Усадьбы плантаторов в США: история и архитектура

Введение

Плантационный дом – главный дом плантации, часто просторный фермерский дом, который нередко является символом всей плантации. Дома плантаций в южных штатах США и других регионах сегодня известны как величественные и дорогие архитектурные сооружения, хотя большинство из них изначально были более практичными, рабочими фермами.

Южноамериканский период

На юге Америки довоенные плантации были сосредоточены вокруг "главного дома плантации" – резиденции владельца, где велись важные дела. Рабство и плантационное хозяйство имели различные характеристики в разных регионах Юга. Поскольку первыми стали развиваться плантации Верхнего Юга в колониях Чесапикского залива, историки довоенного Юга определяли плантаторов как тех, кто владел 20 или более порабощенными людьми. Крупные плантаторы владели гораздо большим количеством рабов, особенно на Глубоком Юге по мере его развития. Большинство рабовладельцев держали 10 или менее порабощенных людей, часто для работы по хозяйству. К концу XVIII века большинство плантаторов на Верхнем Юге перешли от монокультуры табака к производству смешанных культур, как из-за истощения почвы табаком, так и из-за меняющихся рынков. Отказ от табака означал, что у них было избыточное количество рабов, и они начали продавать их во внутренней работорговле. Архитектура плантационных домов была разнообразной. Крупнейшие и наиболее состоятельные семьи плантаторов, например, владельцы поместий на реке Джеймс в Вирджинии, строили особняки из кирпича в грузинском стиле, например, плантация Ширли. Обычные или небольшие плантаторы в конце XVIII и XIX веков имели более скромные деревянные постройки, такие как плантация Саутолл в округе Чарльз-Сити. В отличие от этого, в Лоукантри Южной Каролины даже до Американской революции плантаторы, владевшие крупными рисовыми плантациями, обычно владели сотнями порабощенных людей. В Чарльстоне и Саванне элита также держала множество рабов для работы в качестве домашних слуг. Развитие Глубокого Юга в XIX веке для выращивания хлопка зависело от крупных плантаций с гораздо большей площадью, чем было типично для Верхнего Юга, и для работы на них плантаторы владели сотнями порабощенных людей. Рабство было законным в некоторых частях Соединенных Штатов до декабря 1865 года. Большинство порабощенных людей работали в сельском хозяйстве, а "плантатор" – это термин, обычно используемый для обозначения фермера, владевшего большим количеством рабов. Термин "плантатор" не имеет универсально принятого определения, но академические историки определяют его для обозначения элитного класса – "землевладельца-фермера со значительными средствами". Роберт Фогель и Стэнли Энгерман определяют крупных плантаторов как владельцев более 50 порабощенных людей, а средних плантаторов – как владельцев от 16 до 50 порабощенных людей. В своем исследовании округов Черного пояса в Алабаме Джонатан Винер определяет плантаторов по владению недвижимостью, а не порабощенными людьми. По мнению Винера, плантатор владел недвижимостью стоимостью не менее 10 000 долларов в 1850 году и 32 000 долларов в 1860 году, что соответствует примерно 8% владельцев земли. В своем исследовании юго-западной Джорджии Ли Формуолт также определяет плантаторов по размеру земельных владений, а не по количеству порабощенных людей. Плантаторы Формуолта входят в 4,5% самых крупных землевладельцев, что соответствует недвижимости стоимостью 6000 долларов и более в 1850 году, 24 000 долларов и более в 1860 году и 11 000 долларов и более в 1870 году. В своем исследовании округа Харрисон, штат Техас, Рэндольф Б. Кэмпбелл классифицирует крупных плантаторов как владельцев 20 порабощенных людей, а малых плантаторов – как владельцев от десяти до 19 порабощенных людей. В округах Чикота и Филлипс, штат Арканзас, Карл Х. Монихон определяет крупных плантаторов как владельцев двадцати или более порабощенных людей и шестисот или более акров земли.

