Ответственность юридических лиц: сравнительный анализ и современные тенденции.

Введение

Законы, устанавливающие ответственность хозяйствующих субъектов. Корпоративная ответственность, также именуемая ответственностью юридических лиц, определяет степень, в которой компания как юридическое лицо может нести ответственность за действия и бездействие физических лиц, состоящих в штате, а в некоторых правовых системах – за действия других связанных лиц и деловых партнеров. Поскольку корпорации и другие хозяйствующие субъекты играют важную роль в экономической сфере, корпоративная ответственность является ключевым элементом эффективного правоприменения в сфере экономических преступлений. Исследование, проведенное в 2016 году в 41 стране, показало значительные различия в подходах к ответственности, а также то, что корпоративная ответственность – это динамично развивающаяся область правовых инноваций и эволюции. Термин «юридическое лицо» относится к хозяйствующему субъекту (часто корпорации, но также и к другим юридическим лицам, как это предусмотрено законом), обладающему как юридическими правами (например, правом на подачу иска), так и юридическими обязанностями. Учитывая, что на уровне государственной политики рост и благосостояние общества во многом зависят от делового сообщества, правительства должны тщательно определять объем и способы привлечения к ответственности каждой разрешенной формы хозяйствующего субъекта. Важными элементами систем корпоративной ответственности являются юрисдикция, ответственность правопреемников, связанные и не связанные лица как источники ответственности, санкции и обстоятельства, смягчающие ответственность.

Характер корпоративной ответственности

Страны могут основывать свои системы корпоративной ответственности на уголовном или неуголовном праве (то есть административном или гражданском праве) или на обоих. Они также могут принимать законодательство, устанавливающее ответственность юридических лиц в конкретных областях права (например, в отношении охраны труда и безопасности, а также безопасности продукции). При таком подходе формулировка состава правонарушения прямо возлагает ответственность на корпорацию как на основного или совместного принципала с физическим лицом. Как правило, подходы стран к этому вопросу отражают давние и разнообразные правовые традиции. Например, в Австралии и Канаде системы корпоративной ответственности основаны на уголовном праве, а в Германии и Италии – на административном праве. Некоторые юрисдикции используют уголовную и гражданскую системы параллельно, тем самым расширяя возможности привлечения юридических лиц к ответственности и принятия политических решений о том, когда применять уголовное право для максимального эффекта в тех случаях, которые подлежат судебному преследованию. Система корпоративной ответственности в Соединенных Штатах является примером системы, включающей элементы как уголовного, так и гражданского права. Этот подход уходит корнями в английское право. В знаковом деле Tesco Supermarkets Ltd v Nattrass [1972] AC 153 Палата лордов установила, что управляющий магазином не является частью "руководящего органа" корпорации и, следовательно, его действия не могут быть отнесены к корпорации. Этот подход подвергался критике, поскольку он ограничивает корпоративную ответственность действиями директоров и нескольких высших должностных лиц. Это может несправедливо благоприятствовать более крупным корпорациям, поскольку они могут избежать уголовной ответственности за действия сотрудников, осуществляющих их повседневную деятельность. Это оказалось проблематичным, в частности, в делах о корпоративном убийстве по неосторожности. Исследование, проведенное в 2016 году в 41 стране, показало, что соответствие критерию "контролирующие умы" обычно не требуется для привлечения к ответственности, хотя почти всегда достаточно для возложения ответственности на компанию. По сути, эта доктрина имеет отношение к установлению элемента знания (но не умысла) в составе mens rea для юридических лиц. В деле "Соединенные Штаты против Банка Новой Англии" (1987) 821 F2d 844 Верховный суд санкционировал применение этой доктрины для поддержания обвинительного приговора Банку Новой Англии за умышленное непредставление отчетов о валютных операциях. Суд подтвердил доктрину коллективного знания, утверждая, что без такого принципа хозяйствующие субъекты могли бы разделять обязанности своих сотрудников, чтобы разграничивать их знания и тем самым избегать ответственности. Принцип агрегации применяется в австралийских судах, но отвергается в Англии.

