Битва при Панорме: Римская победа в Первой Пунической войне

Введение

Римская победа в Первой Пунической войне, 250 г. до н.э.

Битва при Панорме произошла на Сицилии в 250 г. до н.э. во время Первой Пунической войны между римской армией во главе с Луцием Цецилием Метеллом и карфагенской армией во главе с Гасдрубалом, сыном Ганнона. Римский контингент, состоявший из двух римских и двух союзнических легионов, оборонявших город Панорм, разгромил значительно превосходящую карфагенскую армию, насчитывавшую 30 000 человек и от 60 до 142 боевых слонов. Война началась в 264 г. до н.э., когда Карфаген контролировал большую часть Сицилии, где и проходили основные сражения. В 256–255 гг. до н.э. римляне предприняли попытку нападения на город Карфаген в Северной Африке, но потерпели сокрушительное поражение от карфагенской армии, сильной в кавалерии и слонах. Когда театр военных действий вновь переместился на Сицилию, римляне захватили крупный и важный город Панорм в 254 г. до н.э. После этого они избегали генерального сражения из-за опасения боевых слонов, переброшенных карфагенянами на Сицилию. В конце лета 250 г. до н.э. Гасдрубал вывел свою армию, чтобы разорить посевы городов – союзников Рима. Римляне отступили к Панорму, а Гасдрубал двинулся к городским стенам. По прибытии в Панорм Метелл вступил в бой, отражая натиск слонов градом дротиков, выпущенных с земляных укреплений, возведенных у стен. Под этим обстрелом слоны запаниковали и обратились в бегство, смяв карфагенскую пехоту. Затем римская тяжелая пехота атаковала левый фланг карфагенян, который был сломлен, а за ним и вся карфагенская армия. Слоны были захвачены и позднее уничтожены в Большом цирке. Это было последнее крупное сухопутное сражение в войне, которая завершилась девять лет спустя победой римлян.

Первичные источники

Основным источником почти всех аспектов Первой Пунической войны является историк Полибий (ок. 200 – 118 до н. э.), грек, отправленный в Рим в 167 году до н. э. в качестве заложника. В его труды входит утраченное руководство по военной тактике, но он наиболее известен своими «Историями», написанными после 146 года до н. э., то есть примерно через столетие после окончания войны. Труд Полибия считается в целом объективным и нейтральным в отношении карфагенской и римской точек зрения. Карфагенские письменные источники были уничтожены вместе со столицей Карфагеном в 146 году до н. э., и изложение Полибием Первой Пунической войны основано на нескольких утраченных греческих и латинских источниках. Полибий был аналитическим историком и, когда это было возможно, опрашивал участников описываемых им событий. Первой Пунической войне посвящена лишь часть первой книги из общего числа 40 книг «Историй». Точность изложения Полибия активно обсуждалась на протяжении последних 150 лет, однако современный научный консенсус склоняется к тому, чтобы принимать его показания в основном без изменений, а детали сражений в современных источниках почти полностью основаны на интерпретациях его труда. Современный историк Эндрю Карри считает Полибия «вполне надежным», а Декстер Хойос описывает его как «поразительно хорошо информированного, трудолюбивого и проницательного историка». Существуют и другие, более поздние, античные истории войны, но они дошли до нас лишь во фрагментарном или кратком изложении. Современные историки обычно принимают во внимание более поздние труды Диодора Сицилийского и Диона Кассия, хотя классик Адриан Голдсуорти утверждает, что «изложение Полибия обычно предпочтительнее, когда оно расходится с другими доступными нам источниками». К другим источникам относятся надписи, монеты и археологические данные.

