Грозненская битва 1994–1995 гг.

Введение

1994–95 вторжение России в столицу Чечни во время Первой чеченской войны.

Первое сражение за Грозный — это вторжение и последующее завоевание российской армией столицы Чечни, Грозного, в первые месяцы Первой чеченской войны. Атака продолжалась с декабря 1994 года по март 1995 года и привела к военной оккупации города российской армией, а также к сплочению большей части чеченского народа вокруг правительства Джохара Дудаева. Первоначальное наступление привело к значительным потерям среди российских военнослужащих и деморализации в российских войсках. Потребовалось еще два месяца ожесточенных боев и изменения тактики, прежде чем российская армия смогла захватить Грозный. Сражение вызвало огромные разрушения и жертвы среди гражданского населения и стало самой масштабной бомбардировкой в Европе со времен окончания Второй мировой войны.

Тактика

Чеченские подразделения были организованы в боевые группы, обычно состоящие из двадцати человек, которые делились на огневые группы по три-четыре человека. Каждая огневая группа включала противотанкового стрелка, вооруженного российскими РПГ-7 или РПГ-18, пулеметчика и стрелка. Для эффективного поражения российской бронетехники в Грозном, несколько огневых групп охотников за танками координировали свои действия на уровне земли, а также с позиций на втором и третьем этажах и в подвалах. Снайперы и пулеметчики вели подавляющий огонь по сопровождающей пехоте, в то время как противотанковые стрелки поражали бронетехнику. Большинство чеченских бойцов были нерегулярными формированиями и ополченцами, действовавшими под командованием своих полевых командиров. Это затрудняло эффективную координацию боевых действий для полковника Аслана Масхадова, начальника штаба Грозного. Чеченские силы, в которые входили иностранные добровольцы, в том числе группа украинских националистов, имели ограниченный доступ к тяжелому вооружению. Они располагали лишь небольшим количеством танков Т-62 и Т-72, основная часть тяжелого вооружения находилась на вооружении регулярных войск. В начальной фазе конфликта российские войска были застигнуты врасплох, столкнувшись с ожесточенным сопротивлением чеченских боевых групп. Бронеколонны, предназначенные для быстрого захвата города, оказались в жестоком сражении, напоминающем историческую битву за Будапешт в конце 1944 года. Для решения возникших проблем российское военное руководство приняло краткосрочную стратегию, развернув самоходные зенитные установки, такие как ЗСУ-23-4 и 9К22 «Тунгуска». Эти установки применялись из-за ограниченных возможностей танковых орудий по углу возвышения и снижения, что не позволяло эффективно поражать чеченские огневые группы. Кроме того, пулеметное вооружение бронетехники оказалось недостаточным для подавления одновременного огня нескольких огневых групп. В результате российским войскам пришлось адаптировать тактику для противодействия решительному и скоординированному сопротивлению чеченских бойцов. В дальнейшем российские войска реализовали стратегию, предусматривающую усиление пехотного присутствия для методичного продвижения по домам в городе. Российская пехота, действовавшая спешенными группами, поддерживала бронетанковые подразделения на протяжении всей операции. Для получения преимущества российские войска занимали позиции для организации засад и заманивали чеченских бойцов в тщательно спланированные ловушки, подманивая их бронетехникой. По аналогии с советскими танкистами в битве за Берлин в 1945 году, некоторые российские танки были оборудованы импровизированными экранами из металлической сетки, установленными на расстоянии около 30 сантиметров от корпуса, для защиты от кумулятивных зарядов чеченских РПГ и обеспечения дополнительной защиты. Российские войска понесли пропорционально большие потери в танках в этом сражении, чем в битве за Берлин в 1945 году.

