Введение

Письма мертвого человека (рус. Письма от мертвого человека), также известный как Письма от мертвого человека, - советский пост-апокалиптический драматический фильм 1986 года, режиссёром и сценаристом которого является Константин Лопушанский. Он написал его вместе с Вячеславом Рыбаковым и Борисом Стругацким. Это его режиссерский дебют. Фильм был показан в рамках Международной недели критики Каннского кинофестиваля в 1987 году и получил премию FIPRESCI на 35-м Международном кинофестивале Мангейма в Гейдельберге. После ядерного апокалипсиса группа людей вынуждена жить под землей в бункерах. Они не могут выходить из своих жилищ без защитной одежды и противогазов. Они пытаются найти надежду в тревожном новом мире. Среди них учитель истории, который пытается связаться с пропавшим сыном по письмам.

Сюжет

Действие фильма происходит в городе после ядерной войны; город разрушен и загрязнен радиоактивными элементами. Главный герой, профессор Ларсен, которого играет Ролан Быков, является лауреатом Нобелевской премии по физике, который живет в подвале музея вместе со своей больной женой и несколькими другими людьми, которые раньше работали в музее. Он часто пишет письма своему сыну Эрику, хотя не может связаться с ним. Ларсен считает, что война закончилась и что больше выживших людей существует за пределами центрального бункера, но никто не верит его теориям. Ларсен посещает приют, где нынешняя опекунка выживших детей объясняет, что она думает об эвакуации в центральный бункер, хотя, возможно, придется оставить детей, так как они, вероятно, не будут допущены, поскольку они больны, к неодобрению Ларсена. Ларсену сообщили, что ему также могут отказать в входе в центральный бункер из-за его преклонного возраста. Со здоровьем жены Ларсен пробирается мимо нескольких солдат во время комендантского часа и пытается найти лекарство для жены, спасаясь от военного налета. Однако, когда он возвращается в подвал музея, он обнаруживает, что его жена умерла. Другие сотрудники музея похоронили ее тело. В одном из писем Эрику Ларсен рассказывает мрачную юмористическую историю о том, как кто-то не смог предотвратить ядерную войну. По его словам, оператору из центра электроники удалось отменить первый запуск ракеты (что произошло из-за ошибки компьютера), но он не смог вовремя добраться до компьютера, чтобы прервать запуск, так как его замедлила чашка кофе в руках. Оператор в ответ повесился. Ларсен отправляется в центральный бункер, чтобы найти Эрика. После проникновения в медицинское учреждение, он входит в детское отделение, только чтобы найти всех больных детей, раненых и кричащих от мук, к ужасу Ларсена. Вернувшись в подвал музея, он обнаруживает, что сотрудник музея собирается убить его, поскольку он думает, что история человечества закончилась, и что человечество было обречено с самого начала. Затем он покидает группу, ложится в могилу и застреляется, к ужасу своего сына. Позже, спасая книги из затопленной библиотеки, Ларсен разговаривает с человеком, который не согласен с его теорией о том, что есть надежда для человечества, ссылаясь на то, что Иисус сказал, что человечество обречено. Ларсен посещает приют, где он узнает, что детям было отказано во входе в центральный бункер. Ухоженная оставляет детей Ларсену, чтобы она сама эвакуировалась в центральный бункер. Остальные сотрудники музея также эвакуируются в центральный бункер, хотя Ларсен остается, чтобы присматривать за детьми (предполагается, что они единственные люди, оставшиеся в городе). В Рождество Ларсен создает импровизированную рождественскую елку из палок и свечей, в то время как дети разрабатывают рождественские украшения, чтобы украсить ее. В своем последнем письме Эрику Ларсен пишет, что наконец-то нашел цель в жизни и что он надеется, что его сын не оставит его в одиночестве в мире. Окончательная сцена рассказывается одним из детей, за которыми ухаживал Ларсен, который объясняет, что Ларсен умер через некоторое время. На смертном одре он сказал детям покинуть музей и найти другое место, куда они могли бы пойти, пока у них есть силы, по-прежнему веря, что жизнь существует в другом месте. Фильм заканчивается тем, что дети вместе бродят по апокалиптическому пейзажу, их судьбы неизвестны.

Темы

Из-за нагретого климата между Северной Америкой и Россией во время событий холодной войны многие критики считают, что "Письма мертвеца" - это ответ на американские фильмы, такие как "Военные игры" и "День после", в которых обсуждается их взгляд на гонку ядерного вооружения. TBS купила права на показ "Письма мертвеца", решив показать его вместе с "Америкой", двенадцатичасовым мини-сериалом ABC о том, какими будут Соединенные Штаты в качестве советского спутникового государства. Очень многое зависит от таких тем, как война, неопределенность и горе, а также американцы, вовлеченные в войну, переплетаются в дизайне производства Елены Амшинской и Виктора Иванова. Использование оборонного оборудования в фильме, включая противогазы и укрытие, делает его изображение пост-ядерного режима жутким зеркальным образом советской программы.

Производство

Примерно в то время, когда фильм начал выпускаться, было общеизвестно, что в России была строгая политика цензуры после смерти Сталина, в результате чего в течение трех лет Лопушанский и его команда ждали различных переписей, возможно, в основном из-за участия Вячеслава Рыбакова в антисоветской литературе и стычках с КГБ. Однако в середине-конце 80-х годов цензура начала ослабевать в отношении обсуждения чувствительных тем, касающихся текущих или предыдущих событий в истории России, поэтому продюсеры и киностудии стали более снисходительными к тому, что показывалось в кинотеатрах. Горбачев установил политику, позволяющую более открыто обсуждать ранее чувствительные политические вопросы, что позволяет хорошо связанным скептикам гражданской обороны популяризировать свои взгляды. Покровительство историка Анатолия Громыко, члена Академии наук СССР и сына советского министра иностранных дел Андрея Громыко позволило в 1986 году произвести в Ленфильме первое изображение последствий ядерной войны в советском кино. До начала производства этого фильма и его короткометражного "Соло" Лопуньшанский работал учеником Тарковского, а позже работал ассистентом по производству его фильма "Сталкер" 1979 года. Учения Тарковского оказали огромное влияние на режиссуру Лопушанского, а также на многие аспекты фильма, начиная от декораций, кинематографии и характерного медленного, но потустороннего темпа. В интервью 2017 года с Indie Cinema Лопушанский заявляет: "Я заметил, что его лекции, на самом деле, не о определенных профессиональных навыках, а более философские, о понимании сущности искусства, его сущности". Это видно из жестокого реализма фильма и постоянного чувства безнадежности и путаницы, чувства, разделяемые различными членами съемочной группы. Использование монохромной окраски на пленке напоминает зеленоватый оттенок, который можно увидеть в различных сценах в "Сталкере", чтобы придать фильму более предчувственную атмосферу.

Прием

В 1989 году газета The New York Times опубликовала несколько положительный отзыв о фильме. Похвалив фильм за его жестокий реализм и потрясающий декоративный дизайн, но обнаружил, что фильм был несколько отклонен из-за его извилистого движения в определенных сценах, заявив, что "несмотря на его технические достоинства, кажется слишком искусственным, чтобы действительно убедить, не говоря уже о глубоком движении. Однако, лишив идеологического блеска видения окончательного бедствия, г-ну Лопушинскому удается создать культурный артефакт, который делает призрак самого ужасного возможного события общим для обеих сторон разделения сверхдержав".