Живая история и историческая реконструкция: от аутентичности к идеологии.

Введение

Историческая реконструкция – термин, применяемый к участникам исторических реконструкций.

Живая история – это деятельность, включающая в себя исторические инструменты, занятия и одежду в интерактивное представление, стремящееся дать наблюдателям и участникам ощущение переноса во времени. Хотя она не обязательно направлена на воссоздание конкретного исторического события, живая история схожа с исторической реконструкцией и иногда включает в себя её элементы. Живая история является образовательным инструментом, используемым музеями живой истории, историческими объектами, специалистами по интерпретации наследия, школами и группами исторических реконструкторов для обучения публики или членов этих групп в конкретных областях истории, таких как стили одежды, развлечения и ремесла, или же просто для передачи ощущения повседневной жизни определенной исторической эпохи.

Предыстория

Подход живой истории к достижению подлинности заключается не столько в воссоздании конкретного события по заранее написанному сценарию, как в других видах реконструкции. Скорее, это погружение участников в определенную эпоху, чтобы уловить, в понимании Вальтера Беньямина, "духовное послание, выраженное в каждом памятнике и в каждом месте посредством собственного "следа" и "ауры", даже в эпоху механического воспроизводства. Ранний пример духовной и футуристической стороны живой истории можно найти в книге Гидо фон Листа «Восстановление Карнунта» (1900), где предлагалось восстановить римский военный лагерь Карнунт под Веной в качестве своеобразного парка развлечений (сравните с «Миром Дикого Запада»). Сам Лист, придерживавшийся правых неоязыческих взглядов, попросил своих сотрудников – управляющих, официантов и рейнджеров – носить историческую одежду. Он также предложил переодевать всех посетителей в костюмы и разработал ритуалы для обозначения статуса "в игре" и "вне игры", чтобы усилить эффект погружения. Например, роль одежды остается актуальной и сегодня. Существуют исключения, такие как Сайлорс Крик и Геттисберг, где соблюдается строгий контроль и высокие стандарты безопасности, а также точность исторических деталей. В Германии средневековая реконструкция обычно ассоциируется с живой историей, а также с ярмарками и фестивалями эпохи Возрождения, которые проводятся во многих городах. Примерами являются праздник Петра и Павла в Бреттен, Ландсхутская свадьба или рыцарский турнир в замке Кальтенберг. Большинство групп боевой реконструкции специализируются на воссоздании сражений, некоторые из которых стали замкнутыми из-за чрезмерного внимания к аутентичности. Мероприятия с профессиональной группой реконструкции «Ульфхеднар» вызвали споры в немецкой археологии. Немецко-польская группа живой истории получила поддержку крупных музеев и ученых и с 2000 года во многом сформировала представление о ранней истории в Германии и во всем мире. Среди прочего, была опубликована статья с программным названием «Под вязаной свастикой: германская живая история и правые влияния». Этот вид "вторичной" живой истории также является частью западногерманского фольклора и стремится к высокой степени аутентичности.

Living history's approach to gain authenticity is less about replaying a certain event according to a planned script as in other reenactment fields. It is more about an immersion of players in a certain era, to catch, in the sense of Walter Benjamin the "spiritual message expressed in every monument's and every site's own 'trace' and 'aura, even in the Age of Mechanical Reproduction. An early example of the spiritual and futuristic side of living history can be found in Guido von List's book Der Wiederaufbau von Carnuntum (1900), which suggested rebuilding the Roman Carnuntum military camp in Vienna's neighborhood as a sort of amusement park (compare Westworld). List, himself a right wing neopagan, asked his staff of landlords, waiters and rangers to be dressed in historical gear. He also asked to have any visitors re dressed in costumes and described rituals to signify "in game" and "out game" status to enhance the immersion experience. E. g. the role of the garment is of interest till today. There are exceptions, such as Saylors Creek, Gettysburg. These are highly controlled with exacting safety standards, as well as exacting historical truths. In Germany, medieval reenactment is usually associated with living history and renaissance fairs and festivals, which are found in many cities. One such example is the Peter and Paul festival in Bretten. the Landshut Wedding or the Schloss Kaltenberg knights tournament. The majority of combat reenactment groups are battlefield reenactment groups, some of which have become isolated due to a strong focus on authenticity. Events with the professional reenactment group Ulfhednar lead to a controversy in German archaeology. The German Polish living history group was supported by large museums and scholars, and since 2000 has largely coined the image of early history in Germany and worldwide. Among others, a paper with the programmatic title Under the crocheted Swastika, Germanic Living History and rightwing affects
That sort of "second hand" living history is also part of western German folklore and attempts a high level of authenticity.