Chechen units were organized into combat groups, typically composed of around twenty personnel, further divided into three or four person fire teams. Each fire team consisted of an anti tank gunner armed with Russian made RPG 7s or RPG 18s, a machine gunner, and a rifleman. To effectively engage Russian armored vehicles in Grozny, multiple hunter killer fire teams coordinated their actions on the ground level, as well as in second and third story positions and basements. Snipers and machine gunners provided suppressive fire on the supporting infantry, while the anti tank gunners engaged any armored vehicles. The majority of Chechen fighters were irregulars and militia members who operated under the command of their respective leaders, often warlord. This arrangement complicated effective battle coordination for Colonel Aslan Maskhadov, Grozny's Chief of Staff. The Chechen forces, which included foreign volunteers, among them a group of Ukrainian nationalists, had limited access to heavy weapons. They possessed only a small number of T 62 and T 72 tanks, with the bulk of heavy weaponry being utilized by regular forces. During the initial stages of the conflict, the Russian forces were taken by surprise as they encountered fierce resistance from Chechen combat groups. The armored columns, originally intended to swiftly seize the city, found themselves in a devastating battle reminiscent of the historic Battle of Budapest in late 1944. To address the immediate challenges, the Russian military implemented a short term strategy by deploying self propelled anti aircraft guns such as the ZSU 23 4 and 9K22 Tunguska. These anti aircraft guns were utilized due to the limitations of the tanks' main guns, which were unable to elevate or depress sufficiently to effectively engage the Chechen fire teams. Furthermore, the machine guns mounted on the armored vehicles proved inadequate in suppressing the simultaneous firepower unleashed by multiple fire teams. As a result, the Russian forces had to adapt their tactics to counter the determined and coordinated resistance put forth by the Chechen fighters. Subsequently, the Russian forces implemented a strategy that involved reinforcing their infantry presence for a meticulous house to house advance within the city. Dismounted Russian infantry provided support to the armored units throughout the operation. To gain an advantage, the Russians strategically positioned themselves at ambush points and lured the Chechen fighters into carefully orchestrated traps by moving their armored vehicles towards them. In a similar fashion to Soviet tank crews during the Battle in Berlin in 1945, some of the Russian armored vehicles were equipped with 'field expedient' cages made of wire mesh. These improvised structures were mounted approximately 30 centimeters away from the hull armor, aiming to counteract the shaped charges employed by the Chechen RPGs, and provide an additional layer of protection. Russian forces proportionally lost more tanks during the battle than they did during the Battle of Berlin in 1945.

Воздушные и артиллерийские бомбардировки

22 декабря 1994 года в 5 утра начались обстрелы Грозного, но российские войска начали сбрасывать с самолетов листовки с разъяснениями для населения только 24 декабря. В ходе этих обстрелов и бомбардировок, по некоторым сообщениям (Общество "Мемориал", правозащитник С. Ковалев), погибли и получили ранения несколько тысяч мирных жителей. Авиация начала наступление с аэродромов Ейска, Крымска, Моздока и Будённовска. Эффективность авиационных операций была низкой из-за неблагоприятных погодных условий. Одновременно с началом авиаударов открылся артиллерийский огонь. Утром 31 декабря Объединенная группа федеральных сил вошла в Грозный. Началось так называемое "Новогоднее штурмовое наступление на Грозный".

