Dmitry Senyavin

Введение

18/19 века русский военно-морской офицер другие употребления "Сеньявин" и люди с такой же фамилией Русско-турецкая война (178792) Битва при Фидониси Битва при Очакове Битва при Калиакрии Наполеоновские войны Коалиционные войны Вторая экспедиция на архипелаг Действия Каттаро (1806) Действия Курцолы Действия БразафенукаЭскадра вынудила гарнизоны на острове Браза сдаться в 1806 году.

Служба при Ушакове

Сенявин принадлежал к знатной дворянской семье морских капитанов из Калужской губернии, затем присоединился к Черноморскому флоту после его образования в 1783 году и помог построить военно-морскую базу в Севастополе. В 1786 году он командовал пакетной лодкой, находясь на флоте. Русский флот захватил острова Курзола и Лисса, в то время как австрийцы были убеждены сдать им Каттаро. В результате этих операций французам не удалось захватить Ионические острова. Однако плоды деятельности Сенявина были отброшены царем, который в следующем году заключил Тильзитский договор с Наполеоном. Еще до заключения договора вспыхнула новая война с Турцией, и эскадрильи Сенявина было приказано отправиться в Эгейское море, чтобы атаковать Константинополь. Он достиг Дарданелл 24 февраля 1807 года и захватил остров Тенедос в марте. Используя остров в качестве своего оружейного пункта, Сеньявин заблокировал проливы и отрезал поставки в столицу султана. Вопреки ожиданиям, сэр Джон Томас Дакворт, британский адмирал, который только что потерял 281 человека в бою с береговой батареей, отказался присоединиться к своему флоту и отправился в экспедицию в Александрию. Русские должны были сражаться с численно превосходящими их турками в Эгейском море без иностранной поддержки. Блокада Сеньявина их столицы в конечном итоге привела турок к крайностям. После того, как вспыхнули продовольственные беспорядки, султан Селим III был заменен Мустафой IV, который приказал своему флоту нарушить блокаду. Османские корабли столкнулись с эскадрой Сеньявина в битве при Дарданеллах (11 мая) и битве при Афоне (16 июня). Оба сражения были российскими победами и обеспечили господство России в Эгейском море до конца войны.

Лиссабонский инцидент

По сообщениям, Сенявин, получив новость о Тильзитском договоре, заплакал (12 августа). Все его завоевания были утрачены после того, как международная ситуация резко изменилась: Наполеон теперь считался союзником России, а Британия была врагом России. 14 августа он и лорд Коллингвуд неохотно расстались. Через восемь дней большая часть российской эскадры (5 линкоров, 4 фрегата, 4 корвета, 4 брига) получила приказ вернуться в Севастополь. Сенявин должен был возглавить оставшийся флот в Балтийском море, где уже загоралась война Финляндии со Швецией. Тенедос был эвакуирован 25 августа, а Сенявин отплыл с Корфу 19 сентября. Хотя он планировал отправиться непосредственно в Санкт-Петербург, штормовая погода заставила его войти в реку Тежу и бросить якорь в Лиссабоне 30 октября. В течение нескольких дней Иоанн VI Португальский бежал в португальскую колонию Бразилии, а Королевский флот блокадовал Лиссабон, перехватив русский шлюп как вражеское судно: была объявлена англо-русская война. В ноябре французские войска под командованием Жана Андоша Жуно захватили португальскую столицу, и Сеньявин оказался в ловушке между двумя враждующими державами. В сложной ситуации Сенявин отличился как опытный дипломат и сумел спасти свои корабли от разрушения. Услышав о его беде, Наполеон вымог у царя привилегию отдавать приказы Сенявину через российское посольство в Париже. Он немедленно потребовал заменить британских офицеров, служащих в эскадрилье Сеньявина, французами или немцами и посоветовал Сеньявину обменять несколько кораблей с Джунотом. Русский адмирал вежливо проигнорировал приказы Наполеона, не имея намерения рисковать жизнью своих морских пехотинцев в бессмысленной войне против бывших друзей, и, следовательно, исповедовал свой нейтралитет. В июле 1808 года суда Сеньявина, все еще блокированные в Лиссабоне Королевским флотом, неоднократно посещались Джуно и генералом Келлерманом, которые призывали его помочь им в военных операциях против португальцев и испанцев. Сенявин ответил, что царь не разрешил ему воевать с народами, с которыми его страна не воюет, и ни обещания, ни угрозы не заставили бы его изменить свое мнение. В августе французы были побеждены Артуром Уэлсли в битве при Вимейро и были вынуждены покинуть Португалию. Семь линейных кораблей и один фрегат Сеньявина оказались лицом к лицу с 15 британскими линейными кораблями и 10 фрегатами, а также с португальской береговой артиллерией. Они могли легко уничтожить русскую эскадрилью, если бы Сенявин отказался сдаться. Однако русский адмирал сохранял нейтралитет, угрожая взорвать корабли и поджечь Лиссабон в случае нападения. Наконец, был подписан договор с британским адмиралом сэром Чарльзом Коттоном, согласно которому российская эскадра должна была сопровождаться Королевским флотом в Лондон без снижения своих знаков. Кроме того, Сенявин должен был взять на себя верховное командование совместным англо-русским флотом (как старший офицер двух), в то время как два русских корабля (Рафаэль и Ярослав) должны были остаться в Лиссабоне для ремонта. 31 августа эскадра Сеньявина вышла из Португалии в Портсмут. 27 сентября британское адмиралтейство было проинформировано, что вражеские суда зашли в британскую гавань с поднятыми флагами, как будто в мирное время. Лорд-мэр Лондона заявил, что конгресс не был достойным престижа Британии, и многие в Адмиралтействе разделяли его мнение. Поэтому русский флот был задержан в Портсмуте под различными предлогами до зимы, когда погодные условия сделали их возвращение в Балтику невозможным. Портсмутские власти настаивали, что если эскадра Сенявина не отплывет в Архангельск, они будут перехвачены шведскими военными. В 1809 году отъезд был еще больше отложен катастрофической экспедицией Вальхерен. Наконец, 5 августа русскому флоту было разрешено покинуть Портсмут в Ригу и прибыть туда 9 сентября 1809 года.

