Введение

Политическая сила в Соединенных Штатах накануне Гражданской войны

Термин «Власть рабовладельцев», или «Рабовладение», относился к предполагаемому политическому влиянию, которым обладали американские рабовладельцы в федеральном правительстве Соединенных Штатов в период, предшествовавший Гражданской войне. Противники рабства утверждали, что эта небольшая группа богатых рабовладельцев захватила политический контроль над своими штатами и стремилась незаконно установить контроль над федеральным правительством с целью расширения и защиты рабства. Позже это утверждение было подхвачено Республиканской партией, образованной в 1854–1855 годах, для противодействия расширению рабства. Термин получил широкое распространение благодаря антирабовладельческим писателям, таким как Фредерик Дуглас, Джон Горхэм Палфри, Джосайя Квинси III, Гораций Бушнелл, Джеймс Шепард Пайк и Гораций Грили. Среди политиков, которые акцентировали внимание на этой теме, были Джон Куинси Адамс, Генри Уилсон и Уильям Питт Фессенден.

Предыстория

Основным вопросом, выраженным термином "власть рабовладельцев", было недоверие к политической власти рабовладельческого класса. Такое недоверие разделяли многие, кто не был аболиционистом; те, кого больше беспокоила возможная угроза политическому балансу или невозможность конкурировать с не оплачиваемым трудом рабов, чем условия содержания порабощенных людей. Люди, придерживавшиеся разных взглядов по многим другим вопросам (например, считавшие чернокожих неполноценными по отношению к белым или равными им, либо осуждавшие рабство как грех, либо обещавшие гарантировать его защиту на Юге), могли объединиться в борьбе против рабовладения. Сторонники принципа "Свободной земли" подчеркивали, что богатые рабовладельцы будут заселять новые территории, использовать свои средства для скупки лучших земель, а затем использовать рабов для их обработки, оставляя мало возможностей для свободных фермеров. К 1854 году Партия свободной земли в значительной степени вошла в состав новой Республиканской партии. По мнению многих северных политиков, проблема, порожденная рабством, заключалась не столько в жестоком обращении с рабами (на чем настаивали аболиционисты), сколько в политической угрозе американской республиканской системе, особенно в северных свободных штатах. Партия "Свободной земли" впервые подняла эту проблему в 1848 году, заявив, что аннексия Техаса в качестве рабовладельческого штата была серьезной ошибкой. Республиканская партия, сформировавшаяся в 1854 году, переняла риторику сторонников "Свободной земли". Республиканцы также утверждали, что рабство экономически неэффективно по сравнению с наемным трудом и препятствует долгосрочной модернизации Америки. Более того, по мнению республиканцев, "власть рабовладельцев", глубоко укоренившаяся на Юге, систематически захватывала Белый дом, Конгресс и Верховный суд. Сенатор и губернатор Салмон П. Чейз из Огайо и сенатор Чарльз Самнер из Массачусетса были убежденными противниками "власти рабовладельцев".

Южная энергия

Южная власть формировалась из сочетания различных факторов. "Правило трех пятых" (когда 100 рабов учитывались как 60 человек при определении количества мест в Палате представителей и, соответственно, числа выборщиков) обеспечивало Югу непропорционально большое представительство на национальном уровне. Равенство в Сенате было критически важным: каждое новое рабовладельческое государство принималось одновременно с новым свободным штатом. Региональное единство, преодолевающее партийные разногласия, было необходимо для принятия ключевых решений. В Демократической партии кандидат в президенты должен был получить две трети голосов на национальном съезде, чтобы быть выдвинутым. Также было важно сотрудничество с Югом со стороны некоторых северян – так называемых "мягкотелов", как это проявилось в дебатах вокруг самого "правила трех пятых" в 1787 году, в Компромиссе Миссури 1820 года, в правиле о запрете обсуждения рабства в Палате представителей (1836–1844), а также в более широком контексте обсуждения "оговорки Уилмота" и расширения рабства на Юго-Западе после Мексиканской войны 1846–1848 годов. Однако население и число мест в Палате представителей на Севере росло гораздо быстрее, чем на Юге. С каждым годом, по мере усиления Республиканской партии, вариант отделения становился для Юга все более привлекательным. Некоторые лидеры осознавали, что отделение – это самоубийство, как и предсказывал Джон Куинси Адамс задолго до этого. Джеймс Генри Хаммонд из Южной Каролины утверждал, что отделение напоминает ему "японцев, которые, будучи оскорбленными, вскрывают себе вены". И все же, когда в 1860 году началось отделение, Хаммонд последовал за остальными. Историк Леонард Ричардс заключает: "Именно такие люди, как Хаммонд, в конечном итоге уничтожили власть рабовладельцев. Благодаря их лидерству Юг вышел из Союза, и семидесятидвухлетнее господство рабовладельцев подошло к концу".

