Развитие танков в межвоенный период и Первая мировая война.

Введение

Танки были впервые развернуты в Первой мировой войне, созданные для преодоления тупиковой ситуации траншейной войны. В период между двумя мировыми войнами танки продолжали совершенствоваться. Несмотря на то, что они продемонстрировали свою эффективность на поле боя, лишь немногие страны обладали промышленными ресурсами, необходимыми для их проектирования и производства. Великобритания и Франция были пионерами в разработке танков во время и после Первой мировой войны, и их модели часто служили образцом для других стран. Однако это первоначальное преимущество постепенно ослабевало в 1930-х годах, переходя к Советскому Союзу и, в меньшей степени, к нацистской Германии.

Общие изменения

Окончательные конструкции танков 1918 года были обусловлены рядом разработок и демонстрировали несколько тенденций в танкостроении. Одним из примеров стал совместный американо-британский танк Mark VIII, задуманный как тяжелый танк, который мог использоваться обеими странами, а также французами. Целью создания этого танка было устранение недостатков более ранних британских тяжелых танков. Длина Mark VIII составляла 34 фута (10 метров), а вес – 37 тонн. Он был оснащен V-образным 12-цилиндровым двигателем мощностью 300 лошадиных сил (224 киловатта) и мог развивать максимальную скорость 7 миль в час (11 километров в час) на пересеченной местности. Всего было построено 100 таких танков. Именно более легкий Renault FT задал стандарт для почти всех последующих танков. Этот танк отличался низким профилем ходовой части и компактным корпусом, а также наличием башенной артиллерийской системы. В мировом масштабе рассматривались различные типы танков, и значительная часть усилий по разработке была направлена на легкие танки, которые были полезны главным образом против пехоты или для колониальной полиции. Мировые экономические трудности 1920-х и 1930-х годов привели к повышенному вниманию к легким танкам, поскольку они были значительно дешевле в производстве, чем средние или тяжелые танки. Однако Испанская гражданская война показала, что танковые сражения и противостояние танков с противотанковыми орудиями станут ключевым фактором в будущем танковой войны. Стало очевидно, что танки должны быть хорошо бронированы и оснащены более мощным вооружением. Форма танка, ранее определявшаяся исключительно требованиями преодоления препятствий, теперь стала компромиссом между низким силуэтом, желательным для скрытности, и снижением веса. В Великобритании было проведено обширное изучение будущего танковой войны, и существовали определенные различия во взглядах. В то время как и Дж. Ф. К. Фуллер, и Базил Лидделл Гарт предвидели войну, в которой все рода войск – пехота, танки и артиллерия – будут механизированы, теории Фуллера предполагали создание ударных группировок, включающих артиллерию, пехоту и инженерные войска, размещенные на машинах, способных поддерживать темп танков. Он предвидел, что армии будут использовать мощные ударные группировки для прорыва обороны противника, позволяя более легким и быстрым подразделениям совершать стремительные наступления, не давая противнику восстановить оборону. Лидделл Гарт считал, что бронетехника должна перевозить свою собственную пехотную поддержку, подобно тому, как современные военные корабли несут морскую пехоту; он также предлагал использовать обходные маневры, избегая прямого столкновения с обороной противника. В конце 1920-х годов британская армия создала Экспериментальные механизированные силы для испытания этих теорий и решения основных проблем управления, контроля и командования ударными группировками, включая использование авиации. Многие подразделения, участвовавшие в этих силах, были передислоцированы в Северную Африку, где их опыт сыграл важную роль в успехе британской кампании в Восточной Африке и первоначальных успехах генерала Уэвелла в кампании в Западной пустыне. Британская армия использовала три класса танков: «пехотный танк» для поддержки пехоты, «крейсерский танк» для быстрых встречных боев и разведки и «легкий танк» для разведки, сопровождения и поддержания внутренней безопасности. В США Дж. Уолтер Кристи разработал серию скоростных танков, основанных на его революционной подвеске Кристи. Эта подвеска сочеталась с очень высоким отношением мощности к весу, достигаемым за счет установки в танки мощных авиационных двигателей. Хотя его прототипы были способны развивать очень высокие скорости, а в некоторых случаях предназначались для воздушно-десантной переброски, разногласия с Артиллерийским корпусом армии США и высокая стоимость (по сравнению с тем, что американские военные были готовы заплатить) привели к тому, что они так и не были запущены в серийное производство в США. Однако прототипы Кристи были приобретены Советским Союзом и впоследствии были разработаны в танки БТ, а затем, накануне Второй мировой войны, в знаменитый Т-34. Успех серии БТ, наблюдаемый Фуллером на российских армейских маневрах, побудил британцев приобрести танк Christie M1931, импортированный как «трактор», что привело к использованию подвески Кристи в конструкции британских крейсерских танков, таких как A13 Cruiser Mk IV, Crusader и другие. Сегодня может быть трудно понять, почему идея танка встречала сопротивление со стороны руководства многих армий. Частично это объясняется тем, что автомобильная промышленность находилась в зачаточном состоянии. Танки справедливо считались ненадежной и проблемной техникой вплоть до начала 1930-х годов. Слабые двигатели, неисправные трансмиссии и хрупкие, недолговечные гусеницы способствовали этой репутации. Непонимание сопротивления танкам со стороны «традиционного» военного руководства можно частично объяснить этим: танковый батальон, потерявший большую часть своих машин из-за механических поломок во время 50-мильного марша, не является надежным активом в бою. Международный успех танка Vickers Six Ton обусловлен скорее его высокой надежностью, чем гениальностью конструкции. Однако по мере развития десятилетия двигатели, трансмиссии и гусеницы совершенствовались. К началу Второй мировой войны были доступны надежные двигатели и трансмиссии, а также скоростные подвески. Еще одной тенденцией периода между войнами стали изменения в методах производства. Франция стала пионером в использовании крупных отливок для изготовления масок орудий, башен и, в конечном итоге, с SOMUA S35 – целых корпусов танков. Широкое использование литья было скопировано США и СССР, а в меньшей степени – Великобританией. Литье позволяет быстро производить компоненты с хорошими баллистическими характеристиками. Германия мало использовала крупные отливки, ограничиваясь небольшими деталями, такими как маски орудий. Сварка постепенно вытесняла клепку и болтовое соединение в качестве способа соединения броневых листов. Клепки могут срезаться при попадании вражеского огня, что приводит к дополнительным потерям среди экипажа. Германия и СССР лидировали в области сварки, хотя США также быстро освоили эту технологию. Клепка и болтовое соединение оставались в использовании в некоторых странах, таких как Венгрия, Япония и Италия, а в меньшей степени – в Соединенном Королевстве вплоть до конца Второй мировой войны. Наконец, США и СССР лидировали в рационализации конструкции для ускорения производства, устраняя ненужные компоненты или этапы производства, которые мало влияли на ценность. Напротив, французские и немецкие танки довоенного (и даже военного) времени часто включали элементы, которые увеличивали стоимость или сложность производства непропорционально их боевой эффективности.

