Введение

Американская модель и актриса Пегги Энн Фримен (Peggy Ann Freeman) (31 августа 1945 - 17 мая 1979), известная профессионально как Дониэль Луна, была американской моделью и актрисой, получившей популярность в Западной Европе в конце 1960-х годов. Луна, которую часто называют "первой черной супермоделью", была первой афроамериканской моделью, появившейся на обложке британского издания Vogue в марте 1966 года. Луна сняла несколько андерграундных фильмов с Энди Уорхолом, начиная с 1965 года, и после экспериментального фильма Qui êtes vous, Polly Maggoo? (1966), она появилась в фильме Отто Премингера "Скиду" (1968) и Федерико Феллини "Сатирикон" (1969).

Ранние годы

Дониэль Луна, как она позже стала известна, родилась Пегги Энн Фримен в Детройте, штат Мичиган, в семье родителей из рабочего класса Натаниэля Фримена и Пегги Фримен (урождённая Герцог) в 1945 году. Она была одной из трех дочерей, Лилиан, Пегги Энн и Жозефина. Ее отец переехал в Детройт из Джорджии в рамках Великой миграции. Ее отец, афроамериканского происхождения, работал на заводе Форда, а ее мать, афроамериканского и немецкого происхождения, работала секретарем Христианской ассоциации молодых женщин и получила прозвище "Большая Пегги", чтобы отличить ее от Пегги Энн, которая была "Маленькой Пегги". Родители Луны женились и развелись четыре раза из-за их "жестких характеров" и алкоголизма родственников Натаниэля. Луна и ее сестры имели "финансово стабильное воспитание в районе среднего класса Детройта" на Скоттен-авеню. В детстве отец часто брал её в местные кинотеатры, а летом - в бассейн "Кронк" в Детройте. Она училась в Детройтской средней школе коммерции, где изучала обработку данных, и в Технической средней школе Касса, где изучала журналистику, исполнительское искусство и языки, и была в школьном хоре. За пределами школы она участвовала в местном общественном театре и экспериментальном Концепте Восточного театра. Именно в это время, в возрасте 18 лет, она начала называть себя "Доньяле Джордж Луна". Считалось, что это был ее способ справиться с бурной домашней жизнью, когда ее мать начала воспитывать семью в качестве одинокого родителя. Также было сказано, что она говорила с акцентом "Доньяль", который "она говорила не с широкой А или французским Р, но в акценте, который она придумала". Ее мать сказала, что это звучало так, как будто она поет. Она не была "модно сознательным" студентом; ее наряд в основном состоял из "простых черных юбок и длинных свалок с верхними платьями". Она заявила, что в свое время в Cass Technical она "не была принята, потому что я смешно говорила, я выглядела смешно, и я была чудаком для всех. Я вырос, осознавая, что я странный". В январе 1965 года ее мать застрелила отца в целях самозащиты, поскольку он, как сообщается, был жестоким, пришел в детский дом Луны пьяным и угрожал ее матери "в нескольких шагах от семейного дома". Лилиан была свидетелем инцидента, признав, что стрельба была случайной. В 1966 году она сообщила журналисту: "Моя мама беспокоится обо мне. Она не знает, что я уже ранена". В течение следующих пяти лет Луна делила свое время между Европой и Северной Америкой. Она призналась во время съемок Саломеи в 1971 году, что она хотела бросить модельную карьеру и сосредоточиться на актерской деятельности, и что она "professo la magia y el'amore e vivo en el mondo vio, deliziomente surreale" (говоря о магии и любви, живущей в восхитительно сюрреалистическом мире), став сильно под влиянием сюрреализма и Нового века думали в это время; однако, она продолжала принимать работу модели в 1970-х годах. К 1972 году, когда она переехала в Рим, она работала на датского фотографа Гуннара Ларсена, моделировала для кутюрье Теда Лапидуса вместе с Верушко и Жан Шримптон на улицах Парижа, зарабатывая "1000 долларов в день" (6250 долларов в 2020 году).

