy of Aquitaine. It extended to Marais Poitevin in the north, Basse Saintonge (and Niortais) in the east, and Rochefortais in the south. Aunis had an influence approximately 20–25 km into the Isle of Ré (l'Île de Ré). The province was officially recognised during the reign of Charles V of France in 1374: "In 1374, Charles V separated La Rochelle from Saintonge to set up a provincial government, comprising the jurisdictions of Rochefort, Marennes and, for a time, Benon. It was thus that Aunis legally became a separate province." Aunis was the smallest province in France, in terms of area. Nowadays it is a part of the Charente Maritime département together with Saintonge. People from Aunis were called Aunisien (masculine) or Aunisienne (feminine). The English term is Aunisian.
География
Аунис – преимущественно холмистая меловая равнина, судоходные реки которой издавна служили важными путями сообщения, способствуя экономическому развитию и урбанизации региона. Регион прибрежный, с разнообразным береговым ландшафтом и островами в море, что послужило основой для развития морской деятельности. В настоящее время туризм играет значительную роль.
Географическая структура
Аунис имеет две речные границы: Севр-Ньортаз на севере и Шаранта на юге. На западе расположен Атлантический океан и два острова – остров Ре и остров Эйкс. На востоке Аунис граничит с долиной Миньона (главный левый приток Севр-Ньортаза), холмами Сантонг в окрестностях Сен-Феликса, а также долинами Трезенса и Бутонны. Аунис – это меловая равнина юрского периода, характеризующаяся пологими холмами, где ни одна долина не является полностью замкнутой, а поверхность земли плавно спускается к морю. Острова Ре и Эйкс образовались одновременно и состоят из одного и того же типа горных пород. Меловая платформа завершает треугольный мыс, вдающийся в Атлантический океан и образующий северную оконечность Аквитанского бассейна. В местах, где проводилась мелиорация, сформировались обширные пресноводные и морские болота, практически не изменившие общий рельеф местности. Морские болота соответствуют древним морским заливам, образованным морскими или речными отложениями. С эпохи Средневековья они непрерывно осушаются человеком. На севере высыхает Мараис-Пуатевин, в центре расположены долины небольшой реки Кюре и её главного притока Вирсона, а на востоке – долина Миньона. На юге находится болотистая местность "Маленькая Фландрия", осушаемая с XVII века. Все вместе они образуют важный резервуар пресной воды, необходимой для сельскохозяйственной деятельности и разведения улиток на севере департамента.
Транспорт
География равнины всегда была крайне неблагоприятной для сообщения. Регион был почти анклавом и на протяжении долгого времени оставался на периферии Французского королевства как в политическом, так и в географическом отношении. Были предприняты значительные усилия для преодоления этой географической изоляции. Несомненно, самым впечатляющим достижением стало появление железной дороги в 1857 году, соединяющей Ла-Рошель и Рошфор с Парижем. Эта линия неоднократно модернизировалась – её сделали двухпутной, а в 1993 году электрифицировали для использования поездами TGV. Региональные железнодорожные линии, связывающие Нант и Бордо, также обслуживают область Онис, проходя через Ла-Рошель, Шателлион-Плаж и Рошфор. Дорожная сеть также была значительно модернизирована, особенно дороги от Ла-Рошели до Рошфора, от Ла-Рошели до Ниора, автострада A837 от Рошфора до Сента, виадук через Шаренту в Рошфоре, кольцевая дорога вокруг Ла-Рошели и мост на остров Иль-де-Ре – все они теперь имеют по две полосы движения в каждом направлении. Модернизация коммуникационной инфраструктуры достигла своего пика во второй половине XIX века, в период Второй Французской империи, что способствовало диверсификации экономической деятельности.