The final tank designs of 1918 were influenced by a number of developments and demonstrated several trends in tank design. One such example was the joint US and British Mark VIII tank, which was envisioned as a heavy tank design that could be utilized by both nations as well as the French. The purpose of this tank was to address the limitations of earlier British heavy tanks. The Mark VIII measured 34 feet (10 meters) in length and weighed 37 tons. It was powered by a 300 horsepower (224 kilowatt) V 12 engine and could reach a top speed of 7 miles per hour (11 kilometers per hour) across difficult terrain. Only 100 of these tanks were built. It was the lighter Renault FT that would set the standard for nearly all tanks that followed it. This tank featured a lower track profile and a more compact hull, as well as a turret mounted weapon system. Worldwide, several types of tanks were considered, and much of the development effort went into light tanks that were useful primarily against infantry or for colonial police type work. The worldwide economic difficulties of the 1920s and 1930s led to an increased emphasis on light tanks as they were much cheaper to produce than medium or heavy tanks. However, the Spanish Civil War showed that tank versus tank engagements and tank versus towed anti tank gun engagements would now be a major consideration for the future of tank warfare. It became clear that tanks would need to be heavily armoured and carry larger guns. Tank shape, previously guided purely by considerations of obstacle clearance, now became a trade off between a low profile, desirable for stealth, and weight savings. In the UK, a great deal of study on the future of tank warfare was carried out, and there were some differences. Whilst both J. F. C. Fuller and Basil Liddell Hart foresaw a war where all arms, infantry, tanks, and artillery, would be mechanised, Fuller's theories looked at all arms formations with artillery, infantry, and military engineers mounted on similar vehicles to keep pace with the tanks. He foresaw armies using heavy all arms formations to break through opponents defences, allowing lighter, faster units to make rapid advances, thereby not allowing the enemy to re establish any defences. Liddell Hart considered that armoured vehicles would carry their own supporting infantry, in much the same way as modern warships carry their own marine detachments; he also proposed using indirect attack, effectively going around any defences. During the late 1920s the British Army established the Experimental Mechanized Force, to test these theories and look at the basic problems of managing, controlling and commanding all arms formations, including the use of aircraft. Many of the units involved in this force were posted to North Africa, where their experience played a major part in the British success in the East African Campaign and General Wavell's initial successes in the Western Desert campaign. The British used three classes of tank: the 'Infantry tank', for supporting the infantry; the 'Cruiser tank', for fast moving encounter battles and reconnaissance; and the 'light tank', for reconnaissance, escort and internal security. In the U. S., J. Walter Christie developed a series of fast tanks, based on his revolutionary Christie suspension system. This was combined with very high power to weight ratios achieved by fitting large aircraft engines in his tanks. Although his prototypes were capable of very high speeds, and in some cases designed to be air transportable, disputes with the United States Army Ordnance Corps and a high price (compared with what the US military was willing to pay) meant they were never produced in the USA. Christie's prototypes were however purchased by the Soviet Union, and were to be developed into the BT tanks and eventually, on the eve of World War II, the famous T 34. The success of the BT series, when observed by Fuller at Russian Army maneuvers influenced the British to buy a Christie M1931 tank, imported as a "Tractor", which led to Christie's suspension incorporated into British
cruiser tank designs such as the A13 Cruiser Mk IV, Crusader, and others. Today it may be difficult to understand why the tank idea found such resistance from the leadership of several armies. Part of the explanation is that the entire automotive industry was in its infancy. Tanks were rightly considered unreliable, troublesome equipment as late as the early 1930s. Weak engines, poor transmissions, and fragile, short life tracks contributed to this reputation. The otherwise incomprehensible resistance to tanks from 'traditional' military leadership can be partly understood in this light; a tank battalion that loses most of its vehicles due to mechanical failure on a 50 mile movement is not a reliable asset in combat. The international success of the Vickers Six Ton tank is due more to its high reliability than any brilliance in the design. However, as the decade passed, engines, transmissions and tracks all improved. By the beginning of World War II, reliable engines and transmissions, as well as high speed suspension designs were all available. A final trend in the between the wars period was changes in manufacturing methods. France pioneered the use of very large castings to form gun mantlets, turrets and eventually, with the SOMUA S35, entire tank hulls. The widespread use of casting was copied by the US and USSR, and to a lesser extent in the UK. Casting enables the fast manufacture of ballistically well shaped components. Germany never made much use of large cast components, limiting casting to smaller items such as mantlets. Welding gradually replaced riveting and bolting as a means of fastening rolled armor plate together. Rivets can shear off when struck by enemy fire, resulting in additional crew casualties. Germany and the USSR led the way with welding, although the US followed closely. Riveting and bolting remained in use in some countries such as Hungary, Japan, and Italy, and to a lesser extent, in the United Kingdom right to the end of World War II. Finally, the US and USSR led the way in rationalizing designs for fast production, eliminating unnecessary components or manufacturing steps that added little value. In contrast, French and German pre war (and even wartime) tanks often incorporated features that added cost or manufacturing complexity out of proportion to their combat value.

Великобритания

После Первой мировой войны в Великобритании было проведено множество экспериментов с бронетехникой. Наиболее значительные успехи были достигнуты в области подвесок, гусениц, связи и организации этих машин на поле боя. Британские разработки, особенно от компании Vickers Armstrong, легли в основу многих наиболее распространенных танков 1930-х годов и начала Второй мировой войны. Например, шеститонный танк Vickers стал основой для польского 7TP, советского Т-26, а также оказал значительное влияние на итальянские серии M11 и M13 и чешский LT 35. Шеститонный танк Vickers не был принят на вооружение британской армии. Другим заметным проектом был Vickers Medium Mk II – ключевая разработка, объединившая лучшие черты танков Первой мировой войны в гораздо более быстроходную машину. Он имел полностью вращающуюся башню, как у FT, но был оснащен 3-фунтовой пушкой двойного назначения (способной стрелять как осколочно-фугасными, так и бронебойными снарядами) с коаксиальным пулеметом. Также в его оснащение входили радиостанция, пулеметная позиция в передней части корпуса и ограниченное использование наклонной брони. Некоторые из этих танков участвовали в боевых действиях во Второй мировой войне, однако основная значимость конструкции заключается в большом количестве решений, которые были использованы в более поздних моделях танков. Носители пулеметов Vickers Carden Lloyd повлияли на концепцию танкетки благодаря экспорту и аналогичным разработкам, таким как советский Т-27, итальянский CV 33, немецкий Panzer I и другие копии. Менее значимым, но также примечательным проектом был Vickers A1E1 "Independent", представлявший собой крупный тяжелый танк, построенный в 1925 году. Он имел большую главную башню и четыре малые башни. Эта концепция впоследствии была использована в советских танках Т-28 и Т-35, а также в немецком Neubaufahrzeug. Лидделл Харт и Фуллер выступали за замену кавалерии бронетехникой. Их оппоненты неверно истолковали их (либо по ошибке, либо намеренно) как сторонников создания исключительно танковых войск, хотя они подчеркивали необходимость механизации артиллерии и пехоты для достижения скорости и маневренности, сопоставимых с танками, и эксперименты были свернуты. Выдающимся достижением британской армии стало создание Экспериментальных механизированных сил в конце 1920-х годов. Это было небольшое подразделение размером с бригаду, созданное для полевых испытаний танков и другой техники. Подразделение стало пионером в широком использовании радиосвязи для управления небольшими, рассредоточенными подразделениями. Однако существование этого подразделения было недолгим. В конечном итоге, к 1930-м годам британские эксперименты и стратегическая обстановка привели к программе разработки танков, включавшей три основных типа: легкие, крейсерские и пехотные. Пехотные танки предназначались для поддержки пехоты при наступлении. Максимальная скорость соответствовала скорости ходьбы стрелка, а броня должна была обеспечивать защиту от буксируемых противотанковых орудий. Вооружение должно было быть достаточным для подавления или уничтожения вражеских пулеметных точек и укреплений. Крейсерские танки должны были выполнять традиционные кавалерийские задачи преследования и развития успеха, действуя относительно независимо от пехоты. Это привело к тому, что крейсерские танки отличались высокой скоростью. Для достижения этого они были слабобронированы и, как правило, несли противотанковое вооружение. Легкие танки предназначались для разведки и выполнения полицейских функций в колониях, при этом уделялось особое внимание их дешевизне. Vickers Armstrong построила серию легких танков, которые продавались либо британской армии, стремившейся к снижению затрат, либо иностранным вооруженным силам.

Following World War I, many experiments involving armoured vehicles were conducted in Britain. The most significant advances were made in the areas of suspensions, tracks, communications, and the organization of these vehicles on the battlefield. British designs, particularly those from Vickers Armstrong, formed the basis for many of the most common tanks of the 1930s and early World War II. For example, the Vickers Six Ton Tank was the basis for the Polish 7TP, the Soviet T 26, and was a major influence on the Italian M 11 and M 13 series and the Czech LT 35. The six ton Vickers tank was not adopted by the British Army. Another notable design was the Vickers Medium Mk II, a pivotal design which combined some of the best traits of World War I tanks into a much faster tank. It had a fully rotating turret on top like the FT, but mounted a dual use 3 pounder gun (that could fire both high explosive and anti tank shells) with a coaxial machine gun. It also had a radio, a machine gunner position in the front of the hull, and some limited use of sloped armour. Some of these tanks would go on to serve in World War II, though most of the significance of the design lies in the number of features that were utilized in later tank designs. The Vickers Carden Lloyd machine gun carriers influenced the tankette concept through export and similar designs such as the Soviet T 27, Italian CV 33, German Panzer I and other copies. A perhaps less significant but also notable design was the Vickers A1E1 'Independent', which was a large heavy tank that was built in 1925. It had a large main turret and four smaller turrets. This design concept was later used by the Soviet T 28 and T 35 tanks as well as the German Neubaufahrzeug. Exponents of the replacement of the cavalry function by armoured vehicles were Liddell Hart and Fuller. Their opponents misinterpreted (either mistakenly or deliberately) them as proponents of an all tank fighting force, though their views did specify that artillery and infantry should be mechanised to make them as fast and manoeuvrable as the tanks they advocated, and experiments were curtailed. An outstanding achievement of the British Army was the creation of the Experimental Mechanised Force in the late 1920s. This was a small Brigade sized unit developed to field test the use of tanks and other vehicles. The unit pioneered the extensive use of radio to control widely separated small units. The unit was short lived, however. Eventually, by the 1930s, British experiments and their strategic situation led to a tank development programme with three main types of tank: light, cruiser, and infantry. The Infantry tanks were tasked with the support of dismounted infantry. The maximum speed requirement matched the walking pace of a rifleman, and the armour on these tanks was expected to be heavy enough to provide immunity to towed anti tank guns. Armament had to be sufficient to suppress or destroy enemy machine gun positions and bunkers. Cruiser tanks were tasked with the traditional cavalry roles of pursuit and exploitation, working relatively independently of the infantry. This led to cruiser tank designs having great speed. To achieve this they were lightly armoured, and tended to carry anti tank armament. The light tanks were tasked with reconnaissance and constabulary type colonial roles, with cheapness the major design factor. Vickers Armstrong built a series of light tanks, to be sold either to the British Army who wanted to keep costs down or to foreign militaries.

