Введение

Принц Таранто и Антиохии XI/XII века; военный лидер Первого крестового похода. Богемонд I Антиохийский (ок. 1058 – ок. 1111 или 7 марта 1111), также известный как Богемонд Тарантский или Богемонд Гаутвиль, был принцем Таранто с 1089 по 1111 год и принцем Антиохии с 1098 по 1111 год. Он был одним из лидеров Первого крестового похода, возглавив отряд норманнов в восточном направлении. Благодаря ранним кампаниям со своим отцом, он хорошо знал Византийскую империю и был самым опытным военачальником в крестовом походе.

Детство и юность

Боэмонд был сыном Роберта Гискара, графа Апулии и Калабрии, и его первой жены, Альберады из Буональберго. Он родился между 1050 и 1058 годами — в 1054 году, согласно историку Джону Джулиусу Норвичу. Его крестили Марком, вероятно, потому что он родился в замке отца в Сан-Марко-Аргентано в Калабрии.

Первый крестовый поход

В 1097 году Боэмонд и его дядя Рожер I Сицилийский осаждали Амальфи, восставший против герцога Рожера, когда отряды крестоносцев начали проходить через Италию в Константинополь. Возможно, Боэмонд присоединился к Первому крестовому походу по религиозным соображениям. Не менее вероятно, что он увидел в Первом крестовом походе шанс приобрести владения на Ближнем Востоке. Лили отмечает, что "второй брак отца Боэмонда лишил его перспектив" в Норманнской Италии. Хотя Боэмонд был известен как воин, его владения в Италии были незначительными. Джеффри Малатерра прямо заявляет, что Боэмонд принял крест с намерением грабить и завоевывать византийские земли. Еще одна причина подозревать его религиозный пыл – предполагаемое посольство, которое Боэмонд отправил к Годфри Буйонскому, влиятельному предводителю крестового похода, с просьбой объединить силы для разграбления Константинополя. Хотя Годфри отклонил его предложение, мысль о захвате Константинополя не покидала Боэмонда, что видно из его последующей попытки захватить Византийскую империю. Он собрал нормандское войско, которое было одним из самых малочисленных крестовых сил – 500 рыцарей и около 2500–3500 пехотинцев, вместе с войском своего племянника Танкреда в 2000 человек. Репутацию нормандской армии как грозной силы составлял их опыт ведения боевых действий на Востоке. Многие нормандцы служили наемниками в Византийской империи. Другие, такие как Боэмонд, имели опыт борьбы с византийцами и мусульманскими группировками на Востоке за пятнадцать лет до этого вместе с Робертом Гвискаром. Боэмонд переправился через Адриатическое море в Константинополь по маршруту, который он пытался проследовать в 1082–1084 годах, когда нападал на Византийскую империю. Он тщательно следил за проявлением должного уважения к Алексию на этом маршруте, в основном удерживая своих солдат от грабежа византийских деревень по пути в Константинополь. Прибыв в Константинополь в апреле 1097 года, он принес присягу верности императору Алексию, которую требовал от всех предводителей крестового похода. Неясно, какие конкретно переговоры вели Боэмонд и Алексий относительно управления Боэмондом частью восточных земель Византийской империи, которые Алексий надеялся вернуть крестоносцам. У Алексия не было оснований доверять Боэмонду настолько, чтобы предоставить ему должность, но он намекнул, что тот может ее получить, доказав свою верность, подобно сводному брату Боэмонда Гаю. Лучший шанс Боэмонда на получение выгодной должности заключался в верности Алексию, что он пытался доказать, пока крестоносцы лагерем расположились вокруг Константинополя. Боэмонд, владевший греческим языком, был посредником между Алексием и предводителями крестового похода. Боэмонд также попытался доказать свою верность, убедив других предводителей крестового похода принести присягу верности Алексию. От Константинополя до Антиохии Боэмонд выделялся среди предводителей Первого крестового похода. Репутация Боэмонда как эффективного стратега и лидера сложилась благодаря его боевому опыту на Балканах, когда он возглавил армию своего отца против императора Алексия (1082–1085). Там Боэмонд ознакомился с различными византийскими и мусульманскими стратегиями, включая тактику окружения, которую использовали турецкие войска во время осады Никеи. Конные лучники окружали крестоносцев, которые не могли ответить оружием ближнего боя. Знакомство Боэмонда с этой восточной стратегией позволило ему быстро адаптироваться, что привело к победам крестоносцев под Антиохией. Дочь