Битвы при Кротоне и закат Второй Пунической войны в Италии.

Введение

Кроттоновские сражения 204 и 203 годов до н.э., наряду с набегом в Цизальпинскую Галлию, стали последними крупными столкновениями между римлянами и карфагенянами на территории Италии во время Второй Пунической войны. После отступления Ганнибала в Бруттий после поражения при Метавре, римляне непрерывно пытались не допустить доступа его войск к Ионическому морю и перерезать возможные пути отступления в Карфаген, захватив Кротон – последний порт, который оставался под его контролем после многих лет войны.

Южная Италия в конце Ганнибальской войны

К 204 году до н.э. римляне явно выигрывали войну. Три года назад они уничтожили армию Асдрубала Барки, который шел из Иберии через Альпы в Италию, чтобы помочь своему брату Ганнибалу. Публий Корнелий Сципион воспользовался уходом Асдрубала и сломил карфагенскую власть на Пиренейском полуострове в результате битвы при Илипе. Окончательная победа была лишь вопросом времени. После битвы у реки Метавр Ганнибал решил сосредоточить все свои оставшиеся силы и сторонников в Бруттии, "самом отдалённом уголке Италии". Он отказался от других своих владений в Лукании и Великой Греции, видимо, потому что они утратили стратегическое значение и он считал их невозможными для защиты от превосходящих сил Рима. Кроме того, потеряв много войск в городах, захваченных римлянами в предыдущие годы, он стремился уменьшить свои потери. Бруттий, преимущественно горный регион, почти полностью окружённый морем, предоставил Ганнибалу идеальную базу для сдерживания римского наступления и вынуждения Сената держать крупную постоянную армию против него. Таким образом, он прибег к той же тактике, которую его отец Гамилькар Барка использовал на протяжении семи лет во время Первой Пунической войны на Сицилии. По мнению военного историка Ганса Дельбрюка, стратегическая цель этой тактики заключалась в том, чтобы побудить Рим к заключению приемлемого мирного договора в обмен на отказ от карфагенского плацдарма в Италии. Ливий описывает характер последовавшей войны следующим образом: "Борьба в Бруттии приобрела характер разбоя больше, чем характер регулярной войны. Нумидийцы начали эту практику, и бруттийцы последовали их примеру, не столько из-за союза с Карфагеном, сколько потому, что это был их традиционный и естественный способ ведения войны. В конце концов, даже римляне заразились страстью к грабежу и, насколько позволяли им их генералы, совершали набеги на поля врага". В этот момент Риму предстояло решить, как действовать дальше. После долгих дебатов в Сенате Сципион, избранный консулом на 205 год до н.э., получил разрешение на вторжение в Африку. Сципион утверждал, что только этим вторжением он сможет заставить Карфаген отозвать Ганнибала и Магона, которые создали ещё один карфагенский опорный пункт в Италии, высадившись в Лигурии. Однако ему не выделили достаточных ресурсов, и ему пришлось потратить год на подготовку к экспедиции с Сицилии.

By 204 BC, the Romans were clearly winning the war. Three years earlier, they had destroyed the army of Hasdrubal Barca, who had marched from Iberia through the Alps into Italy to help his brother Hannibal. Publius Cornelius Scipio had taken advantage of Hasdrubal's departure and broke the Carthaginian power on the Iberian peninsula as a result of the battle at Ilipa. The final victory was just a matter of time. Following the battle of the Metaurus river, Hannibal decided to concentrate all his remaining forces and supporters in Bruttium, "the remotest corner of Italy". He relinquished his other possessions in Lucania and Magna Graecia apparently because they lost their strategical importance and he deemed them indefensible against Rome's superior forces. Furthermore, having lost many troops in cities taken by the Romans in the previous years, he wanted to diminish his losses. A mainly mountainous region almost entirely surrounded by the sea, Bruttium provided Hannibal with a perfect base to check the Roman advance and force the Senate to keep a large standing army against him. Thus he resorted to the same tactics his father Hamilcar Barca used for seven years during the First Punic war in Sicily. According to the military historian Hans Delbrück, the strategic goal behind these tactics was to induce Rome to an acceptable peace treaty in return for relinquishing the Punic base in Italy. Livy describes the character of the ensuing warfare in this way: "The struggle in Bruttium had assumed the character of brigandage much more than that of regular warfare. The Numidians'' had commenced the practice, and the Bruttians followed their example, not so much because of their alliance with the Carthaginians as because it was their traditional and natural method of carrying on war. At last, even the Romans were infected by the passion for plunder and, as far as their generals allowed them, used to make predatory incursions on the enemy's fields." At this point, Rome had to decide how to proceed. After much debating in the Senate, Scipio, elected consul for 205 BC, was authorized to invade Africa. Scipio's point was that only'' by this invasion would he induce Carthage to recall Hannibal and Mago, who had set up another Carthaginian stronghold in Italy by landing in Liguria. He was not given sufficient resources though and had to spend a year in preparations for the expedition from Sicily.