Первомайская улица

Одна из двух штурмовых групп 81-го полка двигалась в сторону Первомайской улицы, протянувшейся вдоль дороги на километр. Их продвижение было задержано, пока передовой отряд обезвреживал взрывные заряды на мосту через реку Нефтянка, расположенном на их маршруте. Первой потерей стал танк Т-72, приписанный к разведывательному взводу на перекрестке улиц Маяковского и Хмельницкого, непосредственно перед Первомайской улицей. Стрелок и водитель погибли от множественных попаданий РПГ и детонации внутренних боеприпасов; командир выжил. Также велся огонь из стрелкового оружия, одна из разведывательных машин была выведена из строя. На другую машину напали из здания школы в начале Первомайской улицы, а третья разведывательная машина была оставлена. Когда разведывательный взвод отступил в колонну, солдаты были смущены, увидев, что за ними следует грузовик, и колебались открывать огонь, поскольку российским солдатам было приказано только отвечать на огонь. Однако грузовик приближался к ведущему танковому взводу на высокой скорости, и он был уничтожен сопровождавшим его ЗСУ «Тунгуска». Мощный взрыв свидетельствовал о том, что это был грузовик-самоубийца, начиненный взрывчаткой. Сопровождающая артиллерия около 45 минут вела огонь по району вокруг здания школы, после чего вражеский огонь прекратился. К 14:00 ведущая штурмовая группа достигла цели на улице Маяковского. Однако, пока первый эшелон вел артиллерийский огонь, машины первого эшелона (81-й Гв. МСП) оставались неподвижными, что привело к смешению головных машин второго эшелона (2-й батальон, 131-я ИМБр) с ними из-за отсутствия координации. Недостаток опыта, в том числе у отдельных водителей, вызвал серьезную пробку на перекрестке улиц Маяковского и Хмельницкого, которая продолжалась почти час. Тем не менее, этот перекресток являлся целью первого дня операции, и оба командира батальонов привели свои штабы в состояние готовности к обороне на ночь. Внезапно Пуликовский приказал возобновить наступление. Капитан Архангелов, заместитель командира 81-го полка по учебной части, из 1-й роты 1-го мотострелкового батальона, передал по позывному «Мрамор» приказ продвинуться в город. Позже некоторые военнослужащие предположили, что этот позывной принадлежал генерал-лейтенанту Леонтию Шевцову, начальнику штаба Объединенной группировки войск в Чеченской Республике. К этому моменту авангард группы «Север» достиг цели первого дня операции, и колонны двух батальонов 81-го гвардейского мотострелкового полка заняли оборонительные позиции. Поддерживающей артиллерии было приказано вести огонь по позициям ополченцев. У русских не было оперативного плана наступления в этот день. После получения приказа от «Мрамора» продолжить наступление на Президентский дворец, наступающая колонна быстро сформировалась в условиях продолжавшейся неразберихи после инцидента на перекрестке улиц Маяковского и Хмельницкого. Первыми выдвинулись элементы 1-го батальона, но вместе с ними двигались элементы 2-го батальона и некоторые машины от подразделений поддержки. Тем временем на перекресток прибывало все больше машин, в основном небольшие группы, оставленные для охраны маршрута ранее, включая отдельные машины, которые были восстановлены после поломок. Пробка усугубилась прибытием элементов 255-го гвардейского мотострелкового полка, которые составляли второй эшелон группы «Север». Это поддержало решение о возобновлении движения первого эшелона. 255-й полк выдвинулся к комплексу центральных больниц к востоку от Центральной железной дороги.

One of the two assault groups of the 81st regiment drove toward Pervomaiskaya Street, stretching along the road for a mile. They were delayed while the advanced detachment removed demolition charges at the River Neftyanka bridge along their route. The first casualty was a T 72 tank attached to the reconnaissance platoon at the crossroads of the Mayakovskogo and Khmel'nitzkogo streets just before the Pervomaiskaya street, with the gunner and driver killed from multiple RPG hits and internal ammunition detonation; the commander survived. Small arms fire was also received, and one of the reconnaissance vehicles was disabled. Another was attacked from the school building at the start of Pervomaiskaya Street, while a third reconnaissance vehicle was abandoned. As the reconnaissance platoon retreated into the column, the troopers were confused because they were followed by a truck, and there was hesitation to fire on it because Russian troopers were ordered only to return fire. However, the truck was approaching the leading tank platoon at high speed, so it was destroyed by the accompanying Tunguska. The huge detonation indicated it was a suicide truck bomb. Accompanying artillery fired into the area around the school building for about 45 minutes, and all incoming fire ceased. At 2 pm, the leading assault group reached the Mayakovskogo street objective. However, while the first echelon was conducting artillery fire, the 1st echelon vehicles (81st Gd MR Regt.) were stationary, and this caused the leading vehicles of the second echelon (2nd Bn., 131st IMR Br.) to mingle with them due to lack of coordination. This lack of experience, including by the individual vehicle drivers, caused a considerable traffic jam at the Mayakovskogo and Khmelnitzkogo intersection for much of an hour. However, that intersection represented the objective for the first day of operation, and both battalion commanders prepared their command for a defensive over night position. Suddenly, Pulikovsky ordered them to resume the advance. Captain Arkhangelov, 81st Regiment's deputy for training with the 1st Company, 1st Motor Rifle Battalion, reported call sign "Mramor" ordering them to advance into the city. In retrospect, some field troopers thought this call sign belonged to General Leonti Shevtsov, Chief of Staff of the Combined Group of Forces in the Chechen Republic. At this point, the advance guard of the "North" Group reached their 'first day of operation' objective, and the columns of the two battalions of the 81st Guards Motor Rifle Regiment arranged into a defensive position. Supporting artillery was tasked with firing into citizen defenders. The Russians had no operational plan for an advance that day. After the order from "Mramor" came to continue the advance toward the Presidential Palace, the advancing column quickly formed during the lingering confusion from the Mayakovskogo and Khmelnitzkogo intersection fiasco. The elements of 1st battalion departed first, but, with them, elements of the 2nd battalion and some vehicles from supporting sub units. Meanwhile, more vehicles arrived in the intersection, mostly stray detachments left to guard the route earlier including single vehicles recovered from break downs. The traffic jam was exacerbated by the elements of the 255th Guards Motor Rifle Regiment arriving as the second echelon of the "North" Group. This supported the decision for the first echelon to re commence movement. The 255th proceeded to the Central Hospital Complex east of the Central Railway.