Countries can base their corporate liability systems in criminal or non criminal law (that is, administrative or civil law) or in both. They can also enact legislation that creates liability for legal persons in specific areas of law (e. g. covering health and safety, and product safety issues). Under this approach, the wording of a statutory offence specifically attaches liability to the corporation as the principal or joint principal with a human agent. Generally, countries’ approaches to this issue reflect long standing and diverse legal traditions. For example, Australia and Canada anchor their corporate liability systems in criminal law, while the German and Italian systems are based in administrative law. Some jurisdictions use criminal and civil systems in parallel, thereby expanding options for pursuing legal accountability for legal persons and for making political judgments on when to use the criminal law in order to maximise the impact of those cases that are prosecuted. The United States’ system of corporate liability is an example of one that incorporates both criminal and civil law elements. This approach has its roots in English law. In a seminal case, Tesco Supermarkets Ltd v Nattrass [1972] AC 153, the House of Lords found that a store manager was not a part of the "directing mind" of the corporation and therefore that his conduct was not attributable to the corporation. This approach has been criticised because it restricts corporate liability to the acts of directors and a few high level managers. It may therefore unfairly favour larger corporations because they may be able to escape criminal liability for the acts of employees who manage their day to day activities. This has proved problematic as in the cases involving corporate manslaughter. A 2016 study of 41 countries’ corporate liability systems shows that meeting the ‘controlling minds’ test is not usually required for liability, though it is almost always sufficient to attribute liability to a company. In effect, this doctrine is relevant to establishing the knowledge (but not the intent) aspect of mens rea for legal persons. In United States v Bank of New England (1987) 821 F2d 844, the Supreme Court sanctioned the use of the doctrine to uphold the conviction of the Bank of New England for wilfully failing to file reports relating to currency transactions. The Court confirmed the collective knowledge doctrine, arguing that, in the absence of such a principle, business entities could divide the duties of their employees so as to compartmentalise their knowledge, thereby avoiding liability. Aggregation has been applied in Australian courts, but is rejected in England.

Корпоративная культура и системы соблюдения требований

Многие юридические аналитики (например, Гоберт) утверждают, что если корпорация не принимает мер предосторожности или не проявляет должной осмотрительности для предотвращения уголовного преступления, это обусловлено ее корпоративной культурой, в которой ценности и убеждения проявляются в ее структуре, политике, практике и процедурах. Этот подход отвергает представление о том, что к корпорациям следует применять те же критерии, что и к физическим лицам (то есть искать "виновный" разум), и выступает за использование различных правовых концепций для определения ответственности юридических лиц. Эти концепции отражают структуру современных корпораций, которые все чаще децентрализованы, и где преступления реже связаны с неправомерными действиями или некомпетентностью отдельных лиц, а скорее с недостатками в системах управления и комплаенса, которые не обеспечивают должного мониторинга и контроля рисков. Многие системы корпоративной ответственности учитывают корпоративную культуру и системы управления и комплаенса, внедренные компаниями, при оценке вины. Эти факторы могут рассматриваться как элемент состава преступления (в этом случае прокурор должен доказать неадекватность систем управления и комплаенса) или как основание для защиты компании (в этом случае компания должна доказать адекватность своих систем). В некоторых странах системы управления и комплаенса не могут служить основанием для освобождения от ответственности, но при этом могут учитываться в качестве смягчающих обстоятельств при назначении санкций.

Мошенничество

В некоторых случаях мошенничества суд может отменить корпоративную обособленность. Большинство случаев мошенничества также является нарушением уголовного закона, и любые доказательства, полученные в целях уголовного судопроизводства, как правило, допустимы в гражданском процессе. Однако уголовное преследование имеет приоритет, поэтому если в ходе гражданского судопроизводства обнаруживаются доказательства преступления, гражданский иск может быть приостановлен до завершения любого уголовного расследования.

Вторичная ответственность

Некоторые преступления считаются неполными, поскольку, как сговор или покушение, они предполагают совершение actus reus (лат. "виновное деяние") основного преступления. Один из вариантов преследования – рассматривать корпорацию как пособника или соучастника вместе с сотрудниками. В целом, большинство штатов допускают привлечение компаний к ответственности за подобные правонарушения на тех же основаниях, что и физических лиц, при условии участия в сговоре как минимум двух физических лиц и наличия еще одного пособника, оказывающего помощь в совершении преступления основным участником.