Введение

Период с 1986 по 1994 год деятельности Армии Сопротивления Господа – это ранняя история продолжающегося восстания повстанческой группировки Армии Сопротивления Господа (LRA) в Уганде, которое было названо одним из самых малоосвещенных гуманитарных кризисов в мире. Армия Сопротивления Господа была сформирована в начале 1987 года в результате конфликта, последовавшего за успешным восстанием Национальной армии сопротивления (NRA), однако оставалась относительно небольшой группой в ходе контрпартизанской кампании NRA. После провала мирных переговоров, начатых министром Бетти Бигомб, поддержка LRA со стороны Судана усилила конфликт.

Истоки LRA (январь 1987 - июнь 1988)

В январе 1987 года Джозеф Кони впервые выступил в качестве медиума. Немногие обратили на это внимание, поскольку после первоначального успеха Движения Святого Духа Алисы Аумы появилось множество медиумов, заявлявших о себе как о носителях пламени священной войны. На протяжении 1987 года Кони наращивал военную мощь, поглощая небольшие отряды повстанческой Народно-демократической армии Уганды и вступая в ожесточенную конкуренцию с другими группировками ачоли за ресурсы и бойцов. В конце 1987 года он согласился объединиться с УПДА для нападения на город Гулу, однако затем предал их, атаковав штаб-квартиру УПДА в ответ на попытки УПДА украсть продовольствие, доставляемое сторонниками Кони. Приблизительно в это же время Кони переименовал свою группировку в Армию Господа, что отражало возросшее значение, которое он придавал религиозным аспектам своего мятежа. В начале 1988 года к LRA присоединился известный бывший солдат Отуну Луконойомой. Он пользовался популярностью благодаря своим высоким моральным принципам в отношении поведения повстанцев LRA, особенно в обращении с гражданским населением. Это привело к соперничеству с Кони, но им удалось примириться до того, как это привело к расколу в организации. В июне 1988 года, когда стало очевидно, что УПДА подпишет мирное соглашение с НРА, Кони написал письмо офицеру НРА с просьбой о встрече, но был атакован до начала переговоров, предположительно из-за недопонимания между подразделениями НРА. Руководство НРА также считало мистицизм LRA необъяснимым. В результате попытка Кони начать переговоры с правительством так и не была полностью реализована.

Небольшое внутреннее восстание (с июня 1988 года по март 1994 года)

Мирное соглашение между УПДА и НРА в июне 1988 года, а также поражение годом ранее движения Святого Духа, оставили группу под руководством Кони единственной значительной повстанческой силой, действующей в Ачолиленде. Бывший командир Одонг Латек из УПДА и некоторые его солдаты отказались принять соглашение и присоединились к LRA. Латек приобрел большое влияние в организации и убедил Кони принять обычную партизанскую тактику. До этого силы LRA обычно атаковали в крестообразной формации, с окроплением святой водой назначенными лицами, подобно движению Святого Духа. Тактика с тех пор в основном состоит из внезапных нападений на гражданские объекты, такие как деревни. Эти атаки совершаются высокомобильными группами численностью до 15 человек, которые разделяются на группы по три-шесть человек для рассредоточения после атаки. LRA также периодически совершает крупномасштабные атаки, чтобы продемонстрировать неспособность правительства защитить население. Изменения в тактике отразились в принятии еще одного названия организации – Угандийская народно-демократическая христианская армия (UPDCA). В октябре 1988 года высокоуважаемый Отуну Луконойомой был убит в засаде НРА, после чего ряд повстанцев перешли на сторону НРА. Это значительно ослабило боевую мощь LRA. В середине 1988 года президент Мусевени учредил должность "государственного министра по умиротворению Северной Уганды, резидента в Гулу". На эту должность была назначена ачоли Бетти Ойелла Бигомбе, которой было поручено убедить повстанцев сложить оружие. Протесты против негативного оттенка слова "умиротворение" привели к пересмотру названия на "государственный министр в аппарате премьер-министра, резиденция в Северной Уганде". Тем не менее, в конце 1988 года LRA нанесла НРА ряд поражений. До 1991 года LRA продолжала действовать небольшими группами, как классическое повстанческое движение, совершая набеги на население за припасами, которые уносили похищенные на короткий срок жители. Тот факт, что некоторые подразделения солдат НРА были известны своими жестокими действиями, обеспечил LRA хотя бы пассивную поддержку со стороны части населения ачоли.

