Джеймс Гиллеспи Блейн: Американский государственный деятель и политик

Джеймс Блейн: биография американского политика, спикера Палаты представителей и госсекретаря при трёх президентах. Президентские амбиции и политическая карьера.

41 мин чтения

100%

Источник: James G. Blaine — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Американский политик (1830–1893)

политическая организация, связанная с ним

Джеймс Гиллеспи Блейн (31 января 1830 – 27 января 1893) — американский государственный деятель и политик-республиканец, представлявший штат Мэн в Палате представителей США с 1863 по 1876 год, занимавший пост спикера Палаты представителей США с 1869 по 1875 год, а затем в Сенате США с 1876 по 1881 год. Блейн дважды занимал пост государственного секретаря, впервые в 1881 году при президентах Джеймсе Гарфилде и Честере Артуре, а затем с 1889 по 1892 год при президенте Бенджамине Харрисоне. Он один из двух государственных секретарей США, занимавших эту должность при трех разных президентах, другим был Даниэль Уэбстер. Блейн безуспешно добивался выдвижения кандидатом от Республиканской партии на пост президента в 1876 и 1880 годах, прежде чем был выдвинут в 1884 году. На всеобщих выборах 1884 года он с небольшим перевесом уступил кандидату от Демократической партии Гроверу Кливленду. Блейн был одним из ведущих республиканцев конца XIX века и сторонником умеренно реформистского крыла партии, позднее известного как "Полукровки". Блейн родился в городе Вест-Браунсвилл на западе Пенсильвании и переехал в штат Мэн после окончания колледжа, где стал редактором газеты. Прозванный "Магнитным человеком", он был харизматичным оратором в эпоху, высоко ценившую ораторское искусство. Он начал свою политическую карьеру как ранний сторонник республиканца Авраама Линкольна и военного дела Союза в Гражданской войне в США. В период Реконструкции Блейн поддерживал избирательные права афроамериканцев, но выступал против некоторых более жестких мер радикальных республиканцев. Изначально сторонник высоких тарифов, он впоследствии работал над их снижением и расширением международной торговли. Продвижение и строительство железных дорог были важными вопросами того времени, и в результате его интереса и поддержки Блейна широко подозревали в коррупции при выдаче разрешений на строительство железных дорог, особенно после появления писем Маллигана. Хотя никаких доказательств коррупции по этим обвинениям так и не было представлено, они тем не менее преследовали его президентскую кампанию 1884 года. На посту государственного секретаря Блейн стал переходной фигурой, ознаменовавшей конец эпохи изоляционизма во внешней политике и предвещавшей наступление "Американского века", который начался с испано-американской войны. Его усилия по расширению торговли и влияния США положили начало переходу страны к более активной внешней политике. Блейн был пионером тарифной взаимности и призывал к более активному участию в делах Латинской Америки. Будучи сторонником экспансии, политика Блейна менее чем через десятилетие привела к приобретению США тихоокеанских колоний и установлению господства в Карибском бассейне.

James Gillespie Blaine (January 31, 1830January 27, 1893) was an American statesman and Republican politician who represented Maine in the United States House of Representatives from 1863 to 1876, serving as Speaker of the U. S. House of Representatives from 1869 to 1875, and then in the United States Senate from 1876 to 1881. Blaine twice served as Secretary of State, first in 1881 under President James A. Garfield and Chester A. Arthur, and then from 1889 to 1892 under President Benjamin Harrison. He is one of only two U. S. Secretaries of State to hold the position under three separate presidents, the other being Daniel Webster. Blaine unsuccessfully sought the Republican nomination for President in 1876 and 1880 before being nominated in 1884. In the 1884 general election, he was narrowly defeated by Democratic nominee Grover Cleveland. Blaine was one of the late 19th century's leading Republicans and a champion of the party's moderate reformist faction, later known as the "Half Breeds". Blaine was born in the western Pennsylvania town of West Brownsville and moved to Maine after completing college where he became a newspaper editor. Nicknamed "the Magnetic Man", he was a charismatic speaker in an era that prized oratory. He began his political career as an early supporter of Republican Abraham Lincoln and the Union war effort in the American Civil War. During Reconstruction, Blaine was a supporter of black suffrage, but opposed some of the more coercive measures of the Radical Republicans. Initially in favor of high tariffs, he later worked to lower tariffs and expand international trade. Railroad promotion and construction were important issues in his time and, as a result of his interest and support, Blaine was widely suspected of corruption in awarding railroad charters, especially with the emergence of the Mulligan letters. Though no evidence of corruption ever surfaced from these allegations, they nevertheless plagued his 1884 presidential candidacy. As Secretary of State, Blaine was a transitional figure, marking the end of an isolationist era in foreign policy and foreshadowing the rise of the American Century that would begin with the Spanish–American War. His efforts to expand U. S. trade and influence began the nation's shift to a more active American foreign policy. Blaine was a pioneer of tariff reciprocity and urged greater involvement in Latin American affairs. An expansionist, Blaine's policies would lead in less than a decade to the U. S. acquisition of Pacific colonies and the establishment of dominance in the Caribbean.

Семья и детство

Джеймс Гиллеспи Блейн родился 31 января 1830 года в Вест-Браунсвилле, штат Пенсильвания, и был третьим ребенком Эфрема Лайона Блейна и его жены Марии (Гиллеспи) Блейн. У него было две старшие сестры – Гарриет и Маргарет. Отец Блейна был предпринимателем и землевладельцем в западной Пенсильвании, и семья жила в достатке. По отцовской линии Блейн происходил из семьи шотландско-ирландских поселенцев, которые впервые эмигрировали в Пенсильванию в 1745 году. Его прадед, Эфраим Блейн, служил генеральным комиссаром при Джордже Вашингтоне во время американской войны за независимость. Мать Блейна и её предки были ирландскими католиками, иммигрировавшими в Пенсильванию в 1780-х годах. Родители Блейна поженились в 1820 году в католической церкви, хотя отец Блейна оставался пресвитерианином. В соответствии с распространенной практикой того времени, Блейны договорились, что их дочери будут воспитываться в католической вере матери, а сыновья – в религии отца. Двоюродная сестра Джеймса Блейна, Анджела Гиллеспи, была монахиней и основала американское отделение Ордена Святого Креста. В политике отец Блейна поддерживал партию вигов. Биографы Блейна описывают его детство как «гармоничное» и отмечают, что мальчик с ранних лет проявлял интерес к истории и литературе. В тринадцать лет Блейн поступил в альма-матер своего отца, Вашингтонский колледж (ныне Вашингтон и Джефферсонский колледж), расположенный в соседнем Вашингтоне, штат Пенсильвания. Там он состоял в Вашингтонском литературном обществе, одном из дискуссионных клубов колледжа. Блейн успешно учился, окончил колледж с отличием и произнес приветственную речь в июне 1847 года. После окончания колледжа Блейн рассматривал возможность поступления в Йельскую юридическую школу, но в итоге отказался от этой идеи и вместо этого отправился на запад в поисках работы.

Учитель и издатель

В 1848 году Блейн был принят на должность профессора математики и древних языков в Западном военном институте в Джорджтауне, штат Кентукки. Несмотря на то, что ему было всего 18 лет, и он был моложе многих своих учеников, Блейн быстро освоился в новой профессии. Он полюбил жизнь в своем новом штате и стал поклонником сенатора Кентукки Генри Клея. Там же он познакомился с Харриет Стэнвуд, учительницей из близлежащего женского колледжа Миллерсбург, уроженкой штата Мэн. 30 июня 1850 года они поженились. Блейн вновь задумался об изучении права, но вместо этого повез свою новую жену навестить семью в Пенсильвании. Затем они несколько месяцев прожили с семьей Харриет Блейн в Огасте, штат Мэн, где в 1851 году родился их первый сын, Стэнвуд Блейн. Вскоре молодая семья переехала в Филадельфию, где в 1852 году Блейн получил должность в Пенсильванском институте для обучения слепых (ныне школа для слепых Овербрук), где преподавал естественные науки и литературу. Юридические библиотеки Филадельфии дали Блейну возможность наконец приступить к изучению права, но в 1853 году он получил более привлекательное предложение: стать редактором и совладельцем газеты Kennebec Journal. Блейн провел несколько отпусков в родном штате своей жены, Мэне, и подружился с редакторами этой газеты. Когда основатель газеты, Лютер Северанс, вышел на пенсию, Блейн был приглашен выкупить издание вместе с редактором Джозефом Бейкером. Он быстро согласился, взяв взаймы сумму покупки у братьев своей жены. В 1854 году Бейкер продал свою долю местному пастору Джону Л. Стивенсу. Kennebec Journal была газетой, придерживавшейся взглядов партии вигов, что совпадало с политическими убеждениями Блейна и Стивенса. Это неожиданное решение стать журналистом положило начало его политической карьере. Покупка Блейном газеты совпала с упадком партии вигов и рождением Республиканской партии, и Блейн и Стивенс активно поддерживали новую партию в своей газете. Издание оказалось финансово успешным, и Блейн вскоре смог инвестировать прибыль в угольные шахты в Пенсильвании и Вирджинии, что заложило основу его будущего состояния.

