Восстание из-за виски в США (1791–1794)

Введение

Налоговый бунт в Соединенных Штатах с 1791 по 1794 год

Восстание Виски (также известное как Вискинское восстание) было насильственным налоговым протестом в Соединенных Штатах, начавшимся в 1791 году и завершившимся в 1794 году во время президентства Джорджа Вашингтона. Так называемый «налог на виски» стал первым налогом, наложенным вновь образованным федеральным правительством на товар внутреннего производства. Пиво было трудно транспортировать, и оно портилось быстрее, чем ром и виски. Производство рома в Соединенных Штатах было нарушено во время Американской революционной войны, а после неё распространение и потребление виски возросло (общий объем производства виски к 1791 году все еще не превышал производство рома). «Налог на виски» вступил в силу в 1791 году и предназначался для получения доходов для погашения военных долгов, накопленных во время революционной войны. Налог распространялся на все дистиллированные спиртные напитки, но потребление американского виски быстро росло в конце XVIII века, поэтому акциз стал широко известен как «налог на виски». Фермеры западных территорий привыкли перегонять излишки ржи, ячменя, пшеницы, кукурузы или ферментированных зерновых смесей для производства виски. Эти фермеры сопротивлялись налогу. В этих регионах виски часто служило средством обмена. Многие из протестующих были ветеранами войны, которые считали, что они борются за принципы Американской революции, в частности против налогообложения без местного представительства, в то время как федеральное правительство утверждало, что налоги являются законным выражением полномочий Конгресса по налогообложению. В округах западной Пенсильвании протестующие прибегали к насилию и запугиванию, чтобы помешать федеральным чиновникам собирать налог. Сопротивление достигло апогея в июле 1794 года, когда судебный пристав США прибыл в западную Пенсильванию, чтобы вручить повестки в суд дистилляторам, не уплатившим акциз. Была поднята тревога, и более 500 вооруженных людей напали на укрепленный дом налогового инспектора Джона Невилла. Вашингтон ответил, направив в западную Пенсильванию миротворцев для переговоров с повстанцами, одновременно призвав губернаторов прислать ополчение для обеспечения исполнения налога. Сам Вашингтон во главе армии выступил на подавление мятежа, располагая 13 000 ополченцев, предоставленных губернаторами Вирджинии, Мэриленда, Нью-Джерси и Пенсильвании. Повстанцы разошлись по домам до прибытия армии, и столкновений не произошло. Около 20 человек были арестованы, но впоследствии все были оправданы или помилованы. Большинство дистилляторов в соседнем Кентукки оказалось практически невозможно обложить налогом — в течение следующих шести лет более 175 дистилляторов из Кентукки были осуждены за нарушение налогового законодательства. Многочисленные примеры сопротивления зафиксированы в судебных документах и газетных статьях. Восстание Виски продемонстрировало, что новое национальное правительство обладает волей и способностью подавлять насильственное сопротивление своим законам, хотя взимание акциза на виски оставалось сложной задачей. Эти события способствовали формированию политических партий в Соединенных Штатах, процесс, который уже был в пути. Налог на виски был отменен в начале 1800-х годов во время администрации Джефферсона. Историк Кэрол Беркин утверждает, что этот эпизод в долгосрочной перспективе укрепил американский национализм, поскольку люди оценили, насколько умело Вашингтон справился с повстанцами, не прибегая к тирании.

The Whiskey Rebellion (also known as the Whiskey Insurrection) was a violent tax protest in the United States beginning in 1791 and ending in 1794 during the presidency of George Washington. The so called "whiskey tax" was the first tax imposed on a domestic product by the newly formed federal government. Beer was difficult to transport and spoiled more easily than rum and whiskey. Rum distillation in the United States had been disrupted during the American Revolutionary War, and whiskey distribution and consumption increased afterwards (aggregate production had not surpassed rum by 1791). The "whiskey tax" became law in 1791, and was intended to generate revenue to pay the war debt incurred during the Revolutionary War. The tax applied to all distilled spirits, but consumption of American whiskey was rapidly expanding in the late 18th century, so the excise became widely known as a "whiskey tax". Farmers of the western frontier were accustomed to distilling their surplus rye, barley, wheat, corn, or fermented grain mixtures to make whiskey. These farmers resisted the tax. In these regions, whiskey often served as a medium of exchange. Many of the resisters were war veterans who believed that they were fighting for the principles of the American Revolution, in particular against taxation without local representation, while the federal government maintained that the taxes were the legal expression of Congressional taxation powers. Throughout Western Pennsylvania counties, protesters used violence and intimidation to prevent federal officials from collecting the tax. Resistance came to a climax in July 1794, when a US marshal arrived in western Pennsylvania to serve writs to distillers who had not paid the excise. The alarm was raised, and more than 500 armed men attacked the fortified home of tax inspector John Neville. Washington responded by sending peace commissioners to western Pennsylvania to negotiate with the rebels, while at the same time calling on governors to send a militia force to enforce the tax. Washington himself rode at the head of an army to suppress the insurgency, with 13,000 militiamen provided by the governors of Virginia, Maryland, New Jersey, and Pennsylvania. The rebels all went home before the arrival of the army, and there was no confrontation. About 20 men were arrested, but all were later acquitted or pardoned. Most distillers in nearby Kentucky were found to be all but impossible to tax—in the next six years, over 175 distillers from Kentucky were convicted of violating the tax law. Numerous examples of resistance are recorded in court documents and newspaper accounts. The Whiskey Rebellion demonstrated that the new national government had the will and ability to suppress violent resistance to its laws, though the whiskey excise remained difficult to collect. The events contributed to the formation of political parties in the United States, a process already under way. The whiskey tax was repealed in the early 1800s during the Jefferson administration. Historian Carol Berkin argues that the episode, in the long run, strengthened US nationalism because the people appreciated how well Washington handled the rebels without resorting to tyranny.

Налог на виски

Новое федеральное правительство США начало действовать в 1789 году после ратификации Конституции Соединенных Штатов. Предыдущее центральное правительство, действовавшее на основании Статей Конфедерации, не имело возможности взимать налоги; оно занимало деньги для покрытия расходов и финансирования Войны за независимость, накопив долг в 54 миллиона долларов. Штаты накопили дополнительные 25 миллионов долларов долга. Министр финансов Александр Гамильтон стремился использовать этот долг для создания финансовой системы, которая способствовала бы процветанию Америки и национальному единству. В своем Докладе о государственном кредите он призвал Конгресс консолидировать государственный и национальный долги в единый долг, который финансировался бы федеральным правительством. Конгресс одобрил эти меры в июне и июле 1790 года. Для выплаты значительной суммы долга предыдущим держателям облигаций требовался источник государственных доходов. К декабрю 1790 года Гамильтон полагал, что импортные пошлины, являвшиеся основным источником дохода правительства, были повышены максимально. Поэтому он продвигал введение акциза на дистиллированные спиртные напитки, произведенные внутри страны. Это был первый налог, взимаемый национальным правительством с отечественного продукта. Транспортные расходы за галлон были выше для фермеров, расположенных вдали от восточных городских центров, поэтому прибыль с галлона непропорционально снижалась из-за акциза на дистилляцию отечественного алкоголя, такого как виски. Акциз стал известен как «налог на виски». Налоги были политически непопулярны, и Гамильтон считал, что акциз на виски является налогом на предметы роскоши и будет наименее обременительным налогом, который может взимать правительство. Эту точку зрения поддержали некоторые общественные деятели, надеявшиеся, что «налог на грех» повысит осведомленность общественности о вреде алкоголя. Закон об акцизе на виски, иногда называемый «Законом о виски», вступил в силу в марте 1791 года. Джордж Вашингтон определил налоговые округа, назначил налоговых надзорщиков и инспекторов и установил их заработную плату в ноябре 1791 года.

