Военная кампания 238 года до н.э. и битва у Пилы

Введение

Военная кампания 238 года до н.э.

Битва при Пиле стала кульминацией кампании, проходившей между карфагенской армией во главе с Гамилькаром Баркой и повстанческими силами во главе со Спендием в 238 году до н.э. на территории нынешнего северного Туниса. Карфаген воевал с коалицией мятежных солдат и восставших африканских городов в Наёмной войне, начавшейся в 241 году до н.э. Повстанцы осаждали Карфаген, в то время как полевая армия карфагенян под командованием Гамилькара совершала набеги на их линии снабжения. Под этим давлением повстанцы отступили к своей базе в Тунисе и отправили собственную армию, чтобы помешать действиям Гамилькара и, по возможности, уничтожить его армию. Не имея возможности сразиться с карфагенскими боевыми слонами и конницей на открытой местности, повстанцы укрылись на возвышенностях и пересечённой местности, изматывая карфагенскую армию. После нескольких месяцев кампании, детали которой неясны из источников, Гамилькар заманил повстанцев в ловушку в ущелье или к горному хребту. Оказавшись в окружении в горах, с заблокированными путями снабжения и исчерпавшимися запасами продовольствия, повстанцы съели своих лошадей, пленных, а затем рабов, надеясь, что их товарищи в Тунисе выйдут на помощь. В конце концов, окружённые войска вынудили своих лидеров начать переговоры с Гамилькаром, но он взял всех их в плен. Затем карфагеняне, во главе со своими слонами, атаковали безликих, голодающих повстанцев всей своей мощью и перебили их всех до единого. Лидеров повстанцев распяли на виду у их товарищей в Тунисе. Вскоре после этого повстанцы покинули Тунис и отступили на юг. Гамилькар и его соратник, генерал Ганнон, преследовали их и в конце 238 года до н.э. окончательно уничтожили в битве при Лептисе Парве.

Предыстория

Первая Пуническая война велась между Карфагеном и Римом, двумя главными державами западного Средиземноморья в III веке до н.э., и продолжалась 23 года, с 264 по 241 год до н.э. Обе державы боролись за первенство главным образом на средиземноморском острове Сицилия и в прилегающих водах, а также в Северной Африке. После огромных материальных и людских потерь с обеих сторон карфагеняне потерпели поражение, и их командующий на Сицилии заключил Лутацийский договор. В последние годы войны с Римом карфагенский генерал Ганнон Великий возглавлял серию кампаний, значительно увеличивших территорию Африки, контролируемую Карфагеном. Ганнон строго взимал налоги с недавно завоеванных земель для финансирования войны с Римом и собственных кампаний. Половина сельскохозяйственного производства региона отчислялась в качестве военного налога, а размер дани, ранее уплачиваемой городами, был удвоен. Эти поборы жестоко проводились в исполнение, что приводило к крайним лишениям во многих областях.

Мятеж

После поражения от римлян, армия Карфагена в 20 000 человек, находившаяся на Сицилии, была эвакуирована в Карфаген. Вместо того чтобы немедленно выплатить многолетнюю задолженность по жалованью и отправить солдат домой, карфагенские власти решили дождаться прибытия всех войск и затем попытаться договориться о меньшей сумме выплат. Освобожденные от длительной военной дисциплины и не имея занятий, солдаты роптали и отказывались принимать от карфагенян меньше причитающейся им суммы. В конце концов они силой захватили город Тунис. В панике карфагенский сенат согласился на полную выплату. Казалось, это уладило недовольство, но внезапно дисциплина рухнула. Ряд солдат заявил, что никакие переговоры с Карфагеном недопустимы, вспыхнул мятеж, несогласных забивали камнями, переговорщики сената были взяты в плен, а казна – разграблена. Спендием, беглый римский раб, которому грозила мучительная смерть в случае поимки, и Матос, бербер, недовольный политикой Ганнона в отношении сбора налогов в африканских владениях Карфагена, были провозглашены военачальниками. Весть об опытной, враждебной Карфагену армии в самом сердце его территории быстро распространилась и вызвала восстания во многих городах и поселениях. Поступили поставки, деньги и подкрепления; в конечном итоге, согласно древнему историку Полибию, к антикарфагенскому движению присоединилось еще 70 000 человек, хотя многие из них были заняты охраной своих родных городов от карфагенского возмездия. Споры о жалованье переросли в полномасштабное восстание. Последовавшие за этим три года войны известны как Наемническая война и поставили под угрозу само существование Карфагена как государства.