In 1848, Blaine was hired as a professor of mathematics and ancient languages at the Western Military Institute in Georgetown, Kentucky. Although he was only 18 years old and younger than many of his students, Blaine adapted well to his new profession. Blaine grew to enjoy life in his adopted state and became an admirer of Kentucky Senator Henry Clay. He also made the acquaintance of Harriet Stanwood, a teacher at the nearby Millersburg Female College and native of Maine. On June 30, 1850, the two wed. Blaine once again considered taking up the study of law, but instead took his new bride to visit his family in Pennsylvania. They next lived with Harriet Blaine's family in Augusta, Maine, for several months, where their first child, Stanwood Blaine, was born in 1851. The young family soon moved again, this time to Philadelphia where Blaine took a job at the Pennsylvania Institution for the Instruction of the Blind (now Overbrook School for the Blind) in 1852, teaching science and literature. Philadelphia's law libraries gave Blaine the chance to, at last, begin to study the law, but in 1853 he received a more tempting offer: to become editor and co owner of the Kennebec Journal. Blaine had spent several vacations in his wife's native state of Maine and had become friendly with the Journals editors. When the newspaper's founder, Luther Severance, retired, Blaine was invited to purchase the publication along with co editor Joseph Baker. He quickly accepted, borrowing the purchase price from his wife's brothers. In 1854, Baker sold his share to John L. Stevens, a local minister. The Journal had been a staunchly Whig newspaper, which coincided with Blaine's and Stevens' political opinions. The decision to become a newspaperman, unexpected as it was, started Blaine on the road to a lifelong career in politics. Blaine's purchase of the Journal coincided with the demise of the Whig party and the birth of the Republican party, and Blaine and Stevens actively promoted the new party in their newspaper. The newspaper was financially successful, and Blaine was soon able to invest his profits in coal mines in Pennsylvania and Virginia, forming the basis of his future wealth.

Политика штата Мэн

Карьера Блейна как республиканского журналиста естественным образом привела к его вовлечению в партийную политику. В 1856 году он был избран делегатом на первый Национальный съезд Республиканской партии. С первых дней существования партии Блейн примкнул к консервативному крылу, поддерживая судью Верховного суда Джона Маклина на выдвижение кандидатуры в президенты, а не более радикального Джона С. Фремонта, который в итоге стал кандидатом. В следующем году Блейну предложили должность редактора в газете "Portland Daily Advertiser", которую он принял, вскоре после этого продав свою долю в журнале. Однако он по-прежнему сохранял свой дом в Августе, где жила его растущая семья. Хотя первый сын Блейна, Стэнвуд, умер в младенчестве, у него и Гарриет вскоре родились еще два сына: Уокер в 1855 году и Эммонс в 1857 году. В последующие годы у них родилось еще четверо детей: Элис, Джеймс, Маргарет и Гарриет. Примерно в это время Блейн вышел из пресвитерианской церкви, в которой был воспитан, и присоединился к новой деноминации своей жены, став членом Южной приходской конгрегациональной церкви в Августе. В 1858 году Блейн баллотировался в Палату представителей штата Мэн и был избран. Он баллотировался на переизбрание в 1859, 1860 и 1861 годах и каждый раз побеждал с большим перевесом голосов. Возросшая ответственность побудила Блейна сократить свои обязанности в "Advertiser" в 1860 году, и вскоре он полностью оставил редакционную работу. Тем временем его политическое влияние росло, когда в 1859 году он сменил Стивенса на посту председателя республиканского комитета штата. Блейн не был делегатом на Республиканском съезде в 1860 году, но все равно присутствовал там как горячий сторонник Авраама Линкольна. Вернувшись в Мэн, он был избран спикером Палаты представителей штата Мэн в 1861 году и переизбран в 1862 году. С началом Гражданской войны в 1861 году он поддержал военные усилия Линкольна и добился того, чтобы законодательное собрание штата Мэн проголосовало за организацию и оснащение подразделений для вступления в армию Союза.

Избран в Палату

Блейн рассматривал возможность баллотироваться в Палату представителей Соединенных Штатов от 4-го округа штата Мэн в 1860 году, но согласился уступить место, когда Ансон П. Моррилл, бывший губернатор, заявил о своей заинтересованности в этом округе. Моррилл добился успеха, но после передела избирательных округов Блейн оказался в 3-м округе на выборах 1862 года, и он разрешил выдвинуть свою кандидатуру. Он был избран с большим перевесом голосов, хотя в масштабах всей страны Республиканская партия потеряла значительное число мест в Конгрессе, поскольку к тому моменту военные усилия Союза не имели ощутимых успехов. К моменту, когда Блейн занял свое место в декабре 1863 года, в начале работы 38-го Конгресса, армия Союза переломила ход войны благодаря победам при Геттисберге и Виксбурге. Будучи конгрессменом первого созыва, он поначалу выступал мало, в основном поддерживая линию администрации в отношении продолжения военных действий. Он несколько раз вступал в конфликт с лидером радикального крыла республиканцев, Таддеусом Стивенсом из Пенсильвании, сначала по вопросу о выплате долгов штатов, возникших в связи с поддержкой войны, а затем – по вопросам денежно-кредитной политики, касающейся новых бумажных денег. Блейн также высказался в поддержку положения о выкупе военной службы, предусмотренного военным призывом 1863 года, и предложил конституционную поправку, разрешающую федеральному правительству взимать налоги на экспорт, но она не была принята.

Реконструкция и импичмент

Блейн был переизбран в 1864 году, и когда 39-й Конгресс собрался в декабре 1865 года, главной проблемой стала Реконструкция побежденных Конфедеративных Штатов. Хотя он не входил в состав комитета, которому было поручено разработать текст, ставший Четырнадцатой поправкой, Блейн заявил о своей позиции по этому вопросу и полагал, что для ратификации потребуется три четверти штатов, не отделившихся от Союза, а не три четверти всех штатов. Это мнение не возобладало и, что для него было нетипично, поставило его в ряды радикалов. Республиканский Конгресс также сыграл роль в управлении завоеванным Югом, распустив правительства штатов, сформированные президентом Эндрю Джонсоном, и заменив их военными правительствами под контролем Конгресса. Блейн проголосовал за эти новые, более строгие меры, но также проявил некоторую снисходительность к бывшим мятежникам, выступив против законопроекта, который запретил бы южанам поступать в Военную академию Соединенных Штатов. Блейн проголосовал за импичмент Джонсона в 1868 году, хотя первоначально выступал против этой инициативы. Позже Блейн был более уклончив в оценке обоснованности обвинений, выдвинутых против Джонсона, написав, что "существовало весьма серьезное разногласие во мнениях среди людей, одинаково компетентных выносить суждения", но он следовал за лидерами своей партии.

Денежная политика

Продолжая свою прежнюю борьбу со Стивенсом, Блейн возглавил борьбу в Конгрессе за сильный доллар. После выпуска 150 миллионов долларов в виде гринбаков – валюты, не обеспеченной золотом – стоимость доллара достигла самой низкой отметки. Двухпартийная группа сторонников инфляции во главе с республиканцем Бенджамином Ф. Батлером и демократом Джорджем Х. Пендлтоном стремилась сохранить статус-кво и позволить Казначейству продолжать выпускать гринбаки и даже использовать их для выплаты процентов по облигациям, выпущенным до войны. Блейн назвал эту идею отказом от обязательств страны перед инвесторами, данных в то время, когда единственной валютой было золото. Неоднократно выступая по этому вопросу, Блейн заявил, что гринбаки были лишь временной мерой, принятой для предотвращения банкротства во время войны. Блейну и его сторонникам, выступавшим за твердую валюту, удалось добиться успеха, однако вопрос оставался актуальным до 1879 года, когда Закон о возобновлении выплат в золоте 1875 года обеспечил возможность обмена всех оставшихся гринбаков на золото.

Спикер Палаты представителей

В течение первых трех сроков в Конгрессе Блейн заслужил репутацию эксперта в области парламентской процедуры и, помимо растущей вражды с Роско Конклингом из Нью-Йорка, стал популярен среди своих коллег-республиканцев. В марте 1869 года, когда спикер Скайлер Колфакс ушел в отставку по окончании работы 40-го Конгресса, чтобы занять пост вице-президента, высокоуважаемый Блейн был единогласно избран Республиканским конгрессменским собранием на должность спикера Палаты представителей 41-го Конгресса. На выборах 4 марта 1869 года Блейн легко обошел демократа Майкла К. Керра из Индианы, набрав 135 голосов против 57. Республиканцы сохранили контроль над Палатой представителей в 42-м и 43-м Конгрессах, и Блейн был переизбран спикером в начале каждого из них. Более того, президент Улисс С. Грант ценил его умение и преданность в руководстве Палатой. Ему нравилась эта работа, и он укрепил свое положение в Вашингтоне, купив большой дом на Пятнадцатой улице. В то же время семья Блейн переехала в особняк в Огасте. За шесть лет пребывания Блейна на посту спикера его популярность продолжала расти, и республиканцы, недовольные Грантом, рассматривали Блейна как потенциального кандидата в президенты перед Национальным съездом Республиканской партии в 1872 году. Однако Блейн неуклонно работал над переизбранием Гранта. Растущая известность Блейна вызвала растущую оппозицию со стороны демократов, и во время кампании 1872 года его обвинили в получении взяток в скандале с Crédit Mobilier. Блейн отрицал свою причастность к скандалу, в котором железнодорожные компании подкупали федеральных чиновников, чтобы те закрывали глаза на мошеннические железнодорожные контракты, которые обходились правительству в миллионы долларов. Никому не удалось убедительно доказать его причастность. Хотя это не было абсолютным оправданием, справедливо, что закон, позволивший совершить это мошенничество, был принят до его избрания в Конгресс. Однако обвинения также затронули других республиканцев, включая вице-президента Колфакса, который был исключен из президентского списка на 1872 год в пользу Генри Уилсона. Хотя Блейн поддерживал всеобщее помилование бывших конфедератов, он выступал против его распространения на Джефферсона Дэвиса и сотрудничал с Грантом в принятии Закона о гражданских правах 1875 года в ответ на рост насилия и лишения избирательных прав афроамериканцев на Юге. Он воздержался от голосования по резолюции против третьего срока, которая была подавляющим большинством принята Палатой представителей в том же году, полагая, что голосование за нее будет выглядеть как проявление личного интереса. Блейн был верен Гранту, и скандалы, связанные с администрацией Гранта, не повлияли на то, как его воспринимала общественность; по словам его биографа, Блейн никогда не был более популярен, чем во время пребывания на посту спикера. Либеральные республиканцы видели в нем альтернативу очевидной коррупции других республиканских лидеров, и некоторые даже призывали его создать новую реформистскую партию. Хотя он оставался республиканцем, эта база умеренных реформаторов оставалась верна Блейну и стала известна как фракция "полукровок" партии.