Площади Дзержинского и Орджоникидзе

С пересечения Маяковского и Хмельницкого 1-й батальон продвигался к Дзержинской площади по улице Дзержинского. Они также использовали параллельные улицы, чтобы уменьшить скопление в колонне. Передовые элементы достигли железнодорожной станции вскоре после полудня. В эту колонну входила 3-я рота 1-го батальона под командованием полковника Перепелкина. К ним присоединилась 4-я рота 2-го батальона и 7-я танковая рота. На Дзержинской площади 7-й танковой роте было поставлена задача охранять мост с улицы Краснича Фронтовикова. Эта колонна насчитывала около 40 БМП, от 9 до 12 танков (включая несколько отставших) и как минимум один зенитный комплекс. Оттуда колонна попыталась выйти к площади Орджоникидзе, но попала под интенсивный огонь чеченцев. Полковник Ярославцев, командующий 81-м полком, приказал всем подразделениям вернуться на Дзержинскую площадь до наступления темноты. Все подразделения на площади Орджоникидзе подверглись обстрелу из оружия всех видов с разных направлений, что привело к выходу из строя нескольких машин, включая танки. Связь по полковым и батальонным радиоканалам была подавлена, поэтому командиры двух батальонов, находившиеся на площади, разъехались для развертывания техники и координации оборонительного огня. Когда передовые российские машины достигли Президентского дворца, они попали в засаду, подвергшись массированному огню из стрелкового оружия и гранатомётов с крыш и подвалов вдоль улицы. Чеченская засада направила российские бронеколонны в узкий коридор, после чего гранатомётчики вывели из строя головную и замыкающую машины, чтобы зажать остальные батальоны в центре. Русские танки, относительно бесполезные в городских боях по сравнению с пехотой, не могли поднимать орудия достаточно высоко для обстрела верхних этажей зданий или опускать достаточно низко для стрельбы по подвалам. Заместитель командира бригады по боевой подготовке, полковник Станкевич, принял командование над самой крупной группой выживших из полка после уничтожения основной части бронетехники на улице; объединившись с несколькими десантниками, они в итоге пробились к российским позициям. После практически полного уничтожения 81-го полка чеченцы начали собирать оружие и боеприпасы с убитых русских. К вечеру российские войска собрались в центре Грозного, вокруг главной городской площади, а затем двинулись к железнодорожному вокзалу.