In the American South, antebellum plantations were centered on a "plantation house," the residence of the owner, where important business was conducted. Slavery and plantations had different characteristics in different regions of the South. As the Upper South of the Chesapeake Bay colonies developed first, historians of the antebellum South defined planters as those who held 20 enslaved people. Major planters held many more, especially in the Deep South as it developed. The majority of slaveholders held 10 or fewer enslaved people, often to labor domestically. By the late 18th century, most planters in the Upper South had switched from exclusive tobacco cultivation to mixed crop production, both because tobacco had exhausted the soil and because of changing markets. The shift away from tobacco meant they had slaves in excess of the number needed for labor, and they began to sell them in the internal slave trade. There was a variety of domestic architecture on plantations. The largest and wealthiest planter families, for instance, those with estates fronting on the James River in Virginia, constructed mansions in brick and Georgian style, e. g. Shirley Plantation. Common or smaller planters in the late 18th and 19th century had more modest wood frame buildings, such as Southall Plantation in Charles City County. In the Lowcountry of South Carolina, by contrast, even before the American Revolution, planters holding large rice plantations typically owned hundreds of enslaved people. In Charleston and Savannah, the elite also held numerous enslaved people to work as household servants. The 19th century development of the Deep South for cotton cultivation depended on large plantations with much more acreage than was typical of the Upper South; and for labor, planters held hundreds of enslaved people. Until December 1865, slavery was legal in parts of the United States. Most enslaved people labored in agricultural production, and planter was a term commonly used to describe a farmer with many enslaved humans. The term planter has no universally accepted definition, but academic historians have defined it to identify the elite class, "a landowning farmer of substantial means." Robert Fogel and Stanley Engerman define large planters as owning over 50 enslaved people, and medium planters as owning between 16 and 50 enslaved humans. In his study of Black Belt counties in Alabama, Jonathan Wiener defines planters by ownership of real property, rather than of enslaved people. A planter, for Wiener, owned at least $10,000 worth of real estate in 1850 and $32,000 worth in 1860, equivalent to about the top 8 percent of landowners. In his study of southwest Georgia, Lee Formwalt also defines planters in size of land holdings rather than enslaved people. Formwalt's planters are in the top 4.5 percent of land owners, translating into real estate worth $6,000 or more in 1850, $24,000 or more in 1860, and $11,000 or more in 1870. In his study of Harrison County, Texas, Randolph B. Campbell classifies large planters as owners of 20 enslaved humans, and small planters as owners of between ten and 19 enslaved humans. In Chicot and Phillips counties, Arkansas, Carl H. Moneyhon defines large planters as owners of twenty or more enslaved humans, and six hundred or more acres.