During his first three terms in Congress, Blaine had earned for himself a reputation as an expert of parliamentary procedure, and, aside from a growing feud with Roscoe Conkling of New York, had become popular among his fellow Republicans. In March 1869, when Speaker Schuyler Colfax resigned from office at the end of the 40th Congress to become vice president, the highly regarded Blaine was the unanimous choice of the Republican Congressional Caucus to become Speaker of the House for the 41st Congress. In the subsequent March 4, 1869, election for Speaker, Blaine easily defeated Democrat Michael C. Kerr of Indiana by a vote of 135 to 57. Republicans remained in control of the House in the 42nd and 43rd congresses, and Blaine was re elected as speaker at the start of both of them. Moreover, President Ulysses S. Grant valued his skill and loyalty in leading the House. He enjoyed the job and made his presence in Washington more permanent by buying a large residence on Fifteenth Street in the city. At the same time, the Blaine family moved to a mansion in Augusta. During Blaine's six year tenure as Speaker his popularity continued to grow, and Republicans dissatisfied with Grant mentioned Blaine as a potential presidential candidate prior to the 1872 Republican National Convention. Instead, Blaine worked steadfastly for Grant's re election. Blaine's growing fame brought growing opposition from the Democrats, as well, and during the 1872 campaign he was accused of receiving bribes in the Crédit Mobilier scandal. Blaine denied any part in the scandal, which involved railroad companies bribing federal officials to turn a blind eye to fraudulent railroad contracts that overcharged the government by millions of dollars. No one was able to satisfactorily prove Blaine's involvement. Though not an absolute defense, it is true that the law that made the fraud possible had been written before he was elected to Congress. But other Republicans were exposed by the accusations, including Vice President Colfax, who was dropped from the 1872 presidential ticket in favor of Henry Wilson. Although he supported a general amnesty for former Confederates, Blaine opposed extending it to include Jefferson Davis, and he cooperated with Grant in helping to pass the Civil Rights Act of 1875 in response to increased violence and disenfranchisement of blacks in the South. He refrained from voting on the anti third term resolution that overwhelmingly passed the House that same year, believing that to vote for it would look self interested. Blaine was loyal to Grant, and the scandals of the Grant administration did not seem to affect how the public perceived him; according to his biographer, Blaine was never more popular than when he was Speaker. Liberal Republicans saw him as an alternative to the evident corruption of other Republican leaders, and some even urged him to form a new, reformist party. Although he remained a Republican, this base of moderate reformers remained loyal to Blaine and became known as the Half Breed faction of the party.

Письма Муллигана

Блейн вступил в президентскую кампанию 1876 года в качестве фаворита, но его шансы были почти сразу же подорваны всплытием скандала. В феврале начали распространяться слухи о том, что Блейн был вовлечен в сделку с компанией Union Pacific Railroad, которая выплатила ему 64 000 долларов за облигации Little Rock and Fort Smith Railroad, которыми он владел, несмотря на их почти полную бесполезность. По сути, предполагаемая сделка была представлена как фиктивная, призванная подкупить Блейна. Блейн отрицал обвинения, как и руководители Union Pacific. Он утверждал, что никогда не имел никаких дел с железной дорогой Little Rock and Fort Smith, кроме покупки облигаций по рыночной цене, и что потерял деньги на этой сделке. Однако демократы в Палате представителей потребовали проведения конгресс-расследования. Показания, казалось, склонялись в пользу версии Блейна, пока 31 мая Джеймс Маллиган, клерк из Бостона, работавший на шурина Блейна, не свидетельствовал, что обвинения правдивы, что он организовал сделку и что у него есть письма, подтверждающие это. Письма заканчивались компрометирующей фразой: «Пожалуйста, сожгите это письмо». Когда следственный комитет сделал перерыв, Блейн встретился с Маллиганом тем же вечером в своем гостиничном номере. Что произошло между ними, неясно, но Блейн заполучил письма – либо получил их, либо, по словам Маллигана, выхватил из его рук и выбежал из комнаты. В любом случае, Блейн завладел письмами и отказался от требования комитета передать их. Общественное мнение быстро отвернулось от Блейна. 3 июня газета The New York Times опубликовала заголовок: «Номинация Блейна теперь невозможна». 5 июня Блейн выступил на заседании Палаты представителей, театрально заявив о своей невиновности и назвав расследование партийной атакой со стороны южных демократов в отместку за его исключение Джефферсона Дэвиса из законопроекта об амнистии предыдущего года. Он зачитал вслух отобранные отрывки из писем и сказал: «Слава Всемогущему Богу, я не боюсь их показать!» Блейну даже удалось добиться извинений от председателя комитета. Политическая ситуация вновь начала меняться в пользу Блейна, но давление начало сказываться на его здоровье, и он потерял сознание, выходя из церкви 14 июня. Его противники назвали это политическим трюком, а одна из демократических газет сообщила о случившемся как о «Блейне, притворяющемся, что теряет сознание». Слухи о плохом состоянии здоровья Блейна, в сочетании с отсутствием веских доказательств против него, вызвали сочувствие среди республиканцев, и когда позже в том же месяце в Цинциннати начался республиканский съезд, он снова рассматривался как главный претендент.

Blaine entered the 1876 presidential campaign as the favorite, but his chances were almost immediately harmed by the emergence of a scandal. Rumors had begun to spread in February that Blaine had been involved in a transaction with the Union Pacific Railroad which had paid Blaine $64,000 for some Little Rock and Fort Smith Railroad bonds he owned even though they were nearly worthless. In essence, the alleged transaction was presented as a sham designed to bribe Blaine. Blaine denied the charges, as did the Union Pacific's directors. Blaine claimed that he never had any dealings with the Little Rock and Fort Smith Railroad except to purchase bonds at market price and that he had lost money on the transaction. Democrats in the House of Representatives, however, demanded a congressional investigation. The testimony appeared to favor Blaine's version of events until May 31, when James Mulligan, a Boston clerk who had been employed by Blaine's brother in law, testified that the allegations were true, the he had arranged the transaction, and that he had letters to prove it. The letters ended with the damning phrase: "Kindly burn this letter." When the investigating committee recessed, Blaine met with Mulligan that night in his hotel room. What happened between the men is unclear, but Blaine acquired the letters or, as Mulligan told the committee, snatched them from Mulligan's hands, and fled the room. In any event, Blaine had the letters and refused the committee's demand to turn them over. Opinion swiftly turned against Blaine. The June 3 The New York Times carried the headline "Blaine's Nomination Now Out of the Question." Blaine took his case to the House floor on June 5, theatrically proclaiming his innocence and calling the investigation a partisan attack by Southern Democrats in revenge for his exclusion of Jefferson Davis from the amnesty bill of the previous year. He read selected passages from the letters aloud and said, "Thank God Almighty, I am not afraid to show them!" Blaine even succeeded in extracting an apology from the committee chairman. The political tide turned anew in Blaine's favor, but the pressure had begun to affect Blaine's health, and he collapsed while leaving church services on June 14. His opponents called the collapse a political stunt, with one Democratic newspaper reporting the event as "Blaine Feigns a Faint." Rumors of Blaine's ill health, combined with the lack of hard evidence against him, garnered him sympathy among Republicans and, when the Republican convention began in Cincinnati later that month, he was again seen as the frontrunner.