From the Mayakovskogo and Khmelnitzkogo intersection, the 1st battalion advanced toward the Dzerzhinskogo square via Dzerzhinskogo Street. They also used parallel streets in an attempt to reduce congestion in the column. Point elements reached the railway station just after noon. This column included the 3rd Company of the 1st Battalion with Colonel Perepelkin commanding. They were joined by the 4th company from the 2nd battalion plus the 7th tank company. At Dzerzhinskogo square, the 7th tank company was tasked with guarding the bridge from Krasnikh Frontovikov street. This column included about 40 BMPs, 9 to 12 tanks (including several 'strays') and at least one anti aircraft vehicle. From there, the column attempted to reach the Ordzhonikidze square, but came under intense fire from the Chechens. Colonel Yaroslavtzev, commanding the 81st Regiment, ordered all units to return to the Dzerzhinskogo square before sundown. All units in the Ordzhonikidze square received fire from all types of weapons from different directions, disabling several vehicles including tanks. The regimental and battalion radio signals were 'jammed', so the two battalion commanders in the square drove around to deploy their vehicles and coordinate defensive fire. As the Russian point vehicles reached the Presidential Palace, they were ambushed by heavy fire from Chechen small arms and rockets from roofs and basements along the street. The Chechen ambush funneled the Russian armored columns, then the RPG gunners disabled the first and last vehicles in the line to trap the rest of the battalions in the middle. Relatively useless in urban combat compared to dismounted fighters, Russian tanks were unable to elevate their cannons high enough to engage the top floors of many buildings, or low enough to fire into the basements. The brigade's deputy commander for training, Colonel Stankevich, took command of the largest group of the regiment's survivors after the bulk of the unit's armor was destroyed in the street; joined by some paratroopers, they eventually fought back to Russian lines. After obliterating most of the 81st, the Chechens foraged the Russians for weapons and ammunition. By the evening, the Russians gathered in the center of Grozny around the city's main marketplace, then moved toward the main train station.

Центральный вокзал

В середине дня первый батальон 131-й МРБ занял железнодорожную станцию. Из-за радиомолчания они не знали о ситуации с 81-й МРР. Они отделились от второго батальона, дислоцировавшегося на грузовой станции к западу, и от третьего батальона на окраине города. Подразделение припарковало танки и бронетранспортеры вокруг станции в ожидании приказов. В это время министр безопасности Чечни Турпал Али Аткьериев, который ранее служил вместе с русским командующим, полковником Иваном Алексеевичем Савиным, и опасался кровопролития с обеих сторон (вероятно, беспокоясь о безопасности старого друга), обратился к Савину с отчаянной просьбой (в коротком сообщении называя его Аликом), предложив провести переговоры, чтобы Савин "отвел своих людей и пришел к нему в качестве гостя". Савин не мог принять это предложение, так как не имел полномочий на прекращение огня. Вскоре после этого русский офицер связи услышал в наушниках слова: "Добро пожаловать в ад". После этого чеченские защитники в зданиях депо, почтового отделения и пятиэтажного дома, окружавшего станцию, открыли сокрушительный автоматический и противотанковый огонь. Выжившие русские солдаты укрылись внутри станции, после чего чеченцы завершили засаду, поджег её. Полковник Савин запросил по радио помощь и артиллерийский огонь, но подкрепления так и не прибыли. Большинство сигналов бедствия от 131-го остались без ответа. Второй и третий батальоны бригады откликнулись на призыв о помощи, но попали в многослойные засады, не дойдя до станции. Обоим батальонам было приказано не приближаться к президентскому дворцу, что только усугубило ситуацию, поскольку бронеколонны свернули в переулки и были уничтожены в новых засадах.

Резюме новогодней битвы

Новогодняя битва обернулась катастрофой для русских; первая российская бронетанковая колонна потеряла 105 из 120 танков и бронетранспортеров. Весь первый батальон Майкопской бригады, более половины 81-го полка и сотни военнослужащих из других подразделений погибли. Высокопоставленный офицер Генерального штаба России заявил: "2 января мы потеряли связь с нашими передовыми частями". По словам Масхадова, было уничтожено около 400 российских танков и БТР. Российский генерал Александр Галкин доложил о 225 бронемашинах, признанных не подлежащими восстановлению, за первый полтора месяца вторжения, включая 62 танка. Большинство российских военнослужащих из состава сил специального назначения сдались чеченцам "после трех дней бесцельных скитаний без еды и какого-либо понимания поставленных задач". После того, как по телевидению показали новых пленных российских солдат, матери некоторых из них отправились в Грозный, чтобы попытаться договориться об освобождении своих сыновей. Эти переговоры проходили в центре города без участия представителей российских властей и под обстрелом российской артиллерии; часть пленных была освобождена с обещанием больше не воевать против чеченцев. Неизвестно российскому командованию, но до новогоднего вторжения президент Чечни Джохар Дудаев перенес свой штаб в Шали, расположенные в 25 километрах к югу от Грозного. Российские войска отступили, бросив много солдат. Моральный дух упал настолько, что подразделения МВД и ОМОН покинули город без приказа.

