Введение

Древнеяпонский клан Хата (Hata) был иммигрантским кланом, действующим в Японии с периода Кофун (250538), согласно истории Японии, изложенной в Нихон Шоки. Хата - японское прочтение китайской фамилии Цинь, данной государству Цинь и династии Цинь (предшественное имя было Инь), а также их потомкам, основанным в Японии. Нихон-шоки представляет Хату как клан или дом, а не как племя; только члены главной семьи имели право использовать имя Хата. Хату можно сравнить с другими семьями, которые прибыли с континента в период Кофун: потомки китайской династии Хань, через принца Ачи но Оми, предка клана Ая, клана Саканоэ, клана Тамура, Харада и клана Акидзуки, а также потомки китайской династии Цао Вэй через клан Такамуко.

Происхождение

Говорят, что Хата пришли в Японию из Китая через китайское командирство Лэланг, затем через королевство Бэкче (оба на Корейском полуострове). Лэланг, недалеко от современного Пхеньяна, был крупнейшим из Четырех Командировок Хан, созданных в 108 году до н.э. в районах, захваченных после завоевания государства Виман-Чосон (194 г. до н.э. 108 г. до н.э.), что соответствует нынешней Северной Корее, императором Ву из китайской династии Хан. Поток китайской иммиграции на Корейский полуостров продолжался без остановки, внедряя китайскую культуру и технологии. Некоторые ученые говорят, что клан Хата не происходил из Бэкцзе, а из Силла или Гая. Первый лидер Хаты в Японии, Узумаса но Кими Сукуне, прибыл во время правления императора Чуай, во 2-м веке нашей эры. Согласно Нихон-шоки, японской летописи периода Хэйан, он и его последователи были тепло встречены, а Узумаса получил высокое правительственное положение. Примерно сто лет спустя, во время правления императора Оджина, Юдзуки но Кими (弓月君) посетил Японию из королевства Бэкче в Корее. Он давно хотел эмигрировать в Японию, но Королевство Силла не позволило ему этого сделать. Насладился опытом встречи с 120 людьми из его клана в Мимане. Юдзуки-но-Кими покинул Японию, но вскоре вернулся в 283 году с дополнительными членами своего клана "из 120 районов своей собственной земли", а также с огромным богатством сокровищ, включая драгоценности, экзотические текстильные изделия, серебро и золото, которые были представлены императору в качестве подарка. Говорят, что Хата происходят от Юдзуки но Кими, который, как утверждается, был потомком Цинь Ши Хуан, первого императора династии Цинь.

Распространение

Хаты были самыми видными жителями бассейна Киото в то время, когда эта область вошла в историю, в 6 и 7 веках. Говорят, что Хата умело разбирались в финансовых вопросах и ввели в Японию шелководство и ткачество. По этой причине их, возможно, ассоциировали с гребнем кагоме, решетчатой формой, используемой при ткачестве корзин. Во время правления императора Нинтоку (313-399) члены клана были отправлены в разные части страны, чтобы распространить знания и практику сероводства. Члены этого клана также служили финансовыми советниками двора Ямато в течение нескольких столетий. Первоначально приземлившись и поселившись в Идзумо и районе Саньё, Хата в конечном итоге поселились в районах, где сейчас находятся самые важные города Японии. Говорят, что они помогли в создании Хэйан-кё (современного Киото), а также многих синтоистских святынь и буддийских храмов, включая Фушими Инари Тайшу, Мацуноо Тайшу и Корю-дзи. Император Юряку дал клану фамилии Узумаса в 471 году в честь вклада Саке но Кими в распространение сероводства. В течение следующих нескольких столетий им было предоставлено право на статус (кабане) Мияцуко, а позже и Мимики. Ряд кланов самураев, включая клан Чосокабе из Шикоку, клан Кавакацу из Танба и клан Джинбо из провинции Эчиго, утверждали, что происходят от Хаты. Клан Коремуне, также якобы происходивший от императора Цинь, также был связан с Хатой. Принц Коман О поселился в Японии во времена правления императора Оджина (ок. 310). Его преемники получили имя Хата. Это имя было изменено на Koremune в 880 году. Жена Шимазу Тадахиса (11791227) (сын Минамото но Йоритомо и предшественник клана Шимазу Кюсю), была дочерью Коремуне Хиронобу. Население Неягава в префектуре Осака включает в себя ряд людей, которые утверждают, что происходят от Хата. Города Охата и Яхата не имеют прямого отношения к клану Хата. Хата также были заявлены как предки Зеами Мотокио, премьер-премьером Но драматург в истории, который приписывает происхождение Но Хата но Кавакацу. Согласно записям Зеами, Кокацу, предшественник линий Кандзе и Компару Но, ввел ритуальные танцы в Японию в шестом веке; эта форма позже превратилась в Окину, а затем в Но. Более важным влиянием на формирование и характер но является китайский ритуал нуо. В то время как саньюэ (сангаку) и даэк повлияли на развитие но в плане драматической структуры и представления, ритуал нуо сыграл значительную роль в формулировании религиозного и ритуального характера и особенностей но.

Теория еврейской родословной

Гипотеза о том, что клан Хата был еврейским племенем несторианцев, была предложена Саэки Йоширо в 1908 году. Саэки разработал теорию, описанную Беном Ами Шилони как "несколько похожую" на теорию, выдвинутую Норманом МакЛеодом в 1879 году. В 1879 году шотландский бизнесмен Норман МакЛеод, который жил в Японии с 1867 года, опубликовал книгу "Нагасаки, Япония и потерянные племена Израиля". Основываясь на "личных исследованиях и наблюдениях", книга определила японцев как потомков Десяти потерянных племен Более чем через тридцать лет, в 1908 году, Саэки Йоширо (1872-1965), профессор Университета Васеда, христианин и эксперт по китайским несторианцам, опубликовал книгу, в которой он разработал несколько похожую теорию. Согласно Саэки, клан Хата, прибывший из Кореи и поселившийся в Японии в третьем веке, был еврейским племенем несторианцев. Писания Саэки распространили теорию о "общей родословной японцев и евреев" (Ничи Ю досорон) в Японии, теорию, которая была одобрена некоторыми христианскими группами. Нет никаких доказательств, включая современный анализ ДНК, чтобы поддержать эту гипотезу. Недавно опубликованное исследование генетического происхождения японцев не подтверждает генеалогическую связь, как это утверждает Саэки. Исследователь и автор Джон Энтин подчеркивает, что доказательства ДНК исключают возможность существенных связей между японцами и евреями.