Операция "Север" (1991-1992)

В марте 1991 года началась масштабная попытка правительства уничтожить LRA, впоследствии известная как "Операция Север". Весь север Уганды был взят под контроль, и все гуманитарные организации были вынуждены покинуть регион в преддверии контрпартизанских операций. "Операция Север" объединила усилия по уничтожению боевиков и одновременному подрыву их поддержки среди населения посредством жестких тактик, включая произвольные аресты, пытки и внесудебные казни. Хотя "Операция Север" была частично спровоцирована действиями LRA, Всемирный банк одобрил 5 мая 1992 года заем на восстановление северной инфраструктуры, реализация которого была невозможна в условиях нестабильности. В рамках "Операции Север" министр Бигомбе создала "Группы стрелков", вооруженных преимущественно луками и стрелами, в качестве формы местной самообороны. Поскольку LRA было вооружено современным оружием, отряды стрелков были быстро разгромлены. Тем не менее, создание "Групп стрелков" вызвало гнев Кони, который почувствовал, что теряет поддержку населения. В ответ LRA подвергла жестоким расправам многочисленных ачоли, подозреваемых в сотрудничестве с правительством, отрезая им руки, носы и уши, зашивая рты, проделывая отверстия в губах, или попросту убивая мачете. Позже Кони объяснил мотивы этих действий: "Если вы поднимаете стрелу против нас, и мы отрубаем руку, которой вы стреляли, кто виноват? Если вы доносите на нас, и мы отрезаем вам губы, кто виноват? Вы сами! Библия говорит, что если рука, глаз или рот виновны, их следует отсечь". Несмотря на провал правительственных усилий, реакция LRA заставила многих ачоли окончательно отвернуться от повстанцев. Однако это было смягчено глубоко укоренившейся враждебностью к оккупационным правительственным войскам.

Переговоры в Бигомбе (1993-1994)

После провала операции «Север», министр Бигомбе по собственной инициативе установила контакт с Кони через симпатизера LRA в июне 1993 года. Это привело к самым перспективным дипломатическим усилиям за первые 18 лет повстанческого движения. После ответа Кони о готовности к переговорам, Бигомбе проинформировала военных и президента Ювери Мусевени, который одобрил продолжение переговоров, хотя и заявил о продолжении военных операций. В ноябре 1993 года состоялась первая личная встреча между представителями LRA и правительства в рамках согласованного прекращения огня в Пагике, округ Гулу. Бигомбе представляла правительство и привела с собой нескольких старейшин ачоли, а также командира Четвертой дивизии, полковника Сэмюэля Вассву, ответственного за военные операции на севере, в то время как LRA направила членов ближнего круга Кони. LRA запросила общую амнистию для своих бойцов и заявила, что не будет сдаваться, но готова «вернуться домой». Бигомбе заверила LRA, что к ним не будут относиться как к побежденному врагу, а Вассва согласился на прекращение огня, чтобы позволить переговорам продолжаться. Однако несколько влиятельных офицеров в NRA считали, что правительство идет на уступки требованиям повстанцев. Руководитель Бигомбе, премьер-министр, отказался публично или логистически поддерживать мирный процесс, возможно, из-за борьбы за то, кто получит признание за окончательное мирное соглашение. Неопределенная позиция высшего политического руководства также была проблематичной. На второй встрече 10 января 1994 года сам Кони выступил с четырехчасовой речью, в которой обвинил народ ачоли в том, что они «ответственны за войну, которая обернулась ужасными последствиями, за которые теперь все винят Кони». В личной беседе с Бигомбе Кони попросил дать ему шесть месяцев на перегруппировку войск.

Провал переговоров в Бигомбе (февраль 1994 г.)

Этот запрос на шесть месяцев был широко воспринят как чрезмерный. Позже стало известно, что военные узнали, что Кони вел переговоры с правительством Судана о поддержке, одновременно разговаривая с Бигомбе, и считали, что Кони просто пытается выиграть время. Тем не менее, зрелище комбатантов РСА, свободно и мирно передвигающихся, создало среди ачоли ожидание скорого заключения окончательного мира. Однако к началу февраля тон переговоров становился все более напряженным и резким. Переговорная команда РСА считала, что офицеры СНС ведут себя высокомерно, как победители, принимающие условия от поверженного врага, что противоречило договоренностям, достигнутым на первой встрече, и за столом переговоров раздавались резкие высказывания. Бигомбе, по всей видимости, также чувствовала себя в затруднительном положении из-за своей двойной роли – представителя правительства и главного посредника, и полагала, что правительство в целом не оказывает ей достаточной поддержки. После встречи 2 февраля РСА прервала переговоры, заявив, что считает, будто СНС пытается их захватить с поличным. Через четыре дня президент Ювери Мусевени выступил перед толпой в Гулу и объявил о семидневном сроке для капитуляции РСА, в противном случае правительство прибегнет к военному решению. Какова бы ни была причина, и независимо от того, вел ли РСА переговоры добросовестно или нет, этот ультиматум положил конец инициативе Бигомбе.