Сельскохозяйственная и морская деятельность
Два основных сельскохозяйственных ресурса – интенсивное земледелие (пшеница, кукуруза, масличные культуры) и животноводство. Традиционно основу составляли молочные коровы, но все больше коров и быков разводят на мясо (преимущественно в заболоченных районах). Виноградники были практически заброшены после эпидемии филлоксеры в 1876 году, хотя небольшие плантации все еще сохранились на острове Ре. В море, между устьем Севр-Ньортаз и северной частью Ла-Рошели, важное место занимает мидийное хозяйство (митиликультура), а Фурас и природный заповедник Маре-д’Ив – основные центры устричного хозяйства. Ла-Рошель сохраняет статус рыболовного порта благодаря современному порту Шеф-де-Бей, однако рыболовство продолжает сокращаться. Добыча морской соли в болотах Онези в Средние века принесла региону процветание, но сейчас полностью исчезла с побережья материковой части Онези. Тем не менее, она все еще ведется на острове Ре и, особенно, на близлежащем острове Арс, и в последнее время приобрела известность благодаря небольшому объему производства, ремесленному подходу и минимальной переработке. На северо-востоке Онези расположен огромный лес из лиственных пород, лес Бенон, охраняемый как уникальный для региона. Его площадь составляет , и он является "зеленым поясом" для жителей Онези.
Туризм
Благодаря морю, Аунис развил свой туристический потенциал, который в конце XIX века вышел на первый план благодаря моде на морские купания. Купальные пляжи, такие как Шателлион-Плаж и Фурас, приобрели известность, а более крупные пляжи, такие как на острове Ре, стали национальным достоянием с 1960-х годов. Пертюи́ д’Антиош, фактически являющийся внутренним морем, был популярен для прогулок на яхтах в 1970-х годах. Ла-Рошель, с его огромным Портом де Миним, может принимать яхты и стал крупнейшим портом для яхт на французской Атлантике. Арс-ан-Ре, Ла-Флотт и Сен-Мартен-де-Ре также известны как яхтенные порты, в то время как речные порты Маран на Севр-Ниуазе и Рошфор на Шаранте имеют заброшенные портовые бассейны, которые стали пристанищем для яхт и могут принять более 200 судов каждый. Остров Ре полностью живет за счет туризма и может принимать до [количество] туристов в летний сезон. Это «вторжение» еще более заметно на острове Э́кс, который принимает до [количество] туристов каждый год, несмотря на отсутствие автомобильного моста. Аунис также развивает культурный и городской туризм благодаря своим двум крупным историческим городам – Ла-Рошели и Рошфору. Небольшие города в глубине страны также представляют интерес и улучшили свои объекты культурного наследия, такие как Сюржер (церковь Нотр-Дам, замок, отреставрированный центр города) и Маран (портовая и речная зона), Тонне-Шарант (управление шарантскими набережными). В Аунисе приложены значительные усилия для развития экологического туризма и создания, в частности, в Эгрефей-д’Онисе, качественных туристических баз (озеро Фрас, туристический комплекс Ла-Талье).
История
В древние времена этот регион был очень далек от цивилизации. Лишь в Средние века провинция вошла в историю, когда Ла-Рошель определила свою судьбу и стала её столицей.