Деятельность

Деятельность может ограничиваться ношением костюмов соответствующей эпохи и объяснением исторических фактов, либо в образе исторической личности (также известное как интерпретация от первого лица), либо вне образа (также известное как интерпретация от третьего лица). Хотя многие музеи позволяют своим сотрудникам переходить из одного образа в другой, чтобы лучше отвечать на вопросы посетителей, некоторые настаивают на постоянном пребывании в образе. Воссоздание живой истории часто включает демонстрацию повседневных занятий, таких как приготовление пищи, уборка, оказание медицинской помощи или демонстрация определенных навыков и ремесел. В зависимости от воссоздаваемого исторического периода, это могут быть прядение, шитье, ткачество на ткацком станке, ткачество на картах, ткачество поясов, гобеленочное ткачество, крашение тканей, плетение корзин, изготовление веревок, обработка кожи, изготовление обуви, металлообработка, стеклодувное дело, деревообработка или другие ремесла. Для выявления подлинных техник и воссоздания точных копий инструментов и оборудования часто проводятся обширные исследования.

Презентация

Группы исторических реконструкций часто пытаются организовать подобные демонстрации в лагере или на выставочной площадке во время мероприятия, выделяя отдельную зону для боевых реконструкций. Некоторые из этих экспозиций могут проводиться от лица персонажей, представляя типичную повседневную жизнь, в то время как другие специально организуются для просвещения публики и поэтому могут включать акцент на ремеслах или других обыденных занятиях, которые удобно демонстрировать и интересно наблюдать, и которые могут объясняться вне роли. В 1990-х годах группы реконструкторов, в основном посвященные Гражданской войне в США, начали проявлять интерес к такому стилю интерпретации и стали использовать его на своих реконструкциях.