Угроза республиканству

С точки зрения многих северян, предположительно окончательный Компромисс 1850 года был заменен серией маневров (таких как закон Канзаса-Небраски, решение по делу Дреда Скотта и т. д.), в ходе которых Север уступал ранее достигнутые договоренности, ничего не получая взамен, при этом требования Юга становились все более настойчивыми и радикальными. Многие северяне, не испытывавшие особой заботы о чернокожих, пришли к выводу, что сохранение рабства не стоит тех жертв, которые требовались для его защиты – уничтожения или серьезного ослабления демократии для белых. Эти представления привели к антинебраскскому движению 1854–1855 годов, за которым последовало создание организованной Республиканской партии.

Противники

Историк Фредерик Дж. Блю (2006) исследует мотивы и действия тех, кто играл вспомогательную, но не центральную роль в политике против рабства – тех, кто выполнял рутинную работу по организации местных партий, проведению съездов, редактированию газет и в целом оживлял и стимулировал обсуждение вопросов, связанных с рабством. Это было небольшое, но важное число голосов, которые, начиная с конца 1830-х годов, боролись с институтом рабства посредством политической активности. Перед лицом огромных трудностей и сильного сопротивления, активисты настаивали на том, что эмансипация и расовое равенство могут быть достигнуты только политическим путем. К числу видных активистов относятся: Альван Стюарт, организатор партии свободы из Нью-Йорка; Джон Гринлиф Уиттиер, поэт, журналист и активист за свободу из Массачусетса; Чарльз Генри Лэнгстон, афроамериканский педагог из Огайо; Оуэн Лавджой, конгрессмен из Иллинойса, чей брат Илия был убит сторонниками рабства; Шерман Бут, журналист и организатор партии свободы в Висконсине; Джейн Грей Свисхельм, журналистка из Пенсильвании и Миннесоты; Джордж В. Джулиан, конгрессмен из Индианы; Дэвид Уилмот, конгрессмен из Пенсильвании, чья поправка Уилмота пыталась остановить распространение рабства на юго-западе; Бенджамин Уэйд и Эдвард Уэйд, сенатор и конгрессмен соответственно из Огайо; и Джесси Бентон Фремонт из Миссури и Калифорнии, жена республиканского кандидата в президенты 1856 года Джона К. Фремонта.

Влияние демократических свободных почв

Демократы, примкнувшие к Партии свободной земли Мартина Ван Бюрена в 1848 году, были исследованы Эрлом (2003). Их взгляды на расу варьировались в широком диапазоне, но они смогли сформулировать новые и убедительные аргументы против рабства и его распространения, опираясь на давнюю приверженность Джексоновской демократии принципам равенства и неприятия централизованной власти. Соединив свою антирабовладельческую позицию с программой земельной реформы, требовавшей предоставления бесплатной земли бедным поселенцам – что было реализовано Законом о наделении землей 1862 года – а также земли, свободной от рабства, сторонники свободной земли вызвали значительные политические изменения в Нью-Йорке, Нью-Гэмпшире, Массачусетсе и Огайо. Политики-демократы, такие как Уилмот, Маркус Мортон, Джон Паркер Хейл и даже бывший президент Ван Бюрен, превратились в лидеров движения против рабства. Многие вступили в новую Республиканскую партию после 1854 года, принеся с собой идеи Джексона о собственности и политическом равенстве, что помогло трансформировать борьбу с рабством из малочисленного движения в массовое политическое течение, пришедшее к власти в 1860 году.

