Русская пятёрка «Детройт Ред Уингз»

Введение

Группа российских игроков в составе «Детройт Ред Уингз» – прозвище, данное пятерке российских хоккеистов из Советского Союза, выступавших за «Детройт Ред Уингз» в Национальной хоккейной лиге в 1990-х годах. В эту пятерку входили Сергей Федоров, Владимир Константинов, Слава Козлов, Слава Фетисов и Игорь Ларионов. Трое из них были задрафтованы «Детройтом» в 1989 и 1990 годах, и «Крылья» оказали содействие их переходу из Советского Союза. Двое последних были приобретены в результате обменов с «Нью-Джерси Девилз» и «Сан-Хосе Шаркс». Тренер «Детройта» Скотт Боуман периодически использовал эту пятерку как единое звено с октября 1995 года по июнь 1997 года, а также комбинировал их с другими игроками. «Русская пятерка» внесла значительный вклад в победу «Детройта» в Кубке Стэнли сезона 1996/97 НХЛ. Через шесть дней после завоевания Кубка Владимир Константинов получил тяжелые травмы в автокатастрофе, которая завершила его хоккейную карьеру. Его одноклубники из «Детройта» посвятили следующий сезон ему и достигли цели – «выиграть для Владди», завоевав второй Кубок Стэнли подряд. К 2003 году все оставшиеся четверо игроков либо перешли в другие команды, либо были обменяны, либо завершили карьеру. «Русская пятерка» оказала lasting impact на игру и обучение хоккею в Северной Америке и способствовала изменению отношения к европейским игрокам в НХЛ.

Предыстория

Во время холодной войны лучшим хоккеистам Советского Союза не разрешалось уезжать играть в Национальную хоккейную лигу (НХЛ), несмотря на то, что их уровень мастерства был сопоставим с североамериканскими и западноевропейскими игроками. До 1989 года Виктор Нечаев, сыгравший три матча за "Лос-Анджелес Кингз", был единственным игроком из СССР, выступавшим в НХЛ. Сергею Пряхину было разрешено играть в НХЛ в 1989 году, и он провёл 46 игр до 1991 года. Ни один из этих игроков не считался звездой на родине. В пятом раунде драфта НХЛ 1988 года "Буффало Сэйбрс" выбрали Александра Могильного под 89-м номером. В то время Могильного называли "лучшим 19-летним игроком в мире". В мае 1989 года Могильный стал первым советским игроком, бежавшим из СССР, чтобы играть в НХЛ.

Федоров и Константинов

В июне 1989 года генеральный менеджер "Детройт Ред Уингз" Джим Девеллано прибыл на драфт НХЛ с намерением "начать выбирать русских игроков". Девеллано обсуждал с владельцем "Детройт Ред Уингз" Майком Иличем возможность драфта Сергея Федорова; хотя Федоров считался одним из лучших молодых игроков в мире, риск был высок, поскольку не было никакой гарантии, что он сможет приехать в Детройт, даже если захочет. Илич поручил Девеллано выбирать лучших доступных игроков, независимо от их происхождения, а руководство займется их доставкой в команду. Девеллано выбрал Федорова в четвертом раунде, что было самым высоким местом для советского игрока на драфте до этого. Опираясь на общепринятое мнение в НХЛ о том, что большинство талантливых игроков выбираются в первые три раунда, он позже сказал: "Я исходил из соображений, кого мы вообще сможем взять в четвертом раунде из Северной Америки?" "Детройт Ред Уингз" продолжили, выбрав в 11-м раунде Владимира Константинова, товарища Федорова по советской сборной, мощного двустороннего защитника, который уже был известен как один из лучших игроков обороны в мире. Затем исполнительный вице-президент "Крыльев" Джим Лайтс связался со спортивным журналистом из Детройта Китом Гейвом, чтобы тот передал Федорову и Константинову секретное сообщение от команды. Гейв не только владел русским языком, но и его аккредитация в СМИ позволила ему попасть на выставочный матч в Хельсинки, где советская национальная сборная должна была сыграть с финским клубом высшего уровня. Гейв согласился на эту миссию, и в августе 1989 года ему удалось встретиться с игроками после матча и передать каждому медиа-гид "Детройт Ред Уингз" с спрятанным внутри письмом. В письмах четко говорилось, что "Детройт Ред Уингз" хотят видеть обоих игроков в Детройте и готовы помочь им в этом. К июлю 1990 года Федоров принял решение о дезертирстве. Советская сборная приехала в Северную Америку для участия в Играх доброй воли 1990 года и запланировала товарищеский матч против сборной США в Портлендском мемориальном колизее 22 июля 1990 года. Джим Лайтс приехал в Портленд, забрал Федорова из отеля после игры и доставил его в Детройт на частном самолете Илича. "Детройт Ред Уингз" планировали вывезти Константинова и его семью из России и доставить его в Детройт к началу тренировочного лагеря в сентябре, но попытка государственного переворота в Советском Союзе в 1991 году вынудила изменить планы. С закрытыми аэропортами Матвеев повез семью на поезде в Будапешт. Лайтс встретил их там, снова на частном самолете Илича, и вернулся в Детройт вместе с Константиновым. Его жена и дочь прилетели через два дня обычным рейсом.