Италия

Италия импортировала французский Renault FT и произвела слегка улучшенную копию – Fiat 3000. Собственной итальянской разработкой стал L6/40, очень маленький легкий танк с 20-мм пушкой Breda и конструкцией, выполненной с помощью заклепок. Серия средних танков M 11/M 13 была создана на базе Vickers Six Tonner. Этот танк обладал очень хорошей 47-мм пушкой, но имел очень тонкую броню. Италия также произвела большое количество танкеток CV 33 и CV 35, основанных на концепции Vickers Carden Loyd.

Советский Союз

Усилия Советского Союза в разработке и производстве танков были обусловлены Гражданской войной в России и ростом советской промышленности. Во время гражданской войны широкое распространение получили бронепоезда и артиллерийские поезда, что способствовало повышенному интересу к танкам и бронированным автомобилям по сравнению с некоторыми западными странами. Быстрый рост тяжелой промышленности в СССР в рамках пятилетних планов сделал возможным создание крупного танкового парка. Первоначально советский танковый парк состоял из импортированных Renault FT и небольшого количества британских танков, оставшихся со времен Гражданской войны. Первый советский танк, Т-18 (иногда называемый MS-1), являлся достаточно близкой копией FT, но с улучшенной подвеской и более крупной башней. Энтузиазм Сталина в отношении индустриализации и механизации стимулировал агрессивную программу военного развития, в результате чего к концу 1930-х годов Советский Союз обладал самым большим и разнообразным танковым парком в мире. В 1926 году, в соответствии с секретным приложением к Рапалльскому договору, Советский Союз и Германия создали совместную танковую школу в Казани, что противоречило условиям Версальского договора. Обе страны получили ценный опыт в области конструкции и тактики танков в рамках этого совместного предприятия. Немцы консультировали по вопросам механизации советской тяжелой промышленности и способствовали формированию профессионализма в Красной Армии. С 1929 года была сформирована экспериментальная механизированная бригада, занимавшаяся обучением и разработкой тактики совместного применения родов войск с использованием иностранных танков, бронированных автомобилей, тракторов и грузовиков. Советское правительство также потратило десятки миллионов долларов на американское оборудование и технологии для модернизации десятков автомобильных и тракторных заводов, которые впоследствии начали производить танки и бронированные машины. На основе смешанного парка иностранных танков и импортных прототипов Советский Союз развил впечатляющие собственные возможности в области проектирования и производства. Легкий танк Т-26 был создан на базе Vickers E (как и многие другие танки того периода) и был выбран после того, как превзошел советскую модификацию FT в ходе испытаний. Советские войска приобрели несколько прототипов американского танка Christie M1930, на базе которых была разработана серия быстроходных танков БТ. Также были разработаны более тяжелый многобашенный средний танк Т-28 и массивный Т-35, который соответствовал конструкторской концепции Vickers A1E1 Independent. Из танков, произведенных в период с 1930 по 1940 год, 97% были либо точными копиями иностранных конструкций, либо их тесно связанными улучшениями. Важно отметить, что основным улучшением, которое советские конструкторы внесли в эти иностранные конструкции, было повышение огневой мощи. К 1935 году Красная Армия "обладает большим количеством бронированных машин и танковых частей, чем весь остальной мир вместе взятый". Однако с 1937 по 1941 год офицерский корпус Красной Армии, конструкторские бюро по разработке бронетехники и руководство заводов были уничтожены в ходе сталинских Больших чисток. Было репрессировано около 54 000 офицеров. Военные знания практически прекратили развиваться, а производство бронетехники резко сократилось (хотя и оставалось крупнейшим в мире). Уровень подготовки и боеготовности снизился до очень низкого уровня. Эти репрессии продолжались вплоть до начала войны. Участие советских "добровольческих" танковых частей в Гражданской войне в Испании сыграло решающую роль в формировании советских танковых конструкций для Второй мировой войны. Советские танки превосходили свои иностранные аналоги в Испании благодаря своей огневой мощи, но их тонкая броня, как и у большинства танков того периода, делала их уязвимыми для новых буксируемых противотанковых орудий, поступавших на вооружение пехотных подразделений. Это привело к разработке нового поколения советских танков. К началу Второй мировой войны Советский Союз располагал одними из лучших танков в мире (включая Т-34 и КВ-1, которые опережали свое время на целое поколение и стали неожиданностью для вермахта). Однако плохая подготовка и низкий уровень боеготовности большинства частей Красной Армии привели к катастрофическому поражению огромного советского механизированного корпуса в начальной фазе операции "Барбаросса", вторжения Германии в Советский Союз в 1941 году. Несмотря на в целом хорошее техническое оснащение, оперативные возможности Красной Армии и моторизованная логистическая поддержка были недостаточными.

The Soviet Union's efforts in tank design and production were influenced by the Russian Civil War and the growth of Soviet industry. During the civil war, the use of armored trains and artillery trains were common. This tended to lead to a greater interest in tanks and armored cars compared to some western nations. The rapid growth of heavy industry in the USSR under the Five Year plans made a large tank fleet possible. Initially, the tanks and armored cars in Soviet hands were a mix of Renault FT imports and a few British tanks left behind in the civil war. The first Soviet tank, the T 18 (sometimes called MS 1) was a fairly close copy of the FT, but with improved suspension and a larger turret. Stalin's enthusiasm for industrialisation and mechanisation drove an aggressive military development program, resulting in by far the largest and broadest tank inventory of all nations by the late 1930s. In 1926, under a secret annex to the Treaty of Rapallo, the Soviet Union and Germany set up a joint tank school at Kazan, which was illegal under the Treaty of Versailles. Both countries learned much about tank design and tactics in this co operative venture. The Germans provided advice on mechanisation of Soviet heavy industry, and helped develop a sense of professionalism in the Red Army. From 1929, an experimental Mechanised Brigade was formed, training and developing combined arms tactics with foreign tanks, armoured cars, tractors, and lorries. The Soviets also spent tens of millions of dollars on U. S. equipment and technology to modernize dozens of automotive and tractor factories, which would later produce tanks and armoured vehicles. Based on a mixed force of foreign tanks and imported prototypes, the Soviets developed an impressive domestic design and production capability. The T 26 light tank was based on the Vickers E (as were many other tanks of the period), chosen after it beat a Soviet FT derivative in trials. The Soviets purchased some U. S. Christie M1930 tank prototypes, from which they developed the BT series of fast tanks. They also developed the heavier multi turreted T 28 medium tank and the massive T 35, which followed the design premise of the Vickers A1E1 Independent. Of the tanks produced between 1930 and 1940, 97% were either identical copies of foreign designs, or very closely related improvements. Significantly, the major improvement the Soviet designers made to these foreign designs was an increase in firepower. By 1935, the Red Army ". . possessed more armoured vehicles, and more tank units than the rest of the world combined." (Zaloga 1984, p. 107)

But from 1937 to 1941, the Red Army's officer corps, the armour design bureaux, and leadership of the factories were gutted by Stalin's Great Purge. Approximately 54,000 officers were repressed. Military knowledge completely stagnated and armoured vehicle production dropped drastically (though still remaining the world's largest). Training and readiness dropped to very low levels. This repression continued until the eve of the war. The participation by Soviet 'volunteer' tank units in the Spanish Civil War was decisive in forming Soviet tank designs for World War II. Soviet tanks dominated their foreign rivals in Spain due to their firepower, but their thin armor, in common with most tanks of the period, made them vulnerable to the new towed antitank guns being supplied to Infantry units. This finding led directly to a new generation of Soviet tanks. By the eve of World War II, the Soviet Union had some of the world's best tanks (including the T 34 and KV 1, which were basically a generation ahead, coming as a shock to the Wehrmacht). However, the poor training and readiness status of most Red Army units led to a catastrophic defeat of the enormous Soviet Mechanised Corps during the opening phases of Operation Barbarossa, Germany's 1941 invasion of the Soviet Union. Despite their generally good equipment, the Red Army's operational capabilities and motorised logistic support were inferior.