A new U. S. federal government began operating in 1789, following the ratification of the United States Constitution. The previous central government under the Articles of Confederation had been unable to levy taxes; it had borrowed money to meet expenses and fund the Revolutionary War, accumulating $54 million in debt. The state governments had amassed an additional $25 million in debt. Secretary of the Treasury Alexander Hamilton sought to use this debt to create a financial system that would promote American prosperity and national unity. In his Report on Public Credit, he urged Congress to consolidate the state and national debts into a single debt that would be funded by the federal government. Congress approved these measures in June and July 1790. A source of government revenue was needed to pay the respectable amount due to the previous bondholders to whom the debt was owed. By December 1790, Hamilton believed that import duties, which were the government's primary source of revenue, had been raised as high as feasible. He therefore promoted passage of an excise tax on domestically produced distilled spirits. This was to be the first tax levied by the national government on a domestic product. The transportation costs per gallon were higher for farmers removed from eastern urban centers, so the per gallon profit was reduced disproportionately by the per gallon tax on distillation of domestic alcohol such as whiskey. The excise became known as the "whiskey tax." Taxes were politically unpopular, and Hamilton believed that the whiskey excise was a luxury tax and would be the least objectionable tax that the government could levy. In this, he had the support of some social reformers, who hoped that a "sin tax" would raise public awareness about the harmful effects of alcohol. The whiskey excise act, sometimes known as the "Whiskey Act", became law in March 1791. George Washington defined the revenue districts, appointed the revenue supervisors and inspectors, and set their pay in November 1791.

Западные претензии

Население Западной Пенсильвании в 1790 году составляло 17 000 человек. Среди фермеров в регионе акциз на виски сразу же вызвал споры, и многие жители приграничных районов утверждали, что он несправедливо направлен против западных людей. Виски было популярным напитком, и фермеры часто дополняли свой доход, занимаясь небольшим винокурением. Фермеры, проживавшие к западу от Аппалачских гор, перегоняли излишки зерна в виски, которое было легче и выгоднее перевозить через горы, чем громоздкое зерно. Акциз на виски делал западных фермеров менее конкурентоспособными по сравнению с восточными производителями зерна. Кроме того, наличные деньги, состоявшие в то время из монет (золотых и серебряных), всегда были в дефиците на приграничных территориях, тем не менее закон прямо предусматривал, что налог можно было оплатить только монетой. В отсутствие монет виски часто служило средством обмена, что для бедных людей, получавших зарплату виски, означало, что акциз по сути являлся подоходным налогом, который более состоятельные восточные жители платить не должны были. Мелкие фермеры также протестовали против акциза, разработанного Гамильтоном, который фактически предоставлял несправедливые налоговые льготы крупным винокурням, большинство из которых находились на востоке. Существовало два способа оплаты акциза на виски: уплата фиксированной суммы (за перегонный аппарат) или оплата за галлон. Крупные винокурни производили виски в больших объемах и могли позволить себе уплатить фиксированную сумму. Чем эффективнее они работали, тем меньше налога за галлон они платили (по словам Гамильтона, всего 6 центов). Западные фермеры, владевшие небольшими перегонными аппаратами, как правило, не имели ни достаточного времени, ни избытка зерна, чтобы работать на них круглый год на полную мощность, поэтому они в итоге платили более высокий налог за галлон (9 центов), что делало их менее конкурентоспособными. Регрессивный характер налога усугублялся еще одним фактором: виски продавалось значительно дешевле на бедной западной границе, чем на более богатом и густонаселенном Востоке. Это означало, что даже если бы все винокурни были обязаны платить одинаковую сумму налога за галлон, мелкие приграничные винокурни все равно должны были бы перечислять значительно большую долю стоимости своей продукции, чем крупные восточные винокурни. Менее образованные фермеры, которые в ту эпоху часто были неграмотными, также опасались, что их обманут коррумпированные сборщики налогов. Мелкие винокуры считали, что Гамильтон намеренно разработал налог, чтобы разорить их и поддержать крупный бизнес, мнение, которое разделяют некоторые историки. Однако историк Томас Слотер утверждает, что "такой заговор трудно подтвердить документально". Было ли это преднамеренно или нет, крупные винокурни осознали преимущество, которое им давал акциз, и поддержали его. Другие аспекты акцизного законодательства также вызывали обеспокоенность. Закон требовал регистрации всех перегонных аппаратов, а те, кто не платил налог, должны были предстать перед федеральными судами, расположенными далеко от местных судов. Единственный федеральный суд находился в Филадельфии, примерно в 483 километрах от небольшого приграничного поселения Питтсбург. С самого начала федеральному правительству не удалось успешно собирать акциз на виски на приграничных территориях. Многие мелкие западные винокуры просто отказывались платить налог. Федеральные налоговые инспекторы и местные жители, которые им помогали, несли на себе основной удар гнева протестующих. Налоговые мятежники преследовали нескольких сборщиков акциза на виски и угрожали или избивали тех, кто предлагал им офисные помещения или жилье. В результате во многих западных округах никогда не было постоянных федеральных налоговых чиновников. Конвент направил петицию о восстановлении справедливости в Палату представителей и Ассамблею Пенсильвании, обе из которых располагались в Филадельфии. В результате этого и других петиций закон об акцизе был изменен в мае 1792 года. Изменения включали снижение налога на 1 цент, которое поддерживал Уильям Финдли, конгрессмен из западной Пенсильвании, но новый закон об акцизе все еще не удовлетворял многих жителей Запада. Призывы к ненасильственному сопротивлению не увенчались успехом. 11 сентября 1791 года недавно назначенный сборщик налогов Роберт Джонсон был засмолен и обпернат группой людей в масках в округе Вашингтон. Человека, посланного чиновниками для вручения ордеров на арест нападавшим на Джонсона, избили, засмолили и обпернатили. Из-за этих и других насильственных нападений налог не был собран в 1791 и начале 1792 года. Нападавшие подражали протестам американской революции. Сторонники акциза утверждали, что существует разница между налогообложением без представительства в колониальной Америке и налогом, установленным избранными представителями американского народа. Более ранние рассказы о Виски-мятеже изображали его как ограниченный Западной Пенсильванией, однако оппозиция акцизу на виски существовала и в западных округах других штатов Аппалачей (Мэриленд, Вирджиния, Северная Каролина, Южная Каролина и Джорджия). Акциз на виски не был собран по всему приграничному штату Кентукки, где никто не мог быть убежден в необходимости обеспечения соблюдения закона или привлечения к ответственности нарушителей. В 1792 году Гамильтон выступал за применение военной силы для подавления насильственного сопротивления на западе Северной Каролины, но генеральный прокурор Эдмунд Рэндольф утверждал, что недостаточно доказательств для юридического обоснования такой реакции. В августе 1792 года в Питтсбурге был созван второй конвент для обсуждения сопротивления акцизу на виски. Эта встреча была более радикальной, чем первая; умеренные, такие как Брэкенридж и Финдли, не присутствовали. Будущий секретарь казначейства Альберт Голлатин был одним из умеренных, присутствовавших на встрече, о чем позже сожалел. Конвент был доминирован воинственной группой, известной как Ассоциация Минго-Крик, которая выдвинула радикальные требования. Как они делали во время американской революции, они установили шесты свободы, сформировали комитеты корреспонденции и взяли под контроль местное ополчение. Они создали внесудебный суд и препятствовали искам о взыскании долгов и взыскании заложенного имущества. Гамильтон рассматривал второй Питтсбургский конвент как серьезную угрозу функционированию законов федерального правительства. В сентябре 1792 года он отправил чиновника по сбору налогов из Пенсильвании Джорджа Клаймера в Западную Пенсильванию для проведения расследования. Клаймер только усилил напряженность неуклюжей попыткой путешествовать под прикрытием и запугать местных чиновников. Его несколько преувеличенный отчет оказал большое влияние на решения, принятые администрацией Вашингтона. Вашингтон и Гамильтон рассматривали сопротивление федеральным законам в Пенсильвании как особенно неловкое, поскольку национальная столица в то время находилась в том же штате. По собственной инициативе Гамильтон подготовил президентскую прокламацию, осуждающую сопротивление акцизным законам, и представил ее генеральному прокурору Рэндольфу, который смягчил некоторые формулировки. Вашингтон подписал прокламацию 15 сентября 1792 года, и она была опубликована в виде широкого листа и напечатана во многих газетах. Федеральный налоговый инспектор Западной Пенсильвании генерал Джон Невилл был полон решимости обеспечить соблюдение акцизного закона. Он был видным политиком и богатым плантатором, а также крупным винокуром. Первоначально он выступал против акциза на виски, но впоследствии изменил свое мнение, что разозлило некоторых жителей Западной Пенсильвании. В августе 1792 года Невилл арендовал комнату в Питтсбурге для своего налогового офиса, но домовладелец выгнал его после того, как ему пригрозили насилием со стороны Ассоциации Минго-Крик. С этого момента налоговые инспекторы были не единственными, на кого были нацелены в Пенсильвании; те, кто сотрудничал с федеральными налоговыми чиновниками, также подвергались преследованиям. Анонимные записки и статьи в газетах, подписанные "Томом-Мастером", угрожали тем, кто соблюдал акциз на виски. Те, кто не прислушался к предупреждениям, могли увидеть, как их амбары сгорели или их перегонные аппараты были уничтожены. Сопротивление акцизу на виски продолжалось в течение 1793 года в приграничных округах Аппалачей. Оппозиция оставалась особенно резкой на западе Пенсильвании. В июне Невилл был сожжен в качестве чучела толпой из около 100 человек в округе Вашингтон. В ночь на 22 ноября 1793 года люди ворвались...

