Народно-демократическая партия Афганистана: История и Власть (1965-1992)

Введение

Правящая партия Афганистана с 1978 по 1992 год

Народно-демократическая партия Афганистана (НДПА) была марксистско-ленинской политической партией в Афганистане, основанной 1 января 1965 года. Четыре члена партии получили места на парламентских выборах 1965 года, их число сократилось до двух в 1969 году, хотя обе эти позиции были получены до полной легализации партий. На протяжении большей части своего существования партия была расколота между радикальным крылом "Халк" и умеренным "Парчам", каждое из которых утверждало, что представляет собой "истинную" НДПА. Партия придерживалась марксистско-ленинской идеологии и последовательно проводила просоветскую политическую линию. Секретная конституция НДПА, принятая партией на учредительном съезде в январе 1965 года, но так и не опубликованная для членов партии, определяла себя как "авангард рабочего класса и всех трудящихся Афганистана" и определяла свою партийную идеологию как "практический опыт марксизма-ленинизма". Несмотря на то, что внутренние документы НДПА содержали явно марксистскую терминологию, партия воздерживалась от публичного самоопределения как "коммунистической", предпочитая такие обозначения, как "национально-демократическая" и "социалистическая". В публичном документе НДПА, опубликованном в апреле 1966 года, утверждалось, что политические цели партии включают создание "демократического национального правительства", а также долгосрочную цель установления социалистического государства. Организационный раскол между "Халком" и "Парчамом" произошел в НДПА в 1967 году. В то время как "халкисты" придерживались жесткой марксистско-ленинской догмы и проводили воинственную революционную линию, "парчамисты" стремились к созданию "общего фронта" с другими левыми партиями. В июле 1977 года, при советском посредничестве, фракции "Халк" и "Парчам" вновь объединились в НДПА с целью подготовки переворота против режима Дауда Хана. В начальный период правления "халкистов" с 1978 по 1979 год НДПА представляла себя как движущую силу "социалистической революции" в Афганистане. После свержения и убийства Хафизуллы Амина в результате дворцового переворота, осуществленного советскими военными силами в декабре 1979 года, НДПА под руководством "парчамистов" заявила, что ее правительство содействует тому, что оно описывает как "национально-демократический этап" марксистской трансформации. В последние годы своего существования партия постепенно отошла от марксизма-ленинизма и перешла к афганскому национализму. Будучи в меньшинстве, партия помогла Мохаммаду Дауду Хану, бывшему премьер-министру Афганистана, свергнуть короля Мохаммада Захира Шаха в 1973 году и установить Республику Афганистан. Первоначально НДПА была широко представлена в правительственном кабинете, но многие должностные лица НДПА были впоследствии уволены из-за ухудшения отношений между партией и президентом Даудом Ханом. В 1978 году НДПА, при поддержке членов Афганской национальной армии, захватила власть у Дауда Хана в ходе так называемой Саурской революции. НДПА во главе с Нур Мухаммадом Тараки установила Демократическую Республику Афганистан, которая просуществовала до 1987 года. После переговоров о национальном примирении в 1987 году официальное название страны вернулось к "Республике Афганистан" (как оно было известно до 1978 года). Под руководством Мохаммада Наджибуллы в 1990 году партия была переименована в Партию Родины (حزب وطن, Hezb e Watan), и большая часть символики и политики партии была изменена или упразднена. Республика просуществовала до 1992 года, когда моджахеды захватили столицу Кабул и взяли под контроль правительство страны. Впоследствии НДПА была распущена, некоторые чиновники присоединились к новому правительству, некоторые – к ополченцам, а другие дезертировали.

