Дар Сутри: Соглашение между лиутрадом и папой Григорием II в 728 году.

Введение

728 год – соглашение между королем лангобардов и Папством

Дарение Сутри — это соглашение, заключенное в Сутри между Лиутпрандом, королем лангобардов, и папой Григорием II в 728 году. В Сутри они пришли к соглашению, по которому город и некоторые холмистые города в Лацио (например, Ветралла) были переданы Папству «в дар благословенным апостолам Петру и Павлу», как указано в Liber Pontificalis. Этот пакт стал первым расширением папской территории за пределы Римского герцогства и был первой из двух передач земель от Лиутпранда Римской церкви.

История

Ломбарды долгое время придерживались христианской секты арианства, но со временем обратились в католицизм. После избрания королем Ломбардов в 712 году Лиутпранд столкнулся с рядом вызовов, связанных с влиянием аристократических семей и угрозой сецессии от великих герцогств в его владениях. Герцогства Сполето и Беневенто в Лангобардии Миноре были особенно автономны от центральной власти Лиутпранда и отделены от остальной части королевства неофициальной границей, проходившей через центр Италии, от Рима к северу от Равенны. Лиутпранд начал централизовать власть в своем королевстве. Тем временем он нашёл поддержку в Риме и Папской области, когда споры об иконоборчестве обратили их против Византийской империи, которая пыталась завоевать территорию, разделявшую её на две части. Лиутпранд воспользовался моментом, когда итальянские территории, управляемые византийцами, отвергли поддержку императора Льва III Исавра в вопросе иконоборчества. Военная кампания Лиутпранда началась с целью захватить территорию, разделявшую Лангобардию на две части – Римское герцогство и Византийский коридор. Когда Папа осознал намерения Лиутпранда – что тот, вероятно, решит завоевать Рим – он почувствовал себя в опасности. На протяжении многих лет Византийская империя перестала вмешиваться в военные дела Рима, направляя свои усилия исключительно на оборону Равенны. Однако ход кампании Лиутпранда изменился, когда в 728 году лангобарды захватили крепость Нарни, стратегический центр Виа Фламиниа. Потеряв римскую дорогу, византийцы сосредоточили свою оборону на Виа Америна, единственной римской дороге, выходившей из Рима и пересекавшей Умбрию и Пицен. Контроль над Виа Америной осуществлялся крепостями Тоди, Амелия и Орте. Южнее крепости Бомарцо, Сутри и Блера охраняли Виа Кассия. В 728 году Лиутпранд захватил замок Сутри, имевший стратегическое значение в Римском герцогстве и доминировавший над шоссе в Непи, ведущим к Перуджии и Тоскане. Папа Григорий II напрямую попросил Лиутпранда отказаться от только что завоеванных территорий и вернуть их под контроль византийского экзархата Равенны. К тому времени Лиутпранд уже подавил восстание герцогств Сполето и Беневенто. Смягчённый просьбами Папы Григория II, он вернул Сутри "в дар благословенным апостолам Петру и Павлу" непосредственно Папской области. Согласно Густаву Шнюреру, это выражение из "Liber pontificalis" было ошибочно истолковано как признание начала Церковного государства. Это неверно, поскольку Папы продолжали признавать имперскую власть, и греческие чиновники ещё некоторое время оставались в Риме. Однако верно то, что здесь впервые встречается сочетание идей, на которых должно было быть построено Церковное государство. Папа попросил Ломбардов вернуть Сутри ради князей апостолов и пригрозил наказанием от этих святых покровителей. Благочестивый Лиутпранд, несомненно, был восприимчив к таким просьбам, но ни в коем случае не проявлял уважения к грекам. По этой причине он отдал Сутри Петру и Павлу, чтобы не подвергнуть себя их гневу. Что Папа сделает с ней дальше, его не волновало. Это соглашение стало первым расширением папской территории за пределы Римского герцогства.