Война

Основная сила повстанцев блокировала Карфаген, действуя из своего опорного пункта в Тунисе, а Матос приказал двум отрядам повстанцев двинуться на север и осадить два главных города, помимо Карфагена, которые ещё не восстали: крупные порты Утика и Гиппо (современная Бизерта). Хано, как командующий африканской армией Карфагена, выступил в поход с войском в 8000–10 000 человек и 100 боевыми слонами. Большинство африканцев в его армии сохранили верность; они привыкли воевать против соплеменников. Его неафриканский контингент также остался верен. Неизвестное число граждан Карфагена было включено в состав этой армии. В начале 240 года до н.э. Хано потерпел поражение в битве при Утике, пытаясь снять осаду города. В течение остальной части года Хано вел стычки с повстанцами, упуская возможности вывести их на открытое сражение или заставить их занять невыгодную позицию; военный историк Найджел Бэгналл пишет о «некомпетентности Хано как полевого командира». В какой-то момент 240 года до н.э. карфагеняне сформировали новую армию, численностью около 10 000 человек. В её состав вошли дезертиры из числа повстанцев, 2000 кавалеристов и 70 слонов, и во главе её был поставлен Гамилькар Барка, ранее командовавший карфагенскими войсками на Сицилии. Гамилькар разгромил крупный повстанческий отряд в битве при реке Баградас, а затем вернул под контроль Карфагена несколько городов, перешедших на сторону повстанцев, сочетая дипломатию и силу. За ним следовал более крупный повстанческий отряд под командованием Спендия, который держался пересечённой местности из-за страха перед карфагенской кавалерией и слонами, и нападал на его фуражиров и разведчиков. Тем временем Хано маневрировал против Матоса на севере, вблизи Гиппо. Юго-западнее Утики Гамилькар перебросил свои войска в горы, чтобы спровоцировать повстанцев на битву, но оказался окружён. Он был спасён от полного уничтожения лишь благодаря тому, что африканский вождь Наравас, служивший с Гамилькаром на Сицилии и восхищавшийся им, дезертировал из лагеря повстанцев со своими 2000 кавалеристов и присоединился к Гамилькару. Это стало катастрофой для повстанцев, и в последовавшем сражении они потеряли 10 000 убитыми и 4000 пленными.

The main rebel force blockaded Carthage from their stronghold of Tunis, while Mathos ordered two groups of rebels north to besiege the two main citiesother than Carthagethat had not already rebelled: the major ports of Utica and Hippo (modern Bizerte). Hanno, as the commander of Carthage's African army, took the field with an army of 8,000–10,000 men and 100 war elephants. Most of the Africans in his force remained loyal; they were accustomed to acting against their fellow Africans. His non African contingent also remained loyal. An unknown number of Carthaginian citizens were incorporated into this army. In early 240BC Hanno was defeated at the Battle of Utica, while attempting to raise the siege of that city. For the rest of the year Hanno skirmished with the rebel force, repeatedly missing opportunities to bring it to battle or to place it at a disadvantage; the military historian Nigel Bagnall writes of Hanno's "incompetence as a field commander". At some point during 240 BC the Carthaginians raised another army, of approximately 10,000. It included deserters from the rebels, 2,000 cavalry, and 70 elephants, and was placed under the command of Hamilcar Barca, who had previously led the Carthaginian forces on Sicily. Hamilcar defeated a large rebel force at the Battle of the Bagradas River and then brought several towns and cities which had gone over to the rebels back to Carthaginian allegiance with a mixture of diplomacy and force. He was shadowed by a larger rebel force under Spendius, which kept to rough ground for fear of the Carthaginians' cavalry and elephants, and harried his foragers and scouts. Meanwhile, Hanno maneuvered against Mathos to the north near Hippo. Southwest of Utica, Hamilcar moved his force into the mountains in an attempt to bring the rebels to battle, but was surrounded. He was saved from destruction only when an African leader, Naravas, who had served with and admired Hamilcar in Sicily, deserted the rebels with his 2,000 cavalry and they joined Hamilcar. This proved disastrous for the rebels, and in the resulting battle they lost 10,000 killed and 4,000 captured.