The People's Democratic Party of Afghanistan (PDPA) was a Marxist–Leninist political party in Afghanistan established on 1 January 1965. Four members of the party won seats in the 1965 Afghan parliamentary election, reduced to two seats in 1969, albeit both before parties were fully legal. For most of its existence, the party was split between the hardline Khalq and moderate Parcham factions, each of which claimed to represent the "true" PDPA. The party adhered to Marxist–Leninist ideology and toed a staunch pro Soviet political line. The PDPA's secret constitution, which was adopted by the party during its founding congress in January 1965 but never publicly released to party cadres, described itself as "the vanguard of the working class and all laborers in Afghanistan" and defined its party ideology as "the practical experience of Marxism–Leninism". While PDPA's internal documents incorporated explicitly Marxist terminology, the party refrained from formally branding itself as "communist" in public, instead using labels such as "national democratic" and "socialist". PDPA's public platform document published in April 1966 asserted that its political objectives involved the creation of a "democratic national government" as well as the long term goal of establishing a socialist state. The Khalq Parcham organizational split erupted within the PDPA in 1967. While Khalqists adhered to rigid Marxist Leninist dogma and toed a militant revolutionary line, Parchamis wanted to establish a "common front" with other left wing parties. In July 1977, Khalq and Parcham factions re merged into the PDPA after Soviet mediation, with the objective of preparing a coup against Daoud Khan's regime. During the initial period of Khalqist rule from 1978 to 1979, PDPA portrayed itself as advancing a "socialist revolution" in Afghanistan. After the ouster and killing of Hafizullah Amin in a palace coup launched by Soviet military forces in December 1979, Parchamite dominated PDPA claimed that its government was facilitating what it described as the "national democratic stage" of Marxist transformation. In its final years, the party gradually moved away from Marxism–Leninism and towards Afghan nationalism. While a minority, the party helped Mohammad Daoud Khan, former Prime Minister of Afghanistan, overthrow King Mohammad Zahir Shah in 1973 and establish the Republic of Afghanistan. Initially the PDPA was highly represented in the government cabinet, but many PDPA officials were later dismissed as relations between the party and President Daoud Khan worsened. In 1978 the PDPA, with help from members of the Afghan National Army, seized power from Daoud Khan in what became known as the Saur Revolution. The PDPA led by Nur Muhammad Taraki established the Democratic Republic of Afghanistan which would last until 1987. After National Reconciliation talks in 1987, the official name of the country reverted to the "Republic of Afghanistan" (as it was known before 1978). Under the leadership of Mohammad Najibullah in 1990, the party was renamed the Homeland Party (حزب وطن, Hezb e Watan) and much of the party's symbols and policies were altered or removed. The republic lasted until 1992, when mujahideen rebels seized the capital Kabul and took over the country's government. The PDPA was subsequently dissolved, with some officials joining the new government, some joining militias, and others deserting.

История

Нур Мохаммад Тараки начал свою политическую карьеру как афганский журналист. 1 января 1965 года Тараки вместе с Бабраком Кармалем основал Демократическую народную партию Афганистана (ДНПА). Первоначально партия действовала под названием «Народно-демократическая тенденция», поскольку секуляристские и антимонархистские партии были вне закона. Демократическая народная партия Афганистана (ДНПА) была официально образована на объединительном съезде различных фракций Социалистической партии Афганистана 1 января 1965 года. Двадцать семь человек собрались в доме Тараки в Кабуле, избрали Тараки первым генеральным секретарем партии, а Кармаля – заместителем генерального секретаря, и сформировали пятичленный Центральный комитет (также называемый Политбюро). Позднее в том же году Тараки был приглашен в Москву Международным отделом Коммунистической партии Советского Союза (КПСС). В то время ДНПА в афганском обществе была известна своими тесными связями с Советским Союзом. В конечном итоге ДНПА удалось провести трех своих представителей в парламент на первых свободных выборах в истории Афганистана: Кармаля, Анахиту Ратебзад и Нура Ахмеда Нура. Впоследствии Тараки основал первую радикальную газету в истории Афганистана под названием «Халк», которую правительство вынудило прекратить издание в 1966 году.