Чехословакия

Чехословацкая армия приобрела три танкетки Carden Loyd и лицензию на их производство в 1930 году, Českomoravská Kolben Daněk построила четыре экземпляра в том же году в качестве прототипов для будущих заказов. Во время осенних маневров были оценены "Карден-Лойды", и выявились многочисленные проблемы: у экипажей было очень плохое зрение из-за узких смотровых щелей, пулемет имел очень узкий сектор обстрела, и членам экипажа было трудно общаться. Кроме того, они были медленными, недостаточно мощными и часто выходили из строя. Один из прототипов P 1 был перестроен для решения этих проблем: были добавлены дополнительные смотровые приборы во всех направлениях, внутреннее хранение боеприпасов, а сектор обстрела пулемета увеличен до 60°. В 1931–1932 годах он был тщательно испытан, в результате чего были внесены некоторые другие изменения. Броня была увеличена с … до … и с … до …, а для водителя был добавлен неподвижный пулемет. Два других прототипа были перестроены по тому же стандарту; все три были официально приняты армией 17 октября 1933 года. Заказ на семьдесят был размещен 19 апреля 1933 года, и все они были поставлены к октябрю 1934 года. Škoda T 21 (первоначальное обозначение Škoda Š IIc) был вкладом Škoda в армейскую категорию IIc (средние танки общего назначения) и прямым конкурентом Praga V 8 H.

В начале тридцатых годов как Praga, так и Škoda (основные конкуренты по обоим чехословацким армейским контрактам, но также и в отношении экспорта) разработали несколько успешных легких танков (LT 35, позже LT 38), но обе компании создали несколько неудачных проектов танков поддержки пехоты, в частности Praga P IIb и Škoda Š IIb. Впоследствии обе компании работали вместе над разработкой совместного проекта пехотного танка, обозначенного ŠP IIb. Однако обе компании также продолжали работать над своими частными попытками создать прототипы категории IIb/IIc. Эти частные попытки позже стали Praga V 8 H и Škoda T 21. Основные проектные работы по T 21 начались еще в сентябре 1936 года. Первый прототип был завершен в мае 1937 года, а первый вариант от мая 1937 года был оригинальным Š IIc. Разработка двигателя была задержана, и прототип был оснащен (для экономии времени) 190 л.с. 13-литровым V6, первоначально предназначенным для прорывного прототипа танка Š III. В сентябре 1937 года двигатель V6 был удален, и был установлен оригинальный двигатель Škoda. Он все равно не прошел испытания, которые были остановлены в ноябре, что ознаменовало конец 1-го этапа разработки T 21. К тому времени комитет Министерства обороны искал подходящий чехословацкий средний танк для армии, но Š IIc не успел к сроку армейских испытаний в июне 1938 года, и в результате T 21 как потенциальный чехословацкий средний танк был окончательно отклонен. В любом случае, после немецкой оккупации Чехословакии это стало невозможным, по крайней мере, без согласия Германии. В первые месяцы оккупации немецкие делегации посетили завод Škoda и провели испытания прототипа Š IIc, который к 22.5.1939 был переименован в соответствии с немецкими принципами номенклатуры в Škoda T 21 (T = танк, 2 = средний, 1 = 1-й вариант). Немцы изначально хотели испытать его в Кумерсдорфе, но не проявили особого интереса к конструкции и вместо этого решили создать улучшенную версию, которая получила название T 22. Британские танкетки Carden Lloyd, приобретенные Чехословакией, привели к созданию чехословацкого танка Tančík vz. 33, собранного из каркаса стальных швеллеров, к которым крепились броневые листы. Толщина передней брони составляла …, боковые – …, верхняя – …, а нижние плиты – …. Считалось, что этого достаточно, чтобы отклонить бронебойные пули, выпущенные с расстояния более … спереди и … с боков. Оба должны были выдерживать обычные пули с расстояния более …. Водоохлаждаемый, 4-цилиндровый двигатель Praga располагался непосредственно в боевом отделении. Максимальная скорость по шоссе составляла …. Подвеска была модифицированной версией той, что использовалась в танкетках Carden Loyd. Tančík vz. 33 (дословный перевод "Танкетка модель 33") был чехословацкой танкетой, в основном использовавшейся Словакией во время Второй мировой войны. Было построено семьдесят четыре. Немцы захватили сорок при оккупации Богемии и Моравии в марте 1939 года; нет записей об их использовании. Словаки захватили тридцать в то же время, когда провозгласили независимость от Чехословакии. В словацкой армии он участвовал в боях только во время Словацкого национального восстания. AH IV был еще одним чехословацким танкетом, и Českomoravská Kolben Daněk стремилась не повторять проблемы своего более раннего Tančík vz. 33, предоставив артиллеристу вращающуюся башню для лучшего обзора и всестороннего сектора обстрела для своей новой AH IV. Он был собран из каркаса стальных швеллеров, к которым крепились броневые листы толщиной от … до …. Водоохлаждаемый шестицилиндровый двигатель Praga развивал … об/мин. Он располагался в задней части боевого отделения и приводил в движение трансмиссию через карданный вал, который проходил вперед между водителем и командиром к коробке передач. Максимальная скорость по шоссе составляла …, а дальность – …. Полуавтоматическая трансмиссия Praga Wilson имела пять передач вперед и одну назад для привода передней ведущей звездочки. Подвеска была уменьшенной версией той, что использовалась в Panzerkampfwagen 38(t). LT vz. 34, официально обозначенный как Lehký Tank vzor 34 ("Легкий танк модель 34") был чехословацким легким танком, основанным на танкетке Carden Loyd, три единицы которой, а также лицензия на производство, чехи приобрели в 1930 году. Недовольные прототипами Tančík vz. 33, чехословацкая армия решила, что будет проще разработать легкий танк с нуля, чем модифицировать шасси танкетки для установки вращающейся бронированной башни. Было построено 50 единиц, последняя из которых была поставлена в 1936 году. Следующим основным танком, разработанным на чехословацкой службе, был официально обозначен как Lehký (Легкий) Tank vzor (Модель) 35, но обычно его называли LT vz. 35 или LT 35. В немецкой армии он назывался Panzerkampfwagen 35(t), обычно сокращенно Panzer 35(t) или аббревиатурой Pz. Kpfw. 35(t), и этот чехословацкий легкий танк в основном использовался нацистской Германией во время Второй мировой войны. Буква (t) означала tschechisch (немецкий: "чешский"). Было построено четыреста тридцать четыре единицы; из них немцы захватили двести сорок четыре при оккупации Богемии и Моравии в марте 1939 года, а словаки приобрели пятьдесят две при провозглашении независимости от Чехословакии в то же время. Другие были экспортированы в Болгарию и Румынию. В немецкой армии он участвовал в боях в первые годы Второй мировой войны, в частности во вторжении в Польшу, битве за Францию и вторжении в Советский Союз, прежде чем был снят с вооружения в 1942 году. В 1935 году чехословацкий производитель танков ČKD искал замену танку LT 35, который они совместно производили с Škoda Works. LT 35 был сложным и имел недостатки, и ČKD считала, что будут заказы как от расширяющейся чехословацкой армии, так и на экспорт. ČKD решила использовать подвеску с четырьмя большими колесами для своего нового танка. Она напоминала подвеску Christie внешне, но на самом деле была обычной рессорной конструкцией. Полученный автомобиль был надежным и стал известен как LT vz. 38 на чехословацкой службе и получил обозначение Panzer 38(t) на немецкой службе. 1 июля 1938 года Чехословакия заказала 150 единиц модели TNHPS, которая стала известна как LT vz. 38, и хотя ни одна из них не поступила на вооружение к моменту немецкой оккупации, все изготовленные были захвачены и использованы Германией. После немецкого захвата Германия приказала продолжить производство модели, поскольку она считалась отличным танком, особенно по сравнению с танками Panzer I и Panzer II, которые были основными танками Panzerwaffe. Он впервые поступил на немецкую службу под названием L…