Дом разделился .

В своей знаменитой речи "Дом, разделившийся" в июне 1858 года Авраам Линкольн обвинил сенатора Стивена А. Дугласа, президента Джеймса Бьюкенена, его предшественника Франклина Пирса и председателя Верховного суда Роджера Б. Тейни в сговоре с целью распространения рабства на всей территории страны, что, как утверждалось, было подтверждено решением Верховного суда по делу Дреда Скотта 1857 года. Другие республиканцы указывали на насилие в Канзасе, жестокое нападение на сенатора Самнера, атаки на аболиционистскую прессу и попытки захвата Кубы (Манифест Остенда) как доказательство того, что "власть рабовладельцев" была жестокой, агрессивной и стремилась к расширению. Единственным решением, по мнению республиканцев, было новое подтверждение принципа свободного труда и целенаправленные усилия по предотвращению дальнейшего территориального распространения рабства. Северные демократы парировали, что это все преувеличение, а республиканцы страдают паранойей. Их южные коллеги говорили о сецессии, утверждая, что рейд Джона Брауна в 1859 году доказал готовность республиканцев напасть на их регион и разрушить их уклад жизни. Поздравляя избранного президента Линкольна в 1860 году, Салмон П. Чейз воскликнул: "Цель, к которой я стремился и трудился на протяжении девятнадцати лет, достигнута – свержение власти рабовладельцев", добавив, что теперь путь открыт "для утверждения политики свободы" – что станет возможным лишь после четырех разрушительных лет Гражданской войны.

Культ домашнего очага

Джесси Фремонт, жена первого кандидата в президенты от Республиканской партии, писала агитационные стихи для президентской кампании 1856 года. Грант утверждает, что её поэзия связывает культ домашнего очага с формирующейся идеологией новой партии. В её стихах подразумевалось, что северяне, идущие на уступки рабовладельческой олигархии, распространяют собственную бесплодность, а энергичные мужчины, голосующие за республиканцев, воспроизводят, посредством собственного освобождения, будущее свободного Запада. По мнению Гранта, нормы домашней жизни таким образом помогли этим стихам представить коллективные политические действия как основанные на силе свободного труда.

Историография

Существование "рабской власти" было отвергнуто южанами в то время и отвергнуто многими историками 1920-х и 1930-х годов, которые подчеркивали внутренние разногласия на Юге до 1850 года. Историк Аллан Невинс утверждает, что "почти все группы последовательно заменяли разум эмоциями. Страх порождал ненависть, а ненависть – страх". Идея о существовании "рабской власти" частично возродилась благодаря неоаболиционистским историкам с 1970 года, и нет сомнений, что это был мощный фактор в системе антирабовладельческих убеждений на Севере. Это была стандартная риторика для всех фракций Республиканской партии. "Рабская власть" во многом определила то, как Соединенные Штаты воспринимались за рубежом на протяжении большей части XIX века. Как вспоминал Ричард Генри Дана-младший в 1871 году:
"Едва ли можно было найти американского консула или политического агента в любом уголке земного шара или на каком-либо острове, который не был бы сторонником "рабской власти". Каждое посольство и консульство во всем мире являлось центром влияния в пользу рабства и против свободы. Мы должны учитывать это, когда обвиняем иностранные государства в том, что они не сразу признали Соединенные Штаты как страну, выступающую против рабства и стремящуюся к его уничтожению, как только разразилась наша Гражданская война. В течение двадцати лет иностранные купцы, капитаны судов или путешественники видели в американских чиновниках лишь обученных и преданных сторонников "рабской власти", а единственные свидетельства общественного мнения, которые можно было найти в этих официальных учреждениях, были единодушными."