Армии

Большинство римских граждан мужского пола были обязаны к военной службе и служили в пехоте, в то время как состоятельные граждане формировали кавалерийский компонент. Традиционно, во время войны римляне выставляли два легиона римских войск и два алы союзников, каждый из которых насчитывал 4200 пехотинцев и 300 всадников (900 всадников в але). Небольшая часть пехоты служила лёгкими пехотинцами, вооружёнными дротиками. Остальные были экипированы как тяжёлая пехота, с доспехами, большим щитом и короткими мечами для колющих ударов. Они были разделены на три шеренги, из которых первая также несла два дротика, а вторая и третья – копьё для толчка. Как легионерские подразделения, так и отдельные легионеры сражались в относительно рассыпном порядке. Издавна римляне избирали двух консулов ежегодно, каждый из которых возглавлял армию. Армия обычно формировалась путём объединения римского легиона с легионом аналогичного размера и вооружения, предоставленным их латинскими союзниками. Граждане Карфагена призывались в армию только при прямой угрозе городу Карфагену. В большинстве случаев Карфаген нанимал иностранцев для комплектования своей армии. Многие из них происходили из Северной Африки, которая предоставляла различные типы воинов, включая: тяжёлую пехоту, вооружённую большими щитами, шлемами, короткими мечами и длинными копьями; лёгкую пехоту, вооружённую дротиками; тяжёлую кавалерию с копьями для таранного удара; и лёгкую кавалерию, которая бросала дротики с расстояния и избегала ближнего боя. И Иберия, и Галлия предоставляли небольшое количество опытной пехоты – легковооружённых воинов, которые яростно нападали, но имели репутацию отступающих при затяжных сражениях. Африканская тяжёлая пехота сражалась в плотном построении, известном как фаланга. Пращники часто набирались с Балеарских островов. Римские и греческие источники пренебрежительно называли этих иностранных воинов «наёмниками», но современный историк Адриан Голдсуорти считает это «грубым упрощением». Они служили на различных условиях; например, некоторые были регулярными войсками союзных городов или царств, прикомандированными к Карфагену в рамках официальных договоров. Карфагеняне также использовали боевых слонов; в Северной Африке в то время обитали местные африканские лесные слоны.

Most male Roman citizens were liable for military service, and would serve as infantry, with a better off minority providing a cavalry component. Traditionally, when at war the Romans would raise two legions of Roman troops and two alae of allies, each of 4,200 infantry and 300 cavalry (900 cavalry for the ala). A small number of the infantry served as javelin armed skirmishers. The others were equipped as heavy infantry, with body armour, a large shield, and short thrusting swords. They were divided into three ranks, of which the front rank also carried two javelins, while the second and third ranks had a thrusting spear instead. Both legionary sub units and individual legionaries fought in relatively open order. It was the long standing Roman procedure to elect two consuls each year to each lead an army. An army was usually formed by combining a Roman legion with a similarly sized and equipped legion provided by their Latin allies. Carthaginian citizens only served in their army if there was a direct threat to the city of Carthage. In most circumstances Carthage recruited foreigners to make up its army. Many were from North Africa which provided several types of fighters including: close order infantry equipped with large shields, helmets, short swords and long thrusting spears; javelin armed light infantry skirmishers; close order shock cavalry carrying spears; and light cavalry skirmishers who threw javelins from a distance and avoided close combat. Both Iberia and Gaul provided small numbers of experienced infantry; unarmoured troops who would charge ferociously, but had a reputation for breaking off if a combat was protracted. The close order African infantry would fight in a tightly packed formation known as a phalanx. Slingers were frequently recruited from the Balearic Islands. Roman and Greek sources refer to these foreign fighters derogatively as "mercenaries", but the modern historian Adrian Goldsworthy describes to this as "a gross oversimplification". They served under a variety of arrangements; for example, some were the regular troops of allied cities or kingdoms seconded to Carthage as part of formal treaties. The Carthaginians also employed war elephants; North Africa had indigenous African forest elephants at the time.

Начало войны

Римская республика активно расширялась на юге Италии в течение столетия до Первой Пунической войны. К 272 году до н.э. она завоевала полуостров Италии к югу от реки Арно. К этому времени Карфаген, со столицей на территории современного Туниса, доминировал над южной Испанией, большей частью прибрежных районов Северной Африки, Балеарскими островами, Корсикой, Сардинией и западной половиной Сицилии, создав военно-торговую империю. В III веке до н.э. Карфаген и Рим были главными державами в западном Средиземноморье. В 264 году до н.э. два города начали войну из-за города Мессана (современная Мессина), расположенного на северо-восточном мысе Сицилии. Большая часть войны велась на Сицилии или в прилегающих к ней водах. Вдали от побережья её холмистый и гористый рельеф затруднял маневрирование крупных сил и благоприятствовал обороне, а не наступлению. Сухопутные операции в основном сводились к рейдам, осадам и перехвату. Гарнизонная служба и блокада с суши были наиболее распространенными операциями для обеих армий; за 23 года войны на Сицилии произошло всего два полномасштабных полевых сражения, одним из которых был Панорм. После ряда римских успехов война на Сицилии зашла в тупик, поскольку карфагеняне сосредоточились на обороне хорошо укрепленных городов и поселений, которые в основном располагались на побережье и могли снабжаться и усиливаться без вмешательства превосходящей римской армии.