In the early thirties both Praga and Škoda (main competitors for both Czechoslovak army contracts but also with regard to export) designed some successful light tanks (LT 35, later the LT 38) but both companies produced some unsuccessful infantry support tank designs, notably the Praga P IIb and Škoda Š IIb. Subsequently, both companies worked together to design a joint infantry tank project, designated ŠP IIb. Both companies however also continued to work on their own private attempts to build IIb/IIc category prototypes. These private attempts would later become the Praga V 8 H and Škoda T 21. The main design work on the T 21 began as early as September 1936. The first prototype was finished in May 1937 and first variant from May 1937 was the original Š IIc. The engine development was delayed and the prototype was fitted (in order to save time) with a 190 hp 13 liter V6, originally intended for the Š III breakthrough tank prototype. In September 1937, the V6 engine was removed and the original Škoda engine intended for it was installed. It still failed its tests which were stopped in November, marking the end of the 1st development stage of T 21. By that time the Ministry of Defence committee was looking for a suitable Czechoslovak medium tank for the army but the Š IIc did not to make the June 1938 army tests deadline and as a result this was the end of the T 21 as a potential Czechoslovak army medium tank. In any case, after the German occupation of Czechoslovakia that was no longer possible, not without German consent at least. During the early months of occupation German delegations visited the Škoda factory and tests were performed with the Š IIc prototype which, by 22.5.1939, had been renamed, to fit the German nomenclature principles to Škoda T 21 (T = tank, 2 = medium, 1 = 1st variant). The Germans initially wanted to test it at Kummersdorf, but did not show too much interest in the design and instead the Germans decided to produce an improved version, which was named T 22. The British Carden Lloyd tankettes that Czechoslovakia had acquired led to the Czechoslovakian designed tank, the Tančík vz. 33 which was assembled from a framework of steel "angle iron" beams, to which armor plates were riveted. The front armor was thick, the sides had a thickness of , the top was thick and the bottom plates were in thickness. This was deemed enough to deflect armor piercing bullets fired from distances greater than from the front and from the sides. Both were supposed to withstand ordinary bullets from over
The , water cooled, , inline 4 cylinder Praga engine sat directly in the fighting compartment. It had a top speed on the road of The suspension was a modified version of that used in the Carden Loyd tankettes. The Tančík vz. 33 (literal translation "Tankette model 33") was a Czechoslovak designed tankette used mainly by Slovakia during World War II. Seventy four were built. The Germans seized forty when they occupied Bohemia Moravia in March 1939; there is no record of their use. The Slovaks captured thirty at the same time when they declared independence from Czechoslovakia. In Slovak service it only saw combat during the Slovak National Uprising. The AH IV was another Czechoslovak designed tankette which Českomoravská Kolben Daněk was determined not to repeat the problems of its earlier Tančík vz. 33 tankette and gave the gunner a turret for better observation and all around fields of fire for its new AH IV tankette. It was assembled from a framework of steel "angle iron" beams, to which armor plates between thick were riveted. The , water cooled, six cylinder Praga engine produced at 2500 rpm. It sat in the rear of the fighting compartment and drove the transmission via a driveshaft that ran forward between the driver and commander to the gearbox. It had a top speed on the road of and a range between The semi automatic Praga Wilson transmission had five forward gears and one reverse gear to drive the forward mounted drive sprocket. The suspension was a smaller version of that used in the Panzerkampfwagen 38(t). The LT vz. 34, formally designated as Lehký Tank vzor 34 ("Light Tank Model 34") Czechoslovak designed light tank had been based on that of the Carden Loyd tankette, of which the Czechs had purchased three, plus a manufacturing license, in 1930. Dissatisfied with the prototypes of the Tančík vz. 33 tankette, the Czechoslovak Army decided that it would be easier to design a light tank from scratch rather than modify a tankette chassis to carry a fully rotating armored turret. 50 were built, the last of which was delivered during 1936. The next major tank developed in Czechoslovak service had the formal designation Lehký (Light) Tank vzor (Model) 35, but was commonly referred to as the LT vz. 35 or LT 35. In German use it was called the Panzerkampfwagen 35(t), commonly shortened to Panzer 35(t) or abbreviated as Pz. Kpfw. 35(t), and this Czechoslovak designed light tank ended up being used mainly by Nazi Germany during World War II. The letter (t) stood for tschechisch (German: "Czech"). Four hundred and thirty four were built; of these the Germans seized two hundred and forty four when they occupied Bohemia Moravia in March 1939 and the Slovaks acquired fifty two when they declared independence from Czechoslovakia at the same time. Others were exported to Bulgaria and Romania. In German service it saw combat during the early years of World War II, notably the Invasion of Poland, the Battle of France and the invasion of the Soviet Union before being retired by 1942. In 1935, the Czechoslovak tank manufacturer ČKD was looking for a replacement for the LT 35 tank they were jointly producing with Škoda Works. The LT 35 was complex and had shortcomings, and ČKD felt there would be orders both from the expanding Czechoslovak army and for export. ČKD decided to use a suspension with four large wheels for their new tank. It resembled the Christie suspension outwardly, but was actually a conventional leaf spring unit. The resulting vehicle was reliable and came to be known as LT vz. 38 in Czechoslovak service and designated the Panzer 38(t) in German service. On 1 July 1938, Czechoslovakia ordered 150 of the TNHPS model, which came to be known as the LT vz. 38, and although none had entered service by the time of the German occupation those made were taken over and used by Germany. After the German takeover, Germany ordered continued production of the model as it was considered an excellent tank, especially compared to the Panzer I and Panzer II tanks that were the Panzerwaffe's main tanks. It was first introduced into German service under the name LTM 38; this was changed on 16 January 1940 to Panzerkampfwagen 38(t). Production of tanks for Germany continued into 1942, and amounted to more than 1,400 examples. In German service the 38(t) was used as a substitute for the Panzer III.