Плюмовый рыцарь

Хотя письма Маллигана нанесли ему ущерб, Блейн вошел в конвенцию в качестве фаворита. Еще пять человек рассматривались как серьезные кандидаты: Бенджамин Бристоу, уроженец Кентукки и министр финансов; Роско Конклинг, давний враг Блейна и теперь сенатор от Нью-Йорка, сенатор Оливер П. Мортон из Индианы; губернатор Рутерфорд Б. Хейс из Огайо и губернатор Джон Ф. Хартранфт из Пенсильвании. Блейн был выдвинут оратором из Иллинойса Робертом Г. Ингерсолом в речи, ставшей знаменитой:

«Это великий год — год, наполненный воспоминаниями о Революции, год, когда народ призывает человека, вырвавшего из глотки предательства язык клеветы, человека, сорвавшего маску демократии с уродливого лица мятежа. Подобно вооруженному воину, подобно рыцарю в оперении, Джеймс Г. Блейн из штата Мэн прошествовал по залам американского Конгресса и обрушил свое сверкающее копье во весь рост на дерзкие лбы каждого предателя своей страны и каждого клеветника его доброго имени». Речь имела успех, и описание Блейна Ингерсолом как «рыцаря в оперении» на долгие годы осталось его прозвищем. На первом туре голосования ни один кандидат не получил необходимого большинства в 378 голосов, но Блейн набрал больше всех – 285, в то время как ни один другой кандидат не получил более 125. В следующих пяти турах произошли некоторые перераспределения голосов, и Блейн набрал 308 голосов, а его ближайший преследователь – всего 111. Однако на седьмом туре ситуация резко изменилась, поскольку делегаты, выступавшие против Блейна, начали консолидироваться вокруг Хейса. К моменту окончания голосования количество голосов за Блейна возросло до 351, но Хейс обошел его, набрав 384 голоса, что составило большинство. Блейн получил известие дома в Вашингтоне и телеграфировал Хейсу свои поздравления. В последующей борьбе 1876 года Хейс был избран после спорного компромисса по поводу оспариваемых голосов выборщиков. Результаты конвенции оказали дальнейшее влияние на политическую карьеру Блейна, поскольку Бристоу, потерпев поражение в борьбе за выдвижение, подал в отставку с поста министра финансов через три дня после окончания конвенции. Президент Грант назначил сенатора Лота М. Моррилла из штата Мэн на этот пост, а губернатор штата Мэн, Селдон Коннор, назначил Блейна на теперь уже вакантное место в Сенате. Когда законодательное собрание штата Мэн вновь собралось осенью того же года, оно утвердило назначение Блейна и избрало его на полный шестилетний срок, который должен был начаться 4 марта 1877 года.

Сенат США, 18761881

Блейн был назначен в Сенат 10 июля 1876 года, но приступил к исполнению своих обязанностей лишь после созыва Сената в декабре того же года. В Сенате он служил в Комитете по ассигнованиям и возглавлял Комитет по государственной службе и сокращению расходов, однако так и не достиг того влияния, которым обладал в Палате представителей. Сенат в 45-м Конгрессе контролировался незначительным республиканским большинством, которое часто было разделено как внутренне, так и в отношении администрации Хейса. Блейн не причислял себя к сторонникам администрации, позднее известным как «полукровки», но и не мог присоединиться к республиканцам во главе с Конклингом, позднее прозванным «сталвартами», которые выступали против Хейса из-за глубокой личной неприязни между Блейном и Конклингом. Он возражал против вывода федеральных войск Хейсом из южных столиц, что фактически положило конец Реконструкции Юга, но безуспешно. Блейн продолжал конфликтовать с южными демократами, голосуя против законопроектов, принятых в контролируемой демократами Палате представителей, направленных на сокращение ассигнований армии и отмену послевоенных законов о защите прав граждан, которые он помогал принимать. Эти законопроекты неоднократно проходили в Конгрессе, и Хейс неоднократно накладывал на них вето; в конечном итоге законы о защите прав граждан остались в силе, но средств на их обеспечение становилось все меньше. К 1879 году в бывшей Конфедерации дислоцировалось всего 1155 солдат, и Блейн полагал, что этой небольшой силы никогда не будет достаточно для гарантии гражданских и политических прав чернокожих южан, что означало бы конец Республиканской партии на Юге. В вопросах денежной политики Блейн продолжил отстаивать сильный доллар, начатое им еще во время работы в Палате представителей. Эта позиция противоречила позиции республиканского руководства Сената, включая временно исполняющего обязанности президента Сената Томаса У. Ферри, который в целом поддерживал движение за «зеленые деньги». Обсуждение перешло от дебатов о «зеленых деньгах» к дебатам о том, каким металлом должен быть обеспечен доллар: золотом и серебром или только золотом. Закон о чеканке монет 1873 года прекратил чеканку серебряных монет номиналом в один доллар и выше, фактически привязав доллар к стоимости золота. В результате денежная масса сократилась, а последствия паники 1873 года усугубились, что сделало выплату долгов, взятых при более высокой стоимости валюты, более обременительной для должников. Особенно фермеры и рабочие требовали возврата к чеканке монет из обоих металлов, полагая, что увеличение денежной массы восстановит заработную плату и стоимость имущества. Демократический представитель Ричард П. Блэнд из Миссури предложил законопроект, который был принят Палатой представителей и обязывал Соединенные Штаты чеканить столько серебра, сколько шахтеры смогут продать правительству, тем самым увеличивая денежную массу и помогая должникам. В Сенате Уильям Б. Эллисон, республиканец из Айовы, предложил поправку, ограничивающую чеканку серебра двумя-четырьмя миллионами долларов в месяц. Это было слишком много для Блейна, и он осудил законопроект и предложенную поправку, но измененный Закон Блэнда-Эллисона был принят Сенатом 48 голосами против 21. Хейс наложил вето на законопроект, но Конгресс собрал необходимое две трети голосов для преодоления вето. Даже после принятия Закона Блэнда-Эллисона Блейн продолжал выступать против него, произнеся ряд речей с критикой во время предвыборной кампании в Конгресс 1878 года. Его пребывание в Сенате позволило Блейну развить свои идеи во внешней политике. Он выступал за расширение американского флота и торгового флота, которые пришли в упадок после Гражданской войны. Блейн также резко критиковал результаты арбитража с Великобританией по поводу права американских рыбаков ловить рыбу в канадских водах, в результате которого Великобритании была присуждена компенсация в размере 5,5 миллиона долларов. Антибританские настроения Блейна сочетались с его поддержкой высоких тарифов. Первоначально он выступал против договора о взаимной торговле с Канадой, который снизил бы тарифы между двумя странами, но к концу своего пребывания в Сенате изменил свое мнение, полагая, что американцы могли бы больше выиграть от увеличения экспорта, чем потерять от риска дешевого импорта.

Blaine was appointed to the Senate on July 10, 1876, but did not begin his duties there until the Senate convened in December of that year. While in the Senate, he served on the Appropriations Committee and held the chairmanship of the Committee on Civil Service and Retrenchment, but he never achieved the role of leadership that he had held as a member of the House. The Senate in the 45th Congress was controlled by a narrow Republican majority, but it was a majority often divided against itself and against the Hayes administration. Blaine did not number himself among the administration's defenders—later known as the Half Breeds—but neither could he join the Republicans led by Conkling—later known as the Stalwarts—who opposed Hayes, because of the deep personal enmity between Blaine and Conkling. He opposed Hayes's withdrawal of federal troops from Southern capitals, which effectively ended the Reconstruction of the South, but to no avail. Blaine continued to antagonize Southern Democrats, voting against bills passed in the Democrat controlled House that would reduce the Army's appropriation and repeal the post war Enforcement Acts he had helped pass. Such bills passed Congress several times and Hayes vetoed them several times; ultimately, the Enforcement Acts remained in place, but the funds to enforce them dwindled. By 1879, there were only 1,155 soldiers stationed in the former Confederacy, and Blaine believed that this small force could never guarantee the civil and political rights of black Southerners—which would mean an end to the Republican party in the South. On monetary issues, Blaine continued the advocacy for a strong dollar that he had begun as a Representative. This stance was in opposition to Senate Republican leadership, including Senate President Pro Tempore Thomas W. Ferry, who generally supported the greenback movement. The issue had shifted from debate over greenbacks to debate over which metal should back the dollar: gold and silver, or gold alone. The Coinage Act of 1873 stopped the coinage of silver for all coins worth a dollar or more, effectively tying the dollar to the value of gold. As a result, the money supply contracted and the effects of the Panic of 1873 grew worse, making it more expensive for debtors to pay debts they had entered into when currency was less valuable. Farmers and laborers, especially, clamored for the return of coinage in both metals, believing the increased money supply would restore wages and property values. Democratic Representative Richard P. Bland of Missouri proposed a bill, which passed the House, that required the United States to coin as much silver as miners could sell the government, thus increasing the money supply and aiding debtors. In the Senate, William B. Allison, a Republican from Iowa offered an amendment to limit the silver coinage to two to four million dollars per month. This was still too much for Blaine, and he denounced the bill and the proposed amendment, but the amended Bland–Allison Act passed the Senate by a 48 to 21 vote. Hayes vetoed the bill, but Congress mustered the two thirds vote to pass it over his veto. Even after the Bland–Allison Act's passage, Blaine continued his opposition, making a series of speeches against it during the 1878 congressional campaign season. His time in the Senate allowed Blaine to develop his foreign policy ideas. He advocated expansion of the American navy and merchant marine, which had been in decline since the Civil War. Blaine also bitterly opposed the results of the arbitration with Great Britain over American fishermen's right to fish in Canadian waters, which resulted in a $5.5 million award to Britain. Blaine's Anglophobia combined with his support of high tariffs. He had initially opposed a reciprocity treaty with Canada that would have reduced tariffs between the two nations, but by the end of his time in the Senate, he had changed his mind, believing that Americans had more to gain by increasing exports than they would lose by the risk of cheap imports.