The population of Western Pennsylvania was 17,000 in 1790. Among the farmers in the region, the whiskey excise was immediately controversial, with many people on the frontier arguing that it unfairly targeted westerners. Whiskey was a popular drink, and farmers often supplemented their incomes by operating small stills. Farmers living west of the Appalachian Mountains distilled their excess grain into whiskey, which was easier and more profitable to transport over the mountains than the more cumbersome grain. A whiskey tax would make western farmers less competitive with eastern grain producers. Additionally, cash, which at this time consisted of specie (gold and silver coins), was always in short supply on the frontier, nevertheless the law explicitly stipulated the tax could only be paid in specie. In lieu of specie, whiskey often served as a medium of exchange, which for poorer people who were paid in whiskey meant the excise was essentially an income tax that wealthier easterners did not have to pay. Small scale farmers also protested that Hamilton's excise effectively gave unfair tax breaks to large distillers, most of whom were based in the east. There were two methods of paying the whiskey excise: paying a flat fee (per still) or paying by the gallon. Large distillery produced whiskey in volume and could afford the flat fee. The more efficient they became, the less tax per gallon they would pay (as low as 6 cents, according to Hamilton). Western farmers who owned small stills did not typically have either enough time nor enough surplus grain to operate them year round at full capacity, so they ended up paying a higher tax per gallon (9 cents), which made them less competitive. The regressive nature of the tax was further compounded by an additional factor: whiskey sold for considerably less on the cash poor Western frontier than in the wealthier and more populous East. This meant that, even if all distillers had been required to pay the same amount of tax per gallon, the small scale frontier distillers would still have to remit a considerably larger proportion of their product's value than larger Eastern distillers. Less educated farmers, who in this era were often illiterate, also feared they would be cheated by corrupt tax collectors. Small scale distillers believed that Hamilton deliberately designed the tax to ruin them and promote big business, a view endorsed by some historians. However, historian Thomas Slaughter argued that a "conspiracy of this sort is difficult to document". Whether by design or not, large distillers recognized the advantage that the excise gave them and they supported it. Other aspects of the excise law also caused concern. The law required all stills to be registered, and those cited for failure to pay the tax had to appear in distant federal courts, rather than local courts. The only federal courthouse was in Philadelphia, some 300 mile (483 km) away from the small frontier settlement of Pittsburgh. From the beginning, the federal government had little success in collecting the whiskey tax along the frontier. Many small western distillers simply refused to pay the tax. Federal revenue officers and local residents who assisted them bore the brunt of the protesters' ire. Tax rebels harassed several whiskey tax collectors and threatened or beat those who offered them office space or housing. As a result, many western counties never had a resident federal tax official. The convention sent a petition for redress of grievances to the Pennsylvania Assembly and the U. S. House of Representatives, both located in Philadelphia. As a result of this and other petitions, the excise law was modified in May 1792. Changes included a 1 cent reduction in the tax that was advocated by William Findley, a congressman from western Pennsylvania, but the new excise law was still unsatisfactory to many westerners. Appeals to nonviolent resistance were unsuccessful. On September 11, 1791, a recently appointed tax collector named Robert Johnson was tarred and feathered by a disguised gang in Washington County. A man sent by officials to serve court warrants to Johnson's attackers was whipped, tarred, and feathered. Because of these and other violent attacks, the tax went uncollected in 1791 and early 1792. The attackers modeled their actions on the protests of the American Revolution. Supporters of the excise argued that there was a difference between taxation without representation in colonial America, and a tax laid by the elected representatives of the American people. Older accounts of the Whiskey Rebellion portrayed it as being confined to western Pennsylvania, yet there was opposition to the whiskey tax in the western counties of every other state in Appalachia (Maryland, Virginia, North Carolina, South Carolina, and Georgia). The whiskey tax went uncollected throughout the frontier state of Kentucky, where no one could be convinced to enforce the law or prosecute evaders. In 1792, Hamilton advocated military action to suppress violent resistance in western North Carolina, but Attorney General Edmund Randolph argued that there was insufficient evidence to legally justify such a reaction. In August 1792, a second convention was held in Pittsburgh to discuss resistance to the whiskey tax. This meeting was more radical than the first convention; moderates such as Brackenridge and Findley were not in attendance. Future Secretary of the Treasury Albert Gallatin was one moderate who did attend, to his later regret. A militant group known as the Mingo Creek Association dominated the convention and issued radical demands. As some of them had done in the American Revolution, they raised liberty poles, formed committees of correspondence, and took control of the local militia. They created an extralegal court and discouraged lawsuits for debt collection and foreclosures. Hamilton regarded the second Pittsburgh convention as a serious threat to the operation of the laws of the federal government. In September 1792, he sent Pennsylvania tax official George Clymer to western Pennsylvania to investigate. Clymer only increased tensions with a clumsy attempt at traveling in disguise and attempting to intimidate local officials. His somewhat exaggerated report greatly influenced the decisions made by the Washington administration. Washington and Hamilton viewed resistance to federal laws in Pennsylvania as particularly embarrassing, since the national capital was then located in the same state. On his own initiative, Hamilton drafted a presidential proclamation denouncing resistance to the excise laws and submitted it to Attorney General Randolph, who toned down some of the language. Washington signed the proclamation on September 15, 1792, and it was published as a broadsheet and printed in many newspapers. Federal tax inspector for western Pennsylvania General John Neville was determined to enforce the excise law. He was a prominent politician and wealthy planter—and also a large scale distiller. He had initially opposed the whiskey tax, but subsequently changed his mind, a reversal that angered some western Pennsylvanians. In August 1792, Neville rented a room in Pittsburgh for his tax office, but the landlord turned him out after being threatened with violence by the Mingo Creek Association. From this point on, tax collectors were not the only people targeted in Pennsylvania; those who cooperated with federal tax officials also faced harassment. Anonymous notes and newspaper articles signed by "Tom the Tinker" threatened those who complied with the whiskey tax. Those who failed to heed the warnings might have their barns burned or their stills destroyed. Resistance to the excise tax continued through 1793 in the frontier counties of Appalachia. Opposition remained especially strident in western Pennsylvania. In June, Neville was burned in effigy by a crowd of about 100 people in Washington County. On the night of November 22, 1793, men broke into the home of tax collector Benjamin Wells in Fayette County. Wells was, like Neville, one of the wealthier men in the region. At gunpoint, the intruders forced him to surrender his commission. President Washington offered a reward for the arrest of the assailants, to no avail. In addition to the unrest in Fayette county, on August 9, 1794, 30 men surrounded the house of William McCleery, the local tax collector in Morgantown, Virginia, as retaliation for the new whiskey taxes. McCleery felt threatened enough by the angry mob to disguise himself as a slave, flee from his home and swim across the river to safety. The subsequent three day siege of Morgantown by outsiders and townspeople led state authorities to fear that the events would influence other frontier counties to join the anti tax movement.