Германия

Германия, ограниченная условиями Версальского договора, не имела права производить танки какого-либо типа и лишь небольшое количество бронеавтомобилей. В 1926 году Ханс фон Зеект, командующий рейхсвером, инициировал неофициальную программу по строительству танков. Первый Großtraktor ("Большой трактор"), построенный компанией Rheinmetall Borsig, был аналогичен существующему британскому среднему танку Mk II, весом 20 тонн с 75-мм пушкой. Этот и другие проекты проходили испытания при советском сотрудничестве в Каминской танковой школе в российском Урале. В самой Германии в учебном процессе использовались макеты танков, предположительно по инициативе майора Хайнца Гудериана, тактического инструктора штаба. Гудериан изучал труды Фуллера, Лидделла Харта и других теоретиков танкового боя и получил поддержку командования для реализации своих идей. В 1931 году немецкий Генеральный штаб утвердил план создания двух типов танков: среднего танка с 75-мм пушкой и более легкой машины с 37-мм пушкой. Пока велись проектировочные и строительные работы, немецкая армия использовала различные легкие танки, созданные на базе британского шасси танкеток Carden Loyd. Ранние танки получили кодовое название Landwirtschaftlicher Schlepper (La S, "сельскохозяйственный тягач"), под которым они выпускались до 1938 года. Первый из этих легких танков был построен в начале 1934 года. Это была пятитонная разработка Krupp, получившая обозначение LKA1. Новое правительство одобрило первоначальный заказ на 150 единиц в 1934 году под названием 1A La S Krupp. Всего было построено около 1500 таких легких танков. Позднее немецкие танки получили новое обозначение Panzerkampfwagen (сокращенно "PzKpfw" или "PzKw" на немецком и "Panzer" на английском), что означает "бронированная боевая машина". Первой машиной, получившей такое обозначение, стала двухместная Panzer I Ausf A, созданная под влиянием танкеток Carden Loyd, весом 5,4 тонны с 3,5-литровым бензиновым двигателем мощностью 60 л.с. Она имела 13 мм брони и была вооружена двумя 7,92-мм пулеметами. Более распространенная модель Ausf B была немного больше, чтобы вместить двигатель Maybach мощностью 100 л.с. (75 кВт). Обе модели были отправлены в Испанию для испытаний во время Гражданской войны, наряду с другим новым немецким вооружением. Опыт, полученный в Испании, быстро показал, что танкам следующего поколения потребуется более мощная броня, увеличенная дальность и более тяжелое вооружение. Panzer II был примерно на 50% тяжелее Panzer I. Его основным вооружением была 20-мм противотанковая пушка Solothurn, а также улучшенная броня до 30 мм. Panzer II, также отправленный в Испанию с 1937 года, оказался более эффективным против легкой пехоты, но не превосходил по своим возможностям противотанковые орудия или другие танки. Несмотря на эти недостатки, производство продолжалось до 1941 года. К началу войны в немецкой армии было 955 PzKpfw II, а всего было построено почти 4000 единиц. Значительным усилением немецкой бронетехники стала аннексия Чехословакии в 1938 году, предоставившая Германии доступ ко всей чешской оружейной промышленности. Чехи разработали два легких танка, которые впоследствии использовались немцами: Škoda LT 35 и Českomoravská Kolben Daněk (ČKD) TNHP. Škoda весила 10 тонн, была оснащена 37-мм пушкой и обладала отличной проходимостью; ČKD весила 8,5 тонн и также была вооружена 37-мм пушкой – благодаря обширным испытаниям это была чрезвычайно надежная машина с высококачественным шасси. Обе машины были приняты на вооружение немецких танковых войск под обозначениями Panzer 35(t) и Panzer 38(t), и было размещено дополнительное производство. ČKD в 1940 году была переименована в Boehmisch Maehrische Maschinenfabrik AG (BMM) и продолжала производство до 1942 года, поставив Вермахту 1168 танков PzKpfw 38(t). В 1940 году чешские танки составляли около четверти всех немецких танковых сил. В то время как легкие танки составляли почти всю немецкую армию, более тяжелые танки находились, по крайней мере, на стадии прототипа. В 1934 году был построен ряд тяжелых прототипов, основанных на 75- или 105-мм пушках. Шесть из них были построены компаниями Rheinmetall и Krupp. Хотя они в основном подходили для пропагандистских целей, поскольку было изготовлено лишь несколько танков, три из них фактически использовались в боевых действиях в Норвегии. Знания, полученные при создании NbFz, и опыт, полученный с легкими танками в Испании, помогли в разработке танков следующего поколения, Panzer III и Panzer IV. PzIII был легче и предназначался для использования в противотанковых операциях, в то время как более тяжелый PzIV был вооружен пушкой с коротким стволом и предназначался для поддержки пехоты. 37-мм пушка Panzer III считалась недостаточно мощной, но она использовалась в целях стандартизации с пехотой. Контракты на Zugführerwagen (ZW, "командирский танк взвода") были заключены в конце 1936 года. Его вес был ограничен максимальным значением в 24 тонны, поскольку требовалось, чтобы он мог пересекать существующие мосты. Разработка продолжалась до 1938 года, когда Ausf D поступил в ограниченное производство. Эта 19-тонная машина оснащалась 12-литровым двигателем мощностью 320 л.с. (239 кВт). Ее максимальная скорость составляла 40 км/ч, и она была оснащена 30-мм броней по всему корпусу. К началу войны было завершено около пятидесяти машин, некоторые из которых участвовали в боевых действиях в Польше. Полномасштабное производство началось только в октябре 1939 года в виде Ausf E. Около 350 танков Panzer III Ausf E были готовы к вторжения во Францию.

Germany, constrained by the terms of the Treaty of Versailles, was not allowed to produce tanks of any kind and only a few armoured cars. In 1926 an unofficial program of tank construction was initiated by Hans von Seeckt, the commander of the Reichswehr. Built by Rheinmetall Borsig the first Großtraktor ("Large Tractor") was similar to the existing British Mk II Medium Tank, 20 tons with a 75 mm gun. This, and other designs, were tested with Soviet co operation at Kama tank school in the Russian Urals. In Germany proper dummy tanks were used in training, apparently at the instigation of then Major Heinz Guderian, a staff tactical instructor. Guderian had read Fuller, Liddell Hart and other tank warfare theorists and he had the support of his commanders to develop his theories into reality. In 1931 the German General Staff accepted a plan for two types of tank, a medium tank with a 75 mm gun and a lighter vehicle with a 37 mm gun. While design and then construction work was carried out, the German army used a variety of light tanks based on the British Carden Loyd tankette chassis. The early tanks were code named Landwirtschaftlicher Schlepper (La S, "agricultural hauler"), a designation that lasted until 1938. The first of these light tanks ran in early 1934. It was a five ton Krupp design which was dubbed the LKA1. The new government approved an initial order for 150 in 1934 as the 1A La S Krupp. Around 1,500 of these light tanks were built. Later German tanks received a new designation, Panzerkampfwagen (abbreviated to 'PzKpfw' or 'PzKw' in German and 'Panzer' in English), which means "armoured fighting vehicle". The first machine to use this was the two man Panzer I Ausf A influenced by the Carden Loyd tankette, and was a 5.4 ton machine with a 3.5 litre 60 hp (45 kW) petrol engine. It had 13 mm of armour and was armed with twin 7.92 mm machine guns. The more common Ausf B was a little larger to accommodate a 100 hp (75 kW) Maybach engine. Both models were sent to the Spanish Civil War for testing, along with other new German weapons. From the experiences in Spain it quickly became clear that the next generation of tanks would need better armour, greater range and much heavier weapons. The Panzer II was around 50% heavier than the Panzer I. It had a 20 mm Solothurn antitank gun as main armament, as well as improved armour of up to 30 mm. Also sent to Spain from 1937, the Panzer II proved more capable against light infantry, but no better when faced with capable anti tank guns or other tanks. Despite these weaknesses, production continued until 1941. At the outbreak of war, the German Army had 955 PzKpfw IIs and almost 4,000 were built in total. A major boost to German armour came with the annexation of Czechoslovakia in 1938, giving Germany access to the entire Czech arms industry. The Czechs had two light tank designs later used by the Germans, the Škoda LT 35 and the Českomoravská Kolben Daněk (ČKD) TNHP. The Škoda was a 10 ton machine with a 37 mm main gun and excellent cross country capabilities; the ČKD was 8.5 tons and also fitted with a 37 mm gun—due to extensive tests it was an extremely reliable machine with a top quality chassis. Both were taken into the German panzer forces, as the Panzer 35(t) and the Panzer 38(t), and further production was ordered. ČKD was renamed Boehmisch Maehrische Maschinenfabrik AG (BMM) in 1940 and continued production until 1942, providing the Wehrmacht with 1,168 PzKpfw 38(t) tanks. In 1940, Czech tanks made up around a quarter of the entire German panzer force. While lighter tanks formed almost the entirety of the German forces, heavier tanks were at least at the prototype stage. In 1934, a number of heavy prototypes were constructed, based around either 75 or 105 mm main guns. Designated Neubaufahrzeug (NbFz) and very similar to contemporary Soviet and British designs, six were built by Rheinmetall and Krupp. Although they were mainly useful for propaganda purposes because only a handful of the tanks were made, three were actually used in combat in Norway. The knowledge of the NbFz and the experiences of the lighter tanks in Spain aided in designing the next generation of tanks, the Panzer III and Panzer IV. The PzIII was the lighter of the two and was intended for use in anti tank operations, whereas the heavier PzIV was armed with a short barrel gun and intended for supporting infantry. The Panzer III's 37 mm gun was considered underpowered, yet it was used in the interests of standardisation with the infantry. Contracts for the Zugführerwagen (ZW, "platoon leader vehicle") were issued late in 1936. Its weight was limited to a maximum of 24 tons, because it was required to be able to cross existing bridges. Development work continued until 1938 when the Ausf D went into limited production. This 19 ton machine was powered by a 12 litre 320 hp (239 kW) engine. It had a top speed of 25 mph (40 km/h) and was fitted with 30 mm armour all round. By the outbreak of war, around fifty had been completed and some saw service in Poland. Full scale production did not begin until October 1939 as the Ausf E. Around 350 Panzer IIIs Ausf E variant were ready by the invasion of France.