Поход в Бруттиуме

Со временем оценка Сципиона подтвердилась. В течение четырех лет основные римские силы были скованы боями в Бруттии, а часть войск была направлена в Этрурию и Цизальпинскую Галлию для противодействия Магону. В 206 году до н.э. Бруттий был передан обоим консулам. Кассий Дион объясняет их бездействие следующим образом: "Ганнибал на время затих, довольствуясь сохранением уже имевшихся у него преимуществ. И консулы, полагая, что его мощь ослабнет даже без сражения, также выжидали". Аппиан утверждает, что Ганнибал ждал подкрепления из Карфагена. Однако оно не пришло, так как сильный ветер сбил с курса большой конвой из ста кораблей, перевозивших солдат, деньги и припасы, который был перехвачен и разгромлен римским флотом у Сардинии. Ганнибалу пришлось вводить высокие налоги и собирать дополнительные ресурсы путем конфискаций. Эти меры подорвали его популярность среди местного населения и привели к ряду случаев дезертирства. Депортация неблагонадежных граждан из стратегических крепостей, о которой упоминает Аппиан, обеспечила Ганнибалу большую безопасность, но не в Локри. В 205 году до н.э. римский отряд, посланный Сципионом из Регия, внезапной атакой захватил часть города. Ганнибал быстро изгнал врага, "и римляне не удержались бы, если бы население, возмущенное тиранией и жадностью карфагенян, не перешло на их сторону". Вопрос о том, произошло это по принуждению или убеждению, остается открытым. Также спорно, достиг ли Красс каких-либо успехов, поскольку Ливий сообщает, что Консенция сдалась после битвы при Кротоне в следующем году. Для Ливия самым заметным событием в Бруттии в 205 году до н.э. стала чума, которая "поразила римлян и карфагенян и была одинаково смертоносной для обеих сторон, но помимо эпидемии карфагеняне страдали от нехватки продовольствия". Это произошло к концу года. Болезнь была настолько серьезной, что Красс не смог вернуться в Рим для проведения выборов новых консулов и рекомендовал сенату распустить одну из армий в Бруттии, чтобы сохранить жизнь солдат. Сенат разрешил Крассу поступать по своему усмотрению, а Публий Семпроний Тудитан, отправленный в Бруттий в качестве нового консула в следующем году, должен был набрать новые войска. Первое сражение в окрестностях Кротона произошло летом 204 года до н.э. По словам Ливия, это было нерегулярное сражение, начавшееся со случайного столкновения марширующих колонн Ганнибала и Семпрония. Карфагеняне отбросили врага, который в беспорядке отступил в свой лагерь, оставив 1200 убитых. Ганнибал не решился штурмовать укрепленный лагерь, поэтому римляне не были полностью разгромлены. Тем не менее, Семпроний потерпел серьезное поражение и пришел к выводу, что его два легиона не могут тягаться с карфагенянами. Он покинул лагерь под покровом ночи и вызвал проконсула П. Лициния Красса. Объединившись с другим римским командующим в регионе, Семпроний вернулся в Кротон в поисках возмездия. Он выставил свои легионы на передовой, оставив легионы Красса в резерве. На этот раз Ганнибал не смог устоять против армии, превосходящей его по численности вдвое, и был вынужден отступить в Кротон, потеряв, по словам Ливия, 4000 убитых и 300 пленных. Бои вокруг Кротона продолжались в 203 году до н.э., но, как сам отмечает Ливий, отчеты о событиях неясны. Ливий особенно скептически относится к рассказу о том, что консул Кней Сервилий Цепион убил 5000 карфагенских солдат в генеральном сражении. Одно можно сказать наверняка: Сервилий не смог помешать Ганнибалу благополучно отплыть в Африку. Аппиан сообщает, что для перевозки своих ветеранов Ганнибал даже построил дополнительные корабли, помимо флота, прибывшего в Кротон из Карфагена. Римляне этому не препятствовали.