In June 1989, Red Wings general manager Jim Devellano arrived at the NHL Entry Draft determined to "start drafting some Russians." Devellano had discussed the possibility of drafting Sergei Fedorov with Red Wings owner Mike Ilitch; while Fedorov was considered one of the top young players in the world, the risk factor was high, as there was no guarantee that he would ever be able to come to Detroit to play, even if he wanted to. Ilitch instructed Devellano to draft the best players available, no matter where they came from, and management would worry about delivering them. Devellano drafted Fedorov in the fourth round, higher than any Soviet player had ever been drafted before. Referring to NHL draft conventional wisdom that most elite players were gone after the first three rounds, he later said, "I used the theory, who are we gonna get here now in the fourth round from North America, really?" The Red Wings followed up that pick with the 11th round selection of Fedorov's Soviet teammate Vladimir Konstantinov, an imposing two way defenseman who was already known as one of the best blue liners in the world. Wings executive vice president Jim Lites then contacted Detroit sportswriter Keith Gave about passing a secret message to Fedorov and Konstantinov from the Wings. Not only did Gave speak Russian, but his media credentials would enable him to get into an exhibition game in Helsinki where the Soviet national team was scheduled to play a Finnish elite level club. Gave agreed to the mission, and in August 1989, he managed to meet with the players after their game and slip them each a Red Wings media guide with a letter hidden inside. The letters made it clear that the Red Wings wanted both of them in Detroit and were willing to help them get there. By July 1990, Fedorov had decided to defect. The Soviet national team came to North America to play in the 1990 Goodwill Games, and had scheduled an exhibition match against USA Hockey in Portland's Memorial Coliseum on July 22, 1990. Jim Lites came to Portland, picked up Fedorov outside his hotel after the game, and brought him to Detroit in Ilitch's private jet. The Red Wings were planning to fly Konstantinov and his family out from Russia and get him to Detroit in time for the start of training camp in September, but the 1991 Soviet coup d'état attempt forced a change in plans. With the airports closed, Matveev took the family by train to Budapest. Lites met them there, again in Ilitch's private jet, and went back to Detroit with Konstantinov aboard. His wife and daughter followed two days later on a commercial flight.

Вячеслав "Слава" Козлов

Джим Девеллано был впечатлен Славой Козловым, когда увидел его на молодежном турнире в Лейк-Плэсид, штат Нью-Йорк, в 1987 году, когда Козлову было всего 15 лет. Он позвонил Ильичам и сказал им: "Я только что видел лучшего 15-летнего хоккеиста, которого когда-либо видел в жизни, – и я видел, как играл Уэйн Гретцки в этом возрасте". Девеллано использовал свой выбор во третьем раунде (45-й общий) для драфта Козлова в 1990 году, побив собственный рекорд, установленный годом ранее, для самого высокого номера драфта советского игрока. Позже он признался, что это был больший риск, поскольку в третьем раунде "можно заполучить игроков из Северной Америки. Это не четвертый раунд, это третий". В декабре 1990 года группа представителей "Детройта", включая Лайтса и помощника генерального менеджера Ника Полано, отправилась в Реджину, провинция Саскачеван, на чемпионат мира среди юниоров, готовые забрать Козлова в Детройт. Однако Козлов, которому тогда было всего 19 лет, не был готов к дезертирству и вернулся в Советский Союз вместе с остальной командой. Полано еще три раза встречался с Козловым в течение следующего года. Затем, в ноябре 1991 года, Козлов серьезно пострадал в автомобильной аварии, в которой погиб его пассажир, товарищ по команде Кирилл Тарасов. Полано снова поехал в Россию и предложил отвезти Козлова в Детройт для лечения. Валерий Матвеев подкупил российских врачей, как и в случае с Константиновым, но на этот раз добился освобождения Козлова от службы в армии с диагнозом стойкого повреждения мозга и потери периферического зрения, вызванных травмами головы, полученными в аварии. Козлов прибыл в Детройт в феврале 1992 года и дебютировал за "Крылья" 12 марта. Ему не хватало 17 дней до 37-летия. "Крылья" завершили укороченный из-за локаута сезон с лучшим результатом в НХЛ, но в финале Кубка Стэнли уступили команде Фетисова, "Дьяволам", со счетом 0-4. После этой серии Фетисов начал уговаривать Боумана приобрести Игоря Ларионова, еще одного бывшего товарища по команде из Красной Армии, который тогда играл за "Акул Сан-Хосе". Он сказал Боуману, что если ему удастся совершить обмен, "у нас будет пятеро (русских), и вы всегда сможете выпустить их вместе на лед". Команда выиграла рекордные 62 матча, но в финале Западной конференции проиграла "Колорадо Эвеланш" в шести играх. К концу регулярного сезона Боуман начал комбинировать пятерых русских игроков с другими партнерами по команде.