Плантационный дом на юге Соединенных Штатов

Большинство исторических исследований были сосредоточены на главных домах плантаций, главным образом потому, что они с наибольшей вероятностью сохранились и обычно представляли собой наиболее сложные сооружения в комплексе. Кроме того, до недавнего времени ученые и местные историки обычно уделяли внимание жизни владельца плантации, то есть плантатора, и его семьи, а не людям, которых они держали в рабстве. Отбросив всякие романтические представления, плантационный дом в своей основе был функционирующей фермой. Хотя некоторые плантационные дома планировались как величественные особняки и строились сразу с нуля, многие другие начинались как довольно простые постройки, которые либо оставались такими, либо заменялись, либо расширялись и улучшались со временем по мере роста благосостояния. В большинстве районов Юга самые ранние поселенцы строили дома, чтобы обеспечить базовое укрытие, подходящее для местного климата, а не для установления постоянства или демонстрации богатства и власти. В колониальных штатах Делавэр, Джорджия, Мэриленд, Северная Каролина, Южная Каролина и Вирджиния самые ранние плантационные дома, как правило, следовали британским народным формам, таким как тип дома с залом и палаткой и тип дома с центральным проходом. Более крупные сооружения в поздний колониальный период обычно соответствовали стилям, находящимся под влиянием неоклассицизма, хотя в Вирджинии сохранилось несколько очень ранних и редких зданий в стиле якобианского ренессанса. А в южной части штата Луизиана плантации отражали архитектурные типы французской колониальной архитектуры, некоторые из которых имели испанское влияние, которые оставались в моде даже после покупки Луизианы в 1803 году. После революционной войны неоклассицизм федерального и джефферсоновского типа стал доминирующим в официальной архитектуре плантаций. Обширные территории Юга за пределами первоначальных британских колоний, такие как Кентукки и Теннесси, не знали масштабного заселения до начала 1800-х годов. Хотя значительные части Алабамы и Миссисипи были заселены примерно в то же время, были районы этих штатов, наряду с частями западной Джорджии и юго-восточного Теннесси, которые не знали масштабного заселения до 1830-х годов после переселения индейцев. В этих недавно заселенных районах существовало очень мало формальной архитектуры, и большинство жилищ были построены из тесаного бревна к 1840-м годам. План типа "собачья будка" был распространен во многих из этих бревенчатых домов. После периода первоначального заселения более утонченные типы народных домов пришли из старых частей Юга, особенно дом типа "I", который, по мнению специалистов по архитектуре, является потомком типа дома с залом и палаткой и типа дома с центральным проходом. Дом с центральным проходом оставался популярным и мог быть либо однокомнатным (одной комнатой в глубину), либо двухкомнатным (двумя комнатами в глубину). Дома типа "I" всегда были двухэтажными, всегда однокомнатными, с двускатными или вальмовыми крышами. Они были шириной не менее двух комнат, причем более поздние образцы обычно имели центральный зал, разделяющий их. На Юге они обычно имели одноэтажные пристройки во всю ширину спереди и сзади. Эти пристройки могли проявляться как открытые веранды, закрытые комнаты или их комбинация. Этот дом с пристройками стал обычно называться "Плантационный простой". Он также оказался одним из самых адаптируемых типов народных домов к меняющимся архитектурным вкусам, причем некоторые из них даже имели неоклассические портики и другие элементы высокого стиля, добавленные к ним позже. Другой тип домов – креольский коттедж – происходил из районов вдоль побережья Мексиканского залива и прилегающих к нему рек, которые ранее были частью Новой Франции. Он всегда был полутораэтажным, с двускатной крышей и часто имел мансардные окна на верхнем этаже. Однако в нем размещалась веранда во всю ширину под главной крышей, с дверями или французскими окнами, открывающимися из всех комнат на веранду, и обычно был поднят высоко над землей на полном поднятом подвале или столбах. Это была обычная форма для многих ранних плантационных домов и городских домов в нижних течениях Алабамы, Луизианы и Миссисипи. Ранний неоклассицизм часто использовал древнеримские модели и тосканский ордер, наряду с римскими версиями первоначальных трех греческих ордеров. Первоначально греческие ордера были дорическим, ионическим и коринфским. Академическая версия греческого возрождения приняла чистую форму древнегреческой архитектуры. Благодаря своей популярности во времена большого богатства многих южных плантаций, именно греческое возрождение навсегда связано с легендой о плантациях. Хотя некоторые дома были спроектированы архитекторами, многие, если не большинство, были спроектированы владельцами или их плотниками по образцам, опубликованным Ашером Бенджамином, Минардом Лафевером, Джоном Хавиландом и другими. Греческое возрождение оказалось очень адаптируемым к жаркому и влажному климату Юга, с местными адаптациями стиля, которые можно было увидеть от одного региона, а иногда и от одного города к другому. Греческое возрождение оставалось любимым архитектурным стилем в аграрном Юге вплоть до долгого времени после Гражданской войны, но другие стили появились в стране примерно в то же время, что и греческое возрождение, или вскоре после этого. Это были в основном итальянский и готический стили. Они медленнее внедрялись в целом в архитектуру плантационных домов, но их можно увидеть в сочетании стилистических влияний. Дома, которые по сути были в стиле греческого возрождения, обзавелись итальянскими башнями, карнизами или приняли асимметричную композицию, характерную для этого стиля. Начало войны в 1861 году внезапно положило конец строительству величественных особняков. После войны и окончания Реконструкции экономика резко изменилась. Плантаторы часто не имели средств для поддержания существующих домов, и новое строительство практически прекратилось на большинстве плантаций. Новая система аренды сохранила многие плантации, но дни расточительства закончились.