Операции в районе Грозного после новогодней битвы

В первые дни января чеченские формирования, не взаимодействовавшие с остатками разгромленных российских частей, предприняли контратаку против группировки генерала Рохлина, насчитывавшей около 5000 человек (которая к тому времени спешно закрепилась на севере, являясь единственным организованным российским соединением в Грозном), безуспешно пытаясь вытеснить её из города. 4 и 5 января чеченцы начали отступать в села к югу от Грозного, используя имеющуюся в их распоряжении боевую технику. Эти колонны подверглись бомбардировкам с воздуха российскими ВВС. Несмотря на отступление, чеченцы по-прежнему контролировали значительную часть центра города. С обеих сторон прибыли подкрепления, включая чеченских добровольцев из окрестных сел и российскую морскую пехоту. Русские приступили к массированным артиллерийским, танковым и ракетным обстрелам Грозного, а основная часть сражения сосредоточилась на новой тактике, заключавшейся в методичном разрушении города квартал за кварталом. Российские войска использовали снаряды с белым фосфором и термобарические ракеты "Шмель". Затем они отправляли небольшие группы бойцов, иногда возглавляемые спецназом, эффективно используя снайперские группы. Последовали две долгие недели кровопролитных и ожесточенных боев, в ходе которых русские продвигались к Президентскому дворцу.

Президентский дворец

7 января, в православное Рождество, русские войска сосредоточили основной удар на Чеченском президентском дворце – большом бетонном здании, построенном в советское время как штаб-квартира Чеченского обкома КПСС, с бомбоубежищем под ним. Обороняли дворец 350 чеченских бойцов и, по оценкам, около 150 ополченцев. К полуночи чеченское командование покинуло дворец тремя группами, среди последних был и Масхадов. Эти группы отступили в больницу на южном берегу реки Сунжа, а российские вертолеты облетали город, призывая чеченцев сложить оружие, но это не возымело эффекта.

Южный Грозный

В течение следующих двух дней русские ослабили бомбардировки, чтобы собрать убитых и раненых на улицах. Президент России Борис Ельцин преждевременно объявил о завершении "военной фазы операции". Генералу Льву Рохлину, командующему подразделением, захватившему дворец, предложили наградить его орденом Героя Российской Федерации, но он отказался, сказав, что не видит ничего героического в "войне на своей земле". Потеряв много людей при взятии северной части Грозного, русские сосредоточили массированный артиллерийский огонь на южной половине города, выпуская более 30 000 снарядов ежедневно. В течение некоторого времени не велось ближнего боя, чеченцы использовали преимущественно снайперские винтовки. Взорвав большинство мостов, чеченцы превратили реку Сунжа в новую линию фронта, поскольку под контролем русских оказалась вся территория Грозного, за исключением южной части. Однако город был полностью блокирован только 22 февраля 1995 года, и чеченцы регулярно снабжали свои войска через коридор из Шали. В конечном итоге русские продвинулись на расстояние 200 метров от штаба Масхадова. Несмотря на то, что он бросил против них все имеющиеся силы, включая три оставшихся танка, остановить наступление ему не удалось. В этот момент было принято решение оставить позиции вдоль Сунжи и отступить к третьей линии обороны, расположенной вдоль горных хребтов, окружающих Грозный.

Южные окраины и уборка

25 января 1995 года чеченский лидер Джохар Дудаев заявил, что освобождение российских военнопленных больше не будет производиться до подписания соглашения о прекращении огня. 8 февраля было объявлено о перемирии, и большая часть оставшихся чеченских сил, включая всю тяжелую технику, вышла из разрушенного города. Они перенесли свой штаб в город Новогрозненск, который стал первым из нескольких временных столиц. 13 февраля 1995 года российские и чеченские силы достигли очередного соглашения о прекращении огня, ограничивающего применение тяжелых вооружений, включая авиацию, артиллерию и минометы (однако российские войска вернулись к массированным артиллерийским и авиационным ударам в Чечне спустя неделю, 21 февраля). К концу февраля Шамиль Басаев и его отряды перешли к тактике небольших рейдов и диверсий, пока окончательно не отступили к 6 марта.

