John Ogilvie-Grant, 7th Earl of Seafield

Введение

Шотландский дворянин Джон Чарльз Огилви Грант, 7-й граф Сифилд (4 сентября 1815 - 18 февраля 1881), виконт Рейдхейвен с 1840 по 1853 год, был шотландским дворянином. Он был 26-м вождем клана Грантов.

Ранняя жизнь и семья

Джон Чарльз Грант родился 4 сентября 1815 года, третий сын Фрэнсиса Огилви Гранта, 6-го графа Сифилда, и Мэри Энн Данн, дочери Джона Чарльза Данна. В молодости он вступил в Королевский флот в качестве мичмана. Его старшие братья умерли, и он сменил своего отца на посту графа Сифилда в 1853 году. Лорд Сифилд женился на Хон. Кэролайн Стюарт, дочь лорда Блантайра, 12 августа 1850 года. У них был один сын, Ян Чарльз Огилви Грант, 9-й граф Сифилд (1851-1884)

Политическая карьера

Неудачно баллотировавшись на выборы в Палату общин в 1841 году, с 1853 по 1858 год лорд Сифилд сидел в Палате лордов в качестве шотландского представителя. В последнем году он был создан бароном Стратспей из Стратспей в графствах Инвернесса и Морея в пэрстве Соединенного Королевства. Этот титул дал Сифильду автоматическое место в Палате лордов. Он был удостоен почета королевой Викторией в 1879 году, когда он стал рыцарем Thistle. Его друг сэр Уильям Фрейзер отметил, что в парламенте лорд Сифилд не принимал особо заметной роли, его естественная склонность не склоняла его к активным беспорядкам политической жизни, а на сайте Historic Hansard показано появление, но никаких выступлений в Палате лордов. Тем не менее, его можно было бы назвать горячим консерватором и одним из главных сторонников его партии на севере Шотландии. Старейшина Церкви Шотландии, Лорд Сифилд был назначен премьер-министром Лордом Дерби в качестве лорда Верховного комиссара на Генеральной Ассамблее церкви, но он отказался от этой чести. Фрейзер отметил, что: "Когда лорд Сифилд не был в Лондоне, посещая парламент, он жил в одном или другом из трех особняков, которые он содержал на своих обширных владениях. Cullen House был крупнейшим из этих особняков, и он получил от его милосердия богатство улучшения, которое дает ему довольно дворцовый великолепие и внешний вид. Замок Грант был его резиденцией в Стратспей, а Балмакан - семейной резиденцией в Глен-Уркхарте. Возможно, из-за различий в политических взглядах или из-за споров о семье и финансах поместья лорд Сифилд следовал тогдашним юридическим формам, необходимым для распределения его поместья, так что имущество может быть унаследовано не обязательно ближайшим наследником мужского пола, но как это предусмотрено в завещании. Таким образом, он лишил наследства своих братьев, старший из которых в противном случае унаследовал бы наследство после смерти Яна Чарльза, 8-го графа, будучи неженатым и бездетным. После этого в период с 1884 по 1946 год произошла разделение между наследниками семейных почетных званий и владельцами традиционных земель и собственности графства.

Unsuccessful in standing for election to the House of Commons in 1841, from 1853 until 1858 Lord Seafield sat in the House of Lords as a Scottish representative peer. The latter year he was created Baron Strathspey, of Strathspey in the Counties of Inverness and Moray, in the Peerage of the United Kingdom. This title gave Seafield an automatic seat in the House of Lords. He was further honoured by Queen Victoria in 1879 when he was made a Knight of the Thistle. His friend Sir William Fraser recorded that In Parliament Lord Seafield took no very prominent part, his natural disposition not inclining him to the active turmoil of political life, and the website Historic Hansard shows an appearance but no speeches made in the House of Lords. Yet he could be described as a red hot Conservative and one of the chief supporters of his party in the north of Scotland. An ordained elder of the established Church of Scotland, Lord Seafield was nominated by the Prime Minister Lord Derby to represent the monarch as Lord High Commissioner at the General Assembly of the denomination, but he declined the honour. Fraser recorded that:When Lord Seafield was not in London attending Parliament, he resided at one or other of the three mansions which he maintained on his extensive estates. Cullen House was the largest of these mansions, and it received from his Lordship a wealth of improvement which gives it quite a palatial splendour and appearance. Castle Grant was his residence in Strathspey, and Balmacaan is the family residence in Glen Urquhart. Perhaps because of differences of political views or from disputes about family and estate finances, Lord Seafield followed the then legal forms needed to disentail his estates, so that the property might be inherited not necessarily by the nearest male heir but as laid down in a last will and testament. He thus disinherited his brothers, the eldest of whom would otherwise have succeeded on the death of Ian Charles, 8th Earl while unmarried and without children. From this followed a separation, that lasted from 1884 to 1946, between those inheriting the family titles of honour and those in possession of the traditional lands and properties of the Earldom.