Детройт и Нью-Йорк

В 1963 году, недалеко от здания Фишера в Детройте, Луна встретила английского фотографа Дэвида Маккейба. Её первой работой как модель была съемка для "Мадемуазель" с Вуди Алленом. В ноябре 1964 года Луна переехала из квартиры своей тети в квартиру на Бродвее в Нью-Йорке, делясь помещением с соседом по комнате. В 1964 году, работая моделью для Пако Рабанне, Луна стала свидетелем того, как американские журналисты плюнули в лицо Рабанне, потому что его модное шоу использовало только черные модели. Нэнси Уайт набросила образ Луны на иллюстрацию для обложки Harper's Bazaar за январь 1965 года, заменив заранее запланированную обложку - первого чернокожего человека, когда-либо появлявшегося на обложке Harper's Bazaar за 98 лет публикации. Однако Луна была изображена как этнически неоднозначная. Эскиз был ее первой работой для Harper's Bazaar, и включал шесть других иллюстраций в выпуске за январь 1965 года. В апрельском выпуске 1965 года она была снова сфотографирована Аведоном в редакционной статье "Что происходит", вместе с Полом Маккартни, Жан Шримптон и Ринго Старром. В том же месяце Луна узнала о смерти своего отца, но решила не возвращаться в Детройт на его похороны. Примерно в это же время у Луны начались проблемы с Аведоном. В интервью итальянскому журналу в 1975 году она вспоминала, что "чем успешнее она становилась, тем более властным и властным становился ее менеджер-фотограф". Карьера Луны начала замедляться, когда она встретила цветовую полосу печатного издания в то время. Рекламодатели из южных штатов США сообщили о жалобах на включение изображений Луны в Harper's Bazaar, что привело к снижению доходов от рекламы, а читатели отменили подписку. Дизайнеры Мэнбочер и Норман Норелл отказались одевать Луну в их одежду, а владелец Harper's Bazaar Hearst Communications прекратил работу Аведон с Луной после истечения срока ее контракта. Кинан далее писал, как "экзотический черный модельный троп", совершённый белыми создателями СМИ, что "прорыв Луны в глянцевые журналы означал, что с тех пор у черной модели может быть какая-то карьера перед ней, но, несмотря на то, что она была необыкновенной, у мисс Луны не было стиля, который могли бы принять другие женщины. "Она больше похожа на того, кто собирается напасть на тебя", - написала одна чернокожая девушка. Белые редакторы моды использовали её и её преемников для воздействия, как странных лошадей, на которых они могли фотографировать свои возмутительные наряды. [Ее] принятие, несомненно, подняло моральный дух чернокожего сообщества, но она не могла дать им собственный взгляд". После смерти отца и недолгого брака в Нью-Йорке, Лунь пережила нервный срыв и провела время в больнице в конце 1965 года. Два года спустя она рассказала The New York Times, что бежала из Нью-Йорка в Европу в конце 1965 года, когда обнаружила, что "они говорили красивые вещи с одной стороны, а затем повернулись и ударили вас в спину". Живя в Лондоне, она была описана в журнале Jet как "самая фотографируемая девушка 1966 года, бросающая вызов Жан Шримптон за позицию (и банкролл) как модель, наиболее востребованная в домах высокой моды Европы". К 1966 году Луна стала международно признанной моделью, а в ноябре 1966 года Луна появилась в Cosmopolitan. В апреле 1967 года Дониель также часто посещал дискотеку Труд Хеллер в Гринвич-Виллидж и пел на нескольких альбомах для Blue Note Records, таких как Lush Life, Mustang, A New Conception, Let 'em Roll и Easy Walker. Луна появилась в американском Vogue в августе 1969 года, а в 1970 году в рекламе компании цветных линз, которые она часто носила, было сообщено, что она "изменяет глаза, чтобы соответствовать ее настроениям, когда она пролетает по роскошным вечеринкам Рима, делая фото для Карло Понти".

