Введение

Период истории Японии с 1336–1573 годов.

Период Муромати или эпоха Муромати (室町時代), также известный как период Асикага или эпоха Асикага (足利時代), является разделом японской истории, охватывающим примерно 1336–1573 годы. Этот период ознаменован правлением сёгуната Муромати или Асикага (или), который был официально учрежден в 1338 году первым сёгуном Муромати, Асикагой Такаудзи, спустя два года после завершения кратковременной реставрации Кэмму (1333–1336) имперского правления. Период завершился в 1573 году, когда 15-й и последний сёгун этого рода, Асикага Ёсиаки, был изгнан из столицы Киото Одой Нобунагой. С культурной точки зрения, период можно разделить на культуры Китаяма и Хигасияма (конец XV – начало XVI веков). Первые годы периода Муромати, с 1336 по 1392 год, известны как период Северного и Южного дворов. Этот период отмечен продолжающимся сопротивлением сторонников императора Го-Дайго, императора, стоявшего за реставрацией Кэмму. Период Сэнгоку или период Воюющих провинций, начавшийся в 1465 году, во многом совпадает с периодом Муромати. За периодом Муромати последовал период Адзути-Момояма (1568–1600), заключительная фаза периода Сэнгоку, а затем период Эдо (1603–1867).

Бакуфу Муромачи

Краткая попытка императора Го Дайго восстановить имперскую власть в Реставрации Кенму оттолкнула класс самураев, и Ашикага Такаудзи сверг императора Го Дайго при их поддержке. В 1338 году Такаудзи был провозглашен сёгуном и основал свое правительство в Киото. Однако император Го Дайго бежал из-под стражи и возродил свою политическую власть в Нара. Последовавший период правления Асикага (1336–1573) получил название Муромачи по имени района Киото, куда третьим сёгуном Асикагой Йосимицу в 1378 году была перенесена его резиденция – (花の御所). Асикага отличался от сёгуната Камакура тем, что Камакура существовала в равновесии с императорским двором, тогда как Асикага взял под контроль остатки имперского правительства. Тем не менее, сёгунат Асикага не был столь силен, как Камакура, и был сильно вовлечен в гражданские войны. Лишь при правлении Асикаги Йосимицу (в качестве сёгуна, 1368–94, и канцлера, 1394–1408) установилось подобие порядка. Йосимицу позволил констеблям, чьи полномочия в период Камакуры были ограничены, стать могущественными региональными правителями, позднее известными как даймё. Со временем между сёгуном и даймё сложился баланс сил: три наиболее влиятельных семьи даймё поочередно исполняли обязанности заместителей сёгуна в Киото. Йосимицу наконец-то добился объединения Северного и Южного дворов в 1392 году, но, несмотря на обещание большего баланса между императорскими линиями, Северный двор сохранил контроль над престолом. Линия сёгунов постепенно ослабевала после Йосимицу и всё больше теряла власть в пользу даймё и других региональных сил. Влияние сёгунов на вопрос императорской преемственности ослабевало, и даймё получили возможность поддерживать собственных кандидатов. Со временем в семье Асикага возникли собственные проблемы с престолонаследием, что привело к войне Онин (1467–77), которая разорила Киото и фактически положила конец общенациональной власти бакуфу. Образовавшийся вакуум власти спровоцировал век анархии.

Экономическое и культурное развитие

Японский контакт с династией Мин (1368–1644) начался в период Муромати, когда Китай восстанавливался, а китайцы обратились за помощью в подавлении японских пиратов в прибрежных районах Китая. Китайцы называли этих японских пиратов воку (японское вако). Стремясь улучшить отношения с Китаем и избавиться от угрозы воку, Ёсимицу принял отношения с китайцами, которые продлились полвека. В 1401 году он возобновил систему подношений, назвав себя в письме китайскому императору "Вашим подданным, королём Японии". Японская древесина, сера, медная руда, мечи и веера-складушки обменивались на китайский шёлк, фарфор, книги и монеты – то, что китайцы считали данью, а японцы – выгодной торговлей. Во времена сёгуната Асикага из резиденции сёгуната в Киото возникла новая национальная культура, получившая название культуры Муромати, которая оказала сильное влияние Дзен-буддизма и распространилась на все слои общества.

Дзенский буддизм

Дзен играл центральную роль в распространении не только религиозных учений и практик, но и искусства и культуры, включая влияния, происходящие из живописи китайских династий Сун (960–1279), Юань и Мин. Близость императорского двора к бакуфу способствовала смешению членов императорской семьи, придворных, даймё, самураев и монахов дзен. В период Муромачи восстановленная «Голубая скала» стала центральным текстом японской литературы дзен и сохраняет это положение по сей день. Все виды искусства – архитектура, литература, театр Но, Кёген (комедия), поэзия, саругаку (народное представление), чайная церемония, ландшафтный дизайн и искусство составления букетов – расцвели в эпоху Муромачи.