Восстание

Сопротивление достигло апогея в 1794 году. В мае того же года федеральный окружной прокурор Уильям Роул выдал повестки в суд более чем 60 производителям спиртных напитков в Пенсильвании, не уплатившим акцизный налог. По действующему тогда закону, получившие эти повестки винокурни были обязаны отправиться в Филадельфию для явки в федеральный суд. Для фермеров на западных рубежах такая поездка была дорогостоящей, отнимала много времени и была им не по средствам. По настоянию Уильяма Финдли, 5 июня 1794 года Конгресс изменил этот закон, разрешив проведение судебных разбирательств по акцизам в местных судах штатов. Но к тому времени федеральный маршал Дэвид Ленокс уже был направлен для вручения повестek, вызывающих неплательщиков в Филадельфию. Генеральный прокурор Уильям Брэдфорд позднее утверждал, что повестки были предназначены для обеспечения соблюдения закона, и правительство на самом деле не планировало проводить судебные процессы в Филадельфии. Время этих событий впоследствии оказалось предметом споров. Финдли был непримиримым политическим противником Гамильтона и утверждал в своей книге о восстании, что министр финансов намеренно спровоцировал его, выдав повестки непосредственно перед смягчением закона. В 1963 году историк Джейкоб Кук, редактор трудов Гамильтона, счел это обвинение «нелепым», назвав его «теория заговора», которая преувеличивала контроль Гамильтона над федеральным правительством. В 1986 году историк Томас Слотчер предположил, что вспышка восстания в этот момент была вызвана «цепочкой иронических совпадений», хотя «вопрос о мотивах всегда остаётся открытым». В 2006 году Уильям Хогеланд, в целом критически оценивающий роль Гамильтона в американской истории, утверждал, что Гамильтон, Брэдфорд и Роул намеренно проводили политику, которая должна была спровоцировать «такое насилие, которое оправдало бы применение федеральных вооружённых сил для подавления». Хогеланд утверждал, что Гамильтон готовился к этому моменту с кризиса в Ньюберге в 1783 году, когда он задумал использовать военную силу для подавления народного сопротивления прямым налогам в том же духе, что и Восстание вискокурщиков. Историк С. Э. Морисон полагал, что Гамильтон в целом стремился обеспечить соблюдение акцизного закона «скорее как меру социальной дисциплины, чем как источник дохода».

The resistance came to a climax in 1794. In May of that year, federal district attorney William Rawle issued subpoenas for more than 60 distillers in Pennsylvania who had not paid the excise tax. Under the law then in effect, distillers who received these writs would be obligated to travel to Philadelphia to appear in federal court. For farmers on the western frontier, such a journey was expensive, time consuming, and beyond their means. At the urging of William Findley, Congress modified this law on June 5, 1794, allowing excise trials to be held in local state courts. But by that time, U. S. marshal David Lenox had already been sent to serve the writs summoning delinquent distillers to Philadelphia. Attorney General William Bradford later maintained that the writs were meant to compel compliance with the law, and that the government did not actually intend to hold trials in Philadelphia. The timing of these events later proved to be controversial. Findley was a bitter political foe of Hamilton, and he maintained in his book on the insurrection that the treasury secretary had deliberately provoked the uprising by issuing the subpoenas just before the law was made less onerous. In 1963, historian Jacob Cooke, an editor of Hamilton's papers, regarded this charge as "preposterous", calling it a "conspiracy thesis" that overstated Hamilton's control of the federal government. In 1986, historian Thomas Slaughter argued that the outbreak of the insurrection at this moment was due to "a string of ironic coincidences", although "the question about motives must always remain". In 2006, William Hogeland, who is generally critical of Hamilton's role in American history, argued that Hamilton, Bradford, and Rawle intentionally pursued a course of action that would provoke "the kind of violence that would justify federal military suppression". Hogeland claimed that Hamilton had been working towards this moment since the Newburgh Crisis in 1783, where he conceived of using military force to crush popular resistance to direct taxation in the same vein as the Whiskey Rebellion. Historian S. E. Morison believed that Hamilton, in general, wished to enforce the excise law "more as a measure of social discipline than as a source of revenue".