Возвращение в Северную Америку

Она вернулась на год между 1973 и апрелем 1974 года, а ее работа была позже опубликована и снова вернулась в США между октябрем 1974 и июнем 1975 года, чтобы сделать модель на подиумах в Нью-Йорке, Калифорнии и Торонто. Она появилась на обложке журнала Уорхола "Интервью" за октябрь 1974 года. Луна появилась в обнаженном фото в апрельском выпуске Playboy 1975 года; фотографом был ее муж, Луиджи Казанига. В съемках она изображает себя "персонажами, созданными ею самой, как ангел, летящий над горизонтом Лос-Анджелеса, или как русалка, сидящая на скале у Тихого океана". Пауэлл отмечает: "Хотя они отвечали требованиям Playboy для женской наготы, фотографии были далеки от возбуждающих или сексуально откровенных. Луна казалась не только в безопасности со своей наготой, но и полностью вне общественных структур и моральной прямоты". Она также была отмечена за то, что бросила вызов обычному типу тела, изображенному в журнале более "вольтузных" женщин с ее меньшей фигурой, уделяя больше внимания ее духовным "визиям", которые происходили на ее фотосессиях, таких как в Playboy. К этому времени карьера модели Луны начала уменьшаться из-за различных факторов; во-первых, ее карьера перешла от моделирования к актерскому мастерству; во-вторых, негативный прием со стороны основных популярных СМИ, которые осуждали ее "зависимость от наркотиков, таких как героин, ЛСД, марихуана и ее эксцентричное поведение" (см. Раздел "Артисти"). В 1974 году Беверли Джонсон, когда её спросили, как её обложку Vogue выиграли другие чернокожие женщины, такие как Луна, сказала: "[Луна] не носит обувь зимой или летом. Спроси ее, откуда она? Она ходила по подиумам на руках и коленях. Она не появилась на записи. Она не переживала трудностей, она сама их себе создавала".

Актерская карьера

Луна изначально планировала работать в театре, работая в местном театре в Детройте после школьных часов и играя небольшие роли в репертуарных театрах Детройте. На британском телевидении она появилась в "Late Show London" 14 марта и в "The Eamonn Andrews Show" 1 мая 1966 года. 12 декабря 1966 года она появилась в шоу "Сегодня вечером" с Джонни Карсоном. Луна появилась в нескольких фильмах, снятых Энди Уорхолом, в том числе в его серии коротких экранических тестов в 1965 году. Среди "звезд", которых Уорхол нанял для этих короткометражных фильмов, каждый примерно четыре минуты, Луна примечателен как один из четырех афроамериканцев в серии. Критик Уэйн Костенбаум описал Луну в "Экранных тестах" как "чистую диву, представляющую восхитительный мобильный избыток манеры". Луна также появилась в полнометражном фильме "Кэмп" в 1965 году, "сатирике своего собственного мира" Уорхола, где она танцует под инструментальный трек "The 'In' Crowd" Ramsey Lewis Trio в одежде без спины и меховой штуле. Единственным популярным голливудским фильмом Луны была комедия Отто Премингера 1968 года "Скиду", в которой она играла любовницу босса преступности "Бога", которого сыграл Граучо Маркс. Премингер также подписал с ней контракт с MGM на 3 года после того, как она получила роль на вечеринке для Твигги. К этому времени она продала свои квартиры в Лондоне и Париже, чтобы жить полный рабочий день в Италии и сосредоточиться на актерском мастерстве. В 1969 году она появилась в качестве второго лица в телевизионном сете в фильме "Диллинджер мертв". В фильме Федерико Феллини 1969 года "Феллини Сатирикон", итальянском фильме, изображающем падение Древнего Рима, она сыграла ведьму Энотею, которая, по словам одного комментатора, "в обмене с волшебником давно закончила с огнем между ног. И это тоже настоящий огонь, потому что Феллини показывает нам сцену, в которой длинная очередь глупых крестьян ждут с не зажженными факелами у кровати Энотеи. Когда приходит их время, каждый благочестиво кладет свой факел между ее ног к ее половой, и, Пуф". Затем она появилась в документальном фильме 1970 года "Совершается" "Мягкий автопортрет Сальвадора Дали", биографии, рассказанной Орсоном Уэллсом для французского телевидения. Последней актёрской ролью Луны стал главный герой итальянского фильма "Саломе" 1972 года, режиссёром которого был Кармело Бене. В мае 1973 года на Каннском кинофестивале, считая себя международной звездой, она рассказала свою историю жизни руководителям европейских и американских кинокомпаний, таких как Берри Горди, который был в Каннах, поддерживая Диану Росс в продвижении ее нового фильма "Леди поет блюз". Интерес к модному шоу "Битва при Версале" был вызван, но его не продвинули дальше. В интервью итальянскому изданию Panorama Луна утверждал, что Горди основал фильм 1975 года "Магоган" на этом пич.