Президентские выборы 1880 года

Хейс объявил в начале своего президентства, что не будет баллотироваться на второй срок, что означало, что борьба за республиканскую номинацию в 1880 году была открыта для всех претендентов, включая Блейна. Блейн был одним из первых фаворитов на выдвижение, как и бывший президент Грант, министр финансов Джон Шерман из Огайо и сенатор Джордж Ф. Эдмундс из Вермонта. Хотя Грант не активно продвигал свою кандидатуру, его участие в гонке воодушевило сторонников Сталвартов, и когда съезд собрался в Чикаго в июне 1880 года, они мгновенно разделили делегатов на сторонников и противников Гранта, при этом Блейн был самым популярным выбором во второй группе. Блейна выдвинул Джеймс Фредерик Джой из Мичигана, но в отличие от яркой речи Ингерсолла в 1876 году, длинное выступление Джоя запомнилось лишь своей неуклюжестью. После выдвижения других кандидатов, первый тур голосования показал, что Грант лидирует с 304 голосами, а Блейн занимает второе место с 284; ни у одного другого кандидата не было больше, чем 93 голосов у Шермана, и никто не набрал необходимого большинства в 379. Делегаты Шермана могли склонить чашу весов в пользу Гранта или Блейна, но он отказался передать им свои голоса на протяжении двадцати восьми туров голосования, надеясь, что противники Гранта откажутся от Блейна и перейдут на его сторону. В конечном итоге они действительно покинули Блейна, но вместо Шермана перенаправили свои голоса конгрессмену из Огайо Джеймсу А. Гарфилду, и к тридцать шестому туру он набрал 399 голосов, достаточных для победы. Гарфилд успокоил сторонников Сталвартов, поддержав Честера А. Артура из Нью-Йорка, сторонника Конклинга, в качестве кандидата в вице-президенты, но именно Блейну и его делегатам Гарфилд был обязан своим выдвижением. Когда Гарфилд был избран над демократом Винфилдом Скоттом Хэнкоком, он обратился к Блейну за помощью в формировании кабинета министров и предложил ему ключевой пост: госсекретаря. Блейн согласился и ушел из Сената 4 марта 1881 года.

Инициативы внешней политики

Блейн рассматривал председательство в кабинете как возможность руководить и вашингтонским светским обществом, и вскоре распорядился построить новый, более просторный дом в районе Дупонт-Серкл. Несмотря на минимальный опыт во внешней политике, Блейн быстро включился в свои новые обязанности. К 1881 году Блейн полностью отказался от протекционистских взглядов и стал использовать свой пост госсекретаря для продвижения свободной торговли, особенно в западном полушарии. Причины этого были двояки: во-первых, давний страх Блейна перед британским вмешательством в дела Америки ничуть не ослаб, и он считал увеличение торговли с Латинской Америкой лучшим способом не допустить доминирования Британии в регионе. Во-вторых, он полагал, что стимулирование экспорта позволит повысить благосостояние Америки и, тем самым, представить Республиканскую партию как инициатора этого процветания, обеспечив ей дальнейшие избирательные успехи. Гарфилд согласился с видением своего госсекретаря, и Блейн инициировал созыв Панамериканской конференции в 1882 году для разрешения споров между латиноамериканскими государствами и обсуждения вопросов увеличения торговли. Одновременно Блейн надеялся добиться заключения мира в войне на Тихом океане, которую вели Боливия, Чили и Перу. Блейн поддерживал решение, которое не предусматривало бы уступки Перу каких-либо территорий, однако Чили, к 1881 году оккупировавшая перуанскую столицу, отвергла любые переговоры, не приносящие ей выгоды. Блейн стремился расширить американское влияние и в других областях, предложив пересмотреть Договор Клейтона — Бульвера, чтобы Соединенные Штаты могли построить канал через Панаму без участия Великобритании, а также попытаться уменьшить британское влияние в стратегически важном Королевстве Гавайи. Его планы по вовлечению Соединенных Штатов в мировые дела простирались даже за пределы Западного полушария, поскольку он стремился заключить торговые соглашения с Кореей и Мадагаскаром.

Убийство Гарфилда

2 июля 1881 года Блейн и Гарфилд шли по станции Sixth Street на Балтиморской и Потомакской железной дороге в Вашингтоне, когда Гарфилда застрелил Чарльз Дж. Гито, разочарованный адвокат и одержимый идеей заполучить должность, который неоднократно требовал от Блейна и других чиновников Госдепартамента назначить его на различные посты посла, для которых он был совершенно некомпетентен или которые уже были заняты. Гито, называвший себя сторонником фракции "Сталварты", полагал, что убийство президента нанесет удар, объединив две фракции Республиканской партии, что позволит ему завоевать расположение вице-президента Артура и получить желаемую должность. Гито был обезврежен и немедленно арестован, а Гарфилд скончался спустя два с половиной месяца, 19 сентября 1881 года. Гито был признан виновным в убийстве Гарфилда и повешен 30 июня 1882 года. Смерть Гарфилда стала не только личной трагедией для Блейна, но и положила конец его влиянию в кабинете и его внешнеполитическим инициативам. С приходом Артура к власти фракция "Сталварты" взяла верх, и пребывание Блейна в Госдепартаменте было предопределено. Хотя Артур попросил всех членов кабинета отложить отставку до роспуска Конгресса в декабре, Блейн все же подал в отставку 19 октября 1881 года, но согласился оставаться на посту до 19 декабря, когда прибудет его преемник. На смену Блейну пришел Фредерик Фрелингуйзен, представитель "Сталвартов" из Нью-Джерси. Артур и Фрелингуйзен отменили многие начинания Блейна, отказавшись от созыва Панамериканской конференции и прекратив усилия по урегулированию Тихоокеанской войны, однако продолжили политику снижения тарифов, заключив с Мексикой договор о взаимной торговле в 1882 году.

Частная жизнь

Блейн начал 1882 год без политической должности впервые с 1859 года. Ослабленный плохим здоровьем, он не стремился к другой работе, кроме завершения первого тома своих мемуаров «Двадцать лет в Конгрессе». Друзья в штате Мэн уговаривали Блейна баллотироваться в Конгресс на выборах 1882 года, но он отказался, предпочтя посвятить время написанию и контролю за переездом в новый дом. Доходы от инвестиций в горнодобывающую промышленность и железные дороги были достаточны для поддержания привычного уровня жизни семьи и позволили построить дачный домик «Стэнвуд» на острове Маунт-Дезерт в штате Мэн по проекту Фрэнка Фернесса. В 1882 году Блейн выступил перед Конгрессом в ходе расследования его дипломатической деятельности в отношении Тихоокеанской войны, защищаясь от обвинений в причастности к перуанским месторождениям гуано, оккупированным Чили, но в остальном избегал Капитолия. Публикация первого тома «Двадцати лет» в начале 1884 года укрепила финансовое положение Блейна и вновь вернула его в центр политического внимания. По мере приближения кампании 1884 года имя Блейна снова стало упоминаться как имя потенциального кандидата, и, несмотря на некоторые сомнения, он вскоре вновь включился в борьбу за президентство.

Выдвижение кандидатуры

В месяцы, предшествовавшие съезду 1884 года, Блейн вновь считался фаворитом на выдвижение, но президент Артур обдумывал возможность баллотироваться на выборах самостоятельно. Джордж Эдмундс снова пользовался поддержкой реформаторов, а Джон Шерман имел несколько делегатов, гарантировавших ему свои голоса, однако не ожидалось, что кто-либо из них сможет получить значительную поддержку на съезде. Джон А. Логан из Иллинойса надеялся привлечь голоса сторонников группы "Столварт", если кампания Артура окажется безуспешной. Блейн не был уверен, что хочет в третий раз добиваться выдвижения, и даже поощрял генерала Уильяма Т. Шермана, старшего брата Джона Шермана, принять его, если такая возможность представится, но в конечном итоге Блейн согласился снова баллотироваться. Уильям Х. Уэст из Огайо выдвинул кандидатуру Блейна с пылкой речью, и по итогам первого тура голосования Блейн лидировал, набрав 334½ голосов. Хотя до необходимых 417 голосов для выдвижения было еще далеко, у Блейна было значительно больше голосов, чем у любого другого кандидата, а Артур занял второе место с 278 голосами. Блейн был неприемлем для делегатов Артура, равно как и делегаты Блейна никогда бы не проголосовали за президента, поэтому борьба развернулась между ними за голоса делегатов, поддерживавших остальных кандидатов. Поддержка Блейна неуклонно росла, поскольку Логан и Шерман сняли свои кандидатуры в его пользу, а часть делегатов Эдмундса перешла на его сторону. В отличие от предыдущих съездов, импульс, полученный Блейном в 1884 году, уже нельзя было остановить. На четвертом туре голосования Блейн получил 541 голос и, наконец, был выдвинут кандидатом в президенты. Логан был выдвинут кандидатом в вице-президенты на первом же туре, и у республиканцев сформировался полный список кандидатов.