Битва при Боуэр-Хилле

Федеральный маршал Леннокс доставил большинство предписаний без происшествий. 15 июля к нему присоединился генерал Невилл, предложивший выступить в качестве его проводника в округе Аллегейни. Вечером того же дня по людям на ферме Миллера, примерно в 16 километрах к югу от Питтсбурга, были произведены предупредительные выстрелы. Невилл вернулся домой, а Леннокс отступил в Питтсбург. 16 июля как минимум 30 ополченцев из Минго-Крик окружили укрепленный дом Невилла на Боуэр-Хилл. Они потребовали сдачи федерального маршала, которого, как они полагали, находили внутри. Невилл ответил выстрелом, смертельно ранившим Оливера Миллера, одного из «мятежников». Мятежники открыли огонь, но не смогли вытеснить Невилла, которому его рабы помогли защитить дом. Мятежники отступили в близлежащий Форт Коуч, чтобы собрать подкрепление. На следующий день мятежники вернулись на Боуэр-Хилл. Их силы увеличились почти до 600 человек, теперь под командованием майора Джеймса Макфарлейна, ветерана Войны за независимость. Невилл также получил подкрепление: 10 солдат армии США из Питтсбурга под командованием майора Абрахама Киркпатрика, шурина Невилла. До прибытия сил мятежников Киркпатрик приказал Невиллу покинуть дом и спрятаться в близлежащем овраге. Дэвид Леннокс и сын генерала Невилла, Пресли Невилл, также вернулись в этот район, но не смогли попасть в дом и были захвачены в плен мятежниками. После нескольких безрезультатных переговоров женщинам и детям разрешили покинуть дом, после чего обе стороны открыли огонь. Примерно через час Макфарлейн объявил о прекращении огня; по некоторым сведениям, из дома был поднят белый флаг. Когда Макфарлейн вышел на открытое место, из дома раздался выстрел, и он упал, смертельно раненый. Возмущенные мятежники подожгли дом, включая помещения для рабов, и Киркпатрик сдался. Количество потерь на Боуэр-Хилл неясно: Макфарлейн и один или два других ополченца были убиты; один солдат армии США, возможно, скончался от ран, полученных в бою. Мятежники отправили солдат армии США восвояси. Киркпатрик, Леннокс и Пресли Невилл были взяты в плен, но позже им удалось бежать.

Federal Marshal Lenox delivered most of the writs without incident. On July 15, he was joined on his rounds by General Neville, who had offered to act as his guide in Allegheny County. That evening, warning shots were fired at the men at the Miller farm, about 10 mile (16 km) south of Pittsburgh. Neville returned home while Lenox retreated to Pittsburgh. On July 16, at least 30 Mingo Creek militiamen surrounded Neville's fortified home of Bower Hill. They demanded the surrender of the federal marshal, whom they believed to be inside. Neville responded by firing a gunshot that mortally wounded Oliver Miller, one of the "rebels". The rebels opened fire but were unable to dislodge Neville, who had his slaves' help to defend the house. The rebels retreated to nearby Couch's Fort to gather reinforcements. The next day, the rebels returned to Bower Hill. Their force had swelled to nearly 600 men, now commanded by Major James McFarlane, a veteran of the Revolutionary War. Neville had also received reinforcements: 10 U. S. Army soldiers from Pittsburgh under the command of Major Abraham Kirkpatrick, Neville's brother in law. Before the rebel force arrived, Kirkpatrick had Neville leave the house and hide in a nearby ravine. David Lenox and General Neville's son Presley Neville also returned to the area, though they could not get into the house and were captured by the rebels. Following some fruitless negotiations, the women and children were allowed to leave the house, and then both sides began firing. After about an hour, McFarlane called a ceasefire; according to some, a white flag had been waved in the house. As McFarlane stepped into the open, a shot rang out from the house, and he fell mortally wounded. The enraged rebels then set fire to the house, including the slave quarters, and Kirkpatrick surrendered. The number of casualties at Bower Hill is unclear; McFarlane and one or two other militiamen were killed; one U. S. soldier may have died from wounds received in the fight. The rebels sent the U. S. soldiers away. Kirkpatrick, Lenox, and Presley Neville were kept as prisoners, but they later escaped.

Марш на Питтсбург

Макфарлейн был похоронен с почестями 18 июля. Его "убийство", как считали повстанцы, еще больше радикализировало сельскую местность. Умеренные, такие как Брэккенридж, с трудом сдерживали население. Появились радикальные лидеры, такие как Дэвид Брэдфорд, призывавшие к вооруженному сопротивлению. 26 июля группа во главе с Брэдфордом ограбила почту США, направлявшуюся из Питтсбурга, надеясь выяснить, кто в городе им противостоит, и обнаружила несколько писем, осуждающих мятежников. Брэдфорд и его сторонники призвали к проведению военного собрания на Брэддокс-Филде, примерно в 13 километрах к востоку от Питтсбурга. 1 августа на Брэддокс-Филде собралось около 7000 человек. Толпа состояла преимущественно из бедных людей, не владевших землей, и большинство из них не имели собственных винокурен. Возмущение акцизом на виски высвободило гнев по поводу других экономических проблем. К этому времени жертвами насилия часто становились состоятельные землевладельцы, не имевшие отношения к налогу на виски. Некоторые из самых радикальных протестующих хотели двинуться на Питтсбург, который они называли "Содомом", разграбить дома богачей и затем сжечь город дотла. Другие предлагали напасть на форт Файет. Звучали похвалы Французской революции и призывы привезти гильотину в Америку. Говорили, что Дэвид Брэдфорд сравнивал себя с Робеспьером, лидером французского периода террора. На Брэддокс-Филде обсуждали провозглашение независимости от Соединенных Штатов и возможность союза с Испанией или Великобританией. Радикалы вывесили специально разработанный флаг, символизирующий их независимость. Флаг имел шесть полос, по одной за каждый округ, представленный на собрании: округа Аллегейни, Бедфорд, Файетт, Вашингтон и Вестморленд штата Пенсильвания, и округ Огайо штата Вирджиния. Жители Питтсбурга помогли предотвратить угрозу, изгнав трех человек, чьи перехваченные письма оскорбили мятежников, и отправив делегацию на Брэддокс-Филд, выразившую поддержку собранию. Брэккенриджу удалось убедить толпу ограничить протест демонстративным маршем по городу. В Питтсбурге были сожжены амбары майора Киркпатрика, но больше никаких действий не последовало.