Смерть

17 мая 1979 года в ранние утренние часы Дониал Луна умерла от передозировки героина в клинике в Риме в возрасте 33 лет. Луна была оставлена в живых мужем, Луиджи Казанигой, и ее 18-месячной дочерью, Дрим.

Мастерство

Луна была известна как муза Сальвадора Дали, и действовала во многих отношениях, как Дали в соответствии с философией сюрреализма. Американский фотограф Уильям Клэкстон представил Луну Дали, когда встретил ее в каталонской деревне Кадакес, став музой Дали на всю жизнь, которую он называл "реинкарнацией Нефертити". Ее можно было найти "лежащей на кровати свежей рыбы" в доме Дали. Она также была известна тем, что носила с собой чек на 1 миллион долларов, согласно супермодели Пэт Кливленд, "законный чек от ее модельного агентства", который она никогда не снимала и пыталась заплатить за одно блюдо, или ее "сопровождение мальчиков, которые следовали за ней повсюду" за ней в ряду, и потому что "она никогда не сидела на стульях, она всегда отдыхала", в то время как ее окружение лежало у ее ног, и с ее склонностью ходить босиком повсюду, Луна стала известна как эксцентричная. Эксцентричный характер Доньяле Луны можно рассматривать как гиперболическое альтер-эго и расширение поддельного его, пока вы не сделаете его персоной, которую Луна, возможно, считала "метаморфозом". Луна использовала лагерь, чтобы выдать более крупный, чем жизнь персонаж, используя прически, удлиненные ресницы и "коллекцию синих, зеленых, желтых, фиолетовых и оранжевых [цветных линз], которые она меняла, как нижнее белье", чтобы играть быстро и свободно с определенными границами, которые она могла иметь как Пегги Энн. Она нанимала других и использовала свои собственные проекты для своей одежды, экспериментировала с бинди на третьем глазу и часто носила одежду с распущенной или текучей формой. Эти двое (Пэгги Энн и Дониэл) были лаконично отличаются однако Фриман, она заявила о просмотре "Дониэл" на фотографиях: "Если бы я увидела что-то вроде меня в журнале в детстве, я бы умерла от смеха, или была напугана, я нахожу свои собственные фотографии странными, ужасно сложными и разными". Альтер эго Дониель Луна было создано в том, что Фриман назвал будущим видением, подходом Новой Эры, кульминацией которого стал ее посещение Центрального театра в Детройте, техника (из пантомимы и экспериментального танца и актерского мастерства), которая позволила человеку создать совершенно новую личность, опираясь на черты, видимые в "видиях" от желаемого человека, такого как Бейкер, чтобы сформировать новую личность. Луна изменяла свою одежду, внешность, социальные круги, манеры и паралингвистические особенности, например, изменяя тон ее голоса, чтобы создать персонажа Дониель, создавая тонкие телесные восприятия, чтобы изменить или изменить восприятие зрителей о ней как о черном теле; также повысить ее прагматический социальный престиж или положение. Например, в рекламе полиэстерной крестьянской блузки в 1966 году для журнала Ebony, работа по иконографии, как говорится, вызывает черно-белые образы Ман Рэя, признавая сдвиг "визуального модернизма" начала 20-го века, превратившегося в "разъединенное тело" (см. Теория гротеска Михаила Бахтина и чтение "Негро: Антология" (1934) Нэнси Кунард, Хью Д. Форд, стр. 417), отход от классического западного понятия о том, каким должно быть тело, к одной из "искаженных телесных форм" происходящих из африканского искусства, экспрессионизма и кубизма и языка тела Джозефины Бейкер, который Луна подражает в рекламе, чтобы создать более "динамичный образ" себя и афроамериканских визуальных образов. Как создатель контента, "ссылка Луны на [Бейкера и Нефертити] в европейском контексте сигнализировала о ее идентификации с ними", как чернокожими женщинами "героинями и тропами", которые Луна использовала в качестве модели для подражания тому, что успех черных может быть представлен в среде, которая реагировала на обе фигуры, "примитивизируя, сексуализируя и в конечном итоге дегуманизируя [их] в экзотических или эротических ролях, которые не обеспечивали профессиональные переходы к более полноценной жизни после зрелища". Браун отмечает, что (в начале 20-го века) "выражение примитивного блеска сознательными городскими софистикатами, такими как Бейкер, может быть одинаково произведено как переосмысление отношений субъекта-объекта, парадоксальная критика и развертывание удовольствий, несмотря на движение, жизненную силу, энергию и эротическое деление, которые, как предполагалось, лежат в основе примитивного. [Примитивная гламурная игра позволила самоутверждению, так что примитивная роль] предлагала нечто большее, чем искаженное самовыражение: примит�...