Халк и Парчам

В 1967 году партия разделилась на несколько политических сект, крупнейшими из которых были Халк и Парчам, а также Сетами Милли и Грохи Кар. Эти новые разделения были вызваны идеологическими и экономическими причинами. Большинство сторонников Халка происходили из числа этнических пуштунов из сельских районов страны. Сторонники Парчама в основном состояли из городских жителей, поддерживавших социально-экономические реформы в стране. Халк обвинял Парчам в лояльности к королю Мухаммеду Захиру Шаху, поскольку их газета «Парчам» пользовалась терпимостью короля и издавалась с марта 1968 года по июль 1969 года. Кармал безуспешно пытался убедить Центральный комитет PDPA осудить чрезмерный радикализм Тараки. Голосование, однако, было близким, и Тараки, в свою очередь, попытался нейтрализовать Кармала, назначив в комитет новых членов, лояльных ему. После этого инцидента Кармал предложил свою отставку, которая была принята Политбюро. Хотя раскол PDPA в 1967 году на две группы никогда не был объявлен публично, Кармал увёл с собой менее половины членов Центрального комитета. В результате внутрипартийной борьбы представительство партии в афганском парламенте сократилось с четырех до двух мест на парламентских выборах в Афганистане в 1969 году. После захвата власти Даудом, он учредил Республику Афганистан имени Дауда. После переворота Лоя джирга одобрила новую конституцию Дауда, установившую президентскую однопартийную систему правления в январе 1977 года. Новая конституция оттолкнула Дауда от многих его политических союзников.

Примирение

Советский Союз, базировавшийся в Москве, сыграл важную роль в примирении фракции Халк во главе с Тараки и фракции Парчам во главе с Кармалом. В марте 1977 года было достигнуто официальное соглашение о единстве, а в июле две фракции провели свой первый совместный конклав за десять лет. После разделения партий в 1967 году обе стороны поддерживали контакты с советским правительством. Обе партии были последовательно просоветскими. Существуют утверждения, что они принимали финансовую и другую помощь от советского посольства и разведывательных органов. Однако, Советы поддерживали близкие отношения с королем Захиром Шахом и его кузеном Даудом Ханом — первым президентом Афганистана, и это могло нанести ущерб их отношениям. Нет фактов, подтверждающих, что Советы оказывали финансовую помощь Халки или Парчами. Тараки и Кармал поддерживали тесные контакты с советским посольством и его сотрудниками в Кабуле, и, по-видимому, советская военная разведка (Главное Разведывательное Управление – ГРУ) оказывала помощь Халку в вербовке военных офицеров.

Революция Сауров

В 1978 году видный член Партии народной демократии, представлявший сторону Парчама, Мир Акбар Хайбер, предположительно был убит правительством и его сторонниками. Хотя правительство отвергало любые обвинения в его убийстве, члены PDPA, очевидно, опасались, что Мохаммад Дауд Хан планирует их всех уничтожить. Вскоре после массовой демонстрации протеста против правительства во время похорон Хайбера, правительство арестовало большинство лидеров PDPA. Благодаря поддержке ряда афганских военных офицеров, симпатизировавших фракции Халк внутри PDPA, Хафизуллах Амин оставался на свободе достаточно долго, чтобы организовать восстание. Накануне переворота афганская полиция не отправила Амина в тюрьму немедленно, как поступила с тремя членами Политбюро и Тараки 25 апреля 1978 года. Его арест был отложен на пять часов, в течение которых он находился под домашним арестом. Он передавал инструкции военным офицерам из фракции Халк через свою семью, прежде чем его заключили под стражу 26 апреля 1978 года. Переворот также был стратегически запланирован на эту дату, поскольку это был день перед пятницей, мусульманским днем молитвы, и большинство военных командиров и государственных служащих были свободны от службы. В ходе переворота использовались танки, которыми командовал майор Аслам Ватанджар. С помощью афганских ВВС под командованием полковника Абдул Кадира, повстанческие войска сломили сопротивление президентской гвардии, убили Дауда и большинство членов его семьи. Хафизуллах Амин переименовал страну в Демократическую Республику Афганистан (ДРА).