В образовании

Как писал Дэвид Телен, многие американцы используют прошлое в своей повседневной жизни, одновременно испытывая разное степень недоверия и отстраненности к школе – месту, где они часто сталкиваются с историей. Живая история может служить инструментом для преодоления разрыва между школьным образованием и повседневной жизнью, помогая людям изучать исторические темы. Живая история – это не просто объективный пересказ исторических фактов. Ее ценность заключается скорее в том, чтобы дать посетителям почувствовать образ жизни определенной эпохи, чем в точном воссоздании событий в мельчайших деталях. Многие факторы способствуют созданию обстановки, в которой посетители исторических мест могут стать активными участниками своего исторического образования. Два наиболее важных из них – материальная культура и интерпретаторы. Материальная культура не только погружает аудиторию во времени и месте действия, но и служит отправной точкой для обсуждения. "Интерпретаторы" – это люди, воплощающие исторические фигуры на объектах живой истории. Их задача – осмыслить исторические исследования, проведенные на этих объектах, и определить, какое значение они имеют. Эти смыслы часто представляют собой сочетание фактов и фольклора. Фольклор является важной частью живой истории, поскольку он предлагает истории, с которыми посетители могут себя соотнести. Будь то интерпретатор, воплощающий личную историю человека из прошлого, или обсуждающий суеверия того времени, эти рассказы позволяют аудитории видеть исторических личностей не просто как имена на страницах книг, а как реальных людей. Однако фольклор – это не только истории. Предметы, такие как куклы или одежда ручной работы, считаются «народными артефактами» и относятся к «материальной культуре». Люди могут участвовать в живой истории как в форме практического обучения, делая открытия самостоятельно, а не читая об опыте других. Живая история также может дополнять и расширять формальное образование. Сотрудничество между профессиональными историками, работающими на объектах живой истории, и учителями может привести к повышению интереса к изучению истории на всех уровнях образования. Многие объекты живой истории заявляют о своей приверженности образованию в своих миссиях. Например, девиз Colonial Williamsburg, «Дабы будущее училось у прошлого», подчеркивает стремление объекта к просвещению общественности, как и раздел веб-сайта, созданный специально для помощи учителям в проведении занятий по истории поселения. Некоторые преподаватели, такие как Джеймс Перкоко в своей старшей школе в Спрингфилде, штат Вирджиния, решили интегрировать публичную историю в свои учебные программы. С 1991 года Перкоко руководит курсом «Прикладная история», в рамках которого его студенты посвятили более 20 000 часов работы различным учреждениям публичной истории. Формальное образование может помочь посетителям интерпретировать увиденное на объектах живой истории. Предоставляя структурированный подход к изучению живой истории, а также вопросы для размышления во время посещения, формальное образование может обогатить опыт, так же как и живая история может обогатить обучение в классе. Некоторые музеи, такие как Middelaldercentret в Дании или Нидерландский музей под открытым небом в Нидерландах, предлагают живую историю школьникам как часть их образовательной программы.

As David Thelen has written, many Americans use the past in their daily lives, while simultaneously viewing the place where they often encounter history – the school – with varying levels of distrust and disconnectedness. Living history can be a tool used to bridge the gap between school and daily life to educate people on historical topics. Living history is not solely an objective retelling of historical facts. Its importance lies more in presenting visitors with a sense of a way of life, than in recreating exact events, accurate in every detail. Many factors contribute to creating a setting in which visitors to living history sites can become active participants in their historical education. Two of the most important are the material culture and the interpreters. Material culture both grounds the audience in the time and place being portrayed, and provides a jumping off point for conversation. "Interpreters" are the individuals who embody historical figures at living history sites. It is their responsibility to take the historical research that has been done on the sites and decide what meaning it has. These meanings are often a melding of fact and folklore. Folklore is an important aspect of living histories because it provides stories which visitors relate to. Whether it is an interpreter embodying a past individual's personal story or discussing a superstition of the time, these accounts allow the audience to see these past figures not as names on a page, but as actual people. However, folklore is also more than stories. Objects, such as dolls or handmade clothing among others, are considered "folk artifacts", which are grouped under the heading of "material culture". Individuals can participate in living histories as a type of experiential learning in which they make discoveries firsthand, rather than reading about the experience of others. Living history can also be used to supplement and extend formal education. Collaborations between professional historians who work at living history sites and teachers can lead to greater enthusiasm about studying history at all grade levels. Many living history sites profess a dedication to education within their mission statements. For instance, the motto of Colonial Williamsburg, "That the Future May Learn from the Past", proclaims the site's commitment to public edification, as does the portion of the website created for the sole purpose of aiding teachers in instruction on the village. Certain educators, such as James Percoco in his Springfield, Virginia high school class, have chosen to integrate public history into their curricula. Since 1991, Percoco has led a class entitled "Applied History", in which his students have contributed over 20,000 hours of service to various public history institutions. Formal education can help visitors interpret what they see at living history sites. By providing a structured way of looking at living histories, as well as questions to think about during visits, formal education can enrich the experience, just as living histories can enrich learning in the classroom. Some museums such as Middelaldercentret in Denmark or the Netherlands Open Air Museum in the Netherlands provide living history for school children as a part of their education.