Harry N. Routzohn

Введение

Американский политик Гарри Нельсон Рутзон (4 ноября 1881 - 14 апреля 1953) был адвокатом, юристом и членом Палаты представителей Соединенных Штатов от штата Огайо в течение одного срока с 1939 по 1941 год.

Биография

Роутзон родился в Дейтоне, штат Огайо, сын Генри и Мэри Рутзон. Генри был грузоотправителем из Мэриленда. Гарри Рутзон учился в общественных школах Дейтона. Он год учился в кузнечном деле, а затем стал приставным в суде по общим делам округа Монтгомери, штат Огайо. Около 1902 года Гарри Нельсон Рутзон женился на Лауре Элеоноре Пук; у них было четверо детей. Он изучал право и был принят в коллегию адвокатов в 1904 году, работая в Дейтоне. В 1902 году Гарри Рутзон был одним из основателей гуманного общества Дейтона, второй по возрасту гуманной организации в Огайо и одной из старейших в стране. Он служил в управляющем совете с Байроном Б. Харланом и другими видными Дейтонянами. Гарри Рутзон стал помощником окружного прокурора округа Монтгомери в 1906 году, прослужив три года. В 1917 году он стал судьей по наследству, в этой должности он проработал двенадцать лет до 1929 года. В период пребывания в суде преподавал право в Университете Дейтона с 1923 по 1930 год. Рутцон был капитаном в офицерском резервном корпусе с 1925 по 1935 год. Он был делегатом на республиканских национальных съездах в 1928 и 1932 годах. В 1928 году он порвал с делегацией Огайо, которая объявила перед конгрессом о своем намерении поддержать любимого сына сенатора Фрэнка Б. Уиллиса из Огайо. Рутзон объявил, что начнет движение в пользу Герберта Гувера в третьем округе Огайо на том основании, что Государственный комитет узурпировал власть, одобрив Уиллиса, исключив всех остальных. В 1930 году он был назначен помощником окружного прокурора США президентом Гувером и служил до избрания Рузвельта в 1932 году. После 1932 года он вернулся в частную практику и стал помощником адвоката Братства плотников Американской федерации труда (AFL).

Конгресс

В 1938 году он был избран в качестве республиканца от третьего избирательного округа Огайо в Семидесяти шестой Конгресс. Он был тесно связан с изоляционистским консервативным крылом Республиканской партии и был надежным голосом против законодательства о Новом Соглашении. Он проголосовал против отмены эмбарго на оружие в соответствии с Законом о нейтралитете, даже когда вспышка военных действий в Европе приближалась летом 1939 года, и против Закона о выборочной службе в 1940 году. Он проголосовал против законопроекта о пенсии по старости Таунсенда и за закон Хэтча 1939 года, ограничивающий участие государственных служащих в политической деятельности. Рутзон получил наибольшую известность в своей службе в Конгрессе в последний год своего срока. С 1935 года AFL обвиняла Национальный совет по трудовым отношениям в том, что он был про-CIO, а CIO протестовала против решений, благоприятствующих AFL. Критика со стороны бизнеса и рабочей силы вышла на первый план во время серии слушаний, якобы для формирования поправок к закону Вагнера, проведенных представителем Говардом В. Смитом с декабря 1939 года по декабрь 1940 года. Смит, лидер консервативного блока Демократической партии, обвинил NLRB в про-профсоюзных предвзятости. Он также утверждал, что в агентстве доминируют левые и что в него проникли коммунисты. Выбор Гарри Н. Рутцона в комитет рассматривался как баланс комитета из пяти человек и как неизвестное количество, поскольку в качестве первокурсника конгресса у него не было записи голосования по трудовому законодательству. С одной стороны, его симпатии явно лежали с рабочей силой из-за его долгого служения в качестве адвоката AFL, и поэтому считалось маловероятным, что он поддержит поправки, которые ослабят защиту профсоюза Закона Вагнера. С другой стороны, он не проявлял особого сочувствия к методу администрации Рузвельта по решению проблем труда, и, как бывший адвокат AFL, он, вероятно, расследовал обвинения в фаворитизме CIO со стороны совета директоров. Слушания вызывали заголовки новостей каждый раз, когда они проводились. Будущий судья NLRB Фанни М. Бойлс, выпускница юридической школы Техасского университета в 1929 году, была одной из нескольких женщин-адвокатов, призванных давать показания перед Комитетом Смита его генеральным адвокатом Эдмунда М. Толанда. Толанд не любил НЛРБ, и это проявилось в его проверке: Толанд кричал на них. Представитель Рутзон задавал им лично оскорбительные вопросы. Конгрессмен Клэр Юджин Хоффман из Мичигана высмеяла их на площадке Палаты представителей - не в последний раз такие отношения будут проявлены в Конгрессе: Эти девушки, которые выступают в качестве адвокатов по рассмотрению вопросов для Совета, - прекрасные молодые дамы. Но вероятность 99 из 100 что ни один из них никогда не менял подгузники, не вешал белье или не пекал хлеб. Ни у кого из них нет юридического или промышленного опыта, чтобы квалифицировать ее для работы, которую они пытаются сделать, и все же они здесь - в конце концов - хорошо выглядящие, умные, как они могут быть, и хорошо ухоженные все они, пишут мнения, от которых зависят рабочие места сотен тысяч людей и от которых может зависеть успех или неудача промышленного предприятия, и мы стоим за это. В августе 1940 года, почётный Гарри Н. Рутзон был одним из спикеров на открытии мемориала Уилбура и Орвилла Райтов в Дейтоне. В ноябре 1940 года он потерпел поражение на втором сроке.