Потери

Военные потери неизвестны, но, по оценкам, исчисляются тысячами убитых и раненых с обеих сторон. Официально опубликованные данные о российских потерях составляют 1376 убитых и 408 пропавших без вести, однако фактическое число могло быть выше. По оценкам Сергея Ковалева, уполномоченного российской Думы по правам человека и помощника президента России Бориса Ельцина по правам человека, находившегося в Грозном в течение части боевых действий, за пять недель боев погибло 27 000 человек, многие из которых – этнические русские, что составляет около 6% населения. По данным Фонда Мира при Университете Тафтса, источники оценивают, что значительная часть жертв среди гражданского населения [в ходе Первой чеченской войны] погибла во время вторжения в Грозный в период с декабря 1994 года по март 1995 года. С начала вторжения до середины февраля оценки числа погибших гражданских лиц варьируются от 25 000 до 30 000. Этот диапазон указывает на то, что большинство жертв среди гражданского населения за всю войну пришлось на всего лишь четыре месяца. Из примерно 25 000 убитых во время вторжения в Грозный, по оценкам, 18 000 были убиты к середине января. По словам генерала Дудаева, первого президента Чеченской Республики, 85 процентов гражданских лиц, погибших в ходе вторжения (около 25 500), были этническими русскими, поскольку чеченцы первыми эвакуировали столицу; эта оценка близка к цифре, которую назвал российский правозащитник Сергей Ковалев, оценивший число погибших этнических русских в 24 000. Анатоль Ливен, также находившийся в Грозном во время битвы, в своей книге «Чечня: надгробие российской власти» приводит более низкие оценки – около 5000 убитых гражданских лиц, при этом еще около 500 человек погибли в результате российских авиаударов, предшествовавших битве. В докладе Human Rights Watch осуждаются хаотичные бомбардировки и обстрелы гражданского населения российскими войсками, систематическое нанесение ударов по гражданскому населению наземными силами, а также разрушение трех больниц, одного детского дома и многочисленных рынков. По оценкам HRW, в результате конфликта по меньшей мере 350 000 человек были вынуждены покинуть регион. Международные наблюдатели из Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе описали происходящее как «невообразимую катастрофу», а канцлер Германии Гельмут Коль назвал эти события «вопиющим безумием».

Military casualties are unknown, but are estimated to run into the thousands of killed and wounded on both sides. The officially released figures on the Russian losses were 1,376 killed in action and 408 missing in action, yet the actual figure could be higher. As of the civilian casualties, Sergei Kovalev, the Russian Duma's commissioner for human rights, and Russian President Boris Yeltsin's aide on human rights, who had been in Grozny during part of the fighting, estimated 27,000 people, many of them ethnic Russians, died in five weeks of fighting, about 6% of the population. According to the World Peace Foundation at Tufts University,
sources estimate that a large percentage of civilian fatalities [during the First Chechen War] occurred during the invasion of Grozny between December 1994 and March 1995. From the beginning of the invasion to the middle of February, fatality estimates range from 25,000 to 30,000 civilian deaths. This range indicates that the majority of the civilian fatalities in the entire war occurred during a mere four month window. Of the estimated 25,000 killed in the invasion of Grozny, it is estimated that 18,000 were killed by mid January. According to General Dudayev, the first president of the Chechen Republic, 85 percent of civilians killed in the invasion (approximately 25,500) were ethnic Russians due to the fact that the Chechens were the first to evacuate the capital; this estimate is close to the figure put forward by Russian human rights campaigner Sergei Kovalyov, who estimated the number of ethnic Russian deaths at 24,000. Anatol Lieven, who was also in Grozny during the battle, in his book Chechnya: Tombstone of Russian Power put his estimates lower at about 5,000 killed civilians, with some 500 more killed by the Russian air raids prior to the battle. A report by the Human Rights Watch denounced indiscriminate bombings and shellings by Russian forces carried out against civilian populations, consistent targeting of civilian populations by ground forces and the destruction of three hospitals, one orphanage and numerous market areas. HRW estimates at least 350,000 people were forced to flee the region due to the conflict. International monitors from the Organization for Security and Co operation in Europe described the scenes as "unimaginable catastrophe," while German Chancellor Helmut Kohl described the events as "sheer madness."