Введение

1847 стихотворение и пьеса Петра II Петровича Ньегоша Горный венок - стихотворение и пьеса, написанные князем епископом и поэтом Петром II Петровичем Ньегошем. Ньегош написал "Горный венок" в 1846 году в Цетинье и опубликовал его в следующем году после печати в армянском монастыре в Вене. Это современный эпический роман, написанный в стихах в виде пьесы, таким образом, объединяя три основных способа литературного выражения. Он считается шедевром сербской и черногорской литературы.

Резня

Согласно черногорскому фольклору, резня была совершена в канун Рождества, однако существуют разногласия относительно даты резни, которая простирается от 1702 и 17091711. Главным движущим фактором был епископ Данило Шчепчевич, уроженец Ньегоши, который был избран епископом в 1697 году и посвящен Арсением III Чарноевичем в 1700 году в Секу. Данило собрал вождей и приказал уничтожить "турок-рожденных", которые отказались креститься. Сербский историк Владимир Ćorović утверждает, что действие было направлено Вуком Бориловичем и братьями Мартиновичами, наряду с несколькими бюрократами. На Рождество, перед рассветом, они убили мусульман Цетинье. Тысячи были убиты, но только один из людей епископа был ранен. В последующие дни многие мусульмане были изгнаны из окрестных поселений. Мужчин, женщин и детей убивали.

Идеологические противоречия

Историк Срда Павлович указывает, что "Горный венок" был предметом похвалы и критики, часто используемой для поддержки диаметрально противоположных взглядов. Независимо от их политических целей, идеологических предпочтений или религиозных убеждений, каждое новое поколение южнославянских историков и политиков присваивает работу Ньегоша в надежде найти достаточно цитат, чтобы подтвердить свои собственные взгляды. Майкл Селлс, американский профессор исламской истории и литературы сербского происхождения, разделяет аналогичное мнение, заявив, что стихотворение, обязательное чтение во всех школах в довоенной Югославии, примечательно тем, что оно празднует этническую чистку. По его мнению, он "означает славянских мусульман как убийц Христа и играет значительную роль в этническом конфликте и боснийской войне 1990-х годов", указывая на то, что "Горный венец" запоминается и цитируется радикальными сербскими националистами 1990-х годов. По словам британского еврейского репортера и политического аналитика Тима Иуды, "в "Горном венке" была другая сторона, гораздо более зловещая, чем похвала тирании. Призывая к уничтожению черногорцев, принявших ислам, поэма была также пением этнической чистки. Она помогает объяснить, как формировалось сербское национальное сознание и как идеи национального освобождения неразрывно связаны с убийством вашего соседа и сожжением его деревни". Что касается утверждений о влиянии поэмы на этнические чистки, Павлович утверждает, что достаточно сказать, что в настоящее время около 20% населения Черногории исповедуют ислам, и что черногорцы исламской веры и их социально-культурное наследие были в прошлом и в настоящее время являются неотъемлемой частью общей матрицы черногорского общества, как видно из демографии Черногории. Павлович утверждает, что политик Ньегош пытался осуществить реструктуризацию племенного общества в нацию в соответствии с концепцией национального пробуждения в 19 веке. Павлович предлагает читать "Горный венец" как историю давно ушедшего героического племенного общества, чье изображенное положение дел мало общего с Черногорией времен Ньегоша и не имеет ничего общего с современной Черногорией. Однако "Горный венок" многое говорит о политических, социальных, культурных и экономических условиях в Черногории в начале 19 века, а также о попытках Ньегоша пропагандировать идеи панславизма и иллирийского движения. "Горный венец" является важным литературным достижением и не может рассматриваться исключительно как национальная литература, потому что он затрагивает вопросы, намного более широкие, чем узкие границы черногорского политического и культурного пространства, и, по мнению Павловича, не следует читать его вне контекста времени его создания, ни с точки зрения одной книги.