Синтоизм

Возобновился интерес к синтоизму, который на протяжении веков господства буддизма тихо сосуществовал с ним. Синтоизм, не имевший собственных священных писаний и небольшого количества молитв, в результате синкретических практик, начавшихся в период Нара, широко перенял ритуалы сингонского буддизма. Между восьмым и четырнадцатым веками синтоизм был почти полностью ассимилирован буддизмом, получив название Рёбу-синто (двойной синтоизм). Однако монгольские нашествия в конце тринадцатого века пробудили национальное самосознание и осознание роли камикадзе в победе над врагом. Менее чем через пятьдесят лет (1339–1343) Китабатаке Чикафуса (1293–1354), главнокомандующий войсками Южного двора, написал «Джинно Шотоки». Эта хроника подчеркивала важность сохранения божественного происхождения императорской династии от Аматерасу до действующего императора – условия, которое обеспечило Японии уникальную государственную систему (кокутай). Помимо укрепления представления об императоре как о божестве, «Джинно Шотоки» представил синтоистское понимание истории, подчеркивающее божественную природу всех японцев и духовное превосходство страны над Китаем и Индией.

Образование

Конфуцианство стало признаваться как учение, необходимое для даймё в период Муромачи. Когда Гэндзю Кэйан, вернувшийся из династии Мин, путешествовал по Кюсю, он был приглашен кланом Кикути в провинции Хиго и кланом Симазу в провинции Сацума для чтения лекций; позже он основал школу Сацунан (школу неоконфуцианства в Сацуме). В Тосе Байкэн Минамимура, преподававший неоконфуцианство, стал известен как основатель Нангаку (неоконфуцианство в Тосе); в регионе Хокурику Нобутака Киёхара читал лекции о конфуцианстве для различных даймё, таких как клан Хатакэяма в провинции Ното, клан Такэда в провинции Вакаса и клан Асакура в провинции Этизэн. Тем временем, в восточной части Японии, Норидзан Уэсуги восстановил Асикага Гакко, старейшее сохранившееся учебное заведение Японии, пополнив его библиотеку, и священники и воины со всей страны стали собираться там для учебы. Клан Гоходзё в Одаваре впоследствии взял на себя защиту Асикага Гакко. Миссионер Общества Иисуса Франциск Ксавье, распространявший христианство в Японии, описал Асикага Гакко как «самую большую и известную академию Бандо в Японии (университет восточной Японии)». Сюку Банри, священник и композитор стихов в китайском стиле, во время войны Онин отправился в провинцию Мино, а затем перебрался в Эдо по приглашению Докана Оты. Он путешествовал по всему региону Канто, провинциям Эчиго и Хида. Вышеупомянутый Сэссю посетил храм Риссаку-дзи в городе Ямагата, провинция Дэва. В этот период местные лорды и кланы считали необходимым овладеть навыками чтения, письма и арифметики для управления своими владениями. Все больше земельных документов писали крестьяне, что свидетельствует о широкой распространенности грамотности даже среди простого народа. Итальянский иезуит Алессандро Валиньяно (1539–1606) писал: «Люди здесь белые (не смуглые) и образованные; даже простолюдины и крестьяне хорошо воспитаны и настолько вежливы, что создается впечатление, будто их обучали при дворе. В этом отношении они превосходят не только другие восточные народы, но и европейцев. Они очень способные и умные, а дети быстро усваивают наши уроки и наставления. Они учатся читать и писать на нашем языке гораздо быстрее и легче, чем дети в Европе. Низшие классы в Японии не такие грубые и невежественные, как в Европе; напротив, они, как правило, умны, хорошо воспитаны и быстро учатся». «Тэйкин Орай» (Учебник домашнего воспитания), «Дзё сикимоку» (правовой кодекс сёгуната Камакура) и «Дзитсугокё» (учебник для начального образования) широко использовались в святилищах и храмах в качестве учебников для обучения детей воинов. В период Сэнгоку были опубликованы следующие книги: «Сэцуёсю» (японский словарь в порядке ироха), написанный Содзи Мандзюя, и «Исётайдзэн» (Полная книга медицины), медицинский трактат на языке династии Мин, переведенный Асаи но Содзуи, купцом и врачом из города Сакай.

Краска чернилами

Новые монастыри Дзен, опираясь на китайское наследие и находясь под покровительством воинственных правителей Камакуры, стремились создать уникальное культурное наследие, способное соперничать с традицией Фудзивара. В связи с этим китайских монахов-художников часто приглашали в монастыри, а японские монахи совершали поездки в Китай и обратно. Этот обмен способствовал возникновению живописи тушью Муромачи, которая часто включала китайские мотивы, технику размывки тушью, плавные, выразительные линии, сухую кисть и едва различимые черты лица. Несмотря на первоначальные творческие ограничения, японская живопись тушью Дзен вскоре обрела поэтическое и самобытное выражение, поскольку элементы переосмысливались в японском духе, а мазки стали мягкими, текучими и более спонтанными.