Jim Devellano had been impressed by Slava Kozlov when he saw him play at a youth tournament in Lake Placid, New York, in 1987, when Kozlov was just 15. He called the Ilitches and told them, "I've just seen the best 15 year old hockey player I've ever seen in my lifetime – and I saw Wayne Gretzky play at that age." Devellano used his third round pick (45th overall) to draft Kozlov in the 1990 NHL Entry Draft, breaking his own record, set the previous year, for the highest draft pick of a Soviet player. He admitted later that this was a bigger risk, since in the third round, "You can get some North American players. It's not the fourth round, it's the third round." In December 1990, a Red Wings contingent, including Lites and assistant GM Nick Polano, traveled to Regina, Saskatchewan, for the World Junior Championships, ready to bring Kozlov back to Detroit with them. However, Kozlov, just 19 at the time, was not ready to commit to defecting, and returned to the Soviet Union with the rest of his team. Polano met with Kozlov three more times over the next year. Then, in November 1991, Kozlov was seriously injured in a car crash that killed his passenger, teammate Kirill Tarasov. Polano traveled to Russia again and offered to take Kozlov to get medical care in Detroit. Valery Matveev bribed Russian doctors, much as he had in Konstantinov's case, but this time secured Kozlov's release from his Red Army enlistment with a diagnosis of permanent brain damage and loss of peripheral vision stemming from head injuries sustained in the crash. Kozlov traveled to Detroit in February 1992 and made his debut with the Wings on March 12. He was 17 days short of turning 37. The Wings finished the lockout shortened season with the best record in the NHL, but were swept in the Stanley Cup Finals by Fetisov's former team, the Devils. After that series, Fetisov began pushing Bowman to acquire Igor Larionov, another former Red Army teammate then playing for the San Jose Sharks. He told Bowman if he could make a trade happen, "We would have five (Russians) then, and if you ever want to, you could play them together." The team won an NHL record 62 games, but fell to the Colorado Avalanche in six games in the Western Conference Finals. Towards the end of the regular season, Bowman had begun mixing and matching the five Russians with other teammates at times.

Финалы Кубка Стэнли 1997 года

Детройт встретился с «Филадельфия Флайерс» в финале Кубка Стэнли 1997 года. Перед началом серии большинство хоккейных комментаторов полагали, что габариты и мощь «Флайерс», во главе с MVP Эриком Линдросом, окажутся непосильными для более компактных «Крыльев», и «Флайерс» считались фаворитами в борьбе за Кубок Стэнли. Однако «Красные Крылья» удивили многих, проявив себя как более жесткая команда, и одним из ярких примеров этого был Владимир Константинов. В начале первого матча он мощно толкнул нападающего «Флайерс» Трента Клатта, когда тот пытался войти в зону «Крыльев» с шайбой; Клатт несколько секунд пролежал на льду после этого.