Новые реформы

Разделенная ПДНА сменила режим Дауда новым правительством под руководством Нур Мухаммада Тараки из фракции Халк. В Кабуле первоначальный кабинет, по-видимому, был тщательно сформирован, чтобы чередовать ключевые посты между представителями Халка и Парчами. Тараки стал премьер-министром, Бабрак Кармал – старшим заместителем премьер-министра, а Хафизулла Амин – министром иностранных дел. Придя к власти, ПДП приступила к программе быстрой модернизации, основанной на отделении мечети от государства, искоренении неграмотности (которая в то время составляла 90%), земельной реформе, эмансипации женщин и отмене феодальных порядков. Советский по образцу национальный флаг заменил традиционный черно-красно-зеленый. Традиционные практики, считавшиеся феодальными – такие как ростовщичество, калым и принудительные браки – были запрещены, а минимальный возраст для вступления в брак был повышен. Правительство подчеркивало важность образования как для женщин, так и для мужчин и запустило масштабную кампанию по ликвидации неграмотности. Большинство новых политических мер правительства противоречили традиционному афганскому пониманию ислама, что сделало религию одной из немногих сил, способных объединить племенное и этнически разобщенное население против непопулярного нового правительства и положило начало участию исламистов в афганской политике. Первые признаки восстания появились 20 июля 1978 года в отдаленных восточных провинциях Нуристан и Кунар.

Репрессии

Новое правительство развернуло кампанию репрессий, в результате которой погибли тысячи людей, преимущественно в тюрьме Пуле-Чархи. По оценкам, число казненных в тюрьме с апреля 1978 года по декабрь 1979 года могло достигать 27 тысяч. Несмотря на обвинения и прогнозы консервативных кругов, спустя полтора года после переворота никаких ограничений на отправление религиозных обрядов не было установлено.

Правило Парчама

В 1979 году в ходе советской операции "Буря-333" советские спецназовцы штурмовали дворец Таджбег и убили генерального секретаря ПДНА Хафизуллу Амина. Смерть Амина привела к тому, что Бабрак Кармал стал новым афганским лидером и генеральным секретарем PDPA. Советская война в Афганистане последовала за смертью Амина.

Основная причина отсутствия национальной консолидации на данный момент заключается в том, что товарищ Кармал надеется и дальше оставаться в Кабуле при нашей поддержке. Кроме того, некоторые афганские солдаты, воевавшие на стороне социалистического правительства, начали дезертировать или покидать армию. В мае 1986 года Кармал был заменен на посту генерального секретаря партии Мохаммадом Наджибулла, а через шесть месяцев освобожден от должности президента. Его преемником на посту главы государства стал Хаджи Мохаммад Чамкани. После этого Кармал переехал (или, по некоторым данным, был сослан) в Москву.

Национальное примирение

После того, как Советский Союз разрушил большую часть деревень к югу и востоку от Кабула, вызвав масштабную гуманитарную катастрофу, крах PDPA продолжился с усилением партизанских отрядов моджахедов, которые проходили обучение в пакистанских лагерях при поддержке США. В период с 1982 по 1992 год число людей, завербованных пакистанской межведомственной разведкой (ISI) для участия в восстании, превысило 100 000 человек. Советский Союз вывел войска в 1989 году, но продолжал оказывать военную помощь режиму PDPA на сумму в миллиарды долларов до распада СССР в 1991 году.

Партия Отечества

Вывод советских войск в конце 1989 года изменил политическую структуру, которая позволяла ПДПА оставаться у власти все эти годы. Внутренний распад правительства начался, когда Гулбуддин Хекматияр отозвал свою поддержку правительству. Позже, в марте 1990 года, министр обороны и начальник Генерального штаба Вооруженных сил Шахнаваз Танай попытался захватить власть в результате военного переворота. Переворот провалился, и Танай был вынужден покинуть страну. Наджибулла все еще удерживал президентский пост, поэтому в июне 1990 года он переименовал партию в "Партию Родины". Партия отказалась от марксистско-ленинской идеологии, которую ранее исповедовала ПДПА. Временный лидер после Наджибуллы Абдул Рахим Хатиф согласился 22 апреля 1992 года на формирование государства под руководством повстанцев. Партия была запрещена 6 мая 1992 года правительством Джамиат-и Ислами.

