Введение

Эдвард Томпсон (25 июня 1881 – 15 июля 1954) – английский инженер-железнодорожник и главный инженер-механик Лондонской и Северо-Восточной железной дороги с 1941 по 1946 год. Эдвард Томпсон родился в Марлборо, Уилтшир, 25 июня 1881 года. Он был сыном Фрэнсиса Томпсона, помощника преподавателя в колледже Марлборо. Он получил образование в Марлборо, после чего изучал механику в Пемброк-колледже Кембриджского университета, получив диплом третьей степени. Томпсон начал свою карьеру на железной дороге после окончания образования, в отличие от своего предшественника Найджела Гресли, который также учился в Марлборо, но после получения практического опыта в качестве ученика на заводе Horwich Works.

Биография

Эдвард Томпсон родился в Марлборо, Уилтшир, в семье Фрэнсиса Томпсона. Его дед, Фрэнсис, владел портничной мастерской в Лондоне. Он получил образование в колледже Марлборо, как и его предшественник. После окончания колледжа Марлборо он поступил в Пемброк-колледж, где испытал влияние сэра Джорджа Стоукса, и в итоге получил диплом с отличием третьего класса.

Карьера до группировки

После окончания учебы Томпсон некоторое время работал в промышленности и на железных дорогах. Он начал свою карьеру учеником в чертежной конторе Beyer, Peacock, а затем перешел на работу в депо Дерби Мидлендской железной дороги. К 1910 году он был помощником начальника локомотивного депо Северо-Восточной железной дороги (NER), и в этом качестве давал показания на расследовании катастрофы, произошедшей 15 ноября 1910 года между двумя грузовыми поездами в Дарлингтоне. В 1912 году он был назначен начальником вагонного хозяйства в Донкастере на Великой Северной железной дороге (GNR). Он служил в вооруженных силах во время Первой мировой войны, дважды был упомянут в донесениях и награжден орденом OBE (Военное отделение) за участие в битве при Пашендейле. После демобилизации он вернулся к работе на железных дорогах, попеременно работая на вагонных заводах в Дарлингтоне и Донкастере, и, соответственно, на Северо-Восточной и Великой Северной железных дорогах. В 1920 году он вернулся в NER в Йорке в качестве начальника вагонного хозяйства и присоединился к LNER после объединения компаний. В 1930 году он стал управляющим мастерской на заводе в Стратфорде и смог внести значительные улучшения, хотя планировка завода не позволяла провести там масштабные изменения. В 1934 и 1938 годах он работал инженером-механиком в Дарлингтоне и Донкастере соответственно, а в 1941 году, после смерти Найджела Греслі, стал главным инженером-механиком (CME) Лондонской и Северо-Восточной железной дороги (LNER). Эдвард Томпсон женился на Гвендолин Рейвен, дочери сэра Винсента Рейвена, главного инженера-механика Северо-Восточной железной дороги. После смерти Гвен в 1938 году он почувствовал себя очень одиноким. Во время Второй мировой войны он случайно встретил Ричарда Харди, который без разрешения работал на паровозе. Томпсон проникся симпатией к мальчику, и они вместе сели на поезд до Донкастера, где Томпсон с большим энтузиазмом рассказывал ему о текущих проектах. Ричард Харди присоединился к LNER и стал частью конструкторской группы Томпсона.

Пенсия и смерть

Эдвард Томпсон вышел в отставку в июне 1946 года после 5 лет работы на этом посту в возрасте 65 лет, и его сменил Артур Пепперкорн. Первый локомотив его последней разработки, A2/3, поступил в эксплуатацию 24 мая и был назван в честь своего конструктора, совпав с тем, что он стал 2000-м двигателем, построенным в Донкастере. На церемонии присвоения имени сэр Рональд Мэтьюс воздал должное уходящему главному механику (CME), поблагодарив его за службу компании в трудные военные годы. После выхода на пенсию он регулярно посещал Институт инженеров-механиков, MCC и Оксфордский и Кембриджский университетский клуб на Пэлл-Молл. Он посещал лекции в Институте инженеров-механиков, но не высказывал комментариев, не проводил исследований и не представлял доклады. Он поддерживал дружеские отношения с другими главными механиками, такими как Уильям Станиер, оба из которых поздравляли друг друга с выпуском новых локомотивов, в частности, с их проектами локомотивов смешанного типа, его преемником Артуром Пепперкорном и бывшим коллегой, главным механиком Южной железной дороги, Оливером Буллейдом. Все четверо вместе присутствовали на открытии испытательной станции локомотивов в Регби в 1948 году. Он продолжал интересоваться железнодорожной отраслью, проявляя интерес к программе стандартизации British Railways, разрабатываемой под руководством Роберта Риддлза, которая перекликалась с его собственными идеями и изменениями, внедренными во время войны. Члены его команды, такие как Эдвард Уиндл, присоединились к инженерному составу British Railways. Он скончался ночью на 14 июля 1954 года в Северном Уэльсе, страдая от сильных болей в груди. По его желанию, его похороны были проведены Англиканской церковью без присутствия друзей или родственников. Большая часть его имущества перешла его сестре, а часть – его друзьям.