Бесконечная война

После ухода из Карфагена Гамилькар хорошо обращался с пленными повстанцами и предлагал им выбор: присоединиться к его армии или получить свободный проход домой. Он сделал то же самое предложение 4000 пленным, взятым в недавней битве. Спендиус воспринял это великодушие как причину перехода Нараваса на сторону Гамилькара и опасался распада своей армии, понимая, что таких щедрых условий не будет предложено лидерам повстанцев. Подстрекаемый своими старшими офицерами, особенно галлом Авторитом, к тому, чтобы исключить любую возможность примирения между сторонами, он приказал подвергнуть пыткам и убить 700 карфагенских пленных: им отрубили руки и сломали ноги, кастрировали, бросили в яму и заживо похоронили. Карфагеняне в ответ стали убивать своих пленных. С этого момента обе стороны перестали проявлять милосердие, а необычайная жестокость сражений заставила Полибия назвать эту войну «Войной без пощады». В период между мартом и сентябрем 239 года до н.э. верные ранее города Утика и Гиппон убили свои карфагенские гарнизоны и перешли на сторону повстанцев. Матос и повстанцы, действовавшие ранее в этом районе, двинулись на юг и соединились со своими товарищами в Тунисе. Хано был отозван в Карфаген, а в середине 239 года до н.э. Гамилькар был назначен главнокомандующим. Обладая явным превосходством в кавалерии, Гамилькар совершал набеги на линии снабжения повстанцев вокруг Карфагена. В начале 238 года до н.э. нехватка продовольствия вынудила Матоса снять осаду Карфагена и перейти к более дальней блокаде из Туниса.

Противоборствующие армии

Карфагенские армии почти всегда состояли из иностранцев; граждане служили в армии только в случае прямой угрозы городу Карфагену. Римские источники с пренебрежением называли этих иностранных воинов «наемниками», но современный историк Адриан Голдсуорти описывает это как «грубое упрощение». Они служили на различных условиях; например, некоторые были регулярными войсками союзных городов или царств, направленными в Карфаген в рамках официальных соглашений. Наибольшую часть этих иностранцев составляли выходцы из Северной Африки. Ливийцы предоставляли тяжелую пехоту, вооруженную большими щитами, шлемами, короткими мечами и длинными копьями, а также ударную кавалерию с копьями (также известную как «тяжелая кавалерия»), которая славилась своей дисциплиной и стойкостью. Нумидийцы обеспечивали легкую кавалерию, которая метала дротики с расстояния и избегала ближнего боя, а также легкую пехоту, вооруженную дротиками. И Иберия, и Галлия предоставляли опытную пехоту – неоруженные войска, которые могли яростно атаковать, но имели репутацию отступающих при затяжном сражении. Специалистов по пращам нанимали с Балеарских островов. Ливийская тяжелая пехота и гражданское ополчение сражались плотным построением, известным как фаланга. Сицилийцы, греки и итальянцы также присоединились к войне, чтобы пополнить ряды. Карфагеняне часто использовали боевых слонов; в Северной Африке в то время обитали местные африканские лесные слоны. По оценкам, полевая армия повстанцев, начавшая кампанию, насчитывала около 50 000 человек, а остальные 20 000 человек остались для продолжения блокады Карфагена из своей крепости в Тунисе. В число 50 000 входило подавляющее большинство уцелевших опытных ветеранов сицилийской армии, хотя основная часть состояла из более новых новобранцев. Большая часть этой армии была пехотой; их кавалерийский компонент был меньше и уступал по качеству карфагенской кавалерии, а у повстанцев вообще не было слонов. Общая численность карфагенян неизвестна, но оценивается более чем в 20 000 человек, возможно, до 30 000, все они – опытные ветераны, а также большое, но неизвестное количество слонов.