Кампания против Кливленда

Демократы провели свой съезд в Чикаго в следующем месяце и выдвинули кандидатуру губернатора Гровера Кливленда из Нью-Йорка. Время Кливленда на национальной арене было недолгим, но демократы надеялись, что его репутация реформатора и противника коррупции привлечет республиканцев, разочарованных Блейном и его сомнительной репутацией. Их надежды оправдались, поскольку реформаторски настроенные республиканцы, известные как "магвампы", осудили Блейна как коррумпированного и перешли на сторону Кливленда. Магвампы, включая таких известных людей, как Карл Шурц и Генри Уорд Бичер, больше заботились о морали, чем о партийной принадлежности, и считали Кливленда единомышленником, который будет продвигать реформу государственной службы и бороться за эффективность управления. Однако, одновременно с тем, как демократы получали поддержку магвампов, они теряли часть рабочих в пользу Партии зеленых, возглавляемой Бенджамином Ф. Батлером, давним противником Блейна со времен их работы в Палате представителей. Кампания была сосредоточена на личностях кандидатов, и сторонники каждой стороны бросали тень на своих оппонентов. Сторонники Кливленда вновь подняли старые обвинения, содержащиеся в письмах Маллигана, о том, что Блейн коррумпированным образом влиял на законодательство в интересах железнодорожных компаний, а затем наживался на продаже облигаций, которыми владел в обеих компаниях. Хотя истории о благосклонности Блейна к железным дорогам уже распространялись восемь лет назад, на этот раз было обнаружено больше его переписки, что делало его прежние отрицания менее убедительными. Блейн признал подлинность писем, но отрицал, что что-либо в них бросает тень на его честность или противоречит его предыдущим объяснениям. Тем не менее, то, что Блейн назвал "застарелой клеветой", привлекло внимание общественности к его характеру в негативном ключе. На некоторых из наиболее компрометирующих писем Блейн написал: "Сжечь это письмо", предоставив демократам заключительную фразу для своего лозунга: "Блейн, Блейн, Джеймс Г. Блейн, лжец континентального масштаба из штата Мэн, 'Сжечь это письмо!'". Чтобы противостоять образу Кливленда как образца морали, республиканцы обнаружили сообщения о том, что Кливленд стал отцом внебрачного ребенка, будучи адвокатом в Буффало, штат Нью-Йорк, и начали скандировать: "Мама, мама, где мой папа?". Демократы, после избрания Кливленда, добавили к этому: "Ушел в Белый дом, ха-ха-ха!". Кливленд признался в выплате алиментов в 1874 году Марии Крофтс Халпин, женщине, которая утверждала, что он является отцом ее ребенка, Оскара Фолсома Кливленда. В то время Халпин была связана с несколькими мужчинами, в том числе с другом Кливленда и партнером по юридической практике Оскаром Фолсомом, в честь которого был назван и ребенок. Кливленд не знал, кто из мужчин был отцом, и, по всей видимости, взял на себя ответственность, поскольку он был единственным холостяком среди них. Одновременно с этим, представители Демократической партии обвинили Блейна и его жену в том, что они не были женаты, когда в 1851 году родился их старший сын Стэнвуд; однако этот слух оказался ложным и не вызвал особого резонанса в ходе кампании. Халпин опровергла утверждения о ее связи с несколькими мужчинами, обвинив Кливленда в изнасиловании и оплодотворении, а затем в помещении ее в психиатрическую больницу против ее воли, чтобы получить контроль над их ребенком. Оба кандидата считали, что штаты Нью-Йорк, Нью-Джерси, Индиана и Коннектикут определят исход выборов. В Нью-Йорке Блейн получил меньше поддержки, чем рассчитывал, поскольку Артур и Конклинг, все еще влиятельные в Республиканской партии штата Нью-Йорк, не стали активно поддерживать его. Блейн надеялся получить больше поддержки от американцев ирландского происхождения, чем обычно получали республиканцы; хотя ирландцы в основном составляли демократическую базу в XIX веке, мать Блейна была ирландской католичкой, и он верил, что его давняя оппозиция британскому правительству найдет отклик у ирландцев. Надежды Блейна на переманивание ирландских избирателей на сторону республиканцев были разрушены в конце кампании, когда один из его сторонников, Сэмюэл Д. Берчард, выступил с речью, в которой осудил демократов как партию "Рома, римокатолицизма и мятежа". Демократы распространили эту оскорбительную фразу в преддверии выборов, и Кливленд с небольшим перевесом победил во всех четырех колеблющихся штатах, включая Нью-Йорк, всего более чем на тысячу голосов. Хотя общее количество голосов избирателей было близким, Кливленд выиграл с перевесом всего в четверть процента, голоса выборщиков обеспечили Кливленду большинство – 219 против 182.

The Democrats held their convention in Chicago the following month and nominated Governor Grover Cleveland of New York. Cleveland's time on the national scene was brief, but Democrats hoped that his reputation as a reformer and an opponent of corruption would attract Republicans dissatisfied with Blaine and his reputation for scandal. They were correct, as reform minded Republicans (called "Mugwumps") denounced Blaine as corrupt and flocked to Cleveland. The Mugwumps, including such men as Carl Schurz and Henry Ward Beecher, were more concerned with morality than with party, and felt Cleveland was a kindred soul who would promote civil service reform and fight for efficiency in government. However, even as the Democrats gained support from the Mugwumps, they lost some blue collar workers to the Greenback Party, led by Benjamin F. Butler, Blaine's antagonist from their early days in the House. The campaign focused on the candidates' personalities, as each candidate's supporters cast aspersions on their opponents. Cleveland's supporters rehashed the old allegations from the Mulligan letters that Blaine had corruptly influenced legislation in favor of railroads, later profiting on the sale of bonds he owned in both companies. Although the stories of Blaine's favors to the railroads had made the rounds eight years earlier, this time more of his correspondence was discovered, making his earlier denials less plausible. Blaine acknowledged that the letters were genuine, but denied that anything in them impugned his integrity or contradicted his earlier explanations. Nevertheless, what Blaine described as "stale slander" served to focus the public's attention negatively on his character. On some of the most damaging correspondence, Blaine had written "Burn this letter," giving Democrats the last line to their rallying cry: "Blaine, Blaine, James G. Blaine, the continental liar from the state of Maine, 'Burn this letter!'" To counter Cleveland's image of superior morality, Republicans discovered reports that Cleveland had fathered an illegitimate child while he was a lawyer in Buffalo, New York, and chanted "Ma, Ma, where's my Pa? "—to which the Democrats, after Cleveland had been elected, appended, "Gone to the White House, Ha! Ha! Ha!" Cleveland admitted to paying child support in 1874 to Maria Crofts Halpin, the woman who claimed he fathered her child named Oscar Folsom Cleveland. Halpin was involved with several men at the time, including Cleveland's friend and law partner, Oscar Folsom, for whom the child was also named. Cleveland did not know which man was the father, and is believed to have assumed responsibility because he was the only bachelor among them. At the same time, Democratic operatives accused Blaine and his wife of not having been married when their eldest son, Stanwood, was born in 1851; this rumor was false, however, and caused little excitement in the campaign. Halpin disputed the claims of being involved with several men, accusing Cleveland of raping and impregnating her, then institutionalizing her against her will to gain control of their child. Both candidates believed that the states of New York, New Jersey, Indiana, and Connecticut would determine the election. In New York, Blaine received less support than he anticipated when Arthur and Conkling, still powerful in the New York Republican party, failed to actively campaign for him. Blaine hoped that he would have more support from Irish Americans than Republicans typically did; while the Irish were mainly a Democratic constituency in the 19th century, Blaine's mother was Irish Catholic, and he believed his career long opposition to the British government would resonate with the Irish. Blaine's hope for Irish defections to the Republican standard were dashed late in the campaign when one of his supporters, Samuel D. Burchard, gave a speech denouncing the Democrats as the party of "Rum, Romanism, and Rebellion." The Democrats spread the word of this insult in the days before the election, and Cleveland narrowly won all four of the swing states, including New York by just over one thousand votes. While the popular vote total was close, with Cleveland winning by just one quarter of a percent, the electoral votes gave Cleveland a majority of 219–182.

Лидер партии в изгнании

Блейн смирился со своим незначительным поражением и большую часть следующего года посвятил работе над вторым томом «Двадцати лет в Конгрессе». Книга продолжала приносить ему достаточно средств для содержания его роскошного хозяйства и погашения долгов. Хотя он говорил друзьям об уходе из политики, Блейн всё ещё посещал званые ужины и комментировал политику администрации Кливленда. К моменту выборов в Конгресс 1886 года Блейн выступал с речами и поддерживал кандидатов от Республиканской партии, особенно в своём родном штате Мэн. Республиканцы добились успеха в Мэне, и после выборов в штате в сентябре Блейн отправился с выступлениями из Пенсильвании в Теннесси, надеясь улучшить перспективы республиканских кандидатов там. Республиканцы были менее успешны по стране в целом, получив места в Палате представителей, но потеряв места в Сенате, однако выступления Блейна удерживали его и его взгляды в центре внимания. В июне 1887 года Блейн вместе с женой и дочерьми отправился в Европу, посетив Англию, Ирландию, Германию, Францию, Австро-Венгрию и, наконец, Шотландию, где они остановились в летней резиденции Эндрю Карнеги. Находясь во Франции, Блейн написал письмо в New York Tribune, критикуя планы Кливленда по снижению тарифов, утверждая, что свободная торговля с Европой обеднит американских рабочих и фермеров. Семья вернулась в Соединённые Штаты в августе 1887 года. Его письмо в Tribune ещё больше повысило его политический авторитет, и к 1888 году Теодор Рузвельт и Генри Кэбот Лодж, оба бывших оппонента, убеждали Блейна снова баллотироваться против Кливленда. Внутри партии преобладало мнение в пользу повторного выдвижения Блейна. По мере приближения партийных съездов штатов Блейн объявил, что не будет кандидатом. Его сторонники сомневались в его искренности и продолжали уговаривать его баллотироваться, но Блейн оставался непреклонен. Чтобы прояснить свои намерения, Блейн покинул страну и находился у Карнеги в Шотландии, когда в Чикаго в 1888 году начался Республиканский национальный съезд. Карнеги призвал Блейна принять выдвижение, если съезд его выберет, но делегаты в конечном итоге приняли его отказ. Джоном Шерманом был самым заметным кандидатом и он стремился привлечь сторонников Блейна к своей кандидатуре, но вместо этого они перешли на сторону бывшего сенатора Бенджамина Харрисона из Индианы после того, как телеграмма от Карнеги намекнула на поддержку Блейна. Блейн вернулся в Соединённые Штаты в августе 1888 года и посетил Харрисона в его доме в октябре, где двадцать пять тысяч жителей устроили парад в его честь. Харрисон победил Кливленда на близких выборах и предложил Блейну его прежнюю должность государственного секретаря.

