Введение

Последний император Требезонта Давид Комнен (Δαβίδ Κομνηνός, ) (около 1184 1212) был одним из основателей империи Требезонта и её соправителем вместе со своим братом Алексием до самой смерти. По крайней мере, две свинцовые печати и надпись, найденная на башне в Гераклее Понтике, свидетельствуют о том, что он был первым из своей семьи, кто использовал стиль Мегас Комненос. Он был сыном Мануэля Комнену и внуком императора Андроника I.

Захват Требизонта

Жизнь Давида не хорошо документирована; главный историк империи Требозонта, Михаил Панаретос, не упоминает его даже один раз. Поскольку он был братом Алексия, мы можем вывести имена некоторых его родственников: их отец был Мануэль Комнен, а их дед византийский император Андроник I. Их родственница Тамара была царицей Грузии; точная связь Давида и Тамары не ясна. Согласно Михаилу Панарету, царица Тамара была родственницей Алексия по отцовской линии (προς πατρός θεὶα); Кирилл Туманов утверждал, что их дед Андроник, находясь в Грузии, женился на неназванной сестре короля Георга III. Недавно Мишель Куршанскис выступил против теории Туманова, предоставив доказательства того, что мать и/или бабушка Алексия были дочерьми домов Палеолога или Дука, но не смог объяснить, почему Панаретос описывает Тамару как тетушку Алексия по отцовской линии. Какими бы ни были их отношения, после смерти императора Андроника и их отца Мануэля, царица Тамара предоставила мальчикам убежище при грузинском дворе, где, предположительно, они были воспитаны и получили образование. В апреле 1204 года, когда Константинополь был занят продолжающимся конфликтом с Четвертым крестовым походом, Давид и Алексий заняли город Трапезунд и подняли знамя восстания. Немедленно в этом городе Оинаон и Синопа объявили о братьях. В то время как Алексий поселился в Требозонте, чтобы основать империю, заслужив насмешки, называя себя "проповедным Гиласом, которого зовут, но не видят", Давид, при помощи грузинских войск и местных наемников, сделал себя хозяином Понта и Пафлагонии, включая Кастамону, который, как говорят, был предковым замком Комненой. В то время как Алексий собрал верность крепостей Триполиса, Кераса, Мезохальдайона и Ясона, Давид продвинулся на запад вдоль побережья от Синопы до берегов реки Сангариос; города Амастрис, Тиос и Гераклея Понтика приветствовали его.

Завоевания на Западе

В этот момент Давид столкнулся с другим соперником за контроль над пострадавшей Византийской империей: Теодором Ласкарисом. Ласкарис нейтрализовал соперников вдоль своих южных походов - Сабаса Асидена, Мануэля Маурозома и Теодора Мангафаса, в то же время срывая попытки Генриха Фландрийского расширить недавно основанную Латинскую империю в Анатолию. Давид послал своего молодого генерала Синадена с некоторыми солдатами, чтобы занять город Никомидия, который был эвакуирован Латинской империей, но Ласкарис считал его частью своего домена, Никейской империи. Теодор Ласкарис стратегически обошел Синаденос, ведя своих людей через трудный перевал, и с полным удивлением напал на фланг своего врага. Ласкарису было помещено продолжить эту победу и заставить западную границу Давида отступить дальше на восток благодаря своевременным действиям латинян под командованием Тиерри де Лооса, захвативших Никомидию. Но вторжение болгар в Фракию заставило латинов отступить. За помощь Давид вознаградил Латинскую империю кораблями, нагруженными зерном и ветчинами. Затем, учитывая, как Ласкарис призвал султана Кай Хусрау I осадить Трапезунд в 1205 или 1206 году, Давид обратился к латинскому императору с просьбой включить его в качестве своего подданного в его договоры и переписку с Ласкарисом и рассматривать его землю как латинскую территорию. По словам Уильяма Миллера, "в его интересах было предпочесть номинальное латинское суверенитет аннексии никейским императором". После того, как его положение было таким образом обеспечено, он пересек реку Сангариос с корпусом из около 300 франкских вспомогательных войск, опустошил деревни, подчиненные Ласкарису, и взял заложников у Плуасия. Давид отступил, но франки, неосторожно продвигаясь в холмистую страну, были внезапно удивлены Андроником Гидосом, генералом Ласкариса, в Грубых переходах Никомидии, и едва ли остался один из них. В 1208 году Ласкарис возобновил наступление на Давида Комненя на реке Сангариос и захватил Гераклю Понтику. Давид послал посланника к латинскому императору Генриху Фландрийскому, который попросил его о помощи и предупредил монарха, что если Генрих не поможет ему, Давид потерпит серьезное поражение. Оставив своего маршала в Адрианополе, чтобы закончить восстановление города, Генрих пересек Мраморное море и занял Никомидию, угрожая тылу Ласкариса, что заставило последнего снять осаду и вернуться на свою территорию. Отступление Теодора обошлось ему дорого, так как он потерял около 1000 человек при пересечении наводненной Сангариос. Армия Генриха могла бы захватить больше земли в Вифинии, если бы не ужасающая холодная зима, препятствовавшая его войскам продвигаться дальше. Несмотря на эту неудачу, Теодор не отказался от попыток захватить Пафлагонию. После поражения сельджуков в Антиохии на Мианде, он заключил договор с новым сельджукским султаном Кайкаусом I, и вместе они вторглись на территорию Трапезунтов. Согласно панегирику Никета Хонията, не было сопротивления вторжениям Теодора, и Теодор в конечном итоге захватил Гераклию Понтику и Амастрис. Здесь мы не видим Давида; что именно произошло с ним в последующие несколько лет, неизвестно. Васильев прокомментировал, что отсутствие упоминания Давида Комненуса в Нимфейском договоре было доказательством того, что его бывший сузерен больше не пользовался им и бросил его, чтобы достичь мира с Феодором. Если бы Ласкарис схватил его, это, вероятно, было бы записано в истории. Ранние ученые, начиная с Якоба Филиппа Фалльмериера, считали, что Давид умер во время осады Синопа в 1214 году. Похоже, что Давид мог бежать к латинскому императору. Как уже упоминалось выше, Михаил Панаретос никогда не упоминает Давида, поэтому он не помогает ответить на этот вопрос. Совсем недавно была вновь открыта правда о его судьбе: маргинальная записка, написанная на горе Афон, свидетельствует о том, что Давид умер как монах монастыря Ватопеди 13 декабря 1212 года. Но эти свидетельства вызывают больше вопросов, чем ответов, например, как он оказался там. Шукуров ищет ответ в молчании Панаретоса, которое, по его мнению, было преднамеренным и поэтому значительным: Давид каким-то образом опозорился и был ограничен Ватопеди Алексием. Подсказка его преступления может лежать в вышеупомянутом замечании Уильяма Миллера, относящемся к сузеренитету Давида над императором Латинской империи, ненавистным врагом византийцев. Несмотря на под...