Carthaginian armies were nearly always composed of foreigners; citizens only served in the army if there was a direct threat to the city of Carthage. Roman sources refer to these foreign fighters derogatively as "mercenaries", but the modern historian Adrian Goldsworthy describes this as "a gross oversimplification". They served under a variety of arrangements; for example, some were the regular troops of allied cities or kingdoms seconded to Carthage as part of formal arrangements. The largest single component of these foreigners, by some way, was from North Africa. Libyans provided close order infantry equipped with large shields, helmets, short swords and long thrusting spears, as well as close order shock cavalry carrying spears (also known as "heavy cavalry")both were noted for their discipline and staying power. Numidians provided light cavalry who threw javelins from a distance and avoided close combat, and javelin armed light infantry skirmishers. Both Iberia and Gaul provided experienced infantry; unarmoured troops who would charge ferociously, but had a reputation for breaking off if a combat was protracted. Specialist slingers were recruited from the Balearic Islands. The close order Libyan infantry and the citizen militia would fight in a tightly packed formation known as a phalanx. Sicilians, Greeks and Italians had also joined up during the war to fill the ranks. The Carthaginians frequently employed war elephants; North Africa had indigenous African forest elephants at the time. The rebel field army which commenced the campaign is estimated to have been about 50,000 strong, leaving the 20,000 man balance of their force to continue blockading Carthage from their stronghold of Tunis. The 50,000 included the large majority of the surviving experienced veterans of the army of Sicily, although the bulk were more recent recruits. Most of this force was infantry; their cavalry component was both smaller than that of the Carthaginians and of poorer quality and the rebels lacked elephants entirely. The total strength of the Carthaginians is not known, but has been estimated at more than 20,000 men, possibly as many as 30,000, all experienced veterans, as well as a large but unknown number of elephants.