In 1938, he was elected as a Republican from Ohio's third congressional district to the Seventy sixth Congress. He was aligned closely with the isolationist, conservative wing of the Republican party and was a reliable vote against New Deal legislation. He voted against lifting the arms embargo of the Neutrality Act even as the outbreak of hostilities in Europe neared in the summer of 1939 and against the Selective Service Act in 1940. He voted against the Townsend Old Age Pension Bill and voted for the Hatch Act of 1939 to restrict participation of government employees in political activities. Routzohn gained the most notoriety of his congressional service in the last year of his term. Since 1935, the AFL had charged that the National Labor Relations Board was pro CIO and the CIO had protested decisions favorable to the AFL. The criticisms of the Board by business and labor came to a head during a series of hearings, ostensibly to shape amendments to the Wagner Act, conducted by Representative Howard W. Smith from December 1939 to December 1940. Smith, a leader of the conservative bloc of the Democratic party, charged the NLRB with a pro union bias. He also claimed the agency was dominated by left wingers and had been infiltrated by Communists. Harry N. Routzohn's selection to the committee was seen as holding the balance of the five man committee and as an unknown quantity, since as a congressional freshman he had no voting record on labor legislation. On the one hand his sympathies clearly lay with labor because of his long service as AFL counsel, and so was thought unlikely to support amendments that would weaken the protection of unionization of the Wagner Act. On the other hand, he had shown little sympathy with the Roosevelt administration's method of dealing with labor problems and, as a former AFL attorney, he was likely to probe charges of CIO favoritism on the part of the board. The hearings generated headlines every time they were convened. Future NLRB Judge Fannie M. Boyls, a 1929 graduate of the University of Texas School of Law, was one of several female Review Section attorneys called to testify before the Smith Committee by its general counsel, Edmund M. Toland. Toland's intense dislike of the NLRB was displayed in his examination: Toland shouted at them. Representative Routzohn asked them personally insulting questions. Congressman Clare Eugene Hoffman of Michigan ridiculed them on the floor of the House—not the last time such attitudes would be exhibited in Congress:

Those girls who are acting as reviewing attorneys for the Board are fine young ladies. but the chances are 99 out of 100 that none of them ever changed a diaper, hung a washing, or baked a loaf of bread. None of them has had any judicial or industrial experience to qualify her for the job they are trying to do, and yet here they are — after all — good looking, intelligent appearing as they may be, and well groomed all of them, writing the opinions on which the jobs of hundreds of thousands of men depend and upon which the success or failure of an industrial enterprise may depend and we stand for it. In August 1940, the Hon. Harry N. Routzohn was one of the speakers at the dedication of Wilbur and Orville Wright Memorial at Dayton. He was defeated for a second term in November 1940.

Позднее карьера и смерть

После службы в Конгрессе он снова возобновил практику права в Дейтоне. Он был президентом Ассоциации адвокатов Дейтона в течение одного срока, 1941-1942. В 1944 году Рутзон поддержал усилия по включению лидера рабочей партии в республиканский билет на пост вице-президента, чтобы "восстановить рабочую силу в партии". Рутзон возглавил специальный комитет, который решил назначить на съезде Уильяма Л. Хатчесона, президента Объединенного братства плотников и плотников Америки и вице-президента AFL. Утверждая, что избрание г-на Хатчесона опровергнет "клевету" о том, что республиканская партия была антирабочей, Рутцон сказал, что Хатчесон будет нести "рядовое руководство" рабочего голоса с ним за республиканцев, и что лидеры AFL окажут свою поддержку, что подрядчики и работодатели, которые имели дело с профсоюзом Хатчесона, поддержат выбор, и что поддержка также будет поступать от руководителей ферм и сельских организаций. "Выбор мистера Хатчесона компенсирует влияние Нового курса в штатах рабочей силы. Это также предоставит нам кандидата в вице-президенты из стран Ближнего Запада", - сказал Рутцон. Однако номинация досталась сенатору Джону У. Брикеру из Огайо. 3 мая 1953 года президент Эйзенхауэр назначил Гарри Н. Рутцона адвокатом труда в Вашингтоне, округ Колумбия. Известный как друг консерватора Роберта Тафта, он должен был стать противовесом министру труда Мартину Патрику Дуркину, демократу и профсоюзному чиновнику, и единственному члену кабинета Эйзенхауэра, который не поддержал избрание Эйзенхауэра. Рутцон был быстро утвержден 5 марта и служил с 6 марта 1953 года. Гарри Рутзон был главным юристом Министерства труда в течение месяца, когда он перенес приступ и был доставлен в Университетскую больницу Джорджа Вашингтона, где он умер пять дней спустя от сердечного приступа. Гарри Нельсон Рутзон был похоронен на кладбище Мемориал Парк, Дейтон, штат Огайо.