Идеология

С 1919 года Советский Союз оказывал сильное влияние на афганскую политику, экономику и армию (см. Советско-афганские отношения до 1979 года). Тысячи афганских студентов и военнослужащих, проходивших обучение в СССР, были вынуждены изучать марксизм-ленинизм и международное коммунистическое движение; некоторые из них приняли эту идеологию. Нур Мухаммад Тараки, первый генеральный секретарь ПДНА в 1978 году, работал и учился в Индии в 1932 году, где встречался с членами Коммунистической партии Индии и обратился в коммунизм. Хафизулла Амин, второй генеральный секретарь ПДНА, укрепил свои левые убеждения во время учебы в Соединенных Штатах в конце 1950-х годов. Тараки и Бабрак Кармаль (третий генеральный секретарь ПДНА) были агентами Советского Союза с 1950-х годов. С момента основания в 1965 году и по крайней мере до 1984 года ПДНА именовала себя "национально-демократической", а не коммунистической; однако, в вопросах внешней политики ПДНА демонстрировала явно просоветскую ориентацию. Секретная партийная конституция 1965 года призывала к "расширению и укреплению афганско-советских дружественных отношений". В партийной истории 1976 года утверждалось: "Партия борется против империализма, особенно американского империализма и его союзника, маоизма, и сражается бок о бок с нашими братскими партиями, прежде всего с ленинской партией Советского Союза". В партийном памфлете 1978 года ПДНА описывала себя как "авангард рабочего класса", а генерального секретаря Тараки – как "опытного марксиста-ленинца". Эти заявления побудили западных авторов характеризовать ПДНА как организацию с "явной марксистской ориентацией", "открыто просоветским социалистическим движением" или как реформистскую силу "с социалистическим уклоном". После апрельского переворота 1978 года генеральный секретарь ПДНА Тараки заявил, что партия является националистической и революционной, но не коммунистической, и подтвердил приверженность исламу в рамках светского государства. Однако, придя к власти, стало очевидно, что ПДНА состояла преимущественно из городской интеллигенции и не имела реальной социальной опоры в преимущественно сельском и исламском обществе Афганистана. Партия начала реализацию программы, включавшей перераспределение земли, эмансипацию и образование женщин, что противоречило традиционным обычаям, религиозным законам и балансу сил между Кабулом и сельскими районами.

Since 1919, the Soviet Union had strongly influenced Afghan politics, economy and military (see Soviet–Afghan relations before 1979). The thousands of Afghan academic students and military trainees in the USSR were compelled to study Marxism–Leninism and the international communist movement; some of them converted to that ideology. Nur Muhammad Taraki, the first PDPA General Secretary in 1978, had worked and studied in India in 1932, had met members of the Communist Party of India there, and had converted to communism. Hafizullah Amin, the second PDPA General Secretary, had seen his leftist beliefs strengthened during his studies in the United States in the late 1950s. Taraki and Babrak Karmal (the third PDPA General Secretary) were Soviet agents since the 1950s. From its inception in 1965 until at least 1984, the PDPA labeled themselves "national democratic", not communist; however, in its view of international relations, the PDPA was clearly pro Soviet oriented. The secret party constitution of 1965 called for "expanding and strengthening Afghan Soviet friendly relations". A party history in 1976 stated, "The party struggles against imperialism, particularly American imperialism and its ally, Maoism, and is fighting alongside our brother parties, foremost among them the Leninist party of the Soviet Union." In a 1978 party pamphlet, the PDPA described itself as a "vanguard of the working class" and General Secretary Taraki as an "experienced Marxist–Leninist". These descriptions led Western authors to label PDPA as either of "clear Marxist orientation", "an avowedly pro Soviet socialist movement", or reformist "with a socialist bent". After the April 1978 PDPA coup d'état, PDPA general secretary Taraki stated that the PDPA were nationalists and revolutionaries but not communists, and declared a commitment to Islam within a secular state. Once in power, however, it became clear that the PDPA was dominated by an urban intelligentsia and lacked any real social base in the overwhelmingly rural and Islamic communities of Afghanistan. The party launched a programme ranging from land redistribution to emancipation and education of women, which violated traditional customs, religious laws, and the balance of power between Kabul and the rural localities.