Расовая идентичность

Доньяле Луна идентифицирована как мультирасовая. На протяжении всей своей жизни и карьеры Луна утверждала, что она имеет различные смешанные этнические корни, часто преуменьшая свою афроамериканскую родословную с подросткового возраста в Детройте. Она также утверждала, что имеет "полинезийское" происхождение в старшей школе. Она часто придумывала сказки, чтобы показаться более грандиозной, часть персонажа Дониель Луна она начала в подростковые годы, включая обманчивые истории, предназначенные для шока или развлечения, такие как потеря родителей в автомобильной аварии и усыновление, или ответ на вопрос о ее наследии с линией "Я из луны, дорогой", которую некоторые истолковали как означающее, что она отрицала свое наследие как черная женщина. Из-за предрассудков в доминирующей индустрии, где белый был по умолчанию, а черный - другой, с расистским языком, одеждой и поведением, используемым в отношении нее на работе и в повседневной жизни в Нью-Йорке, она переехала из Северной Америки в Европу, "где, вероятно, нашла аудиторию, более приемлемую для цвета ее кожи", описывая себя как "мультиэтническую". В журнале Sunday Times Magazine в 1966 году Гарольд Карлтон приветствовал ее как "совершенно новый образ негритянской женщины. Мода находится в инструментальном положении, чтобы изменить историю, хотя бы немного, потому что она собирается вывести на открытое место почитание, поклонение, идолопоклонство негра". С появлением движения за гражданские права в Соединенных Штатах "так же как и общественное увлечение "экзотикой" и "пришельцами". Почти против своей воли, она стала символом. Некоторые люди объявили её воином масаев, гогинской, возрожденной Нефертити. Другие утверждали, что она была совершенно другим видом или пришла из космоса!" В 1966 году журнал Time назвал её "творением контрастов". Одна минута утонченная, в следующую - как ласточка, теперь экзотическая и далекая. Однако так называемый вторичный рынок стоил, по оценкам, 15 миллиардов долларов, и белые рекламодатели, которые начали работать на рынке, предпочитали "другопланетное лицо" Луны (ее длинные конечности, "овальное лицо и миндальные глаза"), которые традиционно не ассоциировались с черными женщинами, поскольку они отчуждали других афроамериканцев и предоставляли белым рекламодателям искусственное чувство расового превосходства, которое может рассматриваться как символизм от имени рекламных агентств. Джейн Хоффман описала эволюцию приемлемого негра от белых проходящих моделей (впервые использованных в рекламе 1950-х годов в журналах, таких как Jet) до замены 1960-х годов, экзотического негра, который был "негритянкой, о которой вы думали как о чем-то другом. Она даже не была красивой, просто странным существом, каким-то космическим существом, она должна была быть настолько странной, что ни один [черный человек] не мог идентифицировать себя с [они]". Этот тип отбрасывания черных моделей ограничил собственные шансы Хоффман, потому что она "не была достаточно черной", чтобы быть черной в соответствии с политикой респектабельности стандартов белой индустрии для черных моделей в то время. Белое американское общество предпочитало "экзотическую" Луну женщинам, таким как Хоффман, поскольку они предоставили существующий ложный нарратив, который подпитывал их ранее существовавшие медийные предубеждения о чернокожести и ее инородности, усиливал существующие стереотипы, исключал черных женщин и сузил определение того, что черная красота может принимать вид того, как выглядит приемлемый негр, в отличие от белых, которых рассматривали бы как стандарт приемлемости и чью внешность не могли бы так легко поставить под сомнение. Действительно, они инфантилизировали "черных женщин, которые могли быть сексуальными, извилистыми, гламурными, замечательными артистами, но когда дело доходит до модных журналов и рекламы, их просто не существует. Они не считались обладателями необходимой покупательной способности, которую издатели и агентства хотели использовать". Все модные образы чернокожих женщин были сделаны с помощью примитивистской линзы, которую сама Бейкер использовала так успешно, чтобы создать новый стандарт красоты во Франции 1920-х годов. До 1965 года Луна не нарушала цветовой барьер в качестве модели и создавала новый медиа-контент, который впервые показывал афроамериканку в высокомодных журналах в рамках видимых стандартов красоты, до этого афроамериканка в скудной...