Most historical research has focused on the main houses of plantations, primarily because they were the most likely to survive and usually the most elaborate structures in the complex. Also, until fairly recent times, scholars and local historians usually focused on the life of the plantation owner, that is, the planter, and his or her family rather than the people they held as slaves. All romanticized notions aside, the plantation house was, at its most basic, a functioning farmhouse. Although some plantation houses were planned as grand mansions and were built all at once from the ground up, many more began as fairly rudimentary structures that either stayed that way, were replaced, or were enlarged and improved over time as fortunes improved. In most areas of the South, the earliest settlers constructed houses to provide basic shelter suited to their local climate, not to establish permanence or demonstrate wealth or power. In colonial Delaware, Georgia, Maryland, North Carolina, South Carolina, and Virginia, the earliest plantation houses tended to follow British derived folk forms such as the hall and parlor house type and central passage house type. Grander structures during the later colonial period usually conformed to the neoclassically influenced styles, although some very early and rare Jacobean structures survive in Virginia. And in the southern portion of what became the state of Louisiana, the plantations reflected French Colonial architectural types, some with Spanish influences, that remained in trend well after the Louisiana Purchase in 1803. Following the Revolutionary War, Federal and Jeffersonian type neoclassicism became dominant in formal plantation architecture. Large portions of the South outside of the original British colonies, such as in Kentucky and Tennessee, did not see extensive settlement until the early 1800s. Although large portions of Alabama and Mississippi were settled at roughly the same time, there were areas of these states, along with portions of western Georgia and southeastern Tennessee, that did not see wide scale settlement until after the Indian removal in the 1830s. Very little formal architecture existed within these newly settled areas, with most dwellings being of hewn logs into the 1840s. The dogtrot type plan was common for many of these log houses. After the period of initial settlement, more refined folk house types came from the older portions of the South, especially the I house, thought by architectural scholars to be a descendant of the hall and parlor and the central passage house types. The central passage house continued to be popular and could be either single pile (one room deep) or double pile (two rooms deep). I houses were always two stories high, always single pile, with side gables or a hipped roof. They were at least two rooms wide, with latter examples usually having a central hall dividing them. In the South, they usually had full width one story shed extensions to the front and rear. These sheds could manifest as open porches, enclosed rooms, or a combination of the two. This I house with sheds came to be commonly referred to as "Plantation Plain". It also proved to be one of the most adaptable folk house types to changing architectural tastes, with some even having neoclassical porticoes and other high style elements added to them at a later date. Another house type, the Creole cottage, came from the areas along the Gulf Coast and its associated rivers that were formerly part of New France. It was always one and a half stories, with a side gabled roof, and often had upper floor dormer windows. However, it accommodated a full width front porch under the main roof, with doors or jib windows opening from all of the rooms onto the porch, and was usually raised high above the ground on a full raised basement or piers. It was a common form for many early plantation houses and town houses alike in the lower reaches of Alabama, Louisiana, and Mississippi. Earlier neoclassicism had often used ancient Roman models and the Tuscan order, along with the Roman versions of the original three Greek orders. The original Greek orders were Doric, Ionic, and the Corinthian. The academic version of Greek Revival embraced the pure form of ancient Grecian architecture. Due to its popularity during a time of great wealth for many southern plantations, it was the Greek Revival that became permanently linked to the plantation legend. Though some houses were architect designed, many, if not most, were designed by the owners or their carpenters from pattern books published by Asher Benjamin, Minard Lafever, John Haviland, and others. Greek Revival proved to very adaptable to the hot and humid climate of the South, with colloquial adaptations of the style seen from one region, and sometimes from one town, to another. Greek Revival would remain a favorite architectural style in the agrarian South until well after the Civil War, but other styles had appeared in the nation about the same time as Greek Revival or soon afterward. These were primarily the Italianate and Gothic Revival. They were slower to be adopted in whole for domestic plantation architecture, but they can be seen in a fusion of stylistic influences. Houses that were basically Greek Revival in character sprouted Italianate towers, bracketed eaves, or adopted the asymmetrical massing characteristic of that style. The outbreak of war in 1861 put an abrupt end to the building of grand mansions. Following the war and the end of Reconstruction, the economy was drastically altered. Planters often did not have the funds for upkeep of their existing houses and new construction virtually ceased on most plantations. The new sharecropping method kept many plantations going, but the days of extravagance were over.