Центральный комитет

В период с апреля 1978 года по сентябрь 1979 года в Центральном комитете было 38 человек, из которых 12 были либо отстранены, заключены в тюрьму, либо казнены по приказу Тараки после Революции Саура. После смещения и казни Тараки в 1979 году был исключен еще один член. В течение короткого правления Хафизуллы Амина, с сентября по декабрь 1979 года, в Центральном комитете насчитывалось не более 33 членов, 12 из которых были назначены им. После прихода к власти Бабрака Кармала 25 членов были либо казнены, либо отстранены по его приказу (76% от общего числа членов). Он восстановил 14 членов (включая себя), ранее отстраненных Тараки или Амином, назначил 15 новых членов и оставил 7 назначенных Амином. В Центральном комитете стало 36 членов. Год спустя, в июне 1981 года, в Центральный комитет были назначены 10 новых членов (в результате чего общее число членов достигло рекордных 46), чтобы увеличить представительство парчамитов. Два года спустя, в 1983 году, были назначены еще шесть членов, в результате чего Центральный комитет состоял из 52 действительных членов и 27 кандидатов в члены. Из этих 52 членов только трое занимали должности непрерывно на протяжении правления Тараки, Амина и Кармала: Абдур Рашид Ариан, Мохаммед Исмаил Данеш и Салех Мохаммед Зеари (часто упоминаемый как халкист).

Подчиненные органы

В Центральном комитете ДПНА действовало несколько специализированных комиссий, которые занимались текущими делами. Например, в партии была Комиссия по международным связям, отвечавшая за отношения ДПНА с другими партиями, Организационная комиссия, отвечавшая за кадровые назначения по всей стране, и Комиссия по обороне и юстиции, отвечавшая за военную политику.

Организации нижнего уровня

С 1982 года ПДПА пережила организационную экспансию в сельскую местность. Например, в 1982 году существовало 144 районных и субрегиональных комитетов партии, к середине 1984 года их число увеличилось до 205. Из 55 приграничных районов Афганистана в 15 не было первичной партийной организации (ППО), в 19 – только по одной в каждом районе, а в остальных 21 партия, хотя и была лучше организована, оставалась неэффективной. Несмотря на это, в период с 1982 по 1987 год ПДПА действительно наблюдала организационный рост; количество ППО увеличилось с 443 до 1331. Однако основная проблема, с которой столкнулась партия, заключалась в том, что она не была организована в небольших деревнях, разбросанных по Афганистану; из примерно 25 000 деревень, существовавших в Афганистане, партия была организована примерно в 2000 деревнях. Другой серьезной проблемой было то, что центральное партийное руководство мало контактировало с организациями низшего уровня в провинциях или, в целом, с населением. В 1987 году, во время правления Наджибуллы, в Центральный комитет были назначены партийные секретари на уровне деревень в попытке укрепить связь между центром и местностью. Одновременно произошло трехкратное увеличение числа визитов центральных партийных работников в провинции, в очередной попытке укрепить контакты партии с низовыми организациями ПДПА и беспартийными. Основной проблемой на протяжении всего правления ПДПА было то, что большинство кадров среднего звена проживало в Кабуле, а не в местах, за которые они несли ответственность. Из 10 000 кадров среднего звена в середине 1980-х годов 5000 проживали в Кабуле. Например, в период 1982–1983 годов губернатор провинции Фарьяб посещал провинцию только в зимние месяцы, поскольку моджахеды выводили свои войска из района в это время. Другая проблема заключалась в том, что в провинции Фарьяб ПДПА была неактивна, и большинство местных жителей считали, что Мохаммад Дауд Хан, президент, свергнутый коммунистами в 1978 году, все еще управляет страной. Похожая проблема наблюдалась и в провинции Нанграхар (где правительство полностью контролировало ситуацию): партийная организация находилась в состоянии бездействия. Для решения этой проблемы ПДПА стремилась повысить образовательный уровень кадров, направляя их на обучение в учебные заведения внутри ПДПА, государственные университеты или предоставляя возможности для обучения в странах Восточного блока или Советском Союзе. Институт общественных наук ПДПА мог принять 2500 студентов, и к концу 1980-х годов он выпустил более 10 000 специалистов. Несмотря на все это, главной проблемой, с которой сталкивалась партия, оставались небезопасные условия для партийных работников, действующих в сельской местности; например, когда провинциальный комитет Газни созывал заседание, участникам приходилось ждать три месяца, чтобы вернуться домой (ожидая бронированной колонны и вертолета).