McFarlane was given a hero's funeral on July 18. His "murder", as the rebels saw it, further radicalized the countryside. Moderates such as Brackenridge were hard pressed to restrain the populace. Radical leaders emerged, such as David Bradford, urging violent resistance. On July 26, a group headed by Bradford robbed the U. S. mail as it left Pittsburgh, hoping to discover who in that town opposed them and finding several letters that condemned the rebels. Bradford and his band called for a military assembly to meet at Braddock's Field, about 8 mile (13 km) east of Pittsburgh. On August 1, about 7,000 people gathered at Braddock's Field. The crowd consisted primarily of poor people who owned no land, and most did not own whiskey stills. The furor over the whiskey excise had unleashed anger about other economic grievances. By this time, the victims of violence were often wealthy property owners who had no connection to the whiskey tax. Some of the most radical protesters wanted to march on Pittsburgh, which they called "Sodom", loot the homes of the wealthy, and then burn the town to the ground. Others wanted to attack Fort Fayette. There was praise for the French Revolution and calls for bringing the guillotine to America. David Bradford, it was said, was comparing himself to Robespierre, a leader of the French Reign of Terror. At Braddock's Field, there was talk of declaring independence from the United States and of joining with Spain or Great Britain. Radicals flew a specially designed flag that proclaimed their independence. The flag had six stripes, one for each county represented at the gathering: the Pennsylvania counties of Allegheny, Bedford, Fayette, Washington, and Westmoreland, and Virginia's Ohio County. Pittsburgh citizens helped to defuse the threat by banishing three men whose intercepted letters had given offense to the rebels, and by sending a delegation to Braddock's Field that expressed support for the gathering. Brackenridge prevailed upon the crowd to limit the protest to a defiant march through the town. In Pittsburgh, Major Kirkpatrick's barns were burned, but nothing else.

Ответ федерального правительства

Президент Вашингтон столкнулся с тем, что казалось вооруженным восстанием в западной Пенсильвании, и действовал осторожно, будучи при этом полон решимости поддерживать государственную власть. Он не хотел вызывать недовольство общественности, поэтому попросил свой кабинет предоставить письменные заключения о том, как справиться с кризисом. Кабинет рекомендовал применение силы, за исключением государственного секретаря Эдмунда Рэндольфа, который призывал к примирению. Вашингтон поступил и так, и эдак: он направил комиссаров для встречи с повстанцами, одновременно формируя армию ополченцев. Вашингтон в частном порядке сомневался в способности комиссаров добиться каких-либо результатов и полагал, что для подавления дальнейшего насилия потребуется военная экспедиция. По этой причине историки порой утверждают, что мирная комиссия была отправлена лишь для видимости, а применение силы никогда не вызывало сомнений. Историки Стэнли Элкинс и Эрик Маккитрик утверждали, что военная экспедиция "сама по себе являлась частью процесса примирения", поскольку демонстрация подавляющей силы снижала вероятность дальнейшего насилия. Тем временем Гамильтон начал публиковать эссе под псевдонимом "Талли" в филадельфийских газетах, осуждая народные волнения в западной Пенсильвании и выступая за военные действия. По всей стране были созданы демократическо-республиканские общества, и Вашингтон и Гамильтон считали, что они являются источником гражданских беспорядков. "Историки до сих пор не пришли к согласию относительно точной роли этих обществ" в восстании из-за акциза на виски, – писал в 2003 году историк Марк Спенсер, – "однако наблюдалось некоторое совпадение между членами этих обществ и участниками восстания". Прежде чем можно было начать призыв войск, Закон о милиции 1792 года требовал, чтобы судья Верховного суда США удостоверил, что правоохранительные органы вышли из-под контроля местных властей. 4 августа 1794 года судья Джеймс Уилсон вынес заключение о том, что в западной Пенсильвании сложилась ситуация восстания. 7 августа Вашингтон издал президентскую прокламацию, в которой с "глубочайшим сожалением" объявил о призыве милиции для подавления восстания. Он потребовал от повстанцев в западной Пенсильвании разойтись к 1 сентября.

President Washington was confronted with what appeared to be an armed insurrection in western Pennsylvania, and he proceeded cautiously while determined to maintain governmental authority. He did not want to alienate public opinion, so he asked his cabinet for written opinions about how to deal with the crisis. The cabinet recommended the use of force, except for Secretary of State Edmund Randolph who urged reconciliation. Washington did both: he sent commissioners to meet with the rebels while raising a militia army. Washington privately doubted that the commissioners could accomplish anything, and believed that a military expedition would be needed to suppress further violence. For this reason, historians have sometimes charged that the peace commission was sent only for the sake of appearances, and that the use of force was never in doubt. Historians Stanley Elkins and Eric McKitrick argued that the military expedition was "itself a part of the reconciliation process", since a show of overwhelming force would make further violence less likely. Meanwhile, Hamilton began publishing essays under the name of "Tully" in Philadelphia newspapers, denouncing mob violence in western Pennsylvania and advocating military action. Democratic Republican Societies had been formed throughout the country, and Washington and Hamilton believed that they were the source of civic unrest. "Historians are not yet agreed on the exact role of the societies" in the Whiskey Rebellion, wrote historian Mark Spencer in 2003, "but there was a degree of overlap between society membership and the Whiskey Rebels". Before troops could be raised, the Militia Act of 1792 required a justice of the United States Supreme Court to certify that law enforcement was beyond the control of local authorities. On August 4, 1794, Justice James Wilson delivered his opinion that western Pennsylvania was in a state of rebellion. On August 7, Washington issued a presidential proclamation announcing, with "the deepest regret", that the militia would be called out to suppress the rebellion. He commanded insurgents in western Pennsylvania to disperse by September 1.