Романтические отношения

В середине 1960-х Луна была замужем за неизвестным немецким актером в течение десяти месяцев. В 1968 году Луна якобы встречалась с австралийским поп-исполнителем Мартином Шарпом. Около 1969 года Луна также была романтически связана с немецким актером Клаусом Кински, однако отношения закончились, когда Кински попросил ее окружение покинуть его дом в Риме, обеспокоенный тем, что их употребление наркотиков может повредить его карьере. Позже она переехала в Италию и продолжила свою актерскую карьеру там. Название Dream было вдохновлено знаменитой речью Мартина Лютера Кинга "У меня есть мечта".

Религия

Луна перешла в католицизм в подростковом возрасте, из пресвитерианских корней своей семьи.

Наследие

После ее смерти, обложка Vogue 1966 года Дониель Луна была приветствована как открытие дверей для черных моделей и нормализация включения афроамериканцев и афро-европейцев в журналы, ранее обслуживавшие белую демографию. Пэт Кливленд отметила Луну как своего вдохновения, которая (наряду с Наоми Симс) открыла двери для других женщин цвета в 1960-х годах. Это привело к большему количеству появлений женщин, таких как обложка модного дополнения New York Times в 1967 году и обложка американского Vogue в 1974 году Беверли Джонсон. Это продолжалось с британским Vogue, используя черных моделей Гейл О'Нилл в марте 1986 года, Наоми Кэмпбелл 5 раз между декабрем 1987 года и августом 2002 года, а также Jourdan Dunn в ноябре 2015 года в качестве сольных моделей для обложки под руководством Анны Винтур, Элизабет Тилберис и Александра Шульман. Репутация Луны как человека, который часто отвергал маркировку типа, привела к обнародованию стирания ее достижений в индустрии моды. В 2009 году Филлипа Бертон написала, что "модели с чистым покровом, такие как Беверли Джонсон и Иман, чьи жизни не должны были закончиться мрачно из-за чрезмерного употребления героина, были громче и горже послов сообщения "Черный - красивый". Их более приятные версии чернокожей женственности сегодня широко известны общественности. Эксцентричная Луна, с другой стороны, которая была вечно скрытна в отношении своей расовой идентичности, в интервью лирически высказывалась о ЛСД и имела приятную привычку не носить обувь, в большинстве случаев была забыта, что самое большое триумф в карьере Луны - ее новаторская обложка Vogue 1966 года - представляет собой войну, которая по-прежнему ведется. Сара Дукас, основатель модельного агентства Storm, мрачно признает, что черная модель, украшающая обложку основного издания, "все еще необычна", и было отмечено, что она, возможно, была частью символизма рекламных агентств, чтобы привлечь черных потребителей". Таким образом, Луна оставляет за собой смешанное наследие как модель, которая преодолела цветовой барьер, и как андеграундная актриса, наиболее известная своей обложкой Vogue 1966 года. В своей роли первой чернокожей модели на обложке крупного печатного журнала, Луна вызвала "обновленный интерес" к ее модельной карьере в социальных сетях, модных блогерах и среди владельцев чернокожих предприятий. С продвижением редакторов в британском Vogue, таких как Эдвард Эннинфул в 2017 году, также увеличилось количество обложки британского Vogue с участием черных моделей. Она также появилась в 2008 году в выпуске "Волга черных" и была признана Наоми Кэмпбелл в своей речи о награждении CFDA в 2019 году. Афро-бразильская телеведущая Тельма Ассис также воссоздала фотосессию Твен на обложке журнала Harper's Bazaar Brazil в июле 2020 года. В ноябре 2020 года актриса Зендая появилась на фотосессии, вдохновленной Луной, к 50-летию Essence. Документальный фильм HBO Max "Дональ Луна: Супермодель" был выпущен в сентябре 2023 года, совместно с продюсером его дочерью Дрим Казанигой.