Томпсон против Гресли

Было предположено, что этих двоих можно считать соперниками. Если бы объединение не произошло, Томпсон имел все шансы стать главным инженером-механиком Северо-Восточной железной дороги, а возможно, и самой LNER. Учитывая соперничество между Great Northern Railway и North Eastern Railway, а также разногласия Гресли с сэром Винсентом Рейвеном, главным инженером-механиком NER и отцом жены Томпсона, такая интерпретация действий Томпсона в военные годы представляется вполне обоснованной. На самом деле, Томпсон отзывался о Гресли как о "величайшем британском конструкторе локомотивов со времен Черчварда". Однако он также отмечал односторонность Гресли в приоритете дизайна над всем остальным, например, в его специализации на обслуживании подвижного состава. Очевидно, несмотря на различия в инженерных взглядах и подходах, Томпсон глубоко восхищался Гресли и надеялся усовершенствовать работу своего предшественника. Берт Спенсер отмечает, что Томпсон внедрил множество изменений для повышения производительности, в то время как Гресли и Буллейд уделяли основное внимание проектированию локомотивов.

Томпсон в роли КМЭ

Некоторые утверждали, что совет директоров LNER не имел конкретного преемника и обращался в различные железнодорожные компании в поисках подходящей кандидатуры. Однако Саймон А. К. Мартин, проанализировав протоколы заседаний совета директоров LNER того времени, не обнаружил никаких подтверждений этому утверждению. Среди инженеров, к которым якобы обращались, были главный инженер Southern Railway и бывший коллега Оливер Буллейд, Дж. Ф. Харрисон, впоследствии спроектировавший локомотив «Герцог Глостер», помощник Гресли и будущий преемник Томпсона Артур Пепперкорн, а также будущий историк железных дорог Э. С. Кокс. Рассказы о Пепперкорне часто намекают на то, что Томпсон использовал свой опыт и политическое влияние, чтобы обойти Пепперкорна. Совет директоров LNER постоянно обсуждал потенциальные будущие назначения, что отражено в протоколах заседаний, начиная с 1930-х годов, однако нет никаких записей о обсуждении кандидатуры на должность главного инженера, даже учитывая приближение Гресли к пенсионному возрасту к концу 1941 года. Хотя это можно интерпретировать по-разному, одна из интерпретаций заключается в том, что ожидалось, что Эдвард Томпсон займет должность главного инженера благодаря своему опыту в обслуживании локомотивного парка и подвижного состава. В 1939 году совет директоров LNER создал так называемый Чрезвычайный совет для руководства железной дорогой в военное время. В состав совета входили директора, заинтересованные стороны, а также инженеры и представители правительства. За шесть месяцев до смерти сэр Найджел Гресли серьезно заболел и перестал посещать некоторые заседания совета, отправляя вместо себя Эдварда Томпсона, Артура Пепперкорна, иногда Дж. Ф. Харрисона или двоих из них. На этих заседаниях Томпсон исполнял обязанности главного инженера, а Пепперкорн – его помощника. Согласно протоколу № 2823 совета директоров LNER, через 23 дня после кончины сэра Найджела Гресли, Чрезвычайный совет LNER зафиксировал потерю выдающегося инженера и на том же заседании назначил Эдварда Томпсона главным инженером. LNER понимал, что Томпсон – опытный инженер, способный временно возглавить железную дорогу и вывести ее из сложной ситуации военного времени.