Провинциальные войны и зарубежные контакты

Война Ōnin (1467–77) привела к серьезной политической раздробленности и уничтожению владений: развернулась ожесточенная борьба за землю и власть между вождями буси, которая продолжалась до середины шестнадцатого века. Крестьяне восставали против своих землевладельцев, а самураи – против своих господ, поскольку центральная власть практически исчезла. Императорский двор остался в нищете, а бакуфу оказалось под контролем соперничающих вождей в Киото. Провинциальные владения, возникшие после войны Ōnin, были меньше и легче поддавались контролю. Многие новые мелкие даймё появились из числа самураев, свергнувших своих могущественных господ. Укрепилась пограничная оборона, и для защиты новообразованных владений строились хорошо укрепленные замковые города, для которых проводились земельные кадастры, прокладывались дороги и открывались шахты. Новые правила управления домом предоставляли практические инструменты для администрирования, акцентируя внимание на обязанностях и нормах поведения. Подчеркивалась важность успеха в войне, управлении поместьями и финансах. От враждебных союзов оберегали посредством строгих брачных правил. Аристократическое общество было преимущественно военным. Остальная часть общества находилась под контролем в системе вассалитета. Сёэн (феодальные поместья) были упразднены, а придворные дворяне и отсутствующие землевладельцы лишились своих владений. Новые даймё непосредственно контролировали землю, удерживая крестьянство в состоянии постоянной крепостной зависимости в обмен на защиту.

Экономический эффект войн между государствами

Большинство войн того периода были короткими и локализованными, хотя они происходили по всей Японии. К 1500 году вся страна была охвачена гражданскими войнами. Однако, вместо того чтобы нарушать местную экономику, частое передвижение армий стимулировало развитие транспорта и связи, что, в свою очередь, приносило дополнительные доходы от таможенных сборов и пошлин. Чтобы избежать этих платежей, торговля переместилась в центральный регион, который ни одному даймё не удалось контролировать, и в Внутреннее море. Экономическое развитие и стремление защитить торговые успехи привели к созданию купеческих и ремесленных гильдий.

Западные влияния

К концу периода Муромачи прибыли первые европейцы. Португальцы высадились в Танегасиме к югу от Кюсю в 1543 году и в течение двух лет начали регулярно посещать порты, положив начало столетнему периоду торговли Нанбан. В 1551 году наваррский католический миссионер Франциск Ксавье стал одним из первых европейцев, посетивших Японию. Франциск описал Японию следующим образом:

Япония – очень большая империя, полностью состоящая из островов. По всей стране говорят на одном языке, который не так уж и сложно выучить. Эта страна была открыта португальцами восемь или девять лет назад. Японцы очень стремятся к почестям и отличиям и считают себя выше всех народов в военной славе и доблести. Они ценят и почитают все, что связано с войной, и нет ничего, чем они гордятся больше, чем оружием, украшенным золотом и серебром. Они всегда носят мечи и кинжалы дома и на улице, и когда ложатся спать, вешают их у изголовья кровати. В общем, они ценят оружие больше, чем любой народ, который я когда-либо видел. Они отличные лучники и обычно сражаются пешком, хотя лошадей в стране достаточно. Они очень вежливы друг с другом, но не с иностранцами, которых они презирают. Они тратят свои средства на оружие, украшения и множество слуг и совсем не заботятся о том, чтобы экономить деньги. В общем, это очень воинственный народ, постоянно воюющий между собой; самые сильные в военном отношении обладают наибольшим влиянием. У них есть единый правитель, хотя на протяжении последних ста пятидесяти лет князья перестали ему повиноваться, что и является причиной их непрекращающихся распрей. Испанцы прибыли в 1587 году, а за ними в 1609 году – голландцы. Японцы начали углубленно изучать европейскую цивилизацию, и для экономики открылись новые возможности, наряду с серьезными политическими вызовами. Европейское огнестрельное оружие, ткани, стекло, часы, табак и другие западные новшества обменивались на японское золото и серебро. Благодаря торговле было накоплено значительное богатство, и мелкие даймё, особенно в Кюсю, значительно увеличили свою власть. Провинциальные войны стали более кровопролитными с появлением огнестрельного оружия, такого как мушкеты и пушки, и более широким использованием пехоты.

Христианство

Христианство оказало влияние на Японию, главным образом благодаря усилиям иезуитов, во главе с испанцем Франциском Ксавье (1506–1552), прибывшим в Кагосиму, на юге Кюсю, в 1549 году. Среди принявших веру были как даймё и купцы, стремившиеся к более выгодным торговым соглашениям, так и крестьяне. К 1560 году Киото стал еще одним крупным центром миссионерской деятельности в Японии. В 1568 году порт Нагасаки, расположенный на северо-западе Кюсю, был основан даймё, исповедовавшим христианство, и в 1579 году передан в управление иезуитам. К 1582 году число новообращенных достигло 150 000 человек (два процента населения), а количество церквей – 200. Однако терпимость сёгуната к этому чужеземному влиянию ослабевала по мере укрепления единства страны и снижения ее открытости. Запреты на христианство начались в 1587 году, а открытые преследования – в 1597 году. Несмотря на то, что иностранная торговля по-прежнему поощрялась, она подвергалась строгому контролю, и к 1640 году, в период Эдо, исключение и подавление христианства стали государственной политикой.