From 1982 onward, the PDPA experienced an organizational expansion into the countryside. For instance, in 1982 there existed 144 district and sub district party committees, by mid 1984 it had increased to 205. Out of Afghanistan's fifty five border districts, fifteen of them lacked a primary party organization (PPO), another nineteen had only one PPO in each district, and in the remaining twenty one the party, while better organized, remained ineffective. Despite this, in the period 1982 to 1987 the PDPA did witness an organizational growth; witnessing a growth of PPOs form 443 to 1,331. However, the main problem facing the party was that it was not organized in the small villages scattering Afghanistan; out of an estimated 25,000 villages which existed in Afghanistan, the party was organized in an estimated 2,000. Another daunting problem was that the central party leadership had little contact with lower level organizations in the provinces or, in general, with the people. In 1987, during Najibullah's rule, village level party secretaries were appointed to the Central Committee in a bid to strengthen central local contact. Concurrently, a threefold increase in visits by central party personnel to the provinces occurred, in another bid to strengthen the party's contact with the PDPA's lower level and non members alike. A major problem throughout PDPA's rule was that the majority of mid level cadres resided in Kabul, rather than the places they were responsible for. Of the 10,000 mid level cadres in the mid 1980s, 5,000 of them resided in Kabul. For instance, in the period 1982–83 the governor of Faryab province only visited the province during the winter months, since the mujahideen withdrew their troops from the area during those months. Another problem, in Faryab province the PDPA was inactive and the majority of the locals believed that Mohammad Daoud Khan, the president which the communists overthrew in 1978, was still ruling the country. Another case, that of Nangrahar province (in which the government was in complete control) faced a similar problem; the party organization laying dormant. To solve this problem, the PDPA sought to improve the cadres' education by enrolling them to educational institutions within the PDPA, public universities or giving them educational opportunities in the Eastern Bloc or the Soviet Union. The Social Science Institute of the PDPA had a capacity of 2,500 students, and by the end of the 1980s it had given degrees to over 10,000 individuals. Despite all this, the main problem facing the party was the unsafe conditions facing party members serving in the countryside; for instance, when the Ghazni Provincial Committee convened for a meeting the participants had to wait for three months to get home (waiting for an armoured column and a helicopter).

Членство

У PDPA было от 5000 до 7000 членов при захвате власти. Однако автор Брюс Амстуц считает, что численность PDPA, вероятно, составляла около 6000 человек, когда Кармал пришел к власти. Чуть более чем через год численность членов оценивалась от 10 000 до 15 000. К 1984 году партия насчитывала от 20 000 до 40 000 членов (в эту цифру входили как рядовые, так и кандидаты в члены), в результате целенаправленных кампаний по привлечению в правительственные учреждения, государственные предприятия и вооруженные силы. Однако на 1-м съезде PDPA Кармал заявил, что в партии 62 820 рядовых и кандидатов в члены; эта цифра была завышена. На съезде было сообщено о росте числа членов на 21 700 человек с августа 1981 года. С тех пор и до партийного собрания в 1983 году ведущие партийные деятели утверждали, что в партии от 63 000 до 70 000 членов. Половина членов в 1982 году служила в вооруженных силах (которые были под влиянием халькистов). В августе 1982 года Кармал заявил, что в армии PDPA 20 000 членов, и отметил, что "армейская партийная организация составляет основную часть PDPA". Ранее в том же году, в марте, советские источники сообщили, что наибольшая концентрация членов PDPA находилась в Кабулском политехническом институте (около 600 членов) и в Кабулском университете (около 1000 членов). В 1983 году Кармал заявил, что членство в партии выросло на 35% до 90 000, а в следующем году, как утверждалось, на 33% до 120 000 членов. Хотя увеличение численности членов создавало впечатление большей силы PDPA, чем это было на самом деле, оно сопровождалось ростом недисциплинированности среди членов (большинство вступили из-за чистой конъюнктуры). До переворота 1973 года, возглавляемого Мохаммадом Даудом Ханом, подавляющее большинство членов имели образование "выпускников младших колледжей или вузов", многие из них были студентами или работали в государственном секторе. После переворота 1973 года халькисты начали вербовать членов из числа офицерского корпуса, что подтвердилось захватом власти в 1978 году. Однако после переворота численность членов заметно сократилась (вероятно, из-за усиления авторитарной политики правительства). К 1979 году в партию были готовы вступить только самые явные оппортунисты; партия находилась в глубоком кризисе. После советского вторжения Советы заставили PDPA набрать больше членов; в 1981 году испытательный срок для новых членов был сокращен с одного года до шести месяцев, и для вступления требовалось меньше партийных рекомендателей. Кампания по набору 1981–1983 годов увеличила численность партии; большинство новых членов работали на государственных предприятиях или в армии. Основной проблемой было то, что большинство этих новобранцев были "функционально неграмотными", что в конечном итоге привело к снижению качества партийного состава. В апреле 1981 года 25–30% членов составляли "рабочие, крестьяне, солдаты и другие трудящиеся"; эта цифра увеличилась до 38% (включая рядовых и кандидатов в члены) в 1982 году, а в 1983 году, по словам Кармаля, 28,4% составляли рядовые члены.