Восстановление локомотивов Гресли

Томпсон не соглашался с Гресли по многим вопросам, и самое большое разногласие между ними касалось конъюгированной клапанной передачи Гресли для трехцилиндровых двигателей. Эта передача работала хорошо в мирное время, но испытывала проблемы из-за недостаточного обслуживания во время Второй мировой войны, что дало Томпсону основание для критики конструкции. Сам Томпсон описал конъюгированную клапанную передачу как единственную реальную неудачу Гресли, но отметил, что сам Гресли не признавал никаких неудач в своей работе. Эдвард Томпсон представил совету директоров LNER внутренний отчет в 1942 году о разработке, строительстве и обслуживании локомотивов. Он обратился к сэру Уильяму Станиеру с просьбой подготовить доклад о парке локомотивов с конъюгированной клапанной передачей, который Станиер передал Э. С. Коксу. Их провели по локомотивным мастерским LNER и предоставили части клапанного механизма для осмотра. Доклад был написан Коксом и подписан Станиером, датирован 8 июня 1942 года и озаглавлен «Доклад о конъюгированной клапанной передаче Гресли «2 к 1» на трехцилиндровых локомотивах L.N.E.R.». В докладе Э. С. Кокс критиковал клапанную передачу, которая была более склонна к поломкам в условиях военного времени, и дал три основных рекомендации: прекратить строительство трехцилиндровых локомотивов с конъюгированной клапанной передачей; переоборудовать некоторые из конъюгированных локомотивов с экспериментальной установкой трех комплектов клапанной передачи; и модифицировать существующий парк для устранения склонности к поломкам среднего шатуна. В связи со значительным сокращением доступной рабочей силы для обслуживания и необходимой квалификации для обслуживания клапанной передачи во время Второй мировой войны, Эдвард Томпсон получил одобрение совета директоров на переоборудование некоторых наиболее проблемных локомотивов конструкции Гресли. Класс P2, состоящий из шести неидентичных паровозов, вызывал опасения из-за низкого годового пробега и доступности по сравнению с другими локомотивами Gresley Pacific. Другие проблемы класса включали поломки кормовых осей на низких скоростях, перегрев буксовых подшипников, высокое потребление топлива, трещины в соединениях рамы, вызывающие расширение пути на главной линии Эдинбург-Абердин. После отправки переоборудованного локомотива W1 4-6-4 для работы и сравнения с локомотивами P2 Mikado в Шотландии в 1942 году, экспериментальный локомотив оказался столь же способным тянуть поезда на главной линии Эдинбург-Абердин, что подтвердило идею о том, что шесть сцепленных локомотивов могут заменить шесть нестандартных локомотивов. Томпсон приступил к первой экспериментальной переоборудованию № 2005 Thane of Fife, поскольку он имел самый низкий годовой пробег и считался худшим из P2. Переоборудованный локомотив появился в середине 1943 года и к концу года прошел 45 732 мили, значительно превзойдя показатели P2. Артур Пепперкорн представил совету директоров отчет о работе переоборудованного локомотива, получивший высокую оценку, и совет директоров одобрил переоборудование оставшихся пяти локомотивов. Переоборудованные локомотивы стали одними из самых эффективных, с высоким пробегом и доступностью. Позже Э. С. Кокс, автор доклада, выступавшего против использования конъюгированной клапанной передачи Гресли, предположил, что программа переоборудования Томпсона была направлена на избавление LNER от наследия Гресли. Это утверждение повторялось и в наши дни, но подтверждается небольшим количеством доказательств. Кроме того, несмотря на то, что другие главные инженеры также переоборудовали работы своих предшественников, только программа переоборудования Томпсона привлекала столь пристальное внимание и тщательное изучение, несмотря на схожие обоснования.

Великий Север

Возможно, самым большим предметом споров, связанным с Томпсоном, является его решение перестроить пионерский локомотив класса Gresley A1 Great Northern по собственному проекту. Некоторые обвиняют Томпсона в том, что его личные чувства к Гресли затуманили его рассудок. Однако на самом деле выбор локомотива не был решением главного инженера (CME), а был сделан руководителем тяги и утвержден финансовым отделом LNER. Такое решение принималось на основе возраста локомотива, общего пробега, пробега с момента последнего ремонта и общего состояния. Great Northern, будучи первым локомотивом Gresley Pacific, эксплуатировался с 1922 года, в то время находился на ремонте и поэтому был выбран из соображений практичности. Конструкция локомотива сохранила характерные черты дизайна Гресли, включая котел по схеме № 107, также использовавшийся на локомотивах A4, дымовую камеру с двойным дымоходом Kylchap и систему тяги, а также внешне оставался похожим на локомотив Gresley. Томпсон применил раздельный привод на среднем цилиндре и был вынужден переместить ведущие колеса вперед, чтобы разместить средние цилиндры. Получившийся локомотив ни в коем случае нельзя назвать неудачным, вопреки утверждениям о его низкой производительности. Он был надежным и достиг большого пробега, став локомотивом Thompson Pacific с наибольшим пробегом к моменту снятия с эксплуатации, не уступая Gresley A4 и Peppercorn A1. Часть споров, вероятно, возникла из-за потери имени Great Northern и неверного понимания Томпсоном отношения к локомотиву. Томпсон не любил давать имена локомотивам и был возмущен, когда первый из его локомотивов B1 под номером 8301 был назван Springbok в честь визита Яна Сматса. Аналогично, когда локомотивы Thane of Fife и другие P2 были перестроены и введены в эксплуатацию, таблички с их именами не были установлены. После ввода в эксплуатацию Thane of Fife прошел обширные сравнительные испытания на шотландском участке LNER с еще не перестроенными P2, после чего таблички с именами были установлены вновь. Однако урон был нанесен. Многие сотрудники, работавшие под руководством Гресли и Томпсона, ранее служили в GNR и, возможно, опасались потери имени, символизировавшего их происхождение, а также роли Great Northern как первого Gresley Pacific, ознаменовавшего новую эру гламура и инноваций в локомотивостроении. Томпсон, возможно, также намеревался сделать пионерский локомотив Gresley Pacific флагманом собственных разработок, однако его ранний выход на пенсию и возвращение Peppercorn к традиционным методам проектирования привели к тому, что его локомотивы выглядели чужеродно по сравнению с машинами его предшественника и преемника. Учитывая отношение сотрудников LNER и железнодорожных энтузиастов к Great Northern, особенности конструкции перестроенного локомотива и его роль в истории локомотивостроения LNER, неудивительно, что Томпсон не пользовался популярностью ни у своих подчиненных, ни у энтузиастов.