Профессор Лонгхэр: Пионер новоорлеанского ритм-энд-блюза и румба-буги

Введение

Американский блюзовый музыкант (1918–1980)

Генри Роланд "Рой" Берд (19 декабря 1918 – 30 января 1980),

Музыкальный журналист Тони Рассел (в своей книге "Блюз: от Роберта Джонсона до Роберта Крэя") писал, что "живой, ритмичный ромбой блюз на фортепиано и надрывное пение, характерные для Фесса, были слишком необычными, чтобы продаваться миллионными тиражами; ему пришлось довольствоваться музыкальными последователями, достаточно простыми для этого, такими как Фэтс Домино или Хьюи "Пиано" Смит. Но его также признают отцом-основателем более утонченные музыканты, такие как Аллен Туссен и Доктор Джон."

Награды

Профессор Долгошер был включён в Зал славы блюза в 1981 году. В 1987 году он был удостоен посмертной премии «Грэмми» за сборник записей, спродюсированных Квинтом Дэвисом в 1971 и 1972 годах и выпущенный под названием House Party New Orleans Style. В 1992 году он был включён в Зал славы рок-н-ролла. В 2016 году Профессор Долгошер был включён в Зал славы музыки Луизианы в его бывшем доме в Новом Орлеане.

В популярной культуре

Его песня "Tipitina" была исполнена Хью Лори на альбоме 2011 года "Let Them Talk". Лори – давний поклонник, использовавший песню "Go to the Mardi Gras" Лонгхейра в качестве музыкальной темы для пилотного эпизода "A Bit of Fry & Laurie". Лори регулярно исполнял эти две песни во время своих мировых концертных туров 2011–2014 годов с The Copper Bottom Band, а в марте 2013 года отдал дань уважения профессору Лонгхейру на специальном концерте на борту [судна/места проведения концерта]. Музыкальная площадка в Новом Орлеане "Tipitina's" названа в честь одной из визитных карточек Лонгхейра и была создана специально как место для выступлений Лонгхейра в его преклонном возрасте. Бюст профессора Лонгхейра, созданный блюзменом Коко Робишо, встречает посетителей у входа в зал.

Афрокубинские элементы

В 1940-х годах профессор Лонгхейр играл с карибскими музыкантами, много слушал записи Переса Прадо в стиле мамбо, впитывая и экспериментируя со всем этим. Он был особенно очарован кубинской музыкой. Стиль Лонгхейра был известен в городе как "румба-буги". Александр Стюарт утверждал, что Лонгхейр был ключевой фигурой, соединяющей миры буги-вуги и нового стиля ритм-энд-блюза. В своей композиции "Misery" профессор Лонгхейр играл в левой руке фигуру, напоминающую хабанеру. Искусное использование триолей в правой руке – характерная черта стиля Лонгхейра. Тресильо, габанера и связанные с ними африканские одноклеточные ритмические рисунки давно можно услышать в левой руке фортепианных композиций новоорлеанских музыкантов, таких как Луи Моро Готтшалк ("Souvenirs from Havana", 1859) и Джелли Ролл Мортон ("The Crave", 1910). Одним из значительных вкладов Лонгхейра стала адаптация афрокубинских двухдольных, основанных на клаве, ритмических моделей в новоорлеанском блюзе. Майкл Кэмпбелл заявил: "Ритм-энд-блюз, находящийся под влиянием афрокубинской музыки, впервые появился в Новом Орлеане. Влияние профессора Лонгхейра было огромным. В нескольких своих ранних записях профессор Лонгхейр смешивал афрокубинские ритмы с ритм-энд-блюзом. Наиболее явным примером является "Longhair's Blues Rhumba", где он накладывает прямолинейный блюз на ритм клаве". В фортепианной партии в стиле гуахео для буги-румбы "Mardi Gras in New Orleans" (1949) используется мотив 2-3 клаве на сильных и слабых долях. Для справки временная линия 2-3 клаве написана над нотным отрывком. По словам доктора Джона, профессор "внёс фанк в музыку. Я бы сказал, что влияние Лонгхейра было прямым и оказало значительное влияние на большую часть фанк-музыки, которая развивалась в Новом Орлеане". Это синкопированное, но прямое деление долей, характерное для кубинской музыки (в отличие от свингового деления). Александр Стюарт утверждал, что этот популярный ритм передавался из "Нового Орлеана – через музыку Джеймса Брауна – в популярную музыку 1970-х годов", добавив: "Уникальный стиль ритм-энд-блюза, возникший в Новом Орлеане в годы после Второй мировой войны, сыграл важную роль в развитии фанка. Параллельно с этим, основные ритмы американской популярной музыки претерпели фундаментальный, но в основном непризнанный переход от триольного или шаффлового ощущения к ровному или прямому восьмым нотам. Что касается фанк-мотивов, Стюарт заявил: "Эта модель, следует отметить, отличается от временной линии (такой как клаве и тресильо) тем, что это не точный рисунок, а скорее свободный организующий принцип".

In the 1940s, Professor Longhair was playing with Caribbean musicians, listening a lot to Perez Prado's mambo records, and absorbing and experimenting with it all. He was especially enamored with Cuban music. Longhair's style was known locally as "rumba boogie". Alexander Stewart stated that Longhair was a key figure bridging the worlds of boogie woogie and the new style of rhythm and blues. In his composition "Misery," Professor Longhair played a habanera like figure in his left hand. The deft use of triplets in the right hand is a characteristic of Longhair's style. Tresillo, the habanera, and related African based single celled figures have long been heard in the left hand part of piano compositions by New Orleans musicians, such as Louis Moreau Gottschalk ("Souvenirs from Havana", 1859) and Jelly Roll Morton ("The Crave", 1910). One of Longhair's great contributions was the adaptation of Afro Cuban two celled, clave based patterns in New Orleans blues. Michael Campbell stated, "Rhythm and blues influenced by Afro Cuban music first surfaced in New Orleans. Professor Longhair's influence was far reaching. In several of his early recordings, Professor Longhair blended Afro Cuban rhythms with rhythm and blues. The most explicit is 'Longhair's Blues Rhumba', where he overlays a straightforward blues with a clave rhythm." The guajeo like piano part for the rumba boogie "Mardi Gras in New Orleans" (1949) employs the 2 3 clave onbeat/offbeat motif. The 2–3 clave time line is written above the piano excerpt for reference. According to Dr. John, the Professor "put funk into music Longhair's thing had a direct bearing I'd say on a large portion of the funk music that evolved in New Orleans." This is the syncopated, but straight subdivision feel of Cuban music (as opposed to swung subdivisions). Alexander Stewart stated that the popular feel was passed along from "New Orleans—through James Brown's music, to the popular music of the 1970s," adding, "The singular style of rhythm & blues that emerged from New Orleans in the years after World War II played an important role in the development of funk. In a related development, the underlying rhythms of American popular music underwent a basic, yet generally unacknowledged transition from triplet or shuffle feel to even or straight eighth notes. Concerning funk motifs, Stewart stated, "This model, it should be noted, is different from a time line (such as clave and tresillo) in that it is not an exact pattern, but more of a loose organizing principle."