Маневры

Ситуация с повстанцами была неустойчивой, поскольку их большая армия в Тунисе испытывала нехватку припасов. Основная часть их сил была отправлена, чтобы предотвратить набеги Гамилькара и, в идеале, уничтожить его армию. Спендий был командующим этой экспедицией, Аутарит и некий Зарзас, чье происхождение неизвестно, были либо сокомандующими, либо старшими подчиненными генералами. Карфагеняне, вероятно, были организованы в три дивизии: одна под командованием Гамилькара, одна под командованием его старшего подчиненного генерала Ганнибала, а третья – сильная кавалерийская группа под командованием Нараваса. Повстанцам удалось оттеснить войска Гамилькара, тем самым открыв путь для снабжения как для себя, так и для своих товарищей в Тунисе, однако первичные источники не сообщают, как именно это было достигнуто. Повстанческая полевая армия выступила в поход, и Гамилькар собрал свои дивизии и последовал за ними в тунисские предгорья. Как и в предыдущем году, повстанцы в основном держались более высоких и пересеченных местностей, где карфагенские слоны и кавалерия не могли эффективно действовать, и беспокоили карфагенскую армию. Они надеялись создать у карфагенян проблемы со снабжением и либо заманить их на выбранную повстанцами территорию, где их численное превосходство в пехоте могло бы сыграть роль, либо изолировать одну из карфагенских дивизий и разбить ее по частям. Этот план историк Декстер Хойос описывает как «чрезвычайно рискованную тактику». Первичные источники дают запутанное описание последующей многомесячной кампании маневров, с засадами, ловушками, хитростями и многочисленными маршами и контрмаршами. Обе стороны имели переменный успех, каждая из них проиграла часть столкновений и понесла потери убитыми, ранеными и пленными. В целом это было в пользу повстанцев: если им удастся сохранить свою армию в целости, сила Карфагена ослабнет; у них не было ни нужды, ни желания рисковать генеральным сражением. Повстанцы могли позволить себе более легко вести войну на истощение. Гамилькар, напротив, испытывал давление, чтобы быстро завершить кампанию и не отходить слишком далеко от своей базы в Карфагене. Гамилькар имел преимущества в виде более опытных солдат в среднем, слонов, кавалерии и собственного большего опыта как генерала. Он почти непрерывно командовал армией в течение десяти лет, в то время как повстанческие генералы имели в лучшем случае опыт младших офицеров. Спендий был беглым рабом, ставшим простым солдатом. Командующие повстанцами вели эффективную кампанию, но не могли сравниться с опытом Гамилькара. В соответствии с жестоким характером войны Гамилькар приказывал казнить всех пленных, по возможности, растаптывая их слонами. Это имело контрпродуктивный эффект, побуждая повстанцев продолжать борьбу даже в самых тяжелых обстоятельствах. Повстанцы щадили, но обращали в рабство всех захваченных карфагенян.

The rebel situation was not sustainable, as their large army in Tunis was running out of supplies. The bulk of their force was despatched to prevent Hamilcar's raids and, ideally, destroy his army. Spendius was a general of this expedition; Autaritus and a certain Zarzas, whose background is unknown, were either co commanders or senior subordinate generals. The Carthaginians were probably organised in three divisions: one under Hamilcar, one under his senior subordinate general Hannibal, and the third a strong cavalry force commanded by Naravas. The rebels succeeded in driving off Hamilcar's force, and so opened up a route for supplies to reach both themselves and their comrades in Tunis, but the primary sources do not state how this was accomplished. The rebel field army marched out and Hamilcar pulled his divisions together and followed them into the Tunisian uplands. As in the previous year, the rebels mostly kept to higher and rougher terrain, where the Carthaginian elephants and cavalry could not operate effectively, and harassed the Carthaginian army. They hoped to cause the Carthaginians supply problems and either lure them onto ground of the rebels' choice where their greater numbers of infantry could tell or isolate one of the Carthaginian divisions and defeat it in detail. This plan is described by the historian Dexter Hoyos as "extraordinarily risky tactics". The primary sources give a confusing account of the subsequent months long campaign of manoeuvre, with ambushes, traps, stratagems and much marching and counter marching. Both sides had mixed fortunes, each losing some of the clashes and suffering losses in men killed, wounded and taken prisoner. Broadly this was to the rebels' advantage, if they could keep their army intact the Carthaginian strength would shrink; they had no need, nor desire, to risk a pitched battle. The rebels could more readily afford a battle of attrition. Hamilcar, in contrast, was under pressure to both bring the campaign to a rapid conclusion and to not be drawn too far from his base at Carthage. Hamilcar had the advantages of his soldiers beingon averagemore experienced, his elephants, his cavalry, and his own greater experience as a general. He had been almost continuously in command of an army for a decade, while the rebel generals had at best experience as junior officersSpendius was an escaped slave turned ordinary soldier. The rebel commanders led an effective campaign, but they could not match Hamilcar's experience. In keeping with the savage nature of the war Hamilcar had all prisoners executed, whenever possible by being trampled to death by elephants. This had the counter productive effect of encouraging the rebels to fight on, even in the most trying of circumstances. The rebels spared, but enslaved, any Carthaginians captured.