"Пайс де аульн" в древности
В кельтские и галло-римские времена северная часть Сантонии, которая стала называться «Они́», была давно заброшенным регионом, далеким от цивилизации, без коммуникаций. Старинный «Лес Арженсо́н» покрывал всю область. На протяжении многих столетий этот огромный лес представлял собой почти непроходимую природную границу, простирающуюся от рек Бутон и Шарента на восток, что отделяло его от древней провинции Пикто́нов. Это была страна оль́х, где деревья утвердились на берегах рек и в болотистых долинах, но где буки и дубы также составляли темный и таинственный лес, внушающий благоговение и полный суеверий. Кроме того, глубокие морские заливы (Пиктоне́ский залив на севере, Сантоне́сский залив на юге) сделали его узким полуостровом. Его уединенность придала ему название Pagus Santonum, ныне Сенто́нж. Эта географическая изоляция сделала коммуникации и торговлю крайне затрудненными. Как видно на дорожной карте галло-римских времен, Они́ полностью отсутствует. Старая римская дорога, которая проходила от Mediolanum Santonum (ныне город Сент) до Juliomagus (ныне город Анже́), была полностью проложена восточнее Они́. Название этой римской дороги сохранилось в некоторых современных топонимах как La Chaussée de Saint Félix («Дорога Святого Феликса») и La Chaussée de Marsais («Дорога к болотам»): это Route départementale D.120, которая проходит от Сен-Жан-д’Анжели́ до границы департамента с Deux-Sèvres. Эта римская дорога указана в «Таблице Путингера», где также нет римской дороги, ведущей в Они́. В конечном итоге, долины рек Кюре́, Вирсо́н, Миньо́н и Же́рес, которые были намного больше, чем сегодня, глубоко прорезали вторгшийся в регион лес. Однако они имели недостаток – были болотистыми и подвержены наводнениям, которые превращали их в настоящие болота и трясины, что делало область особенно труднодоступной. Все эти природные явления сложились таким образом, что, как говорили, «этот регион [ ], часто затопляемый и болотистый, обладает своими богатствами, его легко защищать, но он не может стать опорным пунктом для нападения». Побережье было занято кельтами, даже во времена Pagus Santonum – они предпочитали называть эту область Сенто́нж, а себя – санто́нами – а затем римлянами в I веке до н.э. Сенто́нж предлагал лучшие условия жизни и работы, чем северная область (Они́), благодаря обширным долинам реки Шаренты и двух ее главных притоков, Сеньи и Бутонны. Огромный устье Жиро́нды реки Се́др позволял установить прямой контакт с более развитой цивилизацией Римской империи на юге через долину Гаронны. Транспорт в основном осуществлялся по водным путям, даже после того, как римляне построили свои более совершенные – и более дорогие – дороги. До римского завоевания, примерно в середине I века н.э., кельты имели укрепленный пункт на северном берегу залива Санто́нес. Они даже колонизировали некоторые острова в заливе, которые сегодня являются частью Marais de Rochefort. Санто́ны упорно трудились над совершенствованием техники добычи соли, и их древние производственные площадки располагались прямо на берегу. Это – соляные участки (sites à sel). Эти небольшие производственные площадки были особенно многочисленны на севере залива Санто́нес, вдоль побережья, в глубоких устьях рек и вокруг островов (в частности, острова Альб). После римского завоевания соляные угодья быстро были заброшены, потому что новые колонисты принесли с собой более эффективную и продуктивную технику производства соли. Тем не менее, римляне предпочли разместить свои первые соляные болота на юге, особенно в Маренне и на берегах реки Се́др. Производство соли, которое раньше было ориентировано на прибыль, могло быть ускорено в районе Жиро́нды, которая стала важной речной артерией для транспортировки товаров в южные провинции Римской империи и обратно. В течение первых трех столетий галло-римского периода римляне особенно стремились колонизировать территорию между береговой линией Они́ и древним лесом Арженсо́н (sylve d'Argenson), захватывая земли, впоследствии принадлежавшие Санто́нам. Новые колонисты, несколько отворачиваясь от моря, создали свои ви́ллы – большие фермы площадью в несколько десятков акров, предшествовавшие самим городам – в Ардилье́рах, Ле-Туа́, Балло́не и Тэре́. Все эти места оставили многочисленные археологические находки: в Балло́не были найдены остатки галло-римской виллы; в Ардилье́рах были обнаружены гробницы с галло-римскими предметами; в Ту в XIX веке были обнаружены галло-римская вилла и некоторые монеты. Однако в конце III века н.э. Pagus Santonum вступил в новую эру процветания, и его северная часть также процветала после того, как она была интегрирована в Аквита́нию. Римляне также проявляли интерес к «стране оль́х» и начали вырубать Лес Арженсо́н на его восточной границе. В I веке н.э. они построили римскую дорогу, соединяющую Mediolanum Santonum (Сент) с Juliomagus (Анже́), но она обходила Они́ стороной, поэтому в этом огромном лесу были прорублены просеки, в частности, в Вуэ́. Здесь были восстановлены остатки галло-римской виллы вместе со многими фрагментарными находками. В Сен-Жорж-дю-Буа́, ранее Арженто́не, римляне построили небольшой амфитеатр. В IV веке н.э. римляне решили вырубить Лес Арженсо́н вдоль южных берегов Пиктоне́ского залива, который с древних времен был занят кельтами. Современный Лес Бено́н находится в этой области, где римляне также основали ви́ллы, названия которых сохранились до наших дней, такие как галло-римский участок Брёй-Берте́н в коммуне Сен-Уэ́н-д’Они́, или старый Нобилиа́ко – ныне коммуна Нуайе́-д’Они́, или вилла Лигуриа́ко в Сен-Совё́р-д’Они́. Эти попытки вырубки леса и колонизации увенчались успехом, хотя и с опозданием, но были прерваны вторжениями в V веке н.э. Таким образом, «варварские» народы запечатали падение Западной Римской империи, с грабежами и разрушениями, от которых не избежала и Санто́ния. Провинция была занята вестготами с начала V века н.э., а затем франками, которые захватили власть после своей победы в Вуйе́ в 507 году н.э.