Вторжение в Африку

С 260 года до н.э. основной театр военных действий переместился в море. Римляне одержали морские победы при Милах (260 до н.э.) и Сульках (258 до н.э.), и их разочарование затяжным тупиком на Сицилии побудило разработать план вторжения в сердце Карфагена, в Северную Африку, с целью угрожать городу Карфагену (вблизи современного Туниса). После победы над карфагенянами в битве при мысе Экном, возможно, крупнейшем морском сражении в истории по числу участвовавших в нём сил, римская армия высадилась в Африке на полуострове Кап-Бон и начала опустошать карфагенскую территорию. Большая часть римских кораблей вернулась на Сицилию, оставив 15 000 пехотинцев и 500 всадников для продолжения войны в Африке. Карфагенская армия, сильная в кавалерии и слонах и примерно равная римской по численности, была разбита после того, как карфагеняне расположили её на скалистом холме, который затем штурмом взяла римская пехота. Потери карфагенян неизвестны, хотя их слоны и кавалерия избежали значительных потерь. Карфагенцы поручили спартанскому наёмному командиру Ксантиппу обучение своей армии. В начале 255 года до н.э. Ксантипп возглавил армию из 12 000 пехотинцев, 4 000 всадников и 100 слонов против 15 500 римлян, предложил им бой на открытой равнине и одержал над ними решительную победу в битве при Тунисе. Слоны сыграли заметную роль в этой победе. Около 2000 римлян отступили в Аспис, 500 попали в плен, 13 000 были убиты. Римляне эвакуировали выживших морем, но римский флот был разгромлен штормом по пути в Италию: из 464 кораблей погибло 384, а потери составили 100 000 человек – преимущественно латинские союзники, не являвшиеся римлянами.

Прелюдия

Потеряв большую часть своего флота в шторме 255 года до н.э., римляне быстро восстановили его, добавив 220 новых кораблей, и начали решительное наступление на Сицилии; весь их флот под командованием обоих консулов атаковал Панорм в начале 254 года до н.э. Панорм был крупным для того времени городом на северном побережье Сицилии, на месте современной сицилийской столицы Палермо. Население города составляло около 70 000 человек, и он был одним из крупнейших сицилийских городов, остававшихся верными Карфагену, и наиболее важным в экономическом отношении. Процветание города основывалось на торговле и рыболовстве, что привело к необычному отсутствию сельского хозяйства, а территория непосредственно вокруг города была густо покрыта лесом, даже вблизи городских ворот. Город был окружен и подвергся блокаде, были установлены осадные машины. Они пробили брешь в стенах, которую римляне штурмом взяли, захватив внешний город и не щадя никого. Внутренний город быстро сдался. 14 000 жителей, располагавших средствами, выкупили себя, а оставшиеся 13 000 были проданы в рабство. Большая часть западного внутреннего Сицилии перешла на сторону римлян: Иетас, Солус, Петра и Тиндарис заключили соглашения. В 252 году до н.э. римляне захватили Термы и Липару, которые оказались изолированными после падения Панорма. В конце 253 года до н.э. или в начале 252 года до н.э. в Сицилию были отправлены карфагенские подкрепления под командованием Газдрубала, участвовавшего в двух сражениях против римлян в Африке. Римляне избегали сражений в 252 и 251 годах до н.э.; по словам Полибия, это было связано с опасениями перед боевыми слонами, переброшенными карфагенянами на Сицилию. Историк Найджел Бэгнолл предполагает, что выжившие после битвы против Ксантиппа передавали "ужасающие рассказы" об эффективности карфагенской конницы и слонов в открытом бою. В результате карфагеняне, вероятно, с армией, меньшей по численности, чем римская, доминировали на равнинах, в то время как римляне удерживали позиции на возвышенностях и пересеченной местности, где эффект от конницы и слонов был бы сведен к минимуму. Обе стороны отказывались сражаться на территории, благоприятной для противника.