Upon receiving news about the Treaty of Tilsit, Senyavin was reported to have been overcome with tears (12 August). All of his conquests had to be forfeited after the international situation had been reversed dramatically: Napoleon was now considered Russia's ally and Britain was Russia's foe. On 14 August, he and Lord Collingwood reluctantly parted ways. Eight days later, a large part of the Russian squadron (5 battleships, 4 frigates, 4 corvettes, 4 brigs) was ordered to return to Sevastopol. Senyavin was to lead the remaining fleet to the Baltic, where the Finnish War with Sweden was already brewing. Tenedos was evacuated on 25 August and Senyavin set sail from Corfu on 19 September. Although he planned to proceed directly to Saint Petersburg, stormy weather induced him to enter the Tagus River and cast anchor in Lisbon on 30 October. Within several days, John VI of Portugal fled to the Portuguese colony of Brazil and the Royal Navy blockaded Lisbon, intercepting a Russian sloop as an enemy vessel: the Anglo Russian War had been declared. In November, French forces under Jean Andoche Junot overran the Portuguese capital and Senyavin found himself wedged between two warring powers. In the tricky situation, Senyavin distinguished himself as a skilled diplomat and managed to save his ships from destruction. Upon hearing about his plight, Napoleon extorted from the tsar the privilege of giving orders to Senyavin through the Russian embassy in Paris. He immediately demanded to replace British officers serving in Senyavin's squadron with the French or the Germans and advised Senyavin to exchange several ships with Junot. Napoleon's orders were politely ignored by the Russian admiral, who had no intention to risk the lives of his marines in pointless warfare against erstwhile friends and consequently professed his neutrality. In July 1808, Senyavin's ships, still blockaded in Lisbon by the Royal Navy, were repeatedly visited by Junot and General Kellermann, who exhorted him to assist in their military operations against the Portuguese and the Spaniards. Senyavin responded that he had not been authorized by the tsar to fight the peoples his country was not at war with, and neither promises nor threats would make him change his mind. In August, the French were beaten by the Arthur Wellesley at the Battle of Vimeiro and were compelled to leave Portugal. Senyavin's seven ships of the line and one frigate were left face to face with 15 British ships of the line and 10 frigates, in addition to Portuguese coastal artillery. They could have easily annihilated the Russian squadron if Senyavin refused to surrender. The Russian admiral, however, maintained his neutrality, threatening to blow up the ships and set Lisbon ablaze in case of attack. At last, a convention was signed with the British admiral, Sir Charles Cotton, whereby the Russian squadron was to be escorted by the Royal Navy to London without lowering their colors. Moreover, Senyavin was to assume supreme command of the joint Anglo Russian fleet (as the senior officer of the two), while two Russian ships (Rafail and Yaroslav) were to be left in Lisbon for repairs. On 31 August, Senyavin's squadron embarked from Portugal for Portsmouth. On 27 September, the British Admiralty was informed that enemy vessels had cast anchor in a British harbour, with their flags streaming, as if in times of peace. The Lord Mayor of London declared the convention disreputable for Britain's prestige, and many in the Admiralty shared his opinion. The Russian fleet was therefore detained in Portsmouth under various pretexts until winter, when the weather made their return to the Baltic impossible. The Portsmouth authorities insisted that unless Senyavin's squadron sailed to Arkhangelsk, they would be intercepted by Swedish men of war. In 1809, the departure was further delayed by the disastrous Walcheren Expedition. At long last, on 5 August, the Russian fleet was allowed to leave Portsmouth for Riga and arrived there on 9 September 1809.

Падение в немилость и поздняя карьера

Неспособность Сенявина повиноваться царю и его действия во время путешествия привели к тому, что он больше не работал на море, а также был опозорен при императорском дворе по возвращении. Во время вторжения Наполеона в Россию он вновь управлял мирным портом Реваль и не имел возможности принимать участие в военных действиях, несмотря на его регулярные просьбы позволить ему собрать ополчение в своей родной провинции. Хотя в следующем году он ушёл на пенсию, имя Сенявина оставалось настолько популярным в военно-морском флоте, что декабристы планировали сделать его членом Временного правительства после организации дворцовой революции. Когда в 1821 году вспыхнула война за независимость Греции, греческие повстанцы попросили царя послать им на помощь "известного Сеньявина", но их просьба была отклонена. Только после смерти Александра I в 1825 году Сенявин был призван на активную службу. В то время как Россия готовилась возобновить военные действия против Турции, Николай I отзывал его на службу в 1826-1829 годах, когда он был назначен командующим Балтийским флотом. В следующем году он был повышен до полного адмирала и сопровождал эскадрилью Логина Гейдена, направлявшуюся в Средиземное море, где объединенные англо-франко-русские силы одержат великую победу в Наварино. Дмитрий Сенявин умер три года спустя и был похоронен с большой помпой в присутствии царя в Александровской Невской Лавре. В имперском и советском флотах было несколько кораблей, названных его именем, в частности, судно, используемое для трехлетней экспедиции, заказанной Николаем I в 1826 году. Его имя до сих пор помнят на Сенявинских островах в Океании и на мысах Аляски и Сахалина.