Blaine accepted his narrow defeat and spent most of the next year working on the second volume of Twenty Years of Congress. The book continued to earn him enough money to support his lavish household and pay off his debts. Although he spoke to friends of retiring from politics, Blaine still attended dinners and commented on the Cleveland administration's policies. By the time of the 1886 Congressional elections, Blaine was giving speeches and promoting Republican candidates, especially in his home state of Maine. Republicans were successful in Maine, and after the Maine elections in September, Blaine went on a speaking tour from Pennsylvania to Tennessee, hoping to boost the prospects of Republican candidates there. Republicans were less successful nationwide, gaining seats in the House while losing seats in the Senate, but Blaine's speeches kept him and his opinions in the spotlight. Blaine and his wife and daughters sailed for Europe in June 1887, visiting England, Ireland, Germany, France, Austria Hungary, and finally Scotland, where they stayed at the summer home of Andrew Carnegie. While in France, Blaine wrote a letter to the New York Tribune criticizing Cleveland's plans to reduce the tariff, saying that free trade with Europe would impoverish American workers and farmers. The family returned to the United States in August 1887. His letter in the Tribune had raised his political profile even higher, and by 1888 Theodore Roosevelt and Henry Cabot Lodge, both former opponents, urged Blaine to run against Cleveland again. Opinion within the party was overwhelmingly in favor of renominating Blaine. As the state conventions drew nearer, Blaine announced that he would not be a candidate. His supporters doubted his sincerity and continued to encourage him to run, but Blaine still demurred. Hoping to make his intentions clear, Blaine left the country and was staying with Carnegie in Scotland when the 1888 Republican National Convention began in Chicago. Carnegie encouraged Blaine to accept if the convention nominated him, but the delegates finally accepted Blaine's refusal. John Sherman was the most prominent candidate and sought to attract the Blaine supporters to his candidacy, but instead found them flocking to former senator Benjamin Harrison of Indiana after a telegram from Carnegie suggested that Blaine favored him. Blaine returned to the United States in August 1888 and visited Harrison at his home in October, where twenty five thousand residents paraded in Blaine's honor. Harrison defeated Cleveland in a close election, and offered Blaine his former position as Secretary of State.

Государственный секретарь, 18891892

Харрисон сформировал свою внешнюю политику, во многом основываясь на идеях Блейна, и в начале своего президентства у Харрисона и Блейна были весьма схожие взгляды на место США в мире. Однако, несмотря на их общее мировоззрение, в течение срока их отношения стали лично натянутыми. Харрисон понимал, что его госсекретарь пользовался большей популярностью, чем он сам, и хотя он восхищался дипломатическим талантом Блейна, он был недоволен его частыми отлучениями с работы по болезни и подозревал Блейна в стремлении к президентской номинации в 1892 году. Харрисон попытался ограничить число сторонников Блейна на подчинённых должностях в Государственном департаменте и отказал Блейну в просьбе назначить его сына Уокера первым помощником секретаря, вместо этого назначив его юридическим советником департамента. Несмотря на растущую личную неприязнь, оба политика, за исключением одного случая, продолжали придерживаться единой точки зрения по актуальным вопросам внешней политики.

Тихоокеанская дипломатия

Блейн и Харрисон стремились к расширению американского влияния и торговли в Тихом океане и особенно интересовались получением прав на гавани в Перл-Харборе (Гавайи) и Паго-Паго (Самоа). Когда Блейн вступил в должность, Соединенные Штаты, Великобритания и Германская империя оспаривали свои права на Самоа. Преемник Блейна, Томас Ф. Байярд, принял приглашение на трехстороннюю конференцию в Берлине с целью разрешения спора, и Блейн назначил американских представителей для участия в ней. Результатом стал договор, учредивший кондоминиум между тремя державами, предоставивший всем им доступ к гавани. На Гавайях Блейн работал над укреплением связей королевства с Соединенными Штатами и предотвращением превращения его в британский протекторат. Когда тариф Мак-Кинли 1890 года отменил пошлину на сахар, гавайские плантаторы искали способ сохранить свой прежний исключительный доступ на американский рынок. Гавайский министр в Соединенных Штатах, Генри А. П. Картер, пытался добиться установления режима наиболее благоприятствуемого торгового режима с Соединенными Штатами, но Блейн предложил вместо этого, чтобы Гавайи стали американским протекторатом; Картер поддержал эту идею, но гавайский король Калакауа отверг посягательство на свой суверенитет. Затем Блейн добился назначения своего бывшего коллеги по газете Джона Л. Стивенса министром на Гавайи. Стивенс давно считал, что Соединенные Штаты должны аннексировать Гавайи, и на посту министра он сотрудничал с американцами, проживающими на Гавайях, в их усилиях по достижению аннексии. Эти усилия в конечном итоге вылились в государственный переворот против преемницы Калакауа, Лилиуокалани, в 1893 году. Конкретная роль Блейна в этом не задокументирована, но результаты дипломатии Стивенса соответствовали его амбициям в отношении американской власти в регионе. Новое правительство обратилось к Соединенным Штатам с просьбой об аннексии, но к тому времени Блейн уже покинул свой пост.

Латинская Америка и взаимность

Вскоре после вступления в должность Блейн вновь поднял свою старую идею о проведении международной конференции стран Западного полушария. Результатом стала Первая Международная конференция американских государств, состоявшаяся в Вашингтоне в 1890 году. Блейн и Харрисон возлагали на конференцию большие надежды, включая предложения о создании таможенного союза, панамериканской железнодорожной магистрали и механизма арбитража для разрешения споров между странами-участницами. Их общей целью было расширение торговли и политического влияния на всё полушарие; некоторые другие страны понимали это и опасались углубления связей с Соединенными Штатами в ущерб европейским державам. Блейн публично заявлял, что его интересует лишь «присоединение торговли», а не территории, но в частной переписке с Харрисоном выражал желание некоторого территориального расширения Соединенных Штатов:

Конгресс не разделял энтузиазма Блейна и Харрисона в отношении таможенного союза, однако положения о тарифной взаимности в конечном итоге были включены в тариф Мак-Кинли, который снизил пошлины на некоторые товары в межамериканской торговле. В остальном конференция не достигла каких-либо целей Блейна в краткосрочной перспективе, но способствовала дальнейшему общению и в конечном итоге привела к созданию Организации американских государств. В 1891 году в Чили возник дипломатический кризис, обостривший отношения между Харрисоном и Блейном. Американский министр в Чили Патрик Иган, политический союзник Блейна, предоставил убежище чилийцам, искавшим защиты от гражданской войны в Чили. Чили уже испытывала подозрения к Блейну из-за его дипломатии во время Тихоокеанской войны десять лет назад, и этот инцидент еще больше усилил напряженность. Когда моряки с корабля «Балтимор» вышли в береговой отпуск в Вальпараисо, произошла драка, в результате которой погибли два американских моряка и были арестованы три десятка человек. Когда известие об этом достигло Вашингтона, Блейн находился в Бар-Харборе, восстанавливаясь после болезни, и Харрисон собственноручно подготовил требование о выплате репараций. Министр иностранных дел Чили Мануэль Антонио Матта ответил, что сообщение Харрисона было «ошибочным или намеренно искаженным» и заявил, что правительство Чили рассматривает это дело как любое другое уголовное преступление. Напряженность возросла, когда Харрисон пригрозил разорвать дипломатические отношения, если Соединенные Штаты не получат надлежащих извинений. Блейн вернулся в столицу и предпринял примирительные шаги по отношению к чилийскому правительству, предложив передать спор в арбитраж и отозвать Игана. Харрисон по-прежнему настаивал на извинениях и направил в Конгресс специальное послание об угрозе войны. Чили принесла извинения за инцидент, и угроза войны миновала.

