Введение

Здравомыслие, рациональность и здоровье ума

Здравомыслие (от лат. sānitās) относится к здравому смыслу, рациональности и здоровью человеческого разума, в противоположность безумию. Человек считается здравомыслящим, если он рационален. В современном обществе этот термин стал практически полным синонимом выражения *compos mentis* (compos – обладающий властью над, mentis – разум), в отличие от *non compos mentis*, или безумия, означающего душевное расстройство. Здравый разум сегодня рассматривается как здоровый как в аналитическом, ранее называемом рациональным, так и в эмоциональном аспектах. По мнению писателя Г. К. Честертона, здравомыслие предполагает целостность, в то время как безумие – ограниченность и фрагментарность.

Психиатрия и психология

Альфред Корзибский предложил теорию здравомыслия в своей общей семантике. Он считал, что здравомыслие связано с логическим рассуждением и пониманием того, что происходит в мире. Он выразил эту идею в аналогии с картой и территорией: «Карта – это не территория, которую она изображает, но, если она верна, она обладает ‘подобной структурой’ к территории, что и объясняет её полезность». Учитывая, что наука постоянно стремится структурно корректировать свои теории в соответствии с фактами, то есть улучшать свои карты, чтобы они соответствовали территории, и таким образом продвигается быстрее, чем любая другая область, он полагал, что ключ к пониманию здравомыслия следует искать в изучении методов науки (и в изучении структуры, раскрываемой наукой). Он утверждал, что принятие научного взгляда и постоянная корректировка собственных предположений – это путь к этому. Иными словами, «факторы здравомыслия можно найти в физико-математических методах науки». Он также подчеркнул, что здравомыслие требует осознания того, что «каким бы ни было ваше определение вещи, она не является этим», поскольку всё, что выражается языком, не является реальностью, к которой оно относится: язык подобен карте, а карта – это не территория. Территория, или реальность, остаётся безымянной, невыразимой и таинственной. Следовательно, широко распространённое убеждение, что мы можем постичь реальность через язык, в некоторой степени является безумием. Психиатр Филип С. Грейвен предложил термин «нездоровый» для описания состояния, которое не является безумием в чистом виде, но и не является полноценным здравомыслием. В книге «Здоровое общество», опубликованной в 1955 году, психолог Эрих Фромм предположил, что не только отдельные люди, но и целые общества «могут быть лишены здравомыслия». Фромм утверждал, что одна из самых обманчивых черт социальной жизни заключается в «консенсуальной валидации»:
Наивно полагать, что тот факт, что большинство людей разделяют определённые идеи или чувства, доказывает их обоснованность. Ничто не может быть дальше от истины. Подобно тому, как существует бредовое состояние у двоих, существует и бредовое состояние у миллионов. Тот факт, что миллионы людей разделяют одни и те же пороки, не превращает их в добродетели, тот факт, что они допускают множество ошибок, не делает эти ошибки истинами, и тот факт, что миллионы людей страдают от одной и той же формы психической патологии, не делает этих людей здравомыслящими.

Закон

В уголовном праве и законодательстве о психическом здоровье, вменяемость – это юридический термин, обозначающий, что человек обладает здравым рассудком и, следовательно, может нести юридическую ответственность за свои действия. Официальный юридический термин – compos mentis. Как правило, она определяется через отсутствие невменяемости (non compos mentis). Это не медицинский термин, хотя заключения медицинских экспертов часто имеют важное значение при принятии юридического решения о том, является ли человек вменяемым или невменяемым. Вменяемость – это также не то же самое, что психическое заболевание. Человек может действовать, находясь в состоянии тяжелого психического расстройства, и при этом оставаться вменяемым, и наоборот, может быть признан невменяемым, даже не имея диагностированного психического заболевания. Наука и медицина мало исследовали юридические определения вменяемости, поскольку основное внимание уделялось изучению болезней. Доказать вменяемость в принципе невозможно. Более того, как неоднократно отмечал Корзибский, безумие в той или иной степени широко распространено в обществе, включая многих людей, которых с медицинской и юридической точек зрения считают психически здоровыми. В связи с этим Эрих Фромм говорил о «патологии нормальности», а Дэвид Купер предположил, что нормальность противопоставляется как безумию, так и вменяемости. Для того чтобы завещание имело юридическую силу, завещатель должен обладать дееспособностью. Это часто выражается фразой «быть в здравом уме и памяти».