Ловушка

В конце концов, Гамилкар заманил мятежников в ловушку в ущелье или прижал их к горному хребту; некоторые близлежащие холмы или горы были известны как "Пила" из-за их предполагаемого сходства с этим инструментом по форме. Хойос предполагает, что повстанцы ослабили бдительность в, казалось бы, безопасном месте, полагая, что они оторвались от карфагенян, но умелые разведчики Нараваса обнаружили их местоположение. Затем они были застигнуты врасплох Гамилькаром, и их немедленное нападение было предотвращено превосходством его слонов и конницы. К тому времени, как они осознали ситуацию, карфагенская армия укрепилась на позициях, где, по описанию Полибия, местность была "неблагоприятной" для повстанцев, и любая их атака была заведомо обречена на провал. Численность повстанцев в этот момент оценивалась более чем в 40 000 человек, не считая рабов и пленных. У них был доступ к воде, но не к еде, и они, вероятно, уже обыскали окрестности в поисках пропитания. Карфагеняне могли свободно перемещаться и собирать продовольствие с обширной территории. Оказавшись в горах и исчерпав запасы пищи, в течение нескольких недель повстанцы съели своих лошадей, пленных, а затем рабов. Было отправлено несколько гонцов в Тунис, но неизвестно, дошли ли они. Повстанцы уповали на то, что Матос выйдет из Туниса на их спасение. Независимо от того, был ли Матос проинформирован о происходящем, он не предпринял никаких действий. Возможно, он не был уведомлен, или, возможно, он чувствовал себя скованным 10 000 защитниками Карфагена под командованием Ганнона. Окруженные войска обвинили своих лидеров в сложившейся ситуации и в конце концов были вынуждены попытаться начать переговоры с Гамилькаром. Гамилкар взял в плен Спендиуса, Аутарита, Зарзаса и их лейтенантов, после чего карфагеняне всей своей силой, во главе со слонами, напали на безвольных, голодающих повстанцев. Все мятежники были убиты; тех, кто сдался, бросали под ноги слонам. Потери карфагенян были незначительными.

Последствия

Затем Гамилькар выступил на Тунис и осадил его в конце 238 года до н.э. Город был труднодоступен как с востока, так и с запада, поэтому Гамилькар занял позицию к югу с половиной армии, а его заместитель Ганнибал – к северу с оставшейся частью. Вожди повстанцев, взятые в плен до "Пилы", были распяты на виду у города. Матос приказал провести крупномасштабную ночную атаку, которая застала карфагенян врасплох, и они понесли большие потери. Один из их лагерей был взят, и они потеряли значительную часть багажа; Ганнибал и делегация из 30 карфагенских вельмож, посещавших армию, были захвачены в плен. Их пытали, а затем прибили к крестам, на которых ранее были распяты Спендиус и его соратники. Гамилькар снял осаду и отступил на север. Матос повел повстанческую армию на юг к богатому портовому городу Лептис-Парва (недалеко к югу от современного города Монастир, Тунис). Ханно и Гамилькар выступили в преследование мятежников с армией, насчитывающей более 25 000 человек, и большим количеством боевых слонов, включая всех карфагенских граждан, пригодных к военной службе. В последовавшей битве повстанцы были разгромлены. Пленные были проданы в рабство. Матос был взят в плен; его протащили по улицам Карфагена и замучили до смерти его жители. Большинство городов, которые еще не пришли к соглашению с Карфагеном, теперь это сделали, за исключением Утики и Гиппо, жители которых опасались возмездия за резню карфагенян. Они попытались сопротивляться, но Полибий сообщает, что они тоже «быстро» сдались, вероятно, в конце 238 года до н.э. или самом начале 237 года до н.э. С капитулировавшими городами обращались мягко, хотя на них были навязаны карфагенские наместники.