Потерянные мальчики Судана: Трагедия беженцев из Южного Судана

Введение

Группа беженцев из южного Судана

"Потерянные мальчики Судана" – это группа из более чем 20 000 мальчиков, принадлежащих к этническим группам нуэр и динка, которые были перемещены или осиротели во время Второй Суданской гражданской войны (1987–2005). Два миллиона человек погибли, а другие серьезно пострадали от конфликта. Этот термин был использован медицинскими работниками в лагерях беженцев и, возможно, происходит из детской истории о Питере Пэне, написанной Дж. М. Барри. Позже этот термин стали применять и к детям, бежавшим от насилия в Южном Судане после обретения независимости в 2011–2013 годах. Мальчики совершили опасные путешествия в лагеря беженцев в Эфиопии и Кении, где тысячи из них находились под защитой в течение нескольких лет. Некоторые из "потерянных мальчиков" получили убежище и возможность проживания в Соединенных Штатах через официальные программы по переселению.

Суданский конфликт

Суданский конфликт, ставший причиной путешествия «потерянных мальчиков», коренился в разногласиях между арабоязычными мусульманами севера и христианами, католиками и приверженцами коренных верований на юге. После обретения Суданом независимости от Великобритании в 1956 году эти разногласия обострились. Северный регион страны был преимущественно мусульманским, что идеологически и культурно контрастировало с христианством, католицизмом, местными верованиями и атеизмом, более распространенными на юге. Северяне считали Юг подходящим для диалога, поскольку христианство способствует секуляризации. Для каждой стороны религия определяла идентичность, что делало конфликт глубоко личным для всех участников. Кроме того, население севера говорило преимущественно на арабском языке, а юга – на английском. Новое суданское правительство было сформировано преимущественно исламскими северянами, стремившимися к арабизации и исламизации Юга, который ранее больше идентифицировал себя с африканской этнической принадлежностью, чем с арабской. Помимо этого, конфликт имел и экономическую подоплеку. Хотя на севере находилось большинство городских центров страны, северяне сильно зависели от природных ресурсов, таких как нефть и минералы, которые были сосредоточены в южном регионе. Интересы северных предпринимателей в добыче этих ресурсов противоречили интересам южных фермеров в защите и владении землей для ведения сельского хозяйства. Дети в этот период были особенно уязвимы. В результате они начали объединяться и организовываться, чтобы покинуть страну и избежать войны.

Трудности

Потеря родителей и необходимость найти пропитание и защиту от конфликта побудили около 20 000 мальчиков из сельской местности Южного Судана бежать в приграничные с Эфиопией и Кенией районы. Большая часть пути совершалась пешком, большими группами, шествовавшими в одну шеренгу. Расстояние от Южного Судана до ближайшего лагеря беженцев могло достигать тысяч километров. Путешествие длилось от нескольких недель до двух и более лет. Зачастую дети отправлялись в путь, не имея при себе ничего, кроме одежды. Мальчики часто зависели от милосердия деревень, через которые проходили, в плане еды, предметов первой необходимости и лечения больных. Однако большая часть их пути пролегала по отдаленным районам с крайне слабо развитой инфраструктурой. Группы мальчиков обычно организовывались и возглавлялись самым старшим из них, которому могло быть от юношеского возраста до десяти или двенадцати лет. В среднем, "Потерянные мальчики", участвовавшие в этой миграции, страдали от сильного истощения, поскольку пропитание добывалось за счет пожертвований от жителей деревень, охоты и краж. Ситуацию усугубляли солдаты НОА (SPLA), которые нападали на мальчиков или насильно завербовали их в качестве детей-солдат. По оценкам НОА, из групп перемещенных детей было завербовано 1200 мальчиков, хотя они отрицают принуждение кого-либо к участию в боевых действиях.

Прибытие в лагеря беженцев

Сначала большинство мальчиков-беженцев направились в лагерь беженцев в Эфиопии, пока война в 1991 году не заставила их снова бежать, на этот раз в другой лагерь беженцев под названием Какума, расположенный в Кении. Прибытие "Потерянных мальчиков" в лагеря беженцев в Эфиопии и Кении встречали по-разному. Лагерям было сложно обеспечить достаточным количеством продовольствия сотни мальчиков, прибывавших ежедневно. Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев и участвующие неправительственные организации часто испытывали трудности с удовлетворением потребностей населения. Уникальной проблемой в истории "Потерянных мальчиков" является то, как менялась возрастная и семейная структура лагерей с увеличением числа молодых людей.