Having lost most of their fleet in the storm of 255 BC, the Romans rapidly rebuilt it, adding 220 new ships, and launched a determined offensive in Sicily; their entire fleet, under both consuls, attacked Panormus early in 254 BC. Panormus was a large, for the time, city on the north coast of Sicily, the site of the modern Sicilian capital Palermo. It had a population of approximately 70,000 and was one of the largest Sicilian cities still loyal to Carthage and the most important economically. The city's prosperity was based on trade and fishing, which resulted in an unusual lack of agriculture and the area immediately around the city was thickly forested, even close to the gates. The city was surrounded and blockaded, and siege engines set up. These made a breach in the walls which the Romans stormed, capturing the outer town and giving no quarter. The inner town promptly surrendered. The 14,000 inhabitants who could afford it ransomed themselves and the remaining 13,000 were sold into slavery. Much of western inland Sicily then went over to the Romans: Ietas, Solous, Petra, and Tyndaris all came to terms. In 252 BC the Romans captured Thermae and Lipara, which had been isolated by the fall of Panormus. In late 253 BC or early 252 BC Carthaginian reinforcements were sent to Sicily under Hasdrubal, who had taken part in the two battles against the Romans in Africa. The Romans avoided battle in 252 and 251 BC; according to Polybius because they feared the war elephants which the Carthaginians had shipped to Sicily. The historian Nigel Bagnall suggests that survivors of the battle against Xanthippus passed on "horrific stories" of the effectiveness of the Carthaginian cavalry and elephants in open battle. In consequence the Carthaginians, probably with a smaller army than the Romans, dominated the plains; while the Romans stayed on higher and broken ground, where much of the effect of the cavalry and elephants would have been nullified. Both sides declined to fight on their opponents' favoured terrain.

Битва

В конце лета 250 года до н.э. Аздрубал, узнав, что один консул (Гай Фурий Пацил) покинул Сицилию с половиной римской армии, выступил из крупной карфагенской крепости Лилибея в направлении Панормуса с 30 000 воинов и от 60 до 142 слонов. Остановившись на некотором расстоянии, он опустошил урожай на землях недавно союзных Риму городов, пытаясь спровоцировать римского полководца Луция Цецилия Метелла на битву. Римские войска насчитывали два легиона и были рассредоточены для сбора урожая. Метелл отвел их перед наступлением карфагенян, и они отступили в Панормус. Такой робости Аздрубал и ожидал, и он двинулся вниз по долине Орето, продолжая разорять окрестности. Орето впадал в море сразу к югу от Панормуса, и там Аздрубал приказал части своей армии переправиться через реку и приблизиться к городским стенам. Когда слоны переправились или находились в процессе переправы, Метелл послал свою легкую пехоту для завязывания схватки с карфагенянами и затруднения их продвижения. Эти легковооруженные воины метали дротики в карфагенян, получив приказ сосредоточиться на слонах. Панормус был крупным снабженческим центром, и горожане занимались переноской связок дротиков из городских запасов к подножию стен, обеспечивая постоянное снабжение римских застрельщиков. Местность между рекой и городом была покрыта земляными укреплениями, частично построенными во время римской осады, частично – частью городских оборонительных сооружений, которые предоставляли укрытие римлянам и затрудняли продвижение слонов, а также маневрирование. Махуты слонов, стремясь продемонстрировать мощь своих животных, тем не менее, гнали их вперед. В некоторых источниках также упоминается, что на слонов сбрасывали метательные снаряды с городских стен. Засыпанные снарядами и не имея возможности ответить, слоны запаниковали и обратились в бегство, прорываясь сквозь карфагенскую пехоту. Метелл скрылся сам и большая часть его армии либо в лесу у городских ворот, либо сразу за ними; в любом случае он оказался выше по течению реки, где карфагенская армия переправлялась. Оттуда Метелл подводил свежие силы в масштабную схватку под городскими стенами. Когда слоны дрогнули, дезорганизуя значительную часть карфагенской армии и деморализовав ее, Метелл приказал атаковать их левый фланг. Карфагеняне бежали; те, кто пытался сопротивляться, были уничтожены. Метелл не разрешил преследование, но сразу после сражения захватил десять слонов, а по некоторым сведениям – и остальных уцелевших животных в последующие дни. Современные источники не сообщают о других потерях с обеих сторон, хотя считается, что потери карфагенян были значительными. Современные историки считают более поздние заявления о 20 000–30 000 погибших карфагенян маловероятными. Аналогично, поздние сообщения о том, что крупный кельтский контингент в карфагенской армии был пьян в начале битвы, обычно отвергаются, как и предположение о том, что карфагенский флот участвовал в операции, вызвав большие потери, когда многие бегущие солдаты бросились в море в надежде быть подобранными кораблями.