Авария лимузина

Через шесть дней после победы в Кубке Стэнли большинство игроков команды собрались на игру в гольф и ужин в гольф-клубе The Orchards в расположенном неподалеку Вашингтон-Тауншипе. Были заказаны лимузины, чтобы никто из отмечающих не садился за руль. Фетисов, Константинов и массажист команды Сергей Мнацаканов покинули вечеринку в лимузине, которым управлял Ричард Гнида, у которого было приостановлено водительское удостоверение после двух судимостей за вождение в нетрезвом виде. Лимузин выехал на встречную полосу, проскочил через бордюр и врезался в дерево. Все четверо находившихся в машине были доставлены в ближайшую больницу Бомонт; Фетисов получил переломы ребер и проколотое легкое, но полностью восстановился. Мнацаканов несколько недель пролежал в коме и навсегда остался парализованным ниже пояса. Константинов получил тяжелые травмы головы и находился в коме даже дольше, чем Мнацаканов. Когда он наконец очнулся, он не мог говорить и ему потребовались месяцы реабилитации, прежде чем он смог покинуть больницу. Его мозг был поврежден в нескольких местах, что нарушило его способность к общению, привело к потере кратковременной памяти и лишило его координации движений. Его хоккейная карьера была окончена.

Сезон 1997-1998 годов

Игроки и тренеры "Детройт Ред Уингз" посвятили свои усилия в следующем сезоне Константинову и Мнацаканову. Крис Дрейпер позже сказал: "Мотивацией для нас, чтобы выйти в финал Кубка Стэнли два года подряд, безусловно, был Владди. Он был в наших сердцах и в наших мыслях, и каждый раз, когда мы играли, он был той дополнительной мотивацией, которая нам была необходима". Помощник тренера Дэйв Льюис позже сказал: "Я не думаю, что кто-то мог нас победить в тот год, потому что мы были так сосредоточены на победе ради Владди и Сергея Мнацаканова". В октябре 1997 года физиотерапевт Константинова решил, что пора отвезти его на "Джо Луис Арену", чтобы он увидел своих товарищей по команде, и Константинов согласился, подняв большой палец вверх. Его ввезли в раздевалку за несколько минут до окончания тренировки, и игроки "Детройт Ред Уингз" увидели Константинова, сидящего на своем месте, а его свитер по-прежнему висел за ним. Игроки приветствовали его объятиями и рукопожатиями. "Детройт Ред Уингз" совершили редкий подвиг, повторив победу в Кубке Стэнли, разгромив "Вашингтон Кэпиталз" в финале. Константинова вывезли на лед в инвалидной коляске во время празднования победы команды, и Йзерман, вместо традиционного круга почета, который обычно совершает капитан, сразу же принес Кубок Константинову и положил его ему на колени. Пока он держал Кубок, Фетисов и Ларионов толкали инвалидную коляску Константинова, а вся команда совершала круг почета под овации зрителей. Летом 2001 года Славу Козлова обменяли в "Баффало Сэйбрз", после чего он несколько сезонов играл за "Атланта Трэшерс", а затем завершил карьеру в КХЛ. В 2000 году Ларионов, будучи свободным агентом, перешел в "Флорида Пантерс", но в декабре того же года был обменян обратно в "Детройт Ред Уингз". Федоров и Ларионов были в составе "Детройт Ред Уингз", когда они выиграли свой третий Кубок Стэнли за 6 лет в 2002 году. Три из пяти – Фетисов, Ларионов и Федоров – были избраны в Зал славы хоккея после завершения карьеры.

Наследие

Эти пять игроков навсегда изменили представление о хоккеистах из России в Северной Америке. До 1990-х годов бытовало мнение, что европейцы в целом, и русские в частности, "мягкотелы", и что команда с их большим количеством никогда не сможет выиграть Кубок Стэнли. "Русская пятерка" навсегда развеяла эти мифы, не только благодаря двум победам в Кубке, но и потому, что Константинов был одним из самых грозных силовых игроков в НХЛ. В интервью 2020 года тренер Скотти Боуман отметил, что "Русская пятерка" привнесла в НХЛ новый стиль выхода из зоны обороны, при котором оба нападающих покидали защитную зону, пока их защитники еще владели шайбой, и пересекались в нейтральной зоне. По его словам, "это было неприемлемо в нашей игре", но он подчеркнул, что у "Русской пятерки" было преимущество, поскольку североамериканские игроки раньше не видели подобного стиля, и со временем он интегрировался в НХЛ. Джим Девеллано полагал, что влияние "Русской пятерки" вышло за рамки хоккея. "Я вырос на всей этой пропаганде о том, что русские – наши враги. А тут мы привезли врага к себе. Но они оказались настолько хороши – это была последняя недостающая деталь для нашей победы. И они стали нашими друзьями. Думаю, я кое-чему научился о пропаганде и о том, как она настраивает наш разум против других людей". Сергей Федоров согласился: "Нам нужно строить больше мостов, чем создавать оружие. Таково мое глубокое убеждение относительно того, что должно происходить между нашими странами. Как мы делали в Детройте, понимаете?"