Переговоры

В начале августа 1794 года Вашингтон направил на запад трех комиссаров, все из Пенсильвании: генерального прокурора Уильяма Брэдфорда, судью Джаспера Йейтса Верховного суда Пенсильвании и сенатора Джеймса Росса. Начиная с 21 августа, комиссары встретились с комитетом представителей западных округов, в который входили Брэккенридж и Галлатин. Правительственные уполномоченные заявили комитету, что тот должен единогласно согласиться с отказом от насилия и подчинением законам США, а также провести всенародный референдум для определения поддержки этого решения местным населением. Тем, кто согласится с этими условиями, будет предоставлена амнистия от дальнейшего преследования. Комитет разделился на радикалов и умеренных, и лишь незначительным большинством голосов принял резолюцию о согласии с условиями правительства. Всенародный референдум состоялся 11 сентября и также дал неоднозначные результаты. Некоторые округа подавляющим большинством поддержали подчинение законам США, но оппозиция правительству оставалась сильной в районах, где преобладали бедные и безземельные люди. 24 сентября 1794 года Вашингтон получил от комиссаров рекомендацию, в которой говорилось, что, по их мнению, «гражданской власти необходимо оказать поддержку военной силой для обеспечения надлежащего исполнения законов». 25 сентября Вашингтон издал прокламацию о призыве ополчений из Нью-Джерси, Пенсильвании, Мэриленда и Вирджинии, предупредив, что любой, кто оказывает помощь повстанцам, делает это на свой страх и риск. Для службы в ополчении добровольно поступило относительно немного людей, поэтому для укомплектования рядов был использован призыв. Уклонение от призыва было широко распространено, а попытки призыва привели к протестам и беспорядкам, даже в восточных округах. В трех округах восточной Вирджинии произошли вооруженные столкновения с призывниками. В Мэриленде губернатор Томас Сим Ли направил 800 человек для подавления антипризывных беспорядков в Хагерстауне, где было арестовано около 150 человек. В различных местах были установлены столбы свободы во время набора в ополчение, что вызывало беспокойство у федеральных властей. 11 сентября 1794 года в Карлайле, штат Пенсильвания, был установлен столб свободы. Федерализованное ополчение прибыло в этот город позже в том же месяце и задержало подозреваемых в установке столбов. В ходе этих операций погибли два гражданских лица. 29 сентября безоружного мальчика застрелил офицер, пистолет которого случайно выстрелил. Через два дня солдатом, при оказании сопротивления аресту, был «заколот» до смерти «странствующий человек» (мужчина пытался вырвать винтовку у солдата, с которым столкнулся; возможно, он был членом ирландской рабочей бригады, насчитывающей 500 человек, которая «рыла канал в Скулкилл»; по крайней мере один член этой бригады так яростно протестовал против убийства, что был «взят под стражу»). Президент Вашингтон приказал арестовать двух солдат и передать их гражданским властям. Судья штата постановил, что смерть была случайной, и солдаты были освобождены. Вашингтон покинул Филадельфию (которая в то время была столицей Соединенных Штатов) 30 сентября, чтобы оценить ход военной экспедиции. По пути он отправился в Ридинг, штат Пенсильвания, чтобы встретиться с остальными ополченцами, которых он приказал мобилизовать в Карлайле. 3 октября мы выступили рано утром в сторону Гаррисберга, где прибыли около 12 часов. Около часа дня мы получили информацию о приближении президента, после чего я привел полк в парадный строй, вовремя для его приема, что меня весьма удовлетворило. Затем, будучи приглашенным в его резиденцию, он расспросил об обстоятельствах дела с «странствующим человеком» [инцидент между «странствующим человеком» и «старым солдатом», упомянутый ранее в журнале (стр. 3)], и, казалось, был удовлетворен полученной информацией. Массированная демонстрация силы положила конец протестам без единого выстрела. После подавления восстания Морган командовал остатками армии, которые оставались в Пенсильвании до 1795 года, примерно 1200 ополченцами, одним из которых был Мериуэзер Льюис.

In early August 1794, Washington dispatched three commissioners to the west, all of them Pennsylvanians: Attorney General William Bradford, Justice Jasper Yeates of the Pennsylvania Supreme Court, and Senator James Ross. Beginning on August 21, the commissioners met with a committee of westerners that included Brackenridge and Gallatin. The government commissioners told the committee that it must unanimously agree to renounce violence and submit to U. S. laws and that a popular referendum must be held to determine if the local people supported the decision. Those who agreed to these terms would be given amnesty from further prosecution. The committee was divided between radicals and moderates, and narrowly passed a resolution agreeing to submit to the government's terms. The popular referendum was held on September 11 and also produced mixed results. Some townships overwhelmingly supported submitting to U. S. law, but opposition to the government remained strong in areas where poor and landless people predominated. On September 24, 1794, Washington received a recommendation from the commissioners that in their judgment, "(it was) necessary that the civil authority should be aided by a military force in order to secure a due execution of the laws " On September 25, Washington issued a proclamation summoning the New Jersey, Pennsylvania, Maryland and Virginia militias into service and warned that anyone who aided the insurgents did so at their own peril. Relatively few men volunteered for militia service, so a draft was used to fill out the ranks. Draft evasion was widespread, and conscription efforts resulted in protests and riots, even in eastern areas. Three counties in eastern Virginia were the scenes of armed draft resistance. In Maryland, Governor Thomas Sim Lee sent 800 men to quash an anti draft riot in Hagerstown; about 150 people were arrested. Liberty poles were raised in various places as the militia was recruited, worrying federal officials. A liberty pole was raised in Carlisle, Pennsylvania on September 11, 1794. The federalized militia arrived in that town later that month and rounded up suspected pole raisers. Two civilians were killed in these operations. On September 29, an unarmed boy was shot by an officer whose pistol accidentally fired. Two days later, an "Itinerant Person" was "Bayoneted" to death by a soldier while resisting arrest (the man had tried to wrest the rifle from the soldier he confronted; it is possible he had been a member of a 500 strong Irish work crew nearby who were "digging, a canal into the Sculkill" ; at least one of that work gang's members protested the killing so vigorously that he was "put under guard"). President Washington ordered the arrest of the two soldiers and had them turned over to civilian authorities. A state judge determined that the deaths had been accidental, and the soldiers were released. Washington left Philadelphia (which at that time was the capital of the United States) on September 30 to review the progress of the military expedition. Along the way he traveled to Reading, Pennsylvania on his way to meet up with the rest of the militia he ordered mobilized at Carlisle. blockquote|quote=October 3d Marched early in the morning for Harrisburgh , where we arrived about 12 O'clock. About 1 O'Clock recd. information of the Presidents approach on which, I had the regiment paraded, timely for his reception, & considerably to my satisfaction. Being afterwards invited to his quarters he made enquiry into the circumstances of the man [an incident between an "Itinerant Person" and "an Old Soldier" mentioned earlier in the journal (p. 3)] & seemed satisfied with the information. The massive show of force brought an end to the protests without a shot being fired. After the uprising had been suppressed, Morgan commanded the remnant of the army that remained until 1795 in Pennsylvania, some 1,200 militiamen, one of whom was Meriwether Lewis.