Отношения с европейскими державами

Первые проявления Блейна в сфере внешней политики носили характер реакционного англофобства, но к концу карьеры его отношения с Соединенным Королевством стали более умеренными и нюансированными. Причиной первого взаимодействия Блейна с Великобританией в качестве государственного секретаря Харрисона стал спор об охоте на тюленей в водах у Аляски. Закон, принятый в 1889 году, обязывал Харрисона запретить охоту на тюленей в водах Аляски, однако канадские рыбаки считали, что имеют право продолжать промысел там. Вскоре после этого ВМС США захватили несколько канадских судов вблизи островов Прибылова. Блейн вступил в переговоры с Великобританией, и обе страны согласились передать спор на разрешение нейтральному арбитражному трибуналу. К моменту начала работы трибунала Блейн уже не занимал свой пост, но в результате было принято решение разрешить охоту вновь, хотя и с некоторыми ограничениями, и обязать Соединенные Штаты выплатить компенсацию в размере 473 151 доллара. В конечном итоге страны подписали Конвенцию о северно-тихоокеанском тюлене 1911 года, запрещавшую охоту на тюленей в открытом море. Одновременно со спором об островах Прибылова вспышка массовых беспорядков в Новом Орлеане привела к международному инциденту. После того как начальник полиции Нового Орлеана Дэвид Хеннесси развернул кампанию против местной мафии, он был убит 14 октября 1890 года. После того как 14 марта 1891 года предполагаемые убийцы были оправданы, толпа штурмом взяла тюрьму и линчевала одиннадцать из них. Поскольку многие из убитых были гражданами Италии, итальянский министр Саверио Фава выразил протест Блейну. Блейн объяснил, что федеральные власти не могут контролировать действия чиновников штата в уголовных делах, и Фава объявил об отзыве дипломатической миссии в Италию. Блейн и Харрисон сочли реакцию итальянцев чрезмерной и ничего не предприняли. Напряженность постепенно спала, и почти через год итальянский министр вернулся в Соединенные Штаты для переговоров о выплате компенсации. После некоторых разногласий – Блейн выступал за примирение с Италией, а Харрисон не желал признавать вину – Соединенные Штаты согласились выплатить компенсацию в размере 25 000 долларов, и нормальные дипломатические отношения были восстановлены.

Blaine's earliest expressions in the foreign policy sphere were those of a reactionary Anglophobe, but by the end of his career his relationship with the United Kingdom had become more moderate and nuanced. A dispute over seal hunting in the waters off Alaska was the cause of Blaine's first interaction with Britain as Harrison's Secretary of State. A law passed in 1889 required Harrison to ban seal hunting in Alaskan waters, but Canadian fishermen believed they had the right to continue fishing there. Soon thereafter, the United States Navy seized several Canadian ships near the Pribilof Islands. Blaine entered into negotiations with Britain and the two nations agreed to submit the dispute to arbitration by a neutral tribunal. Blaine was no longer in office when the tribunal began its work, but the result was to allow the hunting once more, albeit with some regulation, and to require the United States to pay damages of $473,151. Ultimately, the nations signed the North Pacific Fur Seal Convention of 1911, which outlawed open water seal hunting. At the same time as the Pribilof Islands dispute, an outbreak of mob violence in New Orleans became an international incident. After New Orleans police chief David Hennessy led a crackdown against local mafiosi, he was assassinated on October 14, 1890. After the alleged murderers were found not guilty on March 14, 1891, a mob stormed the jail and lynched eleven of them. Since many of those killed were Italian citizens the Italian minister, Saverio Fava, protested to Blaine. Blaine explained that federal officials could not control how state officials deal with criminal matters, and Fava announced that he would withdraw the legation back to Italy. Blaine and Harrison believed the Italians' response to be an overreaction, and did nothing. Tensions slowly cooled, and after nearly a year, the Italian minister returned to the United States to negotiate an indemnity. After some internal dispute—Blaine wanted conciliation with Italy, Harrison was reluctant to admit fault—the United States agreed to pay an indemnity of $25,000, and normal diplomatic relations resumed.

Выход на пенсию и смерть

Блейн всегда считал, что его здоровье хрупкое, и к тому времени, как он вошел в кабинет Харрисона, он действительно был нездоров. Годы, проведенные в Государственном департаменте, также принесли Блейну личные трагедии: двое его детей, Уокер и Элис, внезапно скончались в 1890 году. Еще один сын, Эммонс, умер в 1892 году. В связи с этими семейными потерями и ухудшением здоровья Блейн решил уйти в отставку и объявил о своем уходе из кабинета 4 июня 1892 года. Из-за растущей неприязни между ними и того факта, что отставка Блейна последовала за три дня до начала Республиканского национального съезда 1892 года, Харрисон заподозрил, что Блейн готовится баллотироваться против него на пост кандидата в президенты. Харрисон был непопулярен как в партии, так и в стране, и многие давние сторонники Блейна подталкивали его к выдвижению своей кандидатуры. Блейн отрицал какой-либо интерес к выдвижению за несколько месяцев до своей отставки, но некоторые его друзья, включая сенатора Мэтью Куэя из Пенсильвании и Джеймса С. Кларксона, председателя Республиканского национального комитета, сочли это ложной скромностью и продолжили работать над его выдвижением. Когда Блейн покинул кабинет, его сторонники были уверены, что он – кандидат, однако большинство членов партии поддержали действующего президента. Харрисон был переизбран на первом туре голосования, но преданные сторонники Блейна все же отдали за своего фаворита 182 голоса и 1/6, чего хватило для второго места. Летом 1892 года Блейн провел в своем коттедже в Бар-Харборе и не принимал участия в президентской кампании, за исключением одной речи, произнесенной в Нью-Йорке в октябре. Харрисон потерпел сокрушительное поражение в повторной схватке с бывшим президентом Кливлендом, и когда Блейн вернулся в Вашингтон в конце 1892 года, их отношения с Харрисоном были более дружескими, чем когда-либо за последние годы. Здоровье Блейна стремительно ухудшилось зимой 1892–1893 годов, и он скончался в своем доме в Вашингтоне 27 января 1893 года, за четыре дня до своего шестьдесят третьего дня рождения. После похорон в Пресвитерианской церкви Завета он был похоронен на кладбище Оук-Хилл в Вашингтоне. Позже, в 1920 году, его останки были перезахоронены в Мемориальном парке Блейна в Аугусте, штат Мэн.

Blaine had always believed his health to be fragile, and by the time he joined Harrison's cabinet he truly was unwell. The years at the State Department also brought Blaine personal tragedy as two of his children, Walker and Alice, died suddenly in 1890. Another son, Emmons, died in 1892. With these family losses and his declining health, Blaine decided to retire and announced that he would resign from the cabinet on June 4, 1892. Because of their growing animosity, and because Blaine's resignation came three days before the 1892 Republican National Convention began, Harrison suspected that Blaine was preparing to run against him for the party's nomination for president. Harrison was unpopular with the party and the country, and many of Blaine's old supporters encouraged him to run for the nomination. Blaine had denied any interest in the nomination months before his resignation, but some of his friends, including Senator Matthew Quay of Pennsylvania and James S. Clarkson, chairman of the Republican National Committee, took it for false modesty and worked for his nomination anyway. When Blaine resigned from the cabinet, his boosters were certain that he was a candidate, but the majority of the party stood by the incumbent. Harrison was renominated on the first ballot, but die hard Blaine delegates still gave their champion 182 and 1/6 votes, good enough for second place. Blaine spent the summer of 1892 at his Bar Harbor cottage, and did not involve himself in the presidential campaign other than to make a single speech in New York in October. Harrison was defeated soundly in his rematch against former president Cleveland and when Blaine returned to Washington at the close of 1892, he and Harrison were friendlier than they had been in years. Blaine's health declined rapidly in the winter of 1892–1893, and he died in his Washington home on January 27, 1893, four days before turning sixty three. After a funeral at the Presbyterian Church of the Covenant, he was buried in Oak Hill Cemetery in Washington. He was later re interred in Blaine Memorial Park, Augusta, Maine, in 1920.

Наследие

Выдающийся деятель Республиканской партии своего времени, Блейн довольно скоро после смерти был забыт. Биография 1905 года, написанная кузеном его жены, Эдвардом Стэнвудом, была создана, когда вопрос о его наследии оставался открытым, но к моменту публикации биографии Блейна Дэвидом Савиллом Муззи в 1934 году, подзаголовок "Политический кумир минувших дней" уже отражал его угасающую популярность в общественном сознании. Возможно, это связано с тем, что из девяти кандидатов, выдвинутых Республиканской партией на пост президента с 1860 по 1912 год, Блейн – единственный, кто так и не стал президентом. Хотя несколько авторов изучали внешнеполитическую деятельность Блейна, включая работу Эдварда П. Крапола 2000 года, биография Муззи оставалась последней масштабной работой о нём до книги Нила Рольда 2006 года. Историк Р. Хэл Уильямс работал над новой биографией Блейна с предварительным названием «Джеймс Г. Блейн: Жизнь в политике», пока не скончался в 2016 году. Во время президентских выборов в США 2016 года Дональда Трампа и Хиллари Клинтон сравнивали с Блейном из-за скандалов, связанных с их именами. Статус Блейна как бывшего госсекретаря, стремившегося скрыть доказательства личной коррупции, проводил параллели с Клинтон, а его апелляции к антикитайским настроениям – с антимусульманской риторикой Трампа. Кроме того, мугуампы, выступавшие против Блейна в 1884 году, были сопоставлены с движением «Никогда Трамп».