The Lombards had long been adherents to the Christian sect of Arianism, but they had converted to Catholicism over time. After his election as King of the Lombards in 712, Liutprand faced a series of challenges from the strength of aristocratic families and the threat of secession from the grand duchies in his domain. The duchies of Spoleto and Benevento in Langobardia Minor were particularly autonomous from Liutprand's central power and were separated from the rest of the kingdom by the informal division of the it that ran through the center of Italy, from Rome to north of Ravenna. Liutprand began to centralize the power of his kingdom. Meanwhile, he found support from Rome and the Papal State once disputes over iconoclasm turned them against the Byzantine Empire, which had attempted to conquer the territory that divided it into two parts. Liutprand seized the moment when the Italian territories governed by the Byzantines rejected the emperor Leo III the Isaurian's support of iconoclasm. Liutprand's military campaign began with his goal to take the territory that divided Langobardia in two—the duchy of Rome and the Byzantine Corridor. When the Pope understood Liutprand's intentions—that he would probably decide to conquer Rome—he felt endangered. For many years, the Byzantine Empire had ceased to intervene militarily for Rome, using its energies only for the defense of Ravenna. The course of Liutprand's campaign changed, however, when in 728, the Lombards conquered the fortress of Narni, the strategic center of the Via Flaminia. Having lost the Roman road, the Byzantines concentrated their defenses upon the it, the only Roman road that left Rome and crossed Umbria and Picenum. Controlling the Via Amerina were the fortresses of Todi, Amelia, and Orte. Further south, the castra of Bomarzo, Sutri, and Blera safeguarded the Via Cassia. In 728, Liutprand took the castle of Sutri, which held strategic importance in the duchy of Rome and dominated the highway at Nepi on the roads to Perugia and Tuscany. Pope Gregory II asked Liutprand directly to renounce the territories he had just conquered and to return them to the control of the Byzantine Exarchate of Ravenna. By that time, Liutprand had already quelled the rebelling duchies of Spoleto and Benevento. Softened by the entreaties of Pope Gregory II, he restored Sutri "as a gift to the blessed Apostles Peter and Paul" directly to the Papal State. According to Gustav Schnürer, This expression of the "Liber pontificalis" was erroneously interpreted to mean that in this gift the beginning of the States of the Church was to be recognized. This is incorrect inasmuch as the popes continued to acknowledge the imperial Government, and Greek officials appear in Rome for some time longer. True it is, however, that here for the first time we meet the association of ideas on which the States of the Church were to be constructed. The pope asked the Lombards for the return of Sutri for the sake of the Princes of the Apostles and threatened punishment by these sainted protectors. The pious Liutprand was undoubtedly susceptible to such pleas, but never to any consideration for the Greeks. For this reason he gave Sutri to Peter and Paul, that he might not expose himself to their punishment. What the pope then did with it would be immaterial to him. The pact was the first extension of Papal territory beyond the confines of the Duchy of Rome.

Политический контекст

В конце VII века, при папе Григории I, католическая церковь была вынуждена заменить византийскую администрацию в обеспечении населения Рима и прилегающих территорий. Население в то время страдало от нескольких голодов и эпидемий чумы. С согласия Византийской империи и Равеннского экзархата на вмешательство папства, папа подчинил гражданское и военное управление Римского герцогства своей власти. Зачастую, для защиты территории и от имени императора, сам папа Григорий должен был осуществлять *империум* герцогства (командование военным гарнизоном) над византийскими войсками, расквартированными в Риме. В этот период фактическое приобретение герцогства папой привело к новой политической роли папства на этой территории и в ее окрестностях. Это произошло не благодаря формальному территориальному суверенитету, а в силу признания окружающими государствами и народами, проживавшими там. Возросшее политическое влияние Церкви, обладавшей также религиозной властью, повлекло за собой реструктуризацию папской курии для решения возросших светских задач. Ломбардские пожертвования первых замков в VIII веке, включая Сутри, формально предназначенные "для апостолов Петра и Павла", были сделаны в знак признания укрепленной политической роли Церкви, которую короли Ломбардии рассматривали как силу, влияющую на политический баланс на Апеннинском полуострове. Эта уверенность подкреплялась традициями папского первенства и апостольской преемственности – моральный авторитет папства был признан даже германскими народами: франками, вестготами Испании, бургундами, англосаксами Англии и самими лангобардами. С другой стороны, папство уже владело многочисленными территориями – задокументированными церквями и монастырями, переданными папе. Они были получены к концу IV века, о чем свидетельствует Миланский эдикт, посредством которого Константин и Лициний повелели вернуть Церкви ранее конфискованное имущество, и как описано в Liber Pontificalis. В годы, непосредственно предшествовавшие пожертвованию Сутри, католической церкви были возвращены другие земли от Ломбардов, например, земли в Альпийских горах (Alpi Cozie) и город Кумы. Пожертвование Сутри, произошедшее во время восстания против византийских иконоборческих декретов, поставило римское население на сторону папы, против представителей Византийской империи. Это пожертвование стало одним из немногих случаев, когда Папское государство выступило против законных правителей территорий, окружающих Рим. Признание власти Папского государства, пусть даже де-факто, а не де-юре, Ломбардами, было усилено в последующие годы преемниками Григория II (папами Григорием III и Захарием) благодаря растущему безразличию и отдалению византийских императоров.