"pagus alnensis" в средние века
В средние века Аунис вновь был заброшен, как бы "не замечая" варваров, которые, впрочем, присвоили себе великие римские дороги во время своих вторжений. С момента поселения франков в VI веке до эпохи Каролингов в IX веке власть в провинции оставалась нестабильной и самодостаточной. Именно при Каролингах Сент-Онг окончательно вошел в письменную историю. Его название, Pagus Alnensis, впервые упоминается в 785 году. Он находился под контролем графов Пуату. К концу X века, после падения власти Каролингов, Аунис отделился от Сент-Онга и обрёл свою первую столицу – Шателлион. В IX и X веках графы Пуату поспешили укрепить побережье Ауниса. Они возвели четырёхбашенную крепость в Шателлионе, чтобы противостоять угрозе викингов. Однако повторные набеги норманнов вглубь страны, по рекам и ручьям, создавали серьёзную незащищённость. Поэтому в IX веке герцог Пуату построил укреплённый город Суржер, также называемый каструмом Бенона, с "башней, стоявшей посреди площади, окружённой двумя дорогами и тремя рвами". В конце XI века графы Пуату обратили внимание на заброшенные низины региона и сделали их приоритетными. Прежде всего, они поощряли основание могущественных аббатств после расчистки Арженсонского леса. Аббатство Грас-Дьё было построено в Беноне, став первым цистерцианским аббатством, основанным в Аунисе, и активно участвовало в движении по освоению лесов. Расчистки открыли путь в древний лес для основания деревень и занятия земледелием (пшеница, овёс, ячмень), а также для посадки виноградников. Могущественные монастыри, опираясь на поддержку феодалов, способствовали освоению Ауниса в XI веке. Однако основные земляные работы были завершены в XII и XIII веках; лишь гораздо позже эти территории превратились в "равнину" Ауниса. На побережье солёные воды стали пригодными для добычи соли, что принесло Аунису богатство, и к концу XI века его процветание было обеспечено. Шателлион быстро стал крупнейшим укреплённым городом в Аунисе и важным портом для вывоза соли из Ауниса и вина из Сент-Онга. В 1130 году провинция оказалась под контролем Вильгельма X, герцога Аквитанского, который принёс в приданое Элеонору Аквитанскую Людовику VII Французскому, а затем, после их развода и повторного брака, королю Генриху II Английскому. Аунис вернулся под власть Франции с Людовиком VIII в 1224 году, но был восстановлен Бретонским договором в 1360 году Иоанном II Добрым. Это зависимое положение было отброшено в 1371 году, и провинция вернулась к королю Франции Карлу V.
Рождение провинции
В 1374 году король официально отделил Сентонж и учредил Аунис: "В 1374 году Карл V отделил Ла-Рошель от Сентонжа, чтобы создать провинциальное правительство, включающее в себя юрисдикции Рошфора, Марен и, на некоторое время, Бенона. Таким образом, Аунис юридически стал отдельной провинцией."