In late summer 250 BC Hasdrubal, hearing that one consul (Gaius Furius Pacilus) had left Sicily with half of the Roman army, marched out from the major Carthaginian stronghold of Lilybaeum towards Panormus with 30,000 men and between 60 and 142 elephants. Halting some distance away, he devastated the harvest in the territories of Rome's newly allied cities, in an attempt to provoke the Roman commander, Lucius Caecilius Metellus, into battle. The Roman troops amounted to two legions, and they had been dispersed to gather the harvest. Metellus withdrew them in front of the advancing Carthaginians and they retreated into Panormus. This timidity was what Hasdrubal had come to expect, and he advanced down the Oreto valley, continuing to despoil the countryside. The Oreto reached the sea immediately south of Panormus, and once there Hasdrubal ordered part of his army to cross the river and advance up to the city wall. Once the elephants had crossed, or were crossing, the river, Metellus sent his light infantry to skirmish with the Carthaginians and impede their passage. These light troops hurled javelins at the Carthaginians, and had been instructed to concentrate on their elephants. Panormus was a major supply depot, and townspeople were employed in carrying bundles of javelins from stocks within the city to the foot of the walls so the Roman skirmishers were constantly resupplied. The ground between the river and the city was covered with earthworks, some constructed during the Roman siege and some part of the city's defensive works, which provided cover for the Romans and made it difficult for the elephants to advance, or even manoeuvre. The elephants' mahouts, eager to demonstrate their charges' prowess, nevertheless drove them forward. Some accounts also have missiles being hurled down from the city walls at them. Peppered with missiles and unable to retaliate, the elephants panicked and fled through the Carthaginian infantry behind them. Metellus had concealed himself and a large part of his army either in the woods just outside the city gate, or immediately inside the gates; in either case this meant he was upstream from where the Carthaginian army was fording the river. From here Metellus fed fresh troops into the large scale skirmish under the city walls. When the elephants broke, disorganising a large part of the Carthaginian army and demoralising all of it, Metellus ordered an attack on its left flank. The Carthaginians fled; those who attempted to fight were cut down. Metellus did not permit a pursuit, but did capture ten elephants in the immediate aftermath and, according to some accounts, the rest of the surviving animals over the succeeding days. Contemporary accounts do not report the other losses of either side, although the Carthaginians' are thought to have been heavy. Modern historians consider later claims of 20,000–30,000 Carthaginian casualties improbable. Similarly, later accounts that the large Celtic contingent in the Carthaginian army were drunk when the battle began are usually dismissed; as is the suggestion that a Carthaginian fleet took part in the operation, causing heavy casualties when many fleeing soldiers ran into the sea hoping to be taken off by their ships.

Последствия

Поражение Карфагена, и особенно потеря слонов, позволило римлянам чувствовать себя свободнее в маневрах на равнине, а карфагеняне больше не решались бросать им вызов. В соответствии с карфагенским обычаем после поражения, Аздрубал был отозван в Карфаген для казни. После успеха при Панорме Метелл получил триумф в Риме 7 сентября 250 года до н.э., во время которого он прошествовал со слонами, захваченными при Панорме, которых затем закололи в Большом цирке. Слон был принят в качестве эмблемы могущественного рода Цецилиев Метелли, члены которого изображали слона на монетах, которые они чеканили до конца Республики. Преемник Аздрубала, Адубал, решил, что большой укрепленный город Селинус больше не может быть удержан гарнизоном, и приказал эвакуировать и разрушить город. Воодушевленные победой при Панорме, римляне двинулись на главную карфагенскую базу на Сицилии – Лилибеум. Большая армия под командованием консулов этого года, Гая Атилия Регула и Луция Манлия Вулсо Лонга, осадила город. Они восстановили свой флот и заблокировали гавань двумястами кораблями. Город оставался в руках карфагенян, когда война завершилась римской победой девять лет спустя, в 241 году до н.э. Напряженность между двумя государствами оставалась высокой, поскольку они оба продолжали расширяться в западном Средиземноморье. Когда Карфаген осадил римский союзный город Сагунтум в восточной Иберии в 218 году до н.э., это послужило началом Второй Пунической войны с Римом.