The PDPA had 5,000 to 7,000 members upon taking power. However, author Bruce Amstutz believes that PDPA membership probably stood at around 6,000 when Karmal took power. A little over a year later, the membership was estimated to stand between 10,000 and 15,000. By 1984, the party had between 20,000 and 40,000 members (this figure included both ordinary and probationary members), as a result of concerted membership drives in government institutions, state owned enterprises, and the military. However, at the 1st PDPA Conference, Karmal claimed that the party had 62,820 ordinary and probationary members; this number was exaggerated. The conference reported a growth of 21,700 members since August 1981. From then until a party meeting in 1983, leading party officials claimed the party had between 63,000 and 70,000 members. Half of the members in 1982, were in the armed forces (which was dominated by the Khalqists). In August 1982, Karmal alleged that the PDPA had 20,000 members within the military, and said that "the army party organization forms the greatest part of the PDPA". Earlier that year, in March, Soviet sources stated that the largest concentration of PDPA members were to be found in Kabul Polytechnic Institute (with an estimated 600 members) and at Kabul University (with an estimated 1,000 members). In 1983, Karmal claimed that party membership had grown 35% to 90,000, the following year it had allegedly grown 33% to 120,000 members. While the membership increase did make the PDPA look more powerful than it really was, the increase was concurrently followed with increased indiscipline amongst members (a majority joined because of sheer opportunism). Before the 1973 coup led by Mohammad Daoud Khan, the vast majority of members either had "graduates of junior colleges or colleges", with many of them either being students or working in the public sector. After the 1973 coup, the Khalqist began recruiting members amongst the Officers Corps, which was proven successful by the takeover of 1978. However, in the aftermath of the coup, membership decreased notably (probably because of the increasing authoritarian policies of the government). By 1979, only the most blatant opportunists would be willing to join the party; the party was at its nadir. After the Soviet intervention, the Soviets forced the PDPA to recruit more members; in 1981 the probationary period for a new member was reduced from one year to six months, and to join a person needed fewer party sponsors. The 1981–83 recruitment drive increased party membership; the majority of the new members worked either in state owned enterprises, the military. The main problem was that most of these new recruits were "functional illiterate", which in reality led to an overall decline in the quality of party members. In April 1981, 25–30% of members were "workers, farmers, soldiers, and other toilers"; this increased to 38% (both ordinary and probationary members) in 1982 and in 1983, according to Karmal, 28.4% were ordinary members.

Приемники

В 1997 году была сформирована Партия Ватана Афганистана, которая предприняла попытки зарегистрировать прежнее название НДПА, но в регистрации партии было отказано. В 2003 году была зарегистрирована Национальная объединенная партия Афганистана, стремившаяся объединить бывших членов НДПА.