императора, Анна Комнина, оставила его портрет в своей "Алексиаде". Она встретила его впервые в четырнадцать лет и, казалось, была им очарована, не оставив подобного портрета ни одному другому князю-крестоносцу. О Боэмонде она написала: "Муж был таков, что, говоря кратко, подобного ему прежде не видели в стране римлян, будь он варваром или греком (ибо он был чудом для глаз, и его репутация была ужасающей). Позвольте мне описать внешность варвара более подробно: он был настолько высок, что превосходил самого высокого почти на локоть, узок в талии и бедрах, с широкими плечами, глубокой грудью и мощными руками. И в целом телосложение его было не слишком стройным и не отягощенным плотью, но идеально пропорциональным и, можно сказать, построенным в соответствии с каноном Поликлета. Кожа по всему телу его была очень белой, и в лице белизна смягчалась румянцем. Волосы его были желтоватыми, но не свисали до пояса, как у других варваров; ибо муж не был чрезмерно тщеславен своими волосами, а стриг их коротко до ушей. Был ли его борода рыжей или какого-либо другого цвета, я не могу сказать, ибо бритва прошла по ней очень близко и оставила поверхность глаже, чем мел. Голубые глаза его указывали как на высокий дух, так и на достоинство; и нос и ноздри его свободно дышали воздухом; грудь его соответствовала его ноздрям и по его ноздрям – ширина его груди. Ибо по его ноздрям природа дала свободный проход высокому духу, который клокотал в его сердце. Определенное очарование окружало этого человека, но оно было несколько омрачено общей атмосферой ужаса. Он был так устроен умом и телом, что и храбрость, и страсть поднимали свои гребни внутри него, и оба склонялись к войне. Ум его был многообразен и коварен и способен найти выход в любой ситуации. В разговоре он был хорошо осведомлен, и ответы его были совершенно неопровержимы. Этот человек, который был такого роста и такого характера, уступал императору лишь в богатстве и красноречии и в других дарах природы". Боэмонд увидел возможность использовать крестовый поход в своих интересах во время осады Антиохии. Когда его племянник Танкред покинул главную армию в Гераклее Кибистре и попытался закрепиться в Киликии, это движение, возможно, уже было задумано как подготовка к восточному княжеству Боэмонда. Боэмонд первым занял позицию перед Антиохией (октябрь 1097 года). В последующей осаде Антиохии он сыграл ключевую роль в сборе припасов, предотвращении попытки Ридвана Алеппского снять осаду с востока и соединении осаждающих на западе с генуэзским флотом, находившимся в порту Святого Симеона. Благодаря его успешным усилиям Боэмонд считался фактическим предводителем осады Антиохии, а не избранным предводителем Стефаном де Блуа, который вскоре покинул осаду, сославшись на болезнь. Боэмонду удалось заключить с Фирузом, одним из командиров городской стены, сделку о прекращении осады Антиохии. Однако он не стал добиваться прекращения осады, пока в мае 1098 года не узнал о приближении Кербоги с армией подкрепления. Тогда он предложил другим предводителям крестового похода, что тот, кто захватит Антиохию, должен возглавить город, как представитель Алексия, Тетиг, покинувший город в феврале 1098 года. Фируз провел отряд Боэмонда на стены Антиохии, позволив нормандским войскам проникнуть и в конечном итоге захватить город. Однако беды крестоносцев на этом не закончились, поскольку Кербога начал свою собственную осаду Антиохии. Боэмонду приписывают авторство общего плана битвы, использованного для победы над Кербогой, по словам Раймунда Агилерского. Испытывая острую нехватку продовольствия и припасов, Боэмонд проявил инициативу, покинув город и атаковав силы Кербоги, что привело к победе крестоносцев. Затем Боэмонд захотел взять Антиохию под свой контроль, но ему пришлось столкнуться с некоторыми проблемами. Раймунд Тулузский, влиятельный предводитель крестового похода, не хотел передавать Антиохию Боэмонду. Раймунд утверждал, что Боэмонд и другие предводители нарушат свою присягу Алексию, которая заключалась в передаче всех завоеванных земель Византийской империи. Боэмонд возразил, что поскольку Алексий не пришел на помощь крестоносцам в Антиохии, присяга больше недействительна. Боэмонд провозгласил себя князем Антиохии, и ни одна латинская крестовая или византийская сила не пришла, чтобы отнять ее у него. Раймунд Тулузский решил передать Антиохию Боэмонду в Януа...