Япония

Как и армия США, Императорская японская армия (IJA) не имела собственных танков в Первой мировой войне, поэтому изначально начала с закупки иностранных танков для оценки, а затем приступила к разработке собственных конструкций. После войны в Японию было экспортировано несколько танков "Уиппет" (шесть), которые оставались на вооружении до 1930 года. В 1925 году, помимо танкеток, японская армия начала проектировать танки для удовлетворения собственных требований. До этого года, как и в большинстве стран, все танки на вооружении Японии были иностранной разработки и/или производства. Первый японский проект был завершен в мае 1926 года, а прототип среднего танка Тип 87 Чи I – к февралю 1927 года. После испытаний Чи I был признан слишком тяжелым и медленным для использования в качестве основного танка. Было решено создать новую конструкцию, основанную на прототипе Vickers Medium C, приобретенном японской армией в марте 1927 года. К 1929 году был завершен прототип Типа 89 Чи Ро (экспериментальный танк № 2). Танк Тип 89 Чи Ро был легче (9,8 тонн) и короче, чем Чи I. Он имел усиленную броню (6–17 мм) и улучшенный двигатель с водяным охлаждением. После успешных первоначальных испытаний Тип 89 стал первым японским танком, запущенным в массовое производство. Тип 89 имел экипаж из четырех человек и был вооружен 57-мм пушкой Тип 90 и двумя 6,5-мм пулеметами Тип 91. Вторая версия этого танка, известная как Тип 89B Оцу, использовала дизельный двигатель. Японцы были одними из первых, кто начал использовать дизельные двигатели в конструкции танков. В 1930-х годах японцы начали производство танкеток и легких танков, которые активно использовались в Маньчжурии и Китае. Танкет Тип 94 весил 3,4 тонны и обычно использовался либо в качестве тягача для буксировки прицепа с боеприпасами, либо как патрульный/разведывательный танк. С экипажем из двух человек и одним 6,5-мм пулеметом Тип 91 было произведено 823 единицы Типа 94, которые находились на вооружении вплоть до 1945 года. Легкий танк Тип 95 Ха Го, более чем в два раза превосходящий Тип 94 по массе (7,4 тонны), имел экипаж из трех человек, 37-мм пушку и тот же 6,5-мм пулемет Тип 91, и, что наиболее важно, дизельный двигатель, который впоследствии оказал значительное влияние на будущие конструкции танков в Советской Армии. Было построено более двух тысяч танков Тип 95, и производство продолжалось до 1943 года. К 1936 году японская армия начала поиск замены Типу 89. Новый средний танк, Тип 97 Чи Ха, был представлен в 1937 году. Тип 97 Чи Ха весом 15 тонн был вооружен 57-мм танковой пушкой Тип 97 с малой начальной скоростью и имел броню толщиной до 25 мм. Позже улучшенная версия, известная как Тип 97 Синьхото Чи Ха, оставалась в производстве до 1943 года. 1930-е годы стали последним периодом, когда японские военные сосредоточились на производстве и проектировании танков перед Второй мировой войной. После этого периода они были в основном заняты установлением контроля над морем, и их усилия были сосредоточены на производстве кораблей и самолетов. Кроме того, с акцентом на расширение на юг в Тихий океан, наземные сражения в значительной степени уступили место морским сражениям, и, следовательно, за исключением небольших островов, доминирование перешло к Императорскому японскому флоту. С уничтожением Императорского флота внимание к танкам вернулось, когда японские военные готовились к обороне материка в последние годы Второй мировой войны.

Like the US Army, the Imperial Japanese Army (IJA) did not have tanks of its own in World War I, so initially it started out by purchasing foreign tanks for evaluation, and then began developing its own designs. After the war, a few Whippets (six) were exported to Japan, where they remained in service until around 1930. In 1925, in addition to tankettes, the Japanese Army began to design tanks to satisfy its own requirements. Before that year, as with most nations, all tanks in Japanese service had been of foreign design and/or manufacture. The first Japanese design was finished in May 1926 and the prototype Type 87 Chi I medium tank was completed by February 1927. After trials, the Chi I was considered too heavy and slow to be used as its main tank. It was decided to create a new design modeled after the Vickers Medium C prototype, which had been bought by the Japanese Army in March 1927. By 1929 the prototype of the Type 89 Chi Ro (Experimental Tank Number 2) was completed. The Type 89 Chi Ro tank was lighter (9.8 tonnes) and shorter than the Chi I. It contained increased armour (6 to 17 mm) and an improved water cooled engine. After success in initial tests, the Type 89 became the first mass produced Japanese tank. The Type 89 had a crew of four, and was armed with a 57 mm Type 90 gun and two 6.5 mm type 91 machine guns. The second version of this tank known as the Type89B Otsu used a diesel engine. The Japanese were among the first to use diesel engines in their tank designs. During the 1930s, the Japanese began production of tankettes and light tanks, which were used heavily in Manchuria and China. The Type 94 tankette weighed 3.4 tonnes and was generally used as either a tractor to tow an ammunition trailer, or as a patrol/reconnaissance tank. With a crew of two men and a single 6.5 mm type 91 machine gun, 823 units of the Type 94 were produced and they saw widespread service as late as 1945. Over twice as large as the Type 94 at (7.4 tonnes), the Type 95 Ha Go light tank had a complement of three crewmen, a 37 mm gun and the same 6.5 mm type 91 machine gun, and most importantly a diesel engine which would later greatly influence future tank designs in the Soviet Army. Over two thousand Type 95 tanks were built, and production continued until 1943. By 1936 the Japanese Army started to look for a replacement for the Type 89. The new medium tank, Type 97 Chi Ha, was introduced in 1937. The Type 97 Chi Ha at 15 tonnes was armed with a low velocity Type 97 57 mm tank gun and had armour up to 25 mm thick. Later, an improved version known as the Type 97 Shinhoto Chi Ha remained in production until 1943. The 1930s were the last time that the Japanese military focused on production and design of tanks before World War II. After that period, they were largely preoccupied with establishing naval control and their focus was on production of ships and aircraft. Furthermore, with the emphasis on expansion southward into the Pacific Ocean region, land battles would be largely replaced by naval warfare, and thus, with the exception of small islands, the domain of the Imperial Japanese Navy. With the destruction of the Imperial Navy, the focus on tanks returned when the Japanese military prepared for the defense of the mainland in the last years of World War II.

Соединенные Штаты

После Первой мировой войны, и продолжая использовать британские и французские разработки, танковый корпус США был сокращен. Renault и новый Mk VIII "Liberty Tank" были сохранены: Закон о национальной обороне 1920 года ограничивал применение танков исключительно пехотой; в результате танковый корпус был расформирован, а оставшиеся танки распределены между пехотными частями. В 1928 году, по просьбе военного министра Дуайта Ф. Дэвиса, армия сформировала Экспериментальную механизированную бригаду. Она состояла из тяжелого танкового батальона, легкого танкового батальона, мотопехотного батальона, мотоартиллерийского батальона, инженерной роты и роты связи. Эксперимент провалился из-за использования устаревшей техники, и соединение было расформировано через три месяца. В 1934–1935 годах, по запросу кавалерии, были построены три прототипа танков: T2, T2E1 и T2E2. В соответствии с Законом о национальной обороне 1920 года, танки предназначались только для пехотных частей. Чтобы обойти требования закона, эти танки назывались "боевыми машинами". Серия M1 поступила на вооружение в 1937 году. T2, вдохновленный британским Vickers 6 Ton, был стандартизирован как M1 Combat Car. T2E1, однобашенный танк, вооруженный тремя пулеметами, был стандартизирован как легкий танк M2A1. T2E2, двухбашенный танк с двумя пулеметами, был стандартизирован как M2A2. На протяжении всего межвоенного периода США произвели лишь несколько сотен танков. С момента окончания Первой мировой войны до 1935 года было выпущено всего 15 танков. Большинство из них были производными от иностранных конструкций или представляли собой частные разработки низкого качества. Конструкции Кристи были одними из немногих удачных решений, но армия США приобрела всего три машины Кристи и не стала развивать эту идею дальше. Ограничения бюджета и низкий приоритет, отдававшийся армии, означали недостаток ресурсов для строительства танков. Вместо этого армия США занималась разработкой и испытаниями танковых компонентов, таких как подвески, гусеницы и трансмиссии. Эта работа окупилась, когда с началом войны возникла необходимость в наращивании производства. Непосредственно перед и во время Второй мировой войны американские танки и многие другие танки союзников оснащались радиальными авиационными двигателями. Однако массовое производство самолетов привело к дефициту этих двигателей. В связи с этим многие танки, в частности Sherman и Lee, оснащались пятью различными типами силовых установок. Помимо радиальных двигателей Wright и Continental, они использовали двигатели Ford GAA, дизельные двигатели GM для грузовиков и Chrysler A57 multibank (комбинация из пяти 6-цилиндровых автомобильных двигателей, работающих как единый агрегат). После войны дизельные двигатели грузового типа заменили бензиновые радиальные двигатели.