With time, Scipio's assessment proved correct. For four years the main Roman forces were entangled in Bruttium and some were diverted to Etruria and Cisalpine Gaul to face Mago. In 206 BC, Bruttium was assigned to both of the consuls. Cassius Dio explains their inaction: "Hannibal for a time was keeping quiet, satisfied if he might only retain such advantages as were already his. And the consuls, believing that his power would waste away even without a battle, also waited." Appian states that Hannibal was awaiting help from Carthage. This did not come, for a large convoy of 100 ships with soldiers, money, and supplies was driven off its course by high winds, intercepted and routed by the Roman fleet at Sardinia. Hannibal had to raise heavy taxes and collect more resources by confiscations. These measures undermined his popularity among the local population and were the cause for several cases of defection. The deportation of unreliable citizens from strategic fortresses, referred by Appian, produced more security for Hannibal but not in the case of Locri. In 205 BC, a Roman detachment, sent from Rhegium by Scipio, managed to capture a part of the town by a sudden assault. Hannibal moved quickly to expel the enemy "and the Romans would not have held out had not the population, embittered by the tyranny and rapacity of the Carthaginians, taken their side." It is open to debate whether he did this by force or persuasion. It is also debatable whether Crassus accomplished anything, for Livy narrates that Consentia surrendered after the battles at Croton in the following year. For Livy, the most memorable event in Bruttium in 205 BC was a pestilence that "attacked the Romans and the Carthaginians and was equally fatal to both, but in addition to the epidemic, the Carthaginians were suffering from scarcity of food". This occurred toward the year's end. The disease was so serious that Crassus could not return to Rome for conducting the elections of the next consuls and recommended to the Senate to disband one of the armies in Bruttium, so as to preserve the soldiers’ lives. The Senate let Crassus do what he deemed right and Publius Sempronius Tuditanus, who was sent the next year to Bruttium as a new consul had to enroll fresh troops. The first battle in the vicinity of Croton took place in the summer of 204 BC. In Livy's words, it was an irregular battle that was started by an accidental clash between the marching columns of Hannibal and Sempronius. The Carthaginians repulsed their enemies, who retreated in confusion to their camp leaving 1,200 dead. Hannibal was not prepared to storm the fortified camp, so the Romans were not entirely routed. Nevertheless, Sempronius received a severe blow and judged that his two legions were no match to the Carthaginians. He abandoned the camp under the cover of the following night and summoned the proconsul P. Licinius Crassus. After uniting with the other Roman commander in the region, Sempronius returned to Croton looking for revenge. He arranged his legions in front, leaving those of Crassus in reserve. This time, Hannibal could not stand his ground against an army doubled in size and was forced to retreat to Croton at the cost of 4,000 dead and 300 prisoners, if one believes Livy. The fighting around Croton continued in 203 BC, but as Livy puts it himself, there are no clear accounts of the events. Livy is particularly suspicious of a story that the consul Cnaeus Servilius Caepio killed 5,000 Carthaginian soldiers in a pitched battle. One thing is sure – Servilius could not prevent Hannibal from departing safely to Africa. Appian informs that, for the transportation of his veterans, Hannibal even built more ships in addition to the fleet that arrived in Croton from Carthage. This was unimpeded by the Romans.

Последствия

Как предсказал Сципион, несмотря на все усилия Ганнибала, исход борьбы между Римом и Карфагеном решался не в Италии. Римский полководец нанес карфагенянам несколько сокрушительных поражений в Африке, после чего они запросили подкрепления. Пока Ганнибал оставался в Бруттии, его брат Магон был отброшен и смертельно ранен в битве на севере Италии. Оставшиеся силы Магона вернулись в Карфаген и объединились с Ганнибалом для противостояния Сципиону при Заме.