Собственный

Оглядываясь назад на 1911 год, лорд Кассилис обобщил цель лорда Сифилда для своих поместьев: он продолжил работу своего отца в осуществлении обширных улучшений поместьев, как в виде новых домов, заправ, дорог, рекультивации пустоши, так и в расширении обширных плантаций, которые сделал покойный граф. Особенно заметным для его современников было развитие лордом Сифильдом сосновых лесов шотландских елок вокруг Грантауна и в приходах Абернети и Дутил, простирающихся на около 40 000 акров к 1884 году. В питомнике в Абернети, как говорят, было три миллиона молодых деревьев. Покровитель Общества фермеров Стратспей, лорд Сифилд, выставлял скот на ежегодной выставке в Грантауне, но, как было сказано, не за призы, так как арендаторы жаловались, что в противном случае не было смысла конкурировать. Лорд Сифилд поручил это. Томас Чарльз Брюс М. П. для надзора за планом по улучшению прибыльности сильно загруженных долгами поместий, которые он унаследовал. В 1864-66 годах эта схема включала перераспределение оставшейся общей земли между сетью небольших пахотных ферм, чьи фермерские дома и офисы будут сданы в аренду вместе с землей; развитие верхних холмов для игровых видов спорта; и дальнейшее профессиональное развитие коммерческого лесоводства. Вместе с спонсорством улучшения коммуникаций через развивающуюся железнодорожную систему и арендой домов в небольших деревнях, эта схема привела к существенному увеличению доходов от недвижимости. На слушаниях в 1883 году в Кингсуси Комиссии Нейпира (Королевской комиссии по расследованию положения крестьян и коттеров в нагорьях и островах) Брюс представлял поместья Сифилд и утверждал, что покойный лорд Сифилд хотел, чтобы никто из его арендаторов не был удален при проведении [улучшений]. Сэр Уильям Фрейзер также заявил в 1884 году, что: "Лорд Сифилд, как и его отец, проявлял горячий интерес к процветанию и счастью своих арендаторов. Ему не нравились изменения в его поместьях. Поэтому владения Сифилда во времена 7-го графа продолжали традицию не применять какую-либо крупную программу очистки или выселения с их земель, хотя это было оспорено министром церкви Шотландии Дутилом, преподобным. Джеймс Бэйн. И лорд Сифилд, и его комиссар, Т. С. Брюс, были директорами железной дороги Инвернесса и Перта, предшественника Высокогорской железной дороги.

Looking back from 1911, Lord Cassilis summarised Lord Seafield's objective for his estates: He continued the work of his father in effecting extensive improvements on the estates, both in the way of new houses, steadings, roads, the reclamation of waste land, and in enlarging the extensive plantations the late earl had made. Particularly noted by his contemporaries was Lord Seafield's development of pine woods of Scotch firs around Grantown and in the parishes of Abernethy and Duthil, extending to some 40,000 acres by 1884. A fir nursery at Abernethy was said to contain three million young trees. Patron of the Strathspey Farmers Society, Lord Seafield exhibited cattle at the annual Show at Grantown but, it was said, not for prizes, as the tenantry complained that otherwise it was of no use competing. Lord Seafield commissioned the Hon. Thomas Charles Bruce M. P. to oversee a plan to improvement the profitability of the heavily indebted estates he had inherited. Carried into effect 1864–66, the scheme involved redistributing remaining common land between a network of small arable farms whose farm houses and offices would be let with the land; developing upper hill land for game sports; and further professional development of commercial forestry. Together with sponsorship of better communications via the developing railway system and the leasing of house sites in small villages, the scheme resulted in estate income being substantially increased. At the 1883 hearings in Kingussie of the Napier Commission (the Royal Commission of Inquiry into the Condition of Crofters and Cottars in the Highlands and Islands) Bruce represented the Seafield Estates and claimed that It was the express wish of the late Lord Seafield that none of his tenants should be removed in carrying out [the improvements]. Sir William Fraser also stated, in 1884, that:Lord Seafield, like his father, took a warm interest in the prosperity and happiness of his tenantry He did not like changes on his estates. The Seafield Estates during the 7th Earl's time therefore continued the tradition of not enforcing any major programme of clearance or eviction from their lands, though this was disputed by the Church of Scotland minister of Duthil, the Rev. James Bain. Both Lord Seafield and his Commissioner, T. C. Bruce, were directors of the Inverness and Perth Junction Railway, a predecessor of The Highland Railway.

Вождь клана

Во время визита в Шотландию в 1877 году Улисса С. Гранта бывший президент был принят лордом Сифильдом в замке Грант и был принят как возвращающийся член клана Гранта. Лорд Сифилд проявил личный интерес к спонсированию и посещению ежегодных Горских игр, проводимых в Касл-Гранте. Он и его семья старались одеваться в полной одежде из Хайлендской провинции. Как иллюстрация его любви к горным институтам, даже к одежде старой Галлии, на этих собраниях лорд Сифилд редко не напоминал своим соотечественникам, как сильно ему не нравилось их появление в современной нижней одежде вместо полного горного костюма. Его светлость и молодой вождь всегда подавали пример клану в этом отношении.

Смерть и мемориал

Лорд Сифилд умер в феврале 1881 года в возрасте 65 лет и был похоронен рядом со своим отцом в мавзолее Сифилда в Дютиле Старая приходская церковь и кладбище, в центре прихода Дютиле, графство Инвернесс. Его наследником стал его сын Ян Чарльз Огилви Грант. Вдова-графница Сифилда умерла в 1911 году. Его похороны, завершившиеся в мавзолее Сифилд на кладбище Дутил, сопровождались флейтистами: скорбящим кланом, оплакивающим своего потерянного вождя. Как Лорд Грант, глава клана, Грандли сам был верным, искренним горцем благородного происхождения. Лорд Стратспей предположил в 1983 году, что со смертью 7-го графа Сифилда эпоха, когда правящая рука Лэрда была готова помочь и руководить его семьей и кланом, подошла к концу. Более беспристрастный сэр Роберт Брюс Локхарт, однако, писал, что вдова лорда Сифилда, графиня-вдова была последней из великих феодальных вождей.