Текущий статус и переселение

В период с 1992 по 1996 год ЮНИСЕФ воссоединил около 1200 «потерянных мальчиков» с их семьями. Однако по состоянию на 1996 год около 17 000 человек все еще находились в лагерях в Эфиопии и Кении. Неспособность этих лагерей справиться с дополнительной нагрузкой населения убедила представителей власти в необходимости принятия дополнительных мер. В 2001 году, в рамках программы, учрежденной правительством Соединенных Штатов и Управлением Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ ООН), около 3800 «потерянных мальчиков» получили предложение о переселении в Соединенные Штаты. В настоящее время они рассеяны по крайней мере в 38 городах, включая такие крупные мегаполисы, как Чикаго, Даллас, Бостон, Сиэтл и Атланта. Многочисленные агентства по переселению, такие как Католические благотворительные организации, Лютеранские социальные службы, Международный комитет спасения (МКСП), World Relief и другие частные организации оказали помощь в этом процессе. Было запущено множество программ, направленных на поддержку этих перемещенных лиц в сферах образования, медицинской помощи, воссоединения с семьями в Южном Судане, восстановления и оказания гуманитарной помощи в Южном Судане. Поскольку многим мальчикам было более 18 лет, их нельзя было поместить в систему опеки. Поэтому их селили в квартирные комплексы вместе, в надежде, что они смогут сохранить ту семейную атмосферу, которая была создана в Какуме. Посттравматический стресс, разлука с близкими, культурная изоляция, расизм и дискриминация в отношении беженцев значительно затрудняли адаптацию. Многие исследования посвящены распространенному среди «потерянных мальчиков» состоянию, известному как «амбивалентная потеря». Оно возникает, когда человек переживает потерю члена семьи без возможности оплакать ее и двигаться дальше из-за отсутствия подтверждения смерти. Однако воссоединение часто было затруднено, если мальчики уже находились в США, а их семьи оставались в лагерях. Южный Судан предоставляет свободный доступ «потерянным мальчикам/девушкам» и представителям суданской диаспоры со всего мира для возвращения на родину. В результате многие из них возвращаются в Южный Судан, чтобы внести свой вклад в восстановление страны, пострадавшей от войны, и оказать гуманитарную помощь и поддержку. В январе 2011 года 99,47% жителей Южного Судана проголосовали за отделение от севера и обретение независимости. Некоторые американские бывшие «потерянные мальчики и девочки» в настоящее время занимают должности в правительстве Южного Судана.

Between 1992 and 1996, UNICEF reunited approximately 1,200 Lost Boys with their families. However, about 17,000 were still in camps throughout Ethiopia and Kenya as of 1996. These camps' inability to sustain the additional population burden made it evident to government officials that more needed to be done. In 2001, as part of a program established by the United States Government and the United Nations High Commissioner for Refugees (UNHCR), approximately 3,800 Lost Boys were offered resettlement in the United States. They are now scattered over at least 38 cities, including major metropolises such as Chicago, Dallas, Boston, Seattle and Atlanta. Numerous resettlement agencies, such as Catholic Charities, Lutheran Social Services, the International Rescue Committee (IRC), World Relief and other privatized organizations assisted in this resettlement process. A variety of programs have been initiated to help these displaced people in areas of education, medical assistance, reconnecting with families in South Sudan and in rebuilding efforts and providing humanitarian aid in Southern Sudan. Because many boys were over the age of 18, they were unable to be placed into the foster care system. Thus, they were placed into apartment complexes with one another in hopes that they would sustain the kind of family atmosphere that was cultivated in Kakuma. Posttraumatic stress, separation from loved ones, cultural isolation, racism and discrimination against the refugees made assimilation extremely difficult. Many studies have discussed a common condition among the Lost Boys of ambiguous loss. This occurs when someone experiences the loss of a family member without the closure of death, which allows for mourning and moving forward. However, it was often difficult to reunite if the boys were already in the US and the families remained in camps. South Sudan allows free access to Lost Boys/Girls and Sudanese Diaspora from around the world to return to their homeland. As a result, many are now returning to South Sudan to pay it forward and help in the rebuilding of their war torn country, and to provide humanitarian aid and support. In January 2011, 99.47% of South Sudanese voted to separate from the north and become an independent nation. Some American former Lost Boys and Girls now hold positions in the current Government of South Sudan.