Последствия

Восстание было подавлено, когда федеральная армия в октябре 1794 года двинулась на запад, в западную Пенсильванию. Некоторые из наиболее известных лидеров восстания, такие как Дэвид Брэдфорд, бежали на запад в поисках безопасности. Прошло шесть месяцев, прежде чем обвиняемым был объявлен суд. Большинство были оправданы из-за ошибочной идентификации, недостоверных показаний и отсутствия свидетелей. Двое были приговорены к повешению, см. ниже. Непосредственно перед арестами «до 2000 [повстанцев] скрылись в горах, оказавшись вне досягаемости ополчения». Это стало большим разочарованием для Гамильтона, который надеялся предстать с лидерами повстанцев, такими как Дэвид Брэдфорд, перед судом в Филадельфии и, возможно, увидеть их казненными за измену. Вместо этого, когда ополчение наконец повернуло назад, из всех задержанных подозреваемых для показательного примера было отобрано лишь двадцать. Они были, в лучшем случае, второстепенными участниками восстания, но и они были лучше, чем ничего. Захваченные участники и федеральное ополчение прибыли в Филадельфию в Рождество. Были произведены артиллерийские залпы, и звучали церковные колокола, когда «огромная толпа выстроилась на Брод-стрит, чтобы приветствовать войска и осмеять повстанцев». [Пресли] Невилл сказал, что он «не мог не испытывать к ним жалость». Захваченных повстанцев протащили по Брод-стрит, «униженных, оборванных [и] полуголодных». В других сообщениях говорится об обвинении 24 человек в государственной измене. Большинство обвиняемых избежали захвата, поэтому только десять человек предстали перед федеральным судом по обвинению в измене. Из них только Филип Вигл и Джон Митчелл были признаны виновными. Вигл избил сборщика налогов и сжег его дом; Митчелл был простаком, которого Дэвид Брэдфорд убедил ограбить почту США. Эти двое, единственные, осужденные за измену и приговоренные к смерти через повешение, впоследствии были помилованы президентом Вашингтоном. Суды штата Пенсильвания добились большего успеха в преследовании нарушителей закона, вынеся многочисленные обвинительные приговоры за нападение и беспорядки. В своем седьмом ежегодном обращении к Конгрессу Вашингтон объяснил свое решение помиловать Митчелла и Вигла. Гамильтон и Джон Джей подготовили текст обращения, как и другие, прежде чем Вашингтон внес окончательные правки: «Заблудшие отказались от своих ошибок, – заявил он. – Ибо, хотя я всегда буду считать своим священным долгом твердо и энергично осуществлять конституционные полномочия, которыми я наделен, тем не менее, мне кажется, что соблюдение умеренности и снисходительности во всех государственных делах, в той мере, в какой это допускают национальная справедливость, достоинство и безопасность, не менее соответствует общественному благу, чем моим личным чувствам». Хотя насильственное сопротивление налогу на виски прекратилось, политическое сопротивление налогу продолжалось. Противники внутренних налогов объединились вокруг кандидатуры Томаса Джефферсона и помогли ему победить президента Джона Адамса на выборах 1800 года. К 1802 году Конгресс отменил акциз на дистиллированные спиртные напитки и все другие внутренние федеральные налоги. До войны 1812 года федеральное правительство полагалось исключительно на импортные тарифы для получения доходов, которые быстро росли по мере расширения внешней торговли страны.

The insurrection collapsed as the federal army marched west into western Pennsylvania in October 1794. Some of the most prominent leaders of the insurrection, such as David Bradford, fled westward to safety. It took six months for those who were charged to be tried. Most were acquitted due to mistaken identity, unreliable testimony and lack of witnesses. Two were sentenced to hang, see below. Immediately before the arrests " as many as 2,000 of [the rebels] had fled into the mountains, beyond the reach of the militia. It was a great disappointment to Hamilton, who had hoped to bring rebel leaders such as David Bradford to trial in Philadelphia and possibly see them hanged for treason. Instead, when the militia at last turned back, out of all the suspects they had seized a mere twenty were selected to serve as examples, They were at worst bit players in the uprising, but they were better than nothing." The captured participants and the Federal militia arrived in Philadelphia on Christmas Day. Some artillery was fired and church bells were heard as " a huge throng lined Broad Street to cheer the troops and mock the rebels [Presley] Neville said he 'could not help feeling sorry for them. The captured rebels were paraded down Broad Street being 'humiliated, bedraggled, [and] half starved ' "

Other accounts describe the indictment of 24 men for high treason. Most of the accused had eluded capture, so only ten men stood trial for treason in federal court. Of these, only Philip Wigle and John Mitchell were convicted. Wigle had beaten up a tax collector and burned his house; Mitchell was a simpleton who had been convinced by David Bradford to rob the U. S. mail. These, the only two convicted of treason and sentenced to death by hanging, were later pardoned by President Washington. Pennsylvania state courts were more successful in prosecuting lawbreakers, securing numerous convictions for assault and rioting. In his seventh State of the Union Address, Washington explained his decision to pardon Mitchell and Wigle. Hamilton and John Jay drafted the address, as they had others, before Washington made the final edit:

"The misled have abandoned their errors," he stated. "For though I shall always think it a sacred duty to exercise with firmness and energy the constitutional powers with which I am vested, yet it appears to me no less consistent with the public good than it is with my personal feelings to mingle in the operations of Government every degree of moderation and tenderness which the national justice, dignity, and safety may permit." While violent opposition to the whiskey tax ended, political opposition to the tax continued. Opponents of internal taxes rallied around the candidacy of Thomas Jefferson and helped him defeat President John Adams in the election of 1800. By 1802, Congress repealed the distilled spirits excise tax and all other internal Federal taxes. Until the War of 1812, the Federal government would rely solely on import tariffs for revenue, which quickly grew with the Nation's expanding foreign trade.

Наследие

Подавление Вашингтоном восстания из-за акциза на виски встретило широкое народное одобрение. Этот эпизод продемонстрировал, что новое национальное правительство обладает готовностью и способностью подавлять насильственное сопротивление своим законам. Поэтому администрация Вашингтона рассматривала это как успех, и историки в целом согласны с этой точкой зрения. Однако администрация Вашингтона и ее сторонники обычно умалчивали о том, что акциз на виски оставался сложным в сборе, и многие жители Запада продолжали отказываться платить налог. Эти события способствовали формированию политических партий в Соединенных Штатах, процесс, который уже был в движении. Акциз на виски был отменен после того, как к власти в 1801 году пришла Республиканская партия Томаса Джефферсона, которая выступала против Федералистской партии Гамильтона и Вашингтона. Восстание подняло вопрос о том, какие формы протеста допустимы в соответствии с новой Конституцией. Юрист-историк Кристиан Г. Фриц утверждал, что даже после ратификации Конституции в Соединенных Штатах еще не было достигнуто согласия относительно суверенитета. Федералисты считали, что правительство суверенно, поскольку оно было установлено народом; радикальные протестные действия были допустимы во время Американской революции, но, по их мнению, больше не были законными. Однако повстанцы и их защитники полагали, что Революция установила народ как "коллективного суверена", и народ обладал коллективным правом изменять или оспаривать правительство внеконституционными средствами. Историк Стивен Бойд утверждал, что подавление восстания из-за акциза на виски побудило антифедералистски настроенных жителей Запада, наконец, принять Конституцию и добиваться перемен путем голосования за республиканцев, а не путем сопротивления правительству. Федералисты, в свою очередь, пришли к признанию роли общественности в управлении и перестали оспаривать свободу собраний и право на подачу петиций.

Современные источники

Также смотрите.