At the end of the 7th century, under Pope Gregory I, the Catholic church had been forced to replace the Byzantine administration in providing for the population of Rome and the surrounding countryside. The population had suffered under several famines and plagues during that time. With the assent to the Papacy's intervention by the Byzantine Empire and the Exarchate of Ravenna, the Pope placed the duchy of Rome's civil and military administration under his control. Often, to defend the territory and in the name of the Emperor, the same Pope Gregory had to exercise the duchy's imperium (the command of the military garrison) over the Byzantine troops stationed in Rome. In this period, the duchy's de facto acquisition by the Pope lead to a new political role for the Papacy in the territory and its surroundings. This was not by virtue of a formal territorial sovereignty, but by the recognition of the states surrounding it and the peoples living within it. The heightened political clout of the Church, that also had religious authority, also lead to a restructuring of the Papal household to address its increased secular responsibilities. The Lombardic donations of the first castles in the 8th century, including Sutri, formally intended "for the Apostles Peter and Paul", took place in recognition of the consolidated political role of the Church, which the Lombard kings saw as a power in the political equilibrium of the Italian peninsula. That belief was strengthened by the traditions of Papal primacy and Apostolic succession—the Papacy's moral authority had come to be recognized even by the Germanic peoples: the Franks, the Visigoths of Spain, the Burgundians, the Anglo Saxons of England, and the Lombards themselves. On the other hand, the Papacy was already the owner of numerous territories, the it, documented churches and monasteries given to the Pope. These had been received by the end of the 4th century, as testified by the Edict of Milan through which Constantine and Licinius ordered that previously confiscated goods be returned to the Church and as described in the Liber Pontificalis. In the years just before the Donation of Sutri, other restitutions of land had come to the Catholic Church from the Lombards, like lands in Alpi Cozie and the city of Cumae. The Donation of Sutri, which occurred during the revolt against the Byzantine iconoclast decrees, placed the Roman population on the side of the Pope, against the representatives of the Byzantine Empire. The Donation was one of the few times the Papal State aligned itself against the legitimate rulers of territory surrounding Rome. The recognition of the Papal State's authority, even if it was de facto and not de jure, by the Lombards would be accentuated in the following years by the successors of Gregory II (Popes Gregory III and Zachary), thanks to the growing disinterest and distance of the Byzantine Emperors.