After World War I, and still using British and French designs, the United States Tank Corps was reduced in size. Renaults and the new Mk VIII "Liberty Tank" were retained: The National Defense Act of 1920 restricted tanks to infantry use only; as a result, the Tank Corps was disbanded, with the remaining tanks distributed among the infantry. In 1928, at the request of Secretary of War Dwight F. Davis, the Army formed the Experimental Mechanized Brigade. It consisted of a heavy tank battalion, a light tank battalion, a motorised infantry battalion, a motorised artillery battalion, an engineer company, and a signals company. Due to the use of obsolete equipment, the experiment failed, and the force was disbanded after three months. In 1934–35, at the request of the Cavalry, three prototype tanks, the T2, T2E1, and T2E2 were produced. Under the terms of the National Defense Act of 1920, tanks were restricted to infantry units. To get around the Defense Act, these tanks were called "combat cars". The M1 series entered service in 1937. The T2, inspired by the British Vickers 6 Ton, was standardised as the M1 Combat Car. The T2E1, a single turret tank armed with three machine guns, was standardised as the Light Tank M2A1. The T2E2, a two turret tank with two machine guns, was standardised as the M2A2. Throughout the interwar period the US produced only a few hundred tanks. From the end of World War I to 1935, only 15 tanks were produced. Most were derivatives or foreign designs or very poor quality private designs. The Christie designs were among the few bright spots, but the US Army acquired only three Christies and did not pursue the idea any further. Budget limitations and the low priority given to the Army meant that there were few resources for building tanks. The US Army instead developed and tested tank components such as suspensions, tracks, and transmissions. This work paid off when production needed to be initiated upon the outbreak of war. Immediately before and during World War II, US tanks and many other Allied tanks were powered by radial aircraft type engines. However, the massive production of aircraft caused a shortage of these engines. Because of this, many tanks, particularly the Sherman and the Lee, were powered by as many as five different power plant arrangements. In addition to Wright and Continental radials, they were powered by Ford GAA, GM truck diesels, and the Chrysler A57 multibank (an arrangement of five 6 cylinder automobile engines that ran as a single unit). After the war, diesel truck type engines replaced the gasoline burning radials.

Другие страны

Многие другие страны, стремившиеся к обладанию танками, не могли самостоятельно их проектировать или строить. 1920-е и 1930-е годы ознаменовались широким распространением экспортного бизнеса, поскольку более мелкие или менее индустриально развитые государства закупали танки за рубежом. Порой импорт иностранных танков способствовал зарождению собственной танковой промышленности в стране-импортере. Польша импортировала британский танк Vickers Six Ton и начала производство усовершенствованных моделей. Вершиной этой программы модернизации стал 7TP, оснащенный дизельным двигателем и 37-мм пушкой. Польша также производила танкетки серии TKS, концептуально схожие с британскими бронеавтомобилями Vickers Carden Loyd и французскими UE. Эти машины имели экипаж из двух человек, тонкую броню и одно спаренное легкое пулеметное вооружение. Шведская фирма Landsverk разработала несколько передовых легких танков, включая 20-мм L 60, отличавшийся сварной конструкцией и наклонной броней. L 60 был усовершенствован и развит в Венгрии, что привело к созданию легких танков Toldi, которые венгры активно использовали во время Второй мировой войны. С 20-мм пушкой L 60 был приблизительно сопоставим с немецким Panzer II или советским Т-60. L 60 также служил шасси для самоходной 40-мм зенитной установки Landsverk L 62. Венгрия приобрела L 62 и модернизировала их, разработав на их основе 40M Nimród. Хотя L 62 изначально проектировался как самоходная зенитная установка (SPAAG), венгерский 40M Nimród использовался венгерскими войсками на Восточном фронте как истребитель танков и SPAAG. После 1942 года Финляндия использовала шесть L 62. Венгрия развила впечатляющую танковую промышленность для своих размеров как до, так и во время Второй мировой войны. В межвоенный период они построили хорошо вооруженный танк Straussler V 4, выпустили несколько модификаций легких танков Toldi, а также семейство средних танков Turán, а позднее в ходе войны стали первой небольшой страной, создавшей собственный тяжелый танк – 44M Tas. 44M Tas был вооружен мощной 80-мм пушкой и имел толстую наклонную броню, обеспечивавшую ему даже лучшую защиту, чем у немецкого танка Panther, который послужил источником вдохновения для 44M Tas. В серии Turán, 40M Turán I был основан на незавершенном прототипе чешского среднего танка Škoda T 21 (Š II c), но Turán I отличался улучшенной броней, переработанной башней и корпусом, а также новой 40-мм пушкой. Поздняя модель 41M Turán II была оснащена короткоствольной 75-мм пушкой, улучшенной броней и переработанной башней. Вершиной серии Turán стал 43M Turán III, получивший длинноствольную 75-мм пушку, еще более толстую броню и вновь переработанную башню. Во время Второй мировой войны эти венгерские танки были дополнены несколькими десятками импортированных немецких машин, включая легендарные "Тигры" и "Пантеры". Турция импортировала советские Т-26 и несколько Т-28, но не начала серийное производство танков. Латвия и Литва импортировали несколько легких машин, таких как танкетки Vickers Carden Loyd, Renault FT и Vickers Carden Loyd M1936. Румыния импортировала из Франции несколько легких танков R 35, а также некоторые немецкие/чешские Panzer 35(t). В Латинской Америке первой войной, в которой применялись танки, стала война за Чако между Боливией и Парагваем, в которой первые использовали небольшое количество британских танков и танкет, в то время как у последних танков вообще не было.

Many other nations that desired tanks could not design or build their own. The 1920s and 1930s saw a widespread export business as smaller or less industrialized nations purchased tanks abroad. Sometimes, the import of foreign tanks led to the birth of a tank industry in the importing nation. Poland imported the British Vickers Six Ton tank and began production of improved models. The pinnacle of this improvement program was the 7TP, which featured a diesel engine and 37 mm gun. Poland also produced the TKS series of tankettes, similar in concept to the Vickers Carden Loyd machinegun carriers of Britain and the UE of France. These vehicles had two man crews, thin armor, and a single ball mounted light machine gun. Sweden's Landsverk firm designed several advanced light tanks, including the 20 mm armed L 60, which also had welded construction and some sloped armor. The L 60 was improved and developed further by Hungary, creating the Toldi light tanks, which the Hungarians used extensively during World War II. With its 20 mm gun, the L 60 was roughly comparable to the German Panzer II or Soviet T 60. The L 60 was also the chassis on which the Landsverk L 62 self propelled 40 mm anti aircraft gun was built. Hungary bought L 62s and improved them, developing it into the 40M Nimród. Although the L 62 was designed as a self propelled anti aircraft gun (SPAAG), the Hungarian 40M Nimród saw service with Hungarian forces on the Eastern Front as both a tank destroyer and an SPAAG. Six L 62s were used by Finland after 1942. Hungary developed an impressive tank industry for its size before and during World War II. They built the well armed Straussler V 4 tank during the interwar period, produced several variants of Toldi light tanks, as well as the Turán family of medium tanks, and later in the war they became the first smaller nation to make their own heavy tank – the 44M Tas. The 44M Tas was armed with a powerful 80 mm gun and had thick sloped armour, giving the Tas even better protection than the German Panther tank, which the 44M Tas was inspired by. Of the Turán series, the 40M Turán I was based on an incomplete prototype of the Czech Škoda T 21 (Š II c) medium tank, but the Turán I had improved armour, a redesigned turret and hull, and a new 40 mm gun. The later 41M Turán II had a short 75 mm gun, improved armour, and a redesigned turret. The pinnacle of the Turán series was the 43M Turán III, which had a long 75 mm gun, even thicker armour, and had a redesigned turret again. During World War II, these Hungarian tanks were supplemented by several dozen imported German vehicles, including the legendary Tigers and Panthers. Turkey imported Soviet T 26 and a few T 28 tanks but did not begin series production of any tank. Latvia and Lithuania imported a few light vehicles such as Vickers Carden Loyd tankette, Renault FTs, and Vickers Carden Loyd M1936s. Romania imported some R 35 light tanks from France, as well as some German/Czech Panzer 35(t)s.

In Latin America, the first war where the tank was employed was the Chaco War between Bolivia and Paraguay, in which the former used a small number of British built tanks and tankettes, whereas the latter had no tanks at all.