Наследие

В 739 году папа Григорий III направил письмо Карлу Мартеллу, майордому королевского дворца франкских королей, в котором впервые появилась фраза "populus peculiaris beati Petri" ("особый народ святого Петра"). Папа имел в виду, что население герцогств Римского, Равенны и Пентаполиса жило сообща в республике, покровителем и небесным защитником которой был святой Петр. В период с 739 по 741 год к землям, переданным вместе с Сутри, были присоединены Галлезе, Амелия, Орте, Блера и Бомарцо. В 743 году Лиутпранд передал папе Захарию четыре города, которые он захватил – Ветраллу, Палестрину, Нинфу и Норму, а также вернул папе часть Сабины, отнятую герцогами Сполето тридцать лет назад. Лиутпранд, временно ослабив напряженность между ломбардскими герцогами Сполето и Беневенто, предотвратил гражданскую войну. За пожертвованием Сутри в 754 году последовало пожертвование Пепина, подтвержденное в Павии франкским королем Пепином Коротким. Благодаря тесным соглашениям с франкскими правителями со второй половины IX века Папская область перестала быть исключительно наследством римского архиепископа, превратившись в орган с признанной юрисдикцией, которой Пепин Короткий гарантировал военную защиту в 754 году от возможной агрессии ломбардских королей. Последующие реституции ломбардских королей Папству в 774 году, включая Равенну и Пентаполис, обусловленные договорами с франками, прямо говорили о возвращении в "римскую республику", лидером которой был признан епископ Рима. Другим следствием пожертвования Сутри стало составление фальшивого документа – Пожертвования Константина. Согласно этому документу, датированному 321 годом, римский император Константин уступил Католической церкви папе Сильвестру I гражданскую власть над городом Рим, Италией и всей Западной Римской империей. Подлинность Пожертвования Константина активно обсуждалась на католических синодах канонического права после 1000 года и подвергалась сомнению германскими и франкскими канцеляриями. Хотя они и не ставили под сомнение сам документ, у них были доказательства несоответствия изложенного плана заявленным прерогативам Церкви. Учитывая неопределенный светский статус Церкви во время создания Пожертвования Константина (IX и X века), документ отражает новую роль Папской области и тот юрисдикционный статус, который она стремилась сохранить, особенно в отношении Рима. Это было особенно полезно для новых представителей Священной Римской империи, возникшей в 800 году благодаря поддержке Папской области.

In 739, Pope Gregory III addressed a letter to Charles Martel, master of the Frankish kings' royal palace in which appeared, for the first time, the phrase "populus peculiaris beati Petri". The Pope was referring to the population of the duchies of Rome, Ravenna, and the Pentapolis as living together in a republic, of which Saint Peter was the protector and eponymous hero. Between 739 and 741, the following were added to the land ceded with Sutri: Gallese, Amelia, Orte, Blera, and Bomarzo. And again in 743, Liutprand titled to Pope Zachary four cities that he had occupied—Vetralla, Palestrina, Ninfa, and Norma—as well as restoring to the Pope part of the Sabina that had been taken by the dukes of Spoleto thirty years before. Liutprand, having temporarily eased the tensions between the Lombardic dukes of Spoleto and Benevento, avoided a civil war. The Donation of Sutri was followed in 754 by the Donation of Pepin, affirmed in Pavia by the Frankish king Pepin the Short. Through the close pacts with the Frankish sovereigns from the second half of the 9th century, the Papal State was no longer solely the patrimony of the archbishop of Rome, but as a body with recognized jurisdiction to which Pepin the Short guaranteed military protection in 754 against potential aggression by the Lombardic kings. The following restitutions of the Lombardic kings to the Papacy in 774, including Ravenna and the Pentapoli—induced by pacts with the Franks—spoke directly of a return to the "republic of Romans' of which the bishop of Rome was recognized as leader. Another consequence of the Donation of Sutri was the drafting of the false document, the Donation of Constantine. According to the document, retrodated to 321, the Roman Emperor Constantine had ceded to the Catholic Church of Pope Sylvester I the civil jurisdiction of the city of Rome, Italy, and the entire Western Roman Empire. The authenticity of the Donation of Constantine was greatly debated among the Catholic canon law synods after the year 1000 and was questioned by the Germanic and Frankish chanceries. While they couldn't place the document itself in doubt, they had evidence that the plan was inconsistent with the claimed prerogatives of the Church. Given the uncertain secular power of the Church when the Donation of Constantine was forged (the 9th and 10th centuries), the document reflects the new role occupied by the Papal State and the jurisdictional status it intended to retain, especially regarding Rome. This was a claim particularly useful for the new representatives of the Holy Roman Empire